Imagine...

[Старалась без спойлеров, но если вдруг что, то прошу прощения! Также я слегка подкорректировала способности некоторых гришей, но, не сказать, что очень сильно.]       Ваша с Надей тренировка была в самом разгаре, когда ты внезапно почувствовала резкий толчок в спину, вызванный направленной струей воздуха. Не удержав равновесие, твое тело поддалось вперед, а в следующее мгновение режущая атака Надежды полоснула тебя по лицу, оставляя глубокий порез на правой щеке чуть ниже глаза. Кровь брызнула во все стороны, застилая обзор, но ты вовремя успела выставить перед собой свободную руку, тем самым предотвращая возможность получения новых травм.       Громкий окрик наставника заставил все другие пары прекратить спарринги и замереть на своих местах с ужасом взирая на расползающееся на песке алое пятно крови. Несчастная шквальная тут же ударилась в панику, захлебываясь в извинениях, в то время как другие гриши бросились к тебе с намерением оказать первую помощь.       - Т.И., прости пожалуйста, я правда не хотела! - продолжала повторять Надя, размазывая по щекам горячие слезы.       - Ты ни в чем не виновата, - кое-как выдавила ты, опираясь на плечо Фёдора, вызвавшегося сопроводить тебя до покоев целителя.       Пока вы медленно брели в сторону лазарета, кровь успела пропитать не только рукав, но и ворот кефты, заставляя ткань неприятно липнуть к телу. Сердцебит пытался отвлечь тебя всеми доступными способами, за что ты была ему бесконечно благодарна, и даже порывался дождаться окончания твоего приема у целителя, но ты заверила Каминского, что сама доберешься до своих комнат, и напоследок еще раз поблагодарила юношу за проявленное участие.       Лечение заняло около получаса. Ты стойко вытерпела все необходимые манипуляции, соглашаясь с лекарем в том, что тебе крупно повезло, ведь если бы удар пришелся на пару сантиметров выше, глаз можно было и не спасти. Напоследок, получив несколько рекомендаций и пожелания впредь быть осторожнее, ты покинула лазарет и молча направилась к себе, намереваясь смыть запекшуюся кровь и обдумать дальнейший ход действий.       У тебя были некоторые догадки насчет виновника сегодняшнего происшествия, однако без определенных доказательств они совершенно не имели цены. Правда и прощать столь трусливое и гнусное отношение к себе ты тоже не собиралась!       Добравшись до своей спальни без каких-либо происшествий, ты первым делом скинула грязную одежду на кресло, намереваясь после отнести кафтан в чистку, а сама направилась в заднюю комнату, чтобы привести себя в надлежащий вид. Горячая вода мягко приняла тебя в свои объятия, позволяя натруженному телу расслабиться после непростого начала дня и на некоторое время отрешиться от тяжелых мыслей. Погрузившись в легкую дремоту, ты не услышала, как дверь в твои покои распахнулась, впуская в комнату незваного гостя.       - Т.И.! Ты здесь?       Не получив ответа на свой вопрос, Александр прошел в глубь спальни и обнаружил перепачканную в крови кефту, лежавшую на кресле возле кровати.       - Т.И.!       Громкий голос генерала ворвался в твое сонное сознание, словно звон колокола, и не на шутку испугал тебя, заставив встрепенуться в чугунной ванне и расплескать мыльную воду по полу, отчего на паркете образовались небольшие лужицы. Оглядев все это безобразие угрюмым взглядом, ты коротко махнула ладонью, и весь образовавшийся беспорядок тут же испарился, подчиняясь велению твоей силы инферны.       Появление эфириала явно не подпадало под понятие "визита вежливости", а посему, предвещая неприятный разговор, ты молча вылезла из бадьи, ступая на прохладный пол босыми ногами, и как можно быстрее закуталась в большое махровое полотенце, попутно выискивая глазами свой шелковый халат.       На все про все у тебя ушло около десяти минут, поэтому к Дарклингу ты вышла практически собранная, не считая влажных из-за купания волос. Стоило мужчине заметить твой силуэт в поле зрения, как он тут же подскочил к тебе, цепляя за острый подбородок своими длинными проворными пальцами, и принялся пристально разглядывать чистое слегка порозовевшее после горячей ванны лицо.       - Мне только что доложили о случившемся. Ты в порядке?       - Целитель сказал, что мне повезло. Придись удар чуть выше, и я стала бы первым одноглазым гришем в истории.       - Для тебя это повод для шуток? Ты могла погибнуть!       - Думаешь, я не знаю? С тех пор как я стала частью Второй Армии, спокойные дни моей жизни стало возможно пересчитать по пальцам одной руки. Сегодня я бьюсь на поле боя с Западной Равкой, а завтра по мою душу рыскают дрюскелле, мечтающие изничтожить всех гришей на этом злосчастном континенте. Стычки со "своими" - это самое безобидное, что может со мной произойти.       - Гриши не должны воевать друг с другом!       - Скажи это тем, кто из кожи вон лезет, лишь бы выбить себе местечко потеплее! Ради собственной шкуры эти крысы пройдутся по спинам своих братьев и сестер, даже не побоявшись замарать собственных сапог.       Ваши с Дарклингом взгляды схлестнулись, норовя отстоять свои позиции в образовавшемся споре, но очень скоро вектор игры в гляделки сместился в совершенно иное русло, так как Александр резко притянул тебя к себе, вовлекая в страстный полный животного голода поцелуй.       