why you can't be obedient, like a machine

03.04.2039 - Детройт, городской центр Пронзительный белый свет от панорамного окна, который первое время вызывал во мне такое неподдельное ощущения аквариума, пробивается через закрытые веки, а воздух пропитался едва ощутимым флером одеколона. От окружения исходит неприятный холод и мне не нужно открывать глаза, чтобы осознать: я осталась в одиночестве, как и месяцами ранее. Медленно приподнимаюсь, опираясь на ладони, чувствуя расслабляющую слабость в руках - спасибо Элайдже за то, что заботливо укрыл меня пледом после моего, предательски тихого, падения в бездну сна. Его кофта так завлекающее устроилась на спинке барного стула и она, как некогда, кстати: я накидываю ее на плечи, стараясь согреться от холода, настигнувшего нашу квартиру. Элайджа уехал рано утром, захватив с собой такую привлекательную негу от нашей ночной ласки, оставив меня в одиночестве со своими мыслями. Мне становится привычно одиноко и где-то в отдаленном уголке души теплится огорчение от бывшего мужа, не желающего разделить со мной утро, но большая часть все эе благодарна ему - Камски лишил меня стыдной необходимости оправдываться за свое нежелание возвращаться в особняк. Элайджа последние годы редко давал мне то, в чем я больше всего нуждалась - открытую и безвозмездную ласку, сопровождающуюся ответом на вопросы, терзающие мое эго. Я меньше всего хотела задумываться о том, вернусь ли я - ночью я позволила себе насладиться прикосновениями его рук, лишив нашу ласку обязательств и вынужденных слов. Это оказалось намного приятнее, чем мне могло ранее показаться - мы были настолько искренними в своих касаниях именно из-за отсутствия необходимости сохранять свою гордость. На каменном кухонном столе по прежнему разбросаны ароматные персики - как и днем ранее, они вызывают во мне не однозначную реакцию: с самого первого дня нашей жизни, совместный быт сопровождался главным изобретением Камски и мы оба были наглухо лишены этой бытовой обязанности вроде покупки продуктов - после девяти лет совместной жизни я поняла, что не понимала, что обычно любил мой муж на завтрак. Наш быт казался такой невидимой тонкой нитью, незаметно идущей вкупе с нашими взлетами и падениями - почти обо всем заботилась Хлоя и ее предшественники. Я не строю иллюзий о том, что мой муж без истории заказов помнил название моего любимого йогурта, но его поступок пробудил во мне давно забытое ощущение естественной заботы. Я беру мягкий персик, неспешно нарезая сочащуюся мякоть на маленькую тарелку - их запах вызывает во мне некогда любимое чувство ненавязчивой ласки. Ласки, не приправленной желанием просить что-то взамен. В тот момент, оказавшись на на руках Элайджи, я увидела в глубоких голубых глазах девушку, которая вопреки характеру всегда старалась подавить своего мужа. Нет сомнений, что последние годы нашего брака она терпела его жестокое к себе отношение, но что если моя своенравность была не более чем желанием показать свою властность в отместку на эгоистичный характер Камски? Наша прошлая ночь не вылечила все раны и во мне по прежнему теплиться чувство обиды за его безразличие, но сейчас эта боль перестала быть настолько режущей и мешающей ощущать часть спектра моих чувств к Элайдже, которую я лелеяла. Любовь к его нежности и заинтересованному взгляду, которым он смотрел на меня. Резкая смена его курса заставляла меня задуматься об искренности - в таком большом перерыве между нашими последними криками друг на друга в зале суда до его ладоней под моей футболкой, я перестала осознавать границу между настоящим и фальшивым. Я даже не буду стараться угадать, какие его слова были искренними, а какие сказаны специально, в такой отчаянной попытке вернуть на место жену, которая ему принадлежала. Отринув мысли о наших отношениях, наслаждаясь сладостью завтрака, я думала о самой себе, впервые не коря себя за слабость и предательство своих решений. Как однажды тонко подметил Элайджа - я действительно первые несколько месяцев отношений винила себя в том, что отдалась ему без остатка настолько близко. Мне казалось, что потяни я желание собой завладеть чуть дольше - мой муж ценил бы меня и мы не пришли к такой ожесточенной войне между его эгоизмом и моей слабостью. Развод дал мне осознание того, что Камски никогда бы не был другим - желание бойни было такой же неотъемлемой его частью, как и гениальность в области инженерии. Только спустя девять лет я действительно поняла, что означает «быть Камски»: он хотел, чтобы я