В поисках дома. Часть первая: осознание.

      Мне хорошо и я не хочу просыпаться. Мысли вяло текут в моей голове, стараюсь оставлять их без внимания. Однако, как бы я не хотел понежиться еще, тело просыпается. А вместе с этим и проясняется сознание. Пытаюсь вспомнить, что было перед тем, как я лег, но не получается. Слабо хмурюсь и пытаюсь сконцентрироваться, но у меня лишь начинает раскалываться голова, не сдерживаю тихого стона и сжимаю пальцами виски. Как барьер какой, не знаю, как еще это назвать. Пока я корчусь от неприятных, мягко говоря, ощущений, кто-то заходит, подносит стакан с водой и помогает выпить. Не сопротивляюсь, слабость в теле дикая, сам бы стакан не удержал. — С-спасибо. — Запинаюсь, уловив в себе странность, но сейчас не до этого. — Ничего, отдыхай. — Она собирается уйти, но оборачивается в дверях. Я очень размыто вижу ее силуэт. Неужели я еще больше ослеп? До этого всего мое зрение было -3, теперь еще хуже, хотя я сказал бы, что не на много. — Скажи, ты помнишь меня? — Странный вопрос. И ситуация странная. Сильно щурюсь, пытаясь разглядеть лицо, но лишь отрицательно мотаю головой. Сил удивляться уже нет. Она бормочет что-то типа: «Этого следовало ожидать», — и удаляется. Вместе с ней исчезает свет из коридора и я опять нахожусь в темноте. Голова болеть перестала и, я думаю, это хороший стимул уснуть поскорее, пока она не разболелась вновь.       Я что-то там сказал про сон? Я валяюсь по ощущениям уже около часа, может чуть меньше. Хотя не буду утверждать, чувство времени у меня так себе. Меня атаковали разного рода вопросы: «Какого черта я не в больнице?», «Коли не в больнице, так почему не дома?», «Где я вообще», «Что со мной?» — и тому подобное. Ни на один из вопросов ответа нет. Зато я вспомнил, что у меня разболелось сердце и я свалился в обморок. Или умер. Прекрасно. Просто великолепно. Попытался встать, пока удалось только сесть, но мне кажется, что слабость все же уходит. Стоит выйти и разобраться. Слова незнакомки вводили в ступор и наталкивали на некоторые подозрения, но для этого, опять же, надо встать и пройтись по дому. Вошкаю ногами по полу, крепко держась за тумбочку или стол, не вижу, и натыкаюсь на тапки. Хорошо. Так. Поддаюсь невнятным желаниям и провожу над столом рукой. Смахнул что-то на кровать. Очки. Да, по ощущениям очки с круглыми стеклами. Напяливаю их и начинаю различать контуры вещей, для этого хватает полоски света из-под двери. Рядом поблескивает какая-то висюлька, которую я чисто рефлекторно дергаю. — М-да. Просто м-да.       Загорается настольная лампа. Помещение с косым потолком. Вокруг пыль, стоит шкаф у двери. Рядом оказался стол, с которого я чисто случайно не смахнул листики, карандаши и книгу. На стуле неопрятно, хотя за мной имеется такой же грешок, лежат вещи. Оглядываю себя: трусы и майка. Причем чувствуется, что последнюю явно надевал не я сам. Поправляю ее немного и подтаскиваю к себе ногой стул. Из этой одежды кладу на кровать мягкие бордовые штаны с растянутыми коленками, и темную футболку, переодеваюсь в это и пробую встать. Все странности тщательно от себя гоню, все потом. Так. Встал, держась одной рукой за стол. И меня укачивает, будто я на палубе корабля. Хочется нервно засмеяться, но сдерживаюсь, не хватало еще истерику устроить. Шаг. Второй. Медленно дохожу до добротной двери, выкрашенной в белый, и, вцепившись в ручку, тихо открываю. Окей, я в коридоре, рядом дверь в ванну, как понимаю. Направо проход скорее всего в гостиную и куда-нибудь на кухню, а в конце дверь на улицу. Абсолютно неизвестный для меня дом, но при этом я чувствую некое родство, что ли? Эта двойственность вводит сумятицу в мысли и эмоции, так что привычно откладываю все в сторону. Прикрываю за собой дверь и тихо шагаю в ванну. Перед глазами мельтешат мушки. Со стороны гостиной слышны звуки телевизора. Запираюсь и оглядываюсь. Неплохая просторная ванна с совместным санузлом. Большое зеркало почти в полный рост. Вопреки всему, первым делом я умываюсь, намачивая еще и шевелюру. Длинные волосы лезут в лицо, но мокрыми по крайней мере не так сильно. Ободок или невидимки что ли поискать? Не