Я твоя верная тень

— Эй, Джуди! — кто-то легонько, но настойчиво дёргал меня за косу. Я обернулась. Наверное, выражение моего лица оставляло желать лучшего, так как Тайлер удивлённо вытаращил глаза. — Чего тебе? — Сочинение написала? Я помотала головой. Впервые в жизни мне было наплевать на оценки. — Можно сесть с тобой? Я кивнула. Мне всё равно, сижу ли я за своей партой одна или с целой оравой одноклассников. Если бы даже к Земле приближался метеорит, я бы вряд ли отреагировала. Всю ночь я проплакала в подушку. Не только из-за обнимающихся Джейкоба и Беллы Свон, а ещё и потому, что решилась позвонить Джейкобу домой (его мобильный не отвечал) и в припадке какого-то несвойственного мне мазохизма выслушала от его отца бесхитростную и довольно подробную историю о том, что мой Джейкоб наконец-то нашёл себе достойную девушку, которая приезжает к нему чуть ли не каждый день, помогает с домашним заданием и вообще влияет на него положительно. Честно говоря, я не заметила, чтобы Джейкоб стал лучше учиться. Его хорошие оценки — целиком моя заслуга. Тайлер положил на парту свою папку, потеснив моё личное пространство, подсунул мне под нос исписанный своим мелким прыгающим почерком листок бумаги. — Что это? — не поняла я. — Сочинение. Это тебе. Ещё успеешь переписать. Я подняла на него взгляд. С чего бы такая забота? На мне разве написано: «Моё сердце разбито и кусочки его разлетелись по всему миру?» Я обернулась — последняя парта пуста. — А где… Джейкоб? — выдохнула я. Тайлер пожал широкими плечами. — Не знаю, его уже несколько дней нет в школе, отец говорит, он заболел. Что? Несколько дней? Он меня разыгрывает? — А ты не заболела? — спросил Тайлер. — Ты тоже какая-то странная, будто не в себе. Как я могла пропустить несколько дней? Я что, выпала на какое-то время из жизни? Быть такого не может! — Тебе не плохо? — продолжал надоедать мой сосед по парте. — Может, у тебя тоже этот… как его… мононуклеоз, как у Джейкоба? Тайлер сдержал смешок. Мой отец работает в городской больнице, я тоже собираюсь поступать в медицинский колледж и знаю, что такое мононуклеоз — это болезнь, которая передаётся при поцелуях. От злости я заскрипела зубами. Значит, эта Свон заразила моего любимого Джейкоба! — Прости, — не унимался Тайлер. — За что? — устало отозвалась я. — За неудачную шутку. И вообще... У тебя точно голова не болит? — Заболит, если не отвяжешься! Он отвязался. Но ненадолго. Когда миссис Девенпорт стала проверять домашнее задание, я обнаружила, что у меня его нет и растерялась. А Тайлер молча вытащил из кармана мобильник. На дисплее значилось двадцатое февраля. Тогда я достала свой. То же самое. Четыре дня в прострации. Это не розыгрыш… — Боже! — простонала я. — Где я была? — Здесь. Хорошо, что он не смеялся, не то я бы врезала ему по физиономии. Я молча достала из папки чистый лист бумаги и принялась расшифровывать каракули Тайлера. Наверное, у меня действительно был жалкий видок, иначе Тайлер не взял бы надо мной шефство. Он дал мне списать и домашнее задание по химии, и выполнил за меня тесты по биологии — ни дать, ни взять верная Ким. Благодаря ему я вместо заслуженных нулей получила «отлично». В классе мы с ним были единственными отличниками, пока я не выпала из жизни из-за своей несчастной любви. — Спасибо, — прошептала я. — Пожалуйста, — пожал плечом Тайлер. Я обвела класс глазами — все заняты своими делами, до меня никому нет дела. О, явился Джаред. Но они с Ким как бы поменялись ролями — теперь он не сводит с неё влюблённого взгляда, а она сидит, потупив глазки, такая счастливая. Слава Богу, не я в центре внимания, а они. Мика с Эмбри хихикают, поглядывая на своего друга, а Джесс и Лорин хихикают, поглядывая на Эмбри. Эрик откровенно разглядывает ноги мисс Миллер, даже рот приоткрыл. Леннокс, как всегда, разлёгся на парте, Квил отчаянно зевает. Сьюзи с умным видом поправляет свой безупречный маникюр. Бобби увлечённо играет в телефон. Зоя и Анджела усердно списывают с доски какие-то формулы. Джина ковыряется в ухе, задумчиво глядя в окно. Слева от меня Бен и Лиша самозабвенно чертят крестики-нолики прямо в тетради Бена. Пит и Гилберт играют в «Морской бой», закрываясь от мисс Миллер учебником английского. Вообще-то, сейчас урок алгебры. С возвращением, Джуди. — Ты, наверное, головой сильно ударилась, верно? — спросила меня на перемене Джессика. — До сих пор не можешь прийти в себя? — Что? Ударилась головой? Когда я успела? Нет, я просто чуть не упала со скалы. Вчера… — Ну, — Джесс неуверенно приложила тонкие пальцы к своему лбу, — у тебя до сих пор гематома здесь. — Какая гематома? — Я испуганно потрогала свой лоб — болит. Джессика удивлённо смотрела на меня. — Вот это да! Ты ничего не помнишь? У тебя, наверное, сотрясение мозга. Почему отец не оставил тебя дома? — Да что случилось? Может, расскажешь наконец? — я потеряла терпение. — Вы с Тайлером в понедельник столкнулись лбами на уроке биологии, видать, не поделили микроскоп. Ты, верно, сильно ударилась и с тех пор ходишь как зомби. — Гм, — я задумалась. Во-первых, никакой гематомы у Тайлера на лбу не наблюдалось. А во-вторых, я действительно ничего не помню, кроме того, что Джейкоб меня спас как будто нарочно, чтобы сразу разбить мне сердце.