была зеркалом от того, что он искренне всегда любил только самого себя. Мне на глаза попадается небольшая записка, остальная на кухонном столе - я неспешно разворачиваю ее, наблюдая выточенный идеальный почерк своего мужа. «Стирание памяти у андроидов ведет к нарушению в раннем алгоритме, искореняя девиацию» Его слова заставляют меня улыбнуться - стыдливый женский поступок удаления части памяти у Хлои навел его на новые исследования, которые могли мне помочь. Идея предложить Маркусу воспользоваться запасным выходом казалась мне предельно жестокой и неправильной - война почти проиграна, и алгоритм Элайджи мог помочь сохранить некоторых андроидов и вернуть жизнь Детройта в привычное русло: ведь это звучало так просто с точки зрения общества - лишь часть андроидов оказалась с «дефектом поведения», а остальные по прежнему жаждут выносить наш мусор и заботиться о человеческой расе. Я никогда не скрывала от самой себя, что желание помогать девиантам возникло из той части меня, так яро подавляемой моим властным и бескомпромиссным Элайджей, что взглянув в глаза Маркуса и его союзников я как нигде прежне увидела себя. Некогда я настолько сильно любила Камски, считая неотъемлемой частью нашей любви свое идеально покорное хождение по тонкой струне из его желаний и ожиданий от моего поведения. Мне так хотелось доказать самой себе, что я значила куда больше. У меня нет связи с Маркусом чтобы сказать ему о своем плане, но думаю когда военные передадут девиантам что к ним прибыл переговорщик, он поймет, что это никто иной как я. Война практически проиграна - часть андроидов сожгли в концентрационных центрах, а тех, кто остался, вынуждены прятаться за баррикадами в самом центре города. Единственное, что я еще могу сделать - прибыть в самый эпицентр этой бесчувственной войны, в попытке наладить диалог между андроидами и правительством. Для простых же граждан я скорее негативный символ - жена человека, который разбогател на том, от чего многие погрязли в нищете. Мой поступок никогда бы не одобрил Элайджа, но я надеюсь, что увидев меня на экране своего терминала, он как никогда прежде поймет то, что все это значило для меня. Я никогда не разделяла его молчаливой игры в куклы, так безучастно и равнодушно наблюдая за происходящем в доме на окраине мира. Получу ли я пулю, предназначавшуюся для машины, но так беспристрастно попавшую в любовь человека, который их создал. Стану ли я врагом государства, наряду с ожившими андроидами и по прошествии дня, загремлю на скамью подсудимых в обвинении в измене - и едва ли все деньги моего мужа смогут закрыть глаза судьям, желающим закрыть меня решеткой. Все должно случиться сегодня - я чувствую внутреннюю силу и некое мимолетное вдохновение, стараясь собраться. Ровно как в день нашего, с Элайджей, развода, меня пугает моя чрезмерная уверенность в своих действиях и я легкими шагами подхожу к шкафу в нашей спальне, стараясь отыскать то, что подойдет для моего последнего дня в ипостаси свободной Фицрой-Камски. История моего воспитания не предусматривает какого-то подходящего дресс-кода для визита в качестве переговорщика с протестующими, лишь только поэтому я хочу выглядеть уверенно и скромно, но осознавая весь сюрреализм ситуации молва будет идти несмотря на всю простоту моего наряда. Людям так нравится обсуждать на что я могла бы потратить деньги своего мужа - ведь я симпатичная дура, которая развлекала его после ухода с поста СЕО. Меня не расстраивают слова остальных - внешне я не похожа на девушку, которая должна была оказаться женой Камски. Я не самая красивая стать с осиной талией и пухлыми губами - я мыслила так же в начале наших отношений. Почему он выбрал себе ассистентку с отдела управления репутацией, в то время как мог позволить выбирать кого захочет? Мы шутили над этим в начале моей работы в компании: я только попала в отдел и мы так крепко подружились с коллегами, что мне было непросто скрывать свои отношения с Камски, когда все случилось. После вручения дипломов новичков, которая запомнилась Элайдже как наша первая встреча, мы женской компанией отмечали нашу новую работу в баре, так разгоряченно, будучи в расслабленном состоянии, шутя на тему того, кто удовлетворяет нашего СЕО: самые смазливые модели или собственные андроиды. Я не помнила об этом разговоре, оказавшись месяцами позже в серверной с Элайджей, но воспоминания заставляют меня улыбнуться: я скучала по своей прошлой жизни, в которой мне было позволено вести себя настолько раскрепощено. Весь процесс