Поддаваясь напору Киригана, ты крепко обняла мужчину за шею, прижимаясь к нему всем телом и попутно стягивая с его плеч тяжелый бархатный кафтан. Шаг за шагом, увлеченные друг другом, вы как-то чересчур быстро добрались до ближайшей стены, налетая на широкий антикварный комод и попутно роняя с него фарфоровую вазу с сухоцветом.       - Женя непременно спросит с меня за эту злосчастную урну, - срывающимся шепотом поделилась ты, подставляясь под умелые ласки Заклинателя Теней.       - Можешь всю вину скинуть на меня, - осыпая твою шею беспорядочными поцелуями, прохрипел генерал и легко оторвал тебя от пола, усаживая на гладкую крышку комода.       Поясок твоего халата окончательно развязался, позволяя гладкой ткани плавно соскользнуть вниз по спине и продемонстрировать Александру ухоженное натренированное женское тело: точеные дуги ключиц, высокую грудь и плавный изгиб талии. И без того темные глаза гриша заполнились тягучей завораживающей чернотой, а по стенам спальни тонкой паутиной заструился густой смоляной туман.       Одаривая тебя ненасытным взглядом турмалиновых глаз, Дарклинг одним властным движением плавно развел твои колени в стороны, скользя пальцами по нежной атласной коже округлых бедер, затем подтащил тебя к самому краю столешницы и нетерпеливо прижался к низу твоего живота, намекая на раздирающее его желание.       Дважды повторять не пришлось.       Повинуясь молчаливому приказу, ты ловко расправилась с хитрыми завязками на мужских штанах, обнажая натянувшуюся ткань нижнего белья с проступающими через нее очертания возбужденного члена, и игриво прошлась ладонью по внушительному достоинству мужчины, вырывая из него громкий полный нетерпения рык.       Не располагая большим запасом выдержки, вы споро расправились с мешающими элементами одежды, после чего Кириган обхватил твои ноги под коленями, разводя их еще шире, и неспешно толкнулся бедрами, заполняя тебя всю без остатка. От острого чувства наслаждения ты тихо вскрикнула, впиваясь острыми ноготками в широкие плечи генерала, и прогнулась в спине, подставляясь под его хаотичные чувственные поцелуи.       - Т.И., - ластясь к твоей раскрытой ладони, словно большой домашний кот, прошептал Александр, совершая первые плавные движения, - моя маленькая пламенная Жар-Птица!       От былой нежности не осталось и следа. Ей на смену, сметая все на своем пути, пришли страсть и похоть. Твои тихие стоны быстро переросли в крики, раззадоривавшие Дарклинга с каждым новым толчком все больше. Его губы успели оставить на твоей светлой коже столько отметин, что завтра тебе придется весь день проходить в наглухо застегнутом кафтане, иначе кто-нибудь из гришей непременно заметит их, и тогда ты едва ли сможешь отбиться от расспросов со стороны приятельниц и завистниц.       Скрестив твои лодыжки у себя за спиной, генерал вовлек тебя в очередной жадный поцелуй, а сам проворно просунул одну из рук между вашими телами, добираясь до чувствительного бугорка, от одного касания к которому у тебя перед глазами вспыхнули искры. Громкий стон яркого удовольствия утонул в сплетении ваших губ, однако Александр решил не останавливаться на достигнутом, а продолжил стимулировать горошину клитора, заставляя тебя теряться в ощущениях и семимильными шагами приближаться к заветной разрядке.       - Саша, я больше не могу! - чуть не плача, сообщила ты Киригану, когда он все же разорвал ваш поцелуй, давая тебе возможность вдохнуть немного кислорода.       - Тогда не сдерживайся, - гипнотизируя тебя истинной тьмой в своих глазах, разрешил Морозов, продолжая терзать твое горящее от возбуждения тело всеми доступными ему способами.       Резко запрокинув голову назад, ты едва не расшибла себе затылок, утопая в невероятно ярком почти болезненном оргазме. Твой отчаянный крик нестерпимого удовольствия, подобно раскату грома, прокатился по спальне и впитался в плотную стену мрака, окутавшую вас со всех сторон, будто пуховое одеяло.       Дарклинг позволил тебе первой прийти к финишу, отдаляя собственное наслаждение всего на шаг, и любовно окинул взглядом богатые плоды своего кропотливого труда, будь то россыпь алых меток, оставленных его ненасытными губами на твоих шее, ключицах и мягкой груди, или же отчетливые отпечатки пальцев на округлых бедрах, которые он большую часть времени крепко сжимал в своих руках.       Все, что он видел, вызывало в душе мужчины чувство собственного удовлетворения и непомерной гордости, ведь ты принадлежала ему вся, целиком, и каждая отметина на твоем красивом гибком теле только подтверждала это убеждение.       Дождавшись, когда дрожь в ваших телах сошла на нет, Александр аккуратно подцепил легкую ткань твоего алого шелкового халата и помог тебе вновь облачится в него, перед этим оставив короткий нежный поцелуй на твоем покатом плече. Вспыхнувшая между вами бурная страсть улеглась, уступая место тихой хрупкой нежности. Заботливо прижав тебя к своей груди, генерал устроил подбородок на твоей макушке и плотно прикрыл глаза, вслушиваясь в слаженное биение ваших сердец.       Багра всегда учила его, что любовь - это слабость, и история с Людмилой была тому ярким болезненным доказательством, однако, даже имея за плечами столь печальный опыт, Кириган по-прежнему, в тайне от всех, даже от собственной матери, продолжал лелеять мечту о человеке, к которому ему хотелось бы возвращаться, несмотря ни на что.       И этим человеком для него стала Т.И. - маленькая, бойкая, невероятно преданная и любящая инферна...