Маскарад: Ящик Пандоры

Мужество есть лишь у тех, кто ощутил сердцем страх, Кто смотрит в пропасть, но смотрит с гордостью в глазах. (Ария - Беги за солнцем) Санта-Моника, пляж Прозрачные короткие летние ночи обладали каким-то особенным, почти мистическим очарованием. Город дремал в бледном свете луны и звезд. Волны мягко накатывали на песчаный берег. Свет полной луны, необычайно большой и яркой сегодня, рассыпался серебристыми бликами по водной глади. С пляжа открывался вид на уютные огоньки города и пирс – большие города никогда не спят. Анжела Миднайт, замерев у полосы прибоя, неотрывно смотрела вдаль, туда, где водная гладь сливалась с ночным небом. В лицо девушке дул пришедший с океана ветер – теплый и убаюкивающий. Эта ночь, такая ясная, такая тихая, напоминала застывший отрывок из сна. Но молодая вампирша знала, что это впечатление обманчиво, и ночная тьма скрывает многое. Иногда – удивительное и чарующее, иногда – жуткое и отвратительное. Мир Тьмы, надежно скрытый от простых смертных, жил по своим правилам. Несколько месяцев назад Анжела так же стояла на песчаном берегу, глядя вдаль – это была одна из первых ночей после Становления. Всего ночью ранее она лишилась Сира и следующие недели была вынуждена носиться по всему городу, выполняя поручения прежнего Князя – грязную и почти всегда смертельно опасную работу. ЛаКруа… Когда-то одно лишь его упоминание могло вызвать у вампирши вспышку ярости. Тот, кто погубил ее Сира и едва не уничтожил саму Анжелу и многих ее друзей, пусть и не лично, а путем хитрых и подлых интриг. Но после его свержения и казни гнев покинул душу Анжелы, когда ветер развеял пепел ее противника. Теперь покойный Вентру был лишь одним из многих уничтоженных врагов. Но тогда, спустя несколько ночей после Становления, Гангрел была еще желторотой неонаткой, не знающей, что делать и куда идти. В ту ночь она впервые в жизни пролила чужую кровь. Пришлось привыкать к этому - слишком узкой оказалась кромка, на которой она балансировала, слишком простым и жестоким было правило: убивать или самой быть убитой. Анжела усвоила этот урок. Да, те ночи оказались богаты на события. Но молодые вампиры с честью преодолели выпавшие на их долю испытания. Они смогли выжить и одолеть всех своих врагов. Но сейчас Анжела пришла в это место не для воспоминаний – ее привело сюда небольшое поручение, а точнее – просьба Анархов. А все потому, что Эш несколько недель назад как-то узнал о том, что один из сценаристов, Дэвид Хаттер, пишет подозрительно правдоподобный сценарий фильма о вампирах. Было ясно, что работа Хаттера не должна уйти дальше фантазий сценариста. Опасный сценарий конфисковали Юфемия и Нина, промыв заодно Хаттеру мозги и выяснив таким образом имя информатора. Им оказался некий Джулиус, Слабокровный вампир из Санта-Моники. Переговорить с провинившимся вызвалась Анжела. Хоть девушка и состояла в Камарилье, она, тем не менее, поддерживала дружеские отношения с некоторыми представителями фракции Анархов, как, впрочем, и вся котерия. «Свободные Сородичи» не раз помогали неонатам, и птенцы старались отвечать им тем же. Конечно, та же Юфемия с помощью Доминирования смогла бы раз и навсегда отучить Джулиуса рассказывать кому попало о вампирах, но Анжела и без подчиняющей разум Дисциплины умела быть достаточно убедительной. К тому же, ей давно хотелось спокойно пройтись по темным улицам, с которых начался ее путь во тьме – жаль, не было повода, а делать что-то просто так Гангрел не любила. Острое зрение заметило какого-то парня возле самой скалы – неизвестный