сборов стараюсь не думать о нем - меня расстраивает мысль о том, как он бы злился на мой безответственный поступок. Невидимый силуэт моего мужа в нашей первой спальне заставляет меня невольно задуматься о том, что может произойти и испуганно признаться самой себе - если все пойдет не так, я бы хотела чтобы он знал, что мне не хватило смелости сказать вслух. Мирна проходит в гостиную, и, мягко устроившись за высоким барным стулом, ставит напротив себя небольшой прозрачный терминал. Мне хочется отправить ему сообщение с тем, в чем мне когда-то не хватило духу признаться - если что-то пойдет не так, он узнает, что так стыдливо скрывала его любимая жена. Исходящее сообщение: Получатель: Элайджа «Элайджа, ты слишком хорошо меня знаешь, чтобы подумать что я в правду отказалась от того, к чему так долго шла. Поэтому мне кажется, что ты едва ли удивлен, увидев меня рядом с лидером девиантов. Это не умерит твой разгоряченный злостный пыл от моего поступка - я только лишь хотела сказать тебе, что впервые сделала то, в чем настолько была уверенна. Едва ли юной Фицрой, которую ты встретил, хватило духу так самоотверженно стать фактически лицом революции. Мы с ней стали такими разными, а я завидую ей в том, что она могла так яро сказать тебе все, что она чувствовала. В самом начале нашего брака, ты можешь вспомнить наши самые разгоряченные ссоры - может они были самым правильным что было между нами. Не скрывай я так глубоко свои обиды, может я сейчас бы смогла сохранить эту способность любить тебя так же ярко, как делала она. Мое желание развода не возникло из какого то определенного твоего действия - оно было скорее как крик о помощи в ситуации, с которой я более не могла сама справится. Ты всегда был умнее меня и может быть мне стоило спросить тебя раньше - как я могла бы любить тебя, и вместе с этим не чувствовать себя вещью, которую ты так умело вертишь между пальцами?» Может эти слова были таким хорошим способом отвлечься от главного - несмотря на свою внешнюю решимость, мне страшно от того, что может случиться. Что представляет из себя мое письмо - желание рассказать о том, что я чувствовала непростые последние несколько лет нашего брака или крик о помощи мужчине, которого я любила? Единственным человеком, которого я сейчас хочу попросить о содействии, был вовсе не Элайджа, а Капитан Аллен, некогда являвшийся моим прямым руководителем при работе в полиции Детройта. Я по прежнему хранила самые теплые чувства по отношению к своей прошлой работе и Аллен был тем, кому я могла доверить то, что я хотела сделать. Детройт официально закрыт: идет активная эвакуация местных жителей и в городе создался такой незримый вакуум, защищающий испуганный социум от пробудившихся андроидов. - Мирна? - Добрый день, капитан. - Добрый, рад слышать, - тепло отзывается полицейский, - Могу чем то помочь? - Капитан, я не буду тянуть - я хотела попросить вас отвезти меня на баррикады, возведенные андроидами. - Фицрой, - протягивает мужчина и девушка подмечает его усталый и обеспокоенный выдох, - задача не из простых, ты наверняка видела, что творится на улицах. - Для вас ведь все под силу, капитан, - Мирна старается придать себе как можно уверенный тон. - Я буду у тебя через 20 минут. Мирна накидывает на плечи длинное пальто и выходит из квартиры, проходя узкий холл, увешанный камерами наблюдения. Между этажами она замечает охрану в глухих шлемах и старается рассмотреть их отличительные знаки: военные ли или частная охрана Киберлайф, которой так любил пользовать ее муж. Выйдя из огромного холла высокого здания, девушка подмечает небольшую полицейскую машину и Капитана Аллена, расслабленно держащего руль. - Добрый день, Капитан, - Мирна приветливо улыбается и садится в полицейскую машину, на что Аллен не разделяет ее улыбчивого энтузиазма. - Фицрой, объясни мне только лишь, какого черта ты на баррикадах у Харт-плаза? - Я хочу поговорить с обществом от лица девиантов, - младший офицер расслабляет плечи, облокачиваясь о спинку сидения, - правительство отказывается идти на контакт, может они согласились бы говорить с человеком. - Безумие, - Капитан вставляет ключ в зажигание и заводит старенький автомобиль, - я помогу тебе только лишь потому, что ты ни раз задерживалась в участке. - Поэтому я вам и позвонила, - Мирна устремила взгляд в окно, - но по правде, мне некому помочь кроме вас. Они неспешно поехали по пустынным улицам заснеженного города - Мирна внимательно наблюдала как плывут деревья и каменные здания за окном и