confident

Луи Томлинсон помешался. Он потерял счет дней, когда он пытался вернуться к Гарри. Каждый день в то же место, в то же время. И каждый раз безуспешно. Гарри просто исчез, никто не говорил о нем ни слова, будто его и не было. А может его и в самом деле не было. Луи чувствовал себя виноватым перед Зейном, потому что он больше не мог отдаваться ему полностью, ведь все его мысли занимал Парень-Который-Его-Заметил. Ему было очень стыдно за это, особенно в те моменты, когда Зейн спрашивал у него, что случилось, проявлял беспокойство и заботу, хотел помочь. Поэтому Луи решил, что пора перестать бессмысленно возвращаться в 1684 и пытаться найти Его. И в этот же день ему позвонила его мама. Она сказала, что у нее важные новости, которые следовало бы услышать лично. Из-за учебы Луи смог вырваться домой только на следующих выходных, без Зейна, который посчитал, что разговор будет слишком личным, раз ничего не было сказано по телефону. И оказался прав. К сожалению. У Джоанны Томлинсон лейкемия. Обнаружили ее поздно, потому что Джоанна была из тех людей, которые лучше будут мучиться, но продолжать жить так, как прежде, чем жаловаться кому-либо. Сейчас врачи малое могут сделать, лишь поддержание жизни на какой-то период времени и попытки «убить» болезнь, которые, как она считала, вряд ли кончатся чем-то, кроме большой траты денег, поэтому она отказалась (за что долго слушала порицания Луи и его просьбы пройти полное лечение, но она стояла на своем. Она всегда отстаивала свое мнение, характером Луи явно пошел в нее). Ей дали девять месяцев. Луи без раздумий взял академический отпуск и вернулся домой, чтобы провести время с матерью, несмотря на ее уговоры продолжать учиться, «ведь она же сама может справиться». Но как он мог ее послушать? Она всегда была самым дорогим человеком в его жизни, и лишиться ее, не имея возможности нормально попрощаться, означало бы предательство с его стороны, как думал сам Луи. Зейн хотел поехать с ним, но Луи не позволил ему бросать свою работу, ведь недавно один важный мужчина заметил работу, которую Малик продал в местный ресторан, мужчина заинтересовался им и пообещал в скором времени устроить выставку, поэтому тот ни в коем случае не мог поехать. В первый месяц Луи устроился на половину ставки в кафе рядом с домом. С десяти утра до двух часов дня он работал, а потом шел домой с любимым маминым печеньем. После обеда они играли в настольные игры, смотрели вместе старые фильмы, ужинали, а потом долго-долго разговаривали. Джоанна очень любила слушать о том, как Луи Путешествует. Спустя какое-то время он рассказал ей и про Гарри, на что она сказала, что если он действительно был настолько особенным, то Луи должен найти его. Также Джоанна часто просила рассказать про деревушку, в которой Луи оказался, когда Путешествовал в первый раз, хотя слышала она это неоднократно. Как-то раз она сказала, что хотела бы оказаться там. И Луи отдал бы все, чтобы исполнить это желание, но он не мог. Поэтому он стал отправляться туда сам перед сном, а на утро рассказывал маме о том, что он видел. О том, какую большую рыбу поймал однажды местный рыбак, о том, как девочка спасла своего тонущего брата; рассказывал шутки портних и оды парня своей любимой. И вот Луи в очередной раз отправился в, казалось бы, уже родную деревню, так полюбившуюся ему с детства. Он ходил по широким улицам, смотрел на маленькие деревянные дома, на ребятню, играющую в догонялки, на женщин, несущих домой воду из колодца. Все это было так любимо сердцем, это место чувствовалось родным. И вдруг его взгляд упал на его прапрапрабабушку. Он не раз видел ее, когда Путешествовал сюда, она была прекраснейшей девушкой, доброй и справедливой, в нее были многие влюблены, Луи видел это, но она с улыбкой отвечала всем, что она ждет некого лорда, который в детстве пообещал ей, что он вернется к ней, и они будут жить счастливо. И ведь не соврал. В любом