знаю, когда меня успели подстричь и зачем, семья знает мою запару с волосами да и вообще в этом плане старается меня не трогать. Дом, кстати, не наш, это даже не дача. Меня, хех, похитили? Уже просто засовываю всю голову под кран, мысленно придумывая шутливые причины, зачем меня похищать. Отвлекаюсь от проблем, как могу. Вода намачивает волосы, стекает прохладными струйками по лицу. Немного щекотно. Вздыхаю. Что ж, бегать вечно не получится. Выключаю воду, беру первое попавшееся полотенце и вытираю тщательно голову, когда кажется, что достаточно вытер, откладываю его на край ванны. Делаю несколько шагов и встаю перед зеркалом. Пораженно и жадно вглядываюсь в отражение, а после, истерично посмеиваясь, отступаю назад, отрицательно мотая головой. Это не я. Нет. Упираюсь лопатками в стену и сползаю вниз, не отводя взгляда с неестественно зеленых глаз. Я чисто физически не могу быть этим мальчишкой! Мальчишкой же? Быстро оттягиваю край штанов и выдыхаю. Да, мальчик. Просто больно смазливая мордашка, бледность и хрупкость, огромная грива лохматых волос вводят в заблуждение. Из отражения смотрят с каким-то отчаянием и неверием. Это не я. Не могу быть я, ни за что не поверю. Я же совсем другой. Отражение начинает немного меняться, что вводит меня в ужас. Неужто все эти страшилки с зеркалами — правда? Через пару мгновений я с шоком смотрю на мутно видного мужчину, смотрящего на меня довольно странно, не могу расшифровать. Он сидит в той же позе, но весь его вид, в отличие от меня говорит скорее не о загнанности, а о какой-то усталости. Лоб и шея начинают покалывать. Он ухмыльнулся, от чего я вздрогнул и замотал головой. Он тоже это делает, но не так резко. — Гарри! Ты там? Открой дверь! — Мне кажется, я улавливаю нотки паники в женском голосе. Резко перевожу внимание на дверь, но тут же оборачиваюсь на зеркало, ожидая чего-то страшного. Но там опять отображается мелкий мальчик. Пытаюсь встать, но меня вновь подкашивает проклятая слабость, так что уже тупо на коленках подползаю к двери и, приподнявшись, отпираю. На зеркало больше не смотрю, хотя мне кажется, что за мной оттуда наблюдают. Женщина быстро открывает дверь и подхватывает меня на руки. Лишь сейчас замечаю, что дрожу. — Надо поспать. — Она что-то говорит про постельный режим, но я крепко обхватываю за плечи и отрицательно мотаю головой, утыкаясь ей в шею. Взгляд из зеркала становится обжигающим, из-за чего я не сдерживаюсь и всхлипываю. Меня охватывает уже было отпустивший ужас. Женщина закрывает дверь и переносит меня в гостиную, садясь вместе со мной на диван. Гладит по голове, что-то рассказывает, видимо, пытаясь меня успокоить.       Тьма. Бросает из стороны в сторону. Рядом надрывный плач, почти вой. Пытаюсь приблизиться к белому силуэту, но что-то набрасывается на меня. Боль. Сам, как зверь, вцепляюсь в нечто. Удары, пинки, укусы, царапины. Оно вгрызается мне в шею. Я руками разрываю ему рыхлую плоть груди, царапаю об кости пальцы, проделывая сквозную дыру. Кажется, что на нас жадно смотрят со всех сторон, взвешивают, оценивают. Вой уже этого существа. Захлебываюсь кровью. Я буду жить! Хватаю его за плечо и бью всеми оставшимися силами в его голову, оно распадается дымом и пеплом, что прилипает ко мне. Горячо. Больно. Пытаюсь содрать с кожи. Что-то приятно прохладное и хнычущее прижимается к моей спине. Дым врывается в меня через рану на горле. Нечто сзади, низкое, холодное, истаивает и впитывается в меня, холодом обжигая со спины и проникая в грудную клетку. Непонятно откуда доносится оглушающий звонкий смех. Слишком много всего. Тьма поглощает нас.       Это недовоспоминание, больше на уровне ощущений, так поглощает меня, что лишь из-за громкого окрика и тряски более менее прихожу в себя. Казалось, что горло и лоб горят, рвутся, но ощупывая их, осознаю - это лишь фантомные ощущения. Блондинка плачет, а я не понимаю, что со мной происходит. Страшно. Мысли мечутся. Вздыхаю, закрывая глаза. Какое-то время просто глубоко дышу, ни о чем не думая. После поднимаю веки и сталкиваюсь с напряженной блондинкой почти одинаковыми испуганными взглядами. — Вы кто?.. И кто я?