сидел на песке, глядя куда-то в сторону горизонта. Бледность выдавала в нем Сородича, а место, время и описание явно совпадали – значит, ошибка вряд ли возможна. Джулиус привык к одиночеству. Вампир-отщепенец не смог найти общий язык с компанией таких же, как он сам, других Слабокровных, а потому держался себе на уме, лишь изредка заглядывая к товарищам по несчастью. А луна сегодня такая красивая, и так задумчиво шепчут волны. Что еще надо мечтателю? Жаль, что его мечтам о славе уже не суждено сбыться – по вине его Сира и судьбы… Хотя он и подкидывал постоянно другу-сценаристу идеи для его сценария фильма о вампирах, вряд ли теперь кто-то узнает его имя. От внезапно накатившего чувства безысходности хотелось, подобно волку, завыть на луну. Тихий скрип песка. Кто-то приближался к нему со стороны выхода в город, ничуть не таясь. Джулиус обернулся. Она стояла в нескольких шагах от него – высокая бледная девушка в черных джинсах и черной же футболке, через руку переброшена кожаная куртка. Ее волосы цвета воронова крыла были подстрижены на уровне плеч, а правую руку от плеча до пальцев покрывала вязь синих линий. В необычно ярких зеленых глазах светились насмешливые искорки, но она не улыбалась. Незнакомка смотрела на Джулиуса, пристально, и тому стало не по себе: чего ей от него надо? Он вспомнил, что видел ее пару раз на улицах и в клубе «Бедлам» - кажется, другие Слабокровные что-то говорили о ней, но Джулиус тогда не прислушивался. - Ч-ч-чег-го т-ты х-х-хочешь? – не выдержал пристального взгляда парень. Он всегда начинал заикаться, когда хотя бы чуть-чуть волновался. - Ты – Джулиус? – спросила вампирша, подтвердив худшие подозрения Слабокровного: она пришла за ним. - Не-не-не-не-нет! – воскликнул парень. Но обмануть незнакомку не удалось. - Ты рассказывал смертным о нас? Эта фраза окончательно дала понять Джулиусу, во что он влип. Рассказать смертным об обществе вампиров! Насколько было известно парню, наказание за такой проступок было очень суровым. А еще он понял, что врать бесполезно. - П-п-пожалуйста! – Джулиус сложил ладони в молитвенном жесте, заикаясь еще больше, чем обычно. – Я н-н-не з-з-знал! Я-я-я н-н-не х-х-хотел! Я н-не понимал, к-кто я такой! Я-я-я н-н-не з-знал! Но вампиршу, похоже, не тронули попытки несчастного объясниться. - Ты знаешь, Джулиус, какова кара? – вкрадчиво спросила девушка, подходя ближе. – Знаешь? - П-прости меня! – затараторил «предатель», понимая, что тон незнакомки не сулит ему ничего хорошего. – П-прошу! П-пожалуйста! Я… Я б-больше не буду! - Джулиус… Наказание за болтливость… - она подошла еще на шаг ближе, ее голос понизился до драматического свистящего шепота – …смерть. - А-аа-а! – Джулиус отшатнулся, едва не упав. – А-аа, н-нет! О, Б-боже! Вампирша развела руками: - Это не я устанавливаю правила, понимаешь? - П-п-пожалуйста! – взмолился Джулиус. – С-с-сжалься! Им-мей ж-жа-жалость! - Если я тебя отпущу, а об этом узнают, это будет стоить мне жизни, - слова прозвучали, как приговор. Джулиус принялся едва связно лепетать чушь о том, что он больше никому ничего не скажет, что немедленно уедет из Лос-Анджелеса. Незнакомка усмехнулась. - Что ж, ладно. В этот раз я постараюсь тебя выгородить. Но впредь… Не вздумай вновь рассказывать о нас смертным. Узнаю – убью собственными руками. Это - понятно? – Джулиус нервно кивнул, и вампирша продолжила: - И лучше бы тебе примкнуть к твоим товарищам по несчастью, местным Слабокровным. - С-с-спасибо! – не помня себя от радости, воскликнул Джулиус. Он спасен! Его не