случае, сейчас рядом с ней стоял и разговаривал парень с подозрительно знакомыми непослушными кудряшками. Луи подумал, что он точно нездоров, раз ему уже стал мерещиться Гарри. Парень что-то активно объяснял девушке, это было видно по сильной жестикуляции, но Луи не мог видеть лица парня, поэтому не мог ничего утверждать. Он решил подойти ближе, чтобы услышать, о чем они разговаривают, но когда расстояние между ними стало не более пары метров, парень резко повернул голову в его сторону, распахнув глаза. Луи сглотнул, когда действительно увидел перед собой Гарри, мать его, Стайлса. Он протер глаза и даже ущипнул себя за руку, но образ парня никуда не пропал, только стал ближе. Гарри смотрел на него так, будто Луи помешал какому-то очень важному разговору. Его глаза были заплаканными, губы крепко сжаты, как и кулаки, а брови нахмурены, как при их первой встрече. — Чего тебе? Не видишь, мы разговариваем? Далекая бабушка Луи удивленно посмотрела на Гарри. — Гарри, малыш, я понимаю, что изнасилование — это серьезно, и без психологических травм не обойтись, но… с кем ты разговариваешь? — мягко спросила она. У Луи будто ушел весь воздух в один момент, отчего он не мог сделать ни вздоха. Он смотрел на Гарри во все глаза, будто призрака увидел (хотя с какой-то стороны это должно быть так). Рассматривал его большие зеленые заплаканные глазки, смотрел, как ветер играется с его кудряшками, и не мог поверить, что снова видит его, также как и в то, что этого парня могли изнасиловать. Луи впервые за долгое время почувствовал, как в нем закипает ярость и жажда мести. — Что значит «с кем»? Хочешь сказать, ты не видишь парня в паре шагов от нас? Я же не сумасшедший, Элизабет, — растерянно ответил Гарри. — Может, тебе просто стоит отдохнуть, успокоиться, ты пережил сильный стресс, неудивительно, что тебе мерещится всякое, — успокаивающе произнесла она. — Прости, милый, мне срочно нужно идти, матушка рассердится, если я задержусь. Береги себя, Гарри, я буду за тебя молиться, — сказала она на прощание и убежала в сторону дома. Гарри обернулся к Луи снова и нахмурился. Томлинсон закусил губу, думая, что он должен сказать. Но вместо слов, он подошел к Стайлсу и осторожно его обнял. Тот сначала напрягся и хотел было отойти, но почему-то почувствовал… защиту? Он не знал, почему, но он чувствовал себя в безопасности, чувствовал, что это правильно, что так и должно быть. Он неуверенно поднял руки и обнял в ответ. — Меня зовут Луи Томлинсон, я путешествую во времени. Кроме тебя, меня никто не видел. Однажды мы встретились с тобой в 1684 году, ты был сыном лорда Стайлса, который погиб, сражаясь за своего короля. Это то, что ты говорил мне тогда, — тихо, боясь спугнуть, шептал Луи. Он осторожно гладил парня по спине, а затем начал перебирать его кудряшки. — Потом я пытался найти тебя, каждый раз возвращаясь в тот день, когда мы встретились, но тебя там больше не было. Ни разу. И, наверное, здесь больше не будет. Но я буду искать тебя, Гарри Стайлс, буду искать тебя в каждом закоулке времени, где бы ты ни был, я всегда найду тебя, — Гарри стиснул Луи в крепких объятиях, стараясь не заплакать, отчаянно желая поверить в слова незнакомца, которого видит только он, которому он так легко доверился. — Обещай, что найдешь, обещай, — по-детски захныкал Стайлс. — Я обещаю, — у самого Луи уже стоял ком в горле. Он не знал причины, по которой он так быстро проникся этим парнем, но сейчас, когда он держит его в объятиях, он не может представить себе места лучше. Он чувствует себя дома. И только от мысли о том, что он потеряет его, становилось невыносимо. — Обещаю, обещаю, обещаю, — словно в бреду шептал Луи, начиная чувствовать, что исчезает. Спустя пару мгновений он оказывается в своей комнате. Он не чувствует пустоты, как ожидал. Потому что он уверен, что он сумеет найти Гарри снова. Он опять почувствует свой дом в этом особенном парне, Луи это точно знает.