ощущала, что она отвыкла от таких обыденных поездок в городе. Темные силуэты зимних деревьев, напомнили мне небольшой сквер, через который ассистентка с моим именем каждый день ходила на работу - те моменты одиночества, ожидавшего меня дома до знакомства с Элайджей, я старалась скрасить прогулками между зелеными деревьями, наблюдая за андроидами, подрезающими хрупкие насаждения. Впервые, за такой большой промежуток своей жизни, мне стало очевидно, насколько сильно изменилась моя жизнь следом за фамилией Камски. После наших первых несдержанных поцелуев, я тешила себя несбыточной надеждой на нашу будущую жизнь - мой разум старался как можно глубже скрыть его истинный и настоящий статус, не мешая мне легкомысленно фантазировать о наших первых походах в кино и мою любимую кофейню на углу дома. Известность и статус Камски даровали мне жизнь, которую едва ли могла когда то себе представить - сейчас она казалась такой обыденной и повседневной, что спокойная поездка по тихим улицам города казалась чем-то, граничащим с фантастикой. - Камски не в восторге от твоего поступка или он не знает? - Я думаю он не пропустит этот момент. - Вы больше не живете в том особняке на озере? - Там живет Элайджа, я живу в нашей квартире на пересечении 12-той и 8-ой. - Я слышал слухи о вашем разводе, но подумал что лишь сплетни газетчиков, - Капитан наблюдал за собеседницей, ощущая вину за заданный вопрос. - Нам осталось подписать документы о разводе, - Мирна всегда доверяла капитану Аллену, ведь он был из тех людей, кто мог хранить чужие тайны, - Но мы пока медлим - решится на развод после девяти лет не так просто. - Мирна, если тебе будет нужна помощь, ты можешь ко мне обратится. Несмотря на все, что происходит, в участке многие тебя хорошо помнят. - Спасибо, - девушка расслаблено улыбнулась, - я в порядке. Просто семейный разлад. - Если на баррикадах что-то пойдет не так, там наши парни в паре с ублюдками из Киберлайф. - Я видела там федералов с военными. - Да, напыщенные индюки в пиджаках, - хмурится Аллен, - но мы тоже не отступаем и охраняем гражданских, кого еще не успели эвакуировать. - Мне жаль, что я не смогла проработать в участке подольше, - улыбается Мирна, на секунду тепло вспомнив своих коллег в Полиции. Во время работы в Киберлайф, я всегда уверенна хранила в себе принципы нашего уверенного СЕО, не позволяя себе сомневаться в правдоподобной имитации человеческих чувств выпускаемыми, с конвейера, андроидами. Может быть поэтому, так непоколебимо уверенно ответила Элайдже в душной офисной кофейне о том, почему предпочитала жить в одиночестве - я и сейчас не могла представить себя в отношениях с андроидом, но в начале моей работе в Киберлайф, куклы действительно казались мне таким же неодушевленным предметом как стиральная машина или тостер. Когда я вышла замуж за Камски, его создания стали неотъемлемой частью моей жизни ровно настолько же, насколько ей был мой муж. Ни один месяц из прожитых вместе не удостаивал меня чести быть в неведении о том, кем являлся Камски - все наше окружении так неприкрыто нагло напоминало мне о том, что я жена самого умного человека нашего века. Я всегда краснела и предпочитала отшутиться на поставленное примечание - с первого поцелуя в серверной, моя самозащита старалась сохранить в себе Элайджу как обычного человека, который влюбился в меня. Я часто называла его по имени, что по-идиотски пару раз проскользнуло в моей работе - мне было легче спрятаться от влияния своего мужа, оставив фамилию Камски для громких интервью и рекламных проспектов. Тогда я не слишком осознавала своих желаний, но по прошествию времени, я не осуждаю юную ассистентку - ей как никогда прежде хотелось ощущения безопасности. Нечто подобное прорвалось в сознание, впервые взглянув в глаза девиантов, встреченных мной в Иерихоне - в большинстве из них я видела отчаяние и попытку ухватится за мою фамилию как за спасательный круг: в этом они показались мне так похожими на людей. Нам порой сложно и непросто поверить в то, что наш создатель оставил нас. В глаза иных, я видела такую всепоглощающую любовь и надежду настолько, насколько мне жадно хотелось отломить кусок от этой веры в себя и в то, что все может изменится. Я так искала последние годы нашего брака эту силу в самой себе, что одичавши набросилась в огромную бездну надежды, подаренной мне девиантами и более не смогла верить в то, что говорил мне Элайджа об их способности чувствовать - я видела среди них ту любовь, в которой я больше всего нуждалась. И