убьют! – С-спасибо! О, с-спасибо! И бросился к ведущей в город лестнице. Анжела посмотрела Джулиусу вслед. Девушке стоило больших трудов сохранять каменное выражение лица и не рассмеяться во время разговора. Ломать такую комедию… Ей определенно надо было поступать в театральный, а не на исторический. Перед тем, как приступить к делу, девушка подошла к поручению серьезно и поговорила с другими Слабокровными, надеясь выявить слабые стороны «объекта». Ответ был прост и ясен – Джулиуса следовало как следует припугнуть, что Анжела и сделала. Теперь парень наверняка будет думать перед тем, как давать волю своему языку. Она снова повернулась лицом к океану и прикрыла глаза, вновь погружаясь в воспоминания. Да, отсюда начался ее путь, завершившийся свержением ненавистного Князя ЛаКруа и местью за смерть Сира. Гибель Дженсена оставила в душе Анжелы глубокую рану – даже сейчас боль утраты не исчезла до конца. Вновь и вновь она видела во снах меч, опускающийся на шею ее Сира, и искрящийся пепел, слышала собственный отчаянный крик. Воздаяние свершилось, но восстановленная справедливость не вернет к жизни Дженсена Вульфа. Охотник на вампиров, волею случая ставший союзником котерии, рассказал тогда Анжеле о деле, которым занимался ее Сир. Он противостоял Братству Девятого круга – таинственной организации, с представителями которой той осенью столкнулись неонаты. Увы, за прошедший год Анжеле не удалось найти ни единой зацепки – впрочем, она лишь недавно всерьез занялась поисками информации. Но, увы, пока что в ее руках были лишь собственные воспоминания и воспоминания друзей, а так же незашифрованные записи Дженсена. Возможно, кто-то смог бы расшифровать хранящуюся на пожелтевших страницах информацию, но для Анжелы этот «дневник» был памятью о Сире, и отдавать его в чужие руки без необходимости не хотелось. «Нет. Так не пойдет. У меня нет ни одной чертовой нити, за которую можно было бы потянуть и распутать хотя бы часть этого клубка. Нет, больше того: я вообще ничего не знаю об этом Братстве». С другой стороны, теперь у Анжелы хватало времени и возможностей для того, чтобы заняться исследованиями Дженсена. После свержения прежнего Князя положение котерии в обществе сильно изменилось – теперь молодые вампиры, несмотря на юный возраст, стали доверенными лицами Штрауса и Совета и из ребят на побегушках превратились в уважаемых членов общества. Больше им не приходилось подсчитывать каждый цент и беспокоиться об убежище – они жили в отличных квартирах в Даунтауне и получали неплохое жалование. А учитывая совершенное ими несколько месяцев назад, неонаты превратились в живую легенду для местных Сородичей. Неонаты за короткий срок смогли добиться уважения, однако пережитое в те осенние ночи наложило свой несмываемый отпечаток. Молодые вампиры так и не привыкли к тому, что им не нужно больше каждую ночь сражаться за свои жизни, что в город вернулся мир. Юная Гангрел остановилась у кромки воды, вглядываясь в темную гладь океана. На мгновение ей показалось, что она видит далекий силуэт огромного сухогруза. Картина из прошлого вновь встала перед мысленным взором, необычайно яркая и живая. Она будто снова воочию увидела сухогруз «Элизабет Дейн», на который Анжела и Кайл пришли тогда за документацией, пустой и жуткий, с залитыми кровью помещениями, развороченный ящик с Анкарским саркофагом – древним артефактом, принесшим смерть команде корабля. Погоня за саркофагом едва не стоила неонатам жизней – но в итоге потерпели поражение все, кто хотел воспользоваться артефактом в корыстных целях. От воспоминаний