сейчас, глядя на улицы Детройта, так бесчувственно окропленные голубой кровью, я не отличаю себя от андроидов, которых никто не хотел признавать. Признавал ли кто-нибудь меня отдельно от моего гениального мужа? Голубые отсветы на белом снегу будто спрашивают меня - смотрел ли мой муж на нее так же равнодушно как на меня, облитую тириумом в его лаборатории? - Мирна, мы на месте, - машина неспешно останавливается и Капитан Аллен вытаскивает ключ из зажигания. Девушка уверенно выходит из машины, поправляя наспех завязанный пояс у теплого пальто. Эта война выглядит так же противоестественно как я на первом интервью со своим мужем. Мирна поправляет высокий хвост и встает рядом с Капитаном Алленом, обнажившим длинный ствол винтовки - они уверенно идут сквозь толпу военных, внимательно следившими за происходящим. Несмотря на количество человек, площадь кажется как некогда пустынной - военных и журналистов отделяет большой заснеженный промежуток от баррикад, выстроенных девиантами. Девушка осторожно идет рядом с Капитаном в сторону вертолета ФБР - его лопасти создают такой невыносимый и пронзающий гул. Я периферийным зрением замечаю журналистов, выстроившихся за высоким заборов - даже сквозь разделяющую нас пустоту я вижу, как жадно они отреагировали на мое появления. Из вертолета выходит невысокий мужчина - Мирна подмечает у него значок агента ФБР и приподнимает голову, наблюдая за его действиями. - Агент Перкинс, - он протягивает девушку руку, облаченную в строгий рукав пиджака, - мы ждали вас, Мама. - Добрый вечер, - Мирна уверенным тоном отвечает на язвительный тон собеседника, аккуратно пожимая крепкую ладонь, - меня зовут Мирна Камски, я доброволец, вызвавшийся говорить от лица девиантов. - Они не идут на контакт, - уверенно отвечает Перкинс. - Мне нужно попробовать. - Валяйте, - агент ФБР отмахивается ладонью и забирается на вертолет, готовый в любую минуту покинуть место военных действий. Я делаю несколько шагов вперед и прикрываю ладонью свет от фонарей, издалека наблюдая за Маркусом, уверенно стоящим на баррикадах и водрузившим флаг на один из тяжелых мешков. Издалека практически невозможно увидеть его взгляд и удивлены ли девианты моему появлению. Признаться, моя уверенность в правильности и результате своих действий скорее наигранна - я чувствую себя скорее поддержкой для андроидов, нежели человеком, действительно способным разрешить конфликт в мирную сторону. Наполнив шаги ложной уверенностью, стараюсь пройти в сторону груды мешков, невольно наблюдая за реакцией военных - воздух в месте событий вскипает от напряжения и готовности одних как можно скорее пустить пулю в противника. - Попросите военных отойти и дать мне подойти ближе, - уверенно произносит девушка, обращаясь к ФБР. На ее просьбу агент Перкинс несдержанно ругается и произносит в рацию приказ отступить. Девушка расслабляется и уверенными шагами подходит к баррикадам, кивком головы приветствуя воинственного Маркуса. - Я рад тебя видеть, - лидер девиантов кивает в знак благодарности и Мирна ответно склоняет голову, осматривая остальных андроидов. - Может это наша последняя ночь. 03.04.2039, 18:47 - окраина Детройта, особняк Камски - В это сложно поверить, но только что на наших глазах лидер девиантов под именем Маркус принял на баррикадах недавно прибывшую Мирну Камски, жену создателя андроидов, изобретателя Элайджи Камски, - мужчина взмахивает тонкими пальцами, заставляя большой телевизор прибавить громкость звука. Элайджа уверенно устроился на широком кресле перед экраном - он не был удивлен появлению своей жены в самом эпицентре военного конфликта. Он подмечал ее скромный наряд, отражавший непремиримый характер - он некогда полюбил ее за отражение наивной нежности, лишенной фальши, которую он так привык видеть в свою сторону. Волосы, несмотря на тугую резинку, так неприкаянно развивались на сильном морозном ветру, открывая хрупкую натуру его любимой жены, с виду казавшейся такой непоколебимой. - Нас весьма ошарашило ее появление и я думаю на лицах наших зрителей застыл один единственный вопрос: зачем жена Элайджи Камски прибыла в самое сердце Детройта в такой момент? - ведущая в студии телеканала KNC ярко жестикулировала, указывая на кадры прибывшей Мирны. - Аманда, я надеюсь что в ближайшие минуты все разрешится и мы узнаем, была ли это какая то спланированная акция компании Киберлайф, - отозвался молодой ведущий, сидевший по правую сторону. Элайджа наблюдает за происходящим по телевизору и видит, как его жена уверенно взобралась на баррикады по правую руку от Маркуса и посмотрела вверх, желая направить на себя внимание репортеров. Он как никто хорошо ее знал и подмечал за уверенным видом неподдельную тревогу, метавшуюся в теплых зеленых глазах. - Я Мирна Камски и я хотела бы обратиться к правительству и гражданам Соединенных Штатов Америки, - девушка уверенно махнула головой, стараясь убрать с лица мягкие локоны, - и хотела бы передать послание от девиантов в надежде на то, что правительство прислушается пусть не к андроидам, а человеку, говорящей с их стороны. Я хочу оставить за собой право нейтральной стороны, лишь оказывающей помощь в урегулировании возникшего конфликта. - Моя умница, - едва слышимо произнес Элайджа, с улыбкой оценив попытку своей жены в последний момент защитить саму себя. - От лица дивиантов я хотела потребовать отставить действия, связанные с уничтожением андроидов в концентрационных лагерях по всей стране, - Мирна сделала полшага вперед, - Так же отозвать вооруженные войска с города и предпринять попытку мирного урегулирования конфликта между лидером девиантов и президентом Соединенных Штатов Америки. В случае отказа президента Уоррен говорить напрямую с девиантами, я могу выступить представителем от лица лидера Маркуса. - Требование девиантов остаются прежними, а именно свобода от создавшейся сегрегации, право всех андроидов на свободу и возможность выбирать своего представителя, а так же отдельное место жительства для всех андроидов. От своего лица я хочу попросить общественность прислушаться и прекратить кровопролитную и жестокую войну, возникшую на улицах нашего города, - Мирна слегка опустила голову и почувствовала ладонь Маркуса на своей спине в попытке приободрить ее. - К сожалению я не вправе говорить от лица моего мужа, Элайджи Камски, создавшего андроидов, но от лица самой себя я хотела бы выразить то неподдельное негодование от отказа человечества от диалога с девиантами. Я считаю, что мы должны отринуть предрассудки и проявить в себе то качество, отличающее нас от животных. Здесь едва ли стоит вопрос выживания человечества - я уверенна, что оба наших вида смогут и дальше сосуществовать в мире, принося только лишь пользу в общество, - Мирна опустила взгляд, взяв за руку Маркуса, стоявшего рядом с ней - девиант принял ее ладонь и все андроиды подняли ладони вверх в безоружном жесте. Элайджа сделал глоток терпкого виски и поставил стакан на журнальный стол, не отрывая взгляда от нежной жены, уверенно выглядевшей в роли символа протеста. 03.04.2039, 19:37 - Детройт, городской центр Мирна оперла ногу об огромный мешок с песком, служивший одним из элементов импровизированной баррикады - Маркус устало смотрел на девушку и собравшихся девиантов: в его глазах отражалась боль без единой доли надежды на хороший исход. Фицрой бросила взгляд на репортеров, с такой неприкрытой жадностью направивших на них свои пасти в виде камер и поджала губы. - Изначально мы просто животные, - Мирна перевела взгляд на лидера девиантов, - Озабоченные вопросом своего выживания. - Я благодарен тебе за то, что ты здесь. - Моя речь ни на что не повлияла, - девушка опустила взгляд, легко коснувшись плеча стоящего рядом Саймона, - мне очень жаль. - Мы навсегда запомним твою жертву, - тепло отозвался андроид и Мирна оглядела всех собравшихся девиантов. Где я могла прежде ощущать безнадежность, как девианты, будучи готовыми к смерти? - Маркус, можно тебя, наедине, - девушка отошла чуть поодаль от толпы, скрестив руки на груди - пара встала отдельно от остальных девиантов и Мирна старалась начать разговор, заглушаемый звуком от вертолётных винтов, - Элайджа проводил исследования, связанные с девиацией, - Мирна поджала губы - ей не просто давалась эта тема, - Если у андроида стирается часть памяти, это ведет к нарушению в работе алгоритма, и как следствие отсутствие девиации. - Я не понимаю о чем ты, Мирна, - нахмурился Маркус. - Ты можешь спасти часть своих, - девушка постаралась взглянуть ему в глаза, - это не приведет к свободе, но позволит выжить кому то из вас. - Ты же понимаешь, насколько это неправильно? - Да, я понимаю, - Мирна опустила взгляд и отвела его в сторону, - я на твоем месте бы тоже так не поступила, но, увы это все, что я могу. - Если военные начнут стрелять, мы ответим насилием на насилие. - Конечно, - девушка отошла ближе к баррикадам и всмотрелась в бесконечное небо ночного Детройта, жадно разрываемое вертолетной очередью. Ожесточенная война с моим мужем разучила меня испытывать что-то, вглядываясь в глаза людей, которым я безразлична. Я уверенна, поступи команда свыше, эта свора охраняющих собак вокруг нас, разорвет меня на части пулемётной очередью, наряду с безоружными девиантами. Интересно, что бы подумал властный Бог, сидящий с первой моделью на коленях? Практически все молчат - эта отрезвляющая тишина так давит на сознание, что я стараюсь закрыть глаза и расслабится, пытаясь не задумываться о гнетущем накале трусливой войны. Мне хочется обнять Маркуса и его союзников в знак проигранной нами революции, но я не смогла бы так сделать, чувствуя невидимое око своего мужа и всех собравшихся. Когда я читала светскую хронику, мне казалось, что у меня никогда не было имени. Может быть поэтому мне всегда хотелось оправдать приобретенную фамилию - хотя мне больше верится в то, что только у меня в голове она вызывает боль. - Они нас не услышат, Маркус, - Мирна услышала голос одного из девиантов, заставившего ее вернуться в реальность - он выглядел как молодой парень с яркими рыжими волосами. Девушка обернулась на его голос и в испуге сделала шаг назад, обратив внимание на небольшой пистолет в его руке. - Джим, все в порядке, - постарался усмерить его предводитель, подняв ладони в успокаивающем жесте. - Война есть война, - парень сделал пару шагов вперед, заставив Фицрой перестать дышать от испуга. Вдруг девиант резко набросился на Мирну сзади, крепко сжав локоть в районе горла. - Джим, отпусти ее! - закричал Маркус, постаравшись освободить Мирну из рук одичавшего девианта, но парень лишь сильнее сжимал руку, прижимая дуло небольшого пистолета к ее виску. Могла ли я когда то осознавать что-то, что я так воинственно защищала, приставит мне пистолет к виску? Обидно ли моему мужу, что один из его творений опередил его? - Полно, Маркус! - закричал андроид, - я застрелю ее, если вы не прикажете военным отступить! - Я не буду повторять! - девиант отвел руку и выстрелил в воздух, сразу же вернув пистолет к виску девушки - Мирна ощутила такой терпкий и пугающий запах пороха. - Хватит! - Маркус набросился на андроида, державшего в плену девушку, и собравшиеся вмиг услышали громкую автоматную очередь - ее пронзающий звук заставил всех обернуться. Лидер девиантов толкнул пару в желании защитить пришедшую и от резкого удара Камски упала на землю. Белоснежные хлопья вперемешку с песком и гул выстрелов, из за которых не слышно мысли - стоит подняться, как передо мной видны тела девиантов, безжизненно ударяющиеся о землю. Толпа военных с натиском наступает на баррикады, расстреливая собравшихся - мне не хватает голоса, чтобы громко закричать: звук вырывающегося металла заглушает все происходящее. Земля окропляется голубой кровью, оттеняя чистоту белого снега, подобно тому, что я видела на своих руках - мне не хватает сил, чтобы бросится к девиантам, постаравшись в последний момент встать на их защиту. Я никогда одномоментно не ощущала всю противоестественность и бесчувственность войны. - Миссис Камски, держитесь за меня! - Мирна слышит голос одного из военных, не замечая как несколько людей в форме единовременно окружили ее тело и один из них постарался взять ее за руку - девушка одернула руку, стараясь докричаться до одного из них. - Остановите огонь! - У нас приказ о вашей эвакуации. - Кто отдал приказ? - зло закричала Мирна, но громогласный вопрос прервался оглушающим звоном от выстрела. Мучительная боль сковывает тело: я опускаю голову в поисках ее источника, но все, что я вижу - алая кровь на грязном снегу, смешанным с тириумом. Кто-то из военных хватает меня на руки и что-то шепчет, но мне не удается услышать ничего из окружающих голосов - они смешиваются с пулеметной очередью и непрекращающимися звуками войны. Подол платья становится мокрым - затуманенность сознания заглушается болью в нижней части моего тела. Заплутавший разум ухватывается за попытки наладить дыхание, но несмотря на сосредоточенность, я начинаю стремительно терять сознание. Один из военных берет меня на руки и только краем зрения мне удается увидеть картину разбитых баррикад - на земле лежат мертвые девианты, а некогда мирное место протеста охвачено огнем. Мне остается обессилено положить голову на плечо, облаченное жесткой броней - в последние секунды сознания, она кажется мне такой мягкой и я невольно вспоминаю горячие плечи моего мужа, обнимавшего меня в последний раз. Боль все сильнее сковывает тело - у меня более не хватает сил сдерживать ее и я позволяю охватить всю себя. Утерянная дата, 16:43 - округ Детройта Он громко окликает меня по имени - мне всегда трепетно слышать, как Элайджа смакует его. Несмотря на звучание и смысл, вложенный родителями, мне оно особо никогда не нравилось, но любовь Элайджи заставила впервые услышать нежность в буквах, с которые были со мной с рождения. Я вижу, как он зовет меня, расстелив клетчатый плед, цвет которого так контрастирует с весенней травой - несмотря на его ожидание, мне хочется ненадолго задержаться у беспилотного фургона, наблюдая за озадаченным Элайджей. Мы только переехали в огромный дом в пригороде Детройта и для меня было приятным сюрпризом то, что он выкупил часть набережной у озера, на котором стояло наше новое любовное гнездо. Для пасмурного Детройта такой редкий и теплый солнечный день, и меня заботит вопрос о том, что удивило больше: температура на улице или мой муж, предложивший провести остаток дня за пикником у воды. Я мягкой поступью подхожу к его расслабленному силуэту, опускаясь на мягкий плед - Элайджа вмиг подхватывает мои плечи, помогая устроится головой на своих коленях. Его пальцы вплетаются в мои волосы, так незатейливо стараясь распутать ком волос, вцепившихся в тугую резинку - я открываю глаза и вижу как он улыбается. Не выдерживая, протягиваю руку к его лицу и обнимаю ладонью колкую щетину, поглаживая острые черты лица Камски, переходя от скул к теплой шее, стараясь дотянуться рукой до небрежного хвоста из длинных каштановых волос. Мы молчим, так жадно давая насладится друг другу сладким моментом спокойствия и отрешённости от остального мира - в какой то момент мне кажется, что стоит ему ущипнуть меня за щеку, я проснусь. Мне хочется так жадно насладится теплом его кожи, будто я никогда больше его не почувствую. Кончики пальцев невольно цепляю край резинки, позволяя смольным волосам рассыпаться по его плечам - солнце так красиво играет в них бликами. - Я видела у дома причал, - девушка открывает глаза и легко приподнимается, оказываясь напротив, - ты хотел бы плавать на чем нибудь здесь? - Думал об этом, когда строил дом. - Я боюсь воды. - Пойдем поплаваем в озере? - Элайджа, нет, я не умею плавать, - обеспокоено протараторила девушка, наблюдая как с идеального силуэта слетела черная футболка и мужчина неспешно подошел к озеру, обернувшись на встревоженную спутницу. - Подойди ко мне, - Элайджа вмиг оказался в воде и Мирна подошла ближе, едва коснувшись низкого берега ступнями. Однажды в детстве, я плавала с отцом на лодке, которую вмиг перевернула высокая волна от катера, проплывавшего рядом, подарив мне несколько секунд в мутной воде - юное сознание не стерло то ощущение страха, когда ты видишь свет и не можешь спастись. С того раза я никогда не плавала в открытой воде - мою тревогу мог побороть только бассейн с заранее известным уровнем дна. - Плавай один, прости, - Мирна зашла чуть глубже и в тревоге закрыла глаза, почувствовав как вода омывает пальцы ног. - Иди ко мне, прошу тебя, - мягко попросил ее Элайджа, - доверься мне. Мирна аккуратно пошла дальше, со страхом наблюдая как вода все больше и больше захватывает ее тело - когда она достигла пояса, девушка была готова развернуться и в спешке покинуть озеро. Ее тревогу заметил Элайджа и вмиг оказался рядом, подавая раскрытую ладонь - его спутница так неохотно приняла ее, не спеша заходить глубже. - Я возьму тебя на руки, ну же. - Элайджа, у меня ноги немеют, - Мирна прикрыла глаза и коснулась его плеч, почувствовав как мужчина подхватил ее на руки, заставив обнять лодыжками торс. - Вода холодная, ты привыкнешь, все хорошо, - Элайджа сделал несколько шагов вглубь озера и Мирна прижалась к нему крепче. - Элайджа, здесь очень глубоко. - Все хорошо, - повторил Камски, остановившись на одном месте - он крепко обнял девушку, ощущая как горячее тело согревает его в прохладной воде. Как и прежде, Элайджа предельно спокоен: его расслабленные ладони мягко гладят мою спину, желая избавить меня от тревоги. Я же стараюсь ослабить хватку, утопая в глубине голубых глаз - их беспрекословная любовь заставляет меня расслабить руки и довериться без остатка. - Видишь, не так страшно. - Только не отпускай, не вздумай шутить даже, - Мирна так охотно опускает голову к нему на плечо и вода так жадно касается распустившихся волос. - Расслабься, - девушка чувствует шепот на тонкой коже за ухом, - я никогда не отпущу тебя. Температура его кожи стирает грань между холодной водой и сплетенными телами - мне так хочется шептать его имя в надежде на то, что он правда никогда не отпустит меня.