Анжелу отвлекло ощущение присутствия чего-то знакомого. Нет, пресловутое шестое чувство здесь ни при чем – у Гангрелов прекрасно развиты обычные для любого живого существа пять чувств. Подняв голову, девушка заметила знакомый силуэт волка на скале. А ведь казалось, еще вчера он лежал здесь, наблюдая за Слабокровными, еще вчера неподалеку от берега обнаружили дрейфующий сухогруз, перевозивший Анкарский саркофаг, а он познакомился с котерией неонатов. Их встречи не были случайными - он обещал их Сирам присмотреть за птенцами. После тех событий Беккету пришлось покинуть Лос-Анджелес. Гангрел сам не вполне понимал, что именно погнало его прочь из Города Ангелов – опасность возникновения смуты, тяга к путешествиям, или… юная сокланница. Та самая, что стояла сейчас внизу, на пляже. И, похоже, она его заметила. Мощный взрыв и последовавшая за ним канонада привлекли его внимание. И сейчас он в облике волка мчался по крыше поезда, стремясь узнать о произошедшем первым. А вот и заброшенный вокзал. Беккет заметил чей-то силуэт на перроне и спрыгнул с крыши поезда. Он ожидал увидеть агентов Князя, но вместо них у края платформы застыла в растерянности юная черноволосая девушка. Одного взгляда было достаточно, чтобы понять, что она – Сородич. Странно яркие зеленые глаза смотрели на Гангрела с удивлением и любопытством. Удивление девушки многократно возросло, когда Беккет принял форму человека. Вампир слегка улыбнулся: похоже, это совсем еще желторотый птенец. И тем удивительнее то, что она уничтожила склад Шабаша – если это, конечно, ее работа. - Склад… - он снова окинул девушку взглядом. – Полагаю, твоих рук дело? Молодая вампирша, уже отошедшая от шока, с независимым видом уперла руки в бока: - Да, это была я! И что ты теперь собираешься предпринять? – она посмотрела на Беккета с вызовом. Тот едва сдержался, чтобы не рассмеяться: какой боевой настрой! В изумрудных глазах девушки прыгали чертики. Нет, эта неонатка определенно вызывала симпатию. - Недавно обратили? – Гангрел все-таки не выдержал и рассмеялся. - Еще не всем старшим в городе успела нахамить? - Тебе вот уже успела! Да, такой палец в рот не клади – откусит руку по плечо, отхватив по пути голову. - Быстро соображаешь, - одобрительно хмыкнул вампир. - Я – Беккет. - Анжела Миднайт, - представилась в ответ девушка. – Почему ты преследуешь меня? Когда-то давно вечный странник придумал себе установку – ни к кому не привязываться. И следовал ей долгое время… Но все же нарушил ее – после осенних событий вампир сильно привязался к котерии молодежи и к этой девчонке в частности. И сбежал – да, именно сбежал! – пытаясь избавиться от привязанности. Но нераскрытая тайна Анкарского саркофага поманила его обратно. За спиной послышались шаги. - Доброй ночи, Беккет. Когда на складе Шабаша белый волк превратился в человека, Анжела удивилась, но, понаблюдав за трансформациями вампиров и научившись принимать звериный облик сама, Гангрел принимала это как вещь совершенно естественную. - И тебе доброй ночи, Дитя, - кивнул вампир-историк, невозмутимо поправляя съехавшие на бок после превращения очки. - Что привело тебя обратно? - Как бы сказать… - старший Гангрел пожал плечами. – В глуши нет некоторых интересующих меня предметов. - Антиблошиного шампуня? – не преминула подколоть его Анжела. Беккет сокрушенно вздохнул: - Язва. Ладно, я скажу. Хотя, может быть, ты сама догадаешься? - Саркофаг, - предположила вампирша. - Именно! – кивнул Беккет. – Ведь его тайна осталась нераскрытой… Нет ли никаких вестей про его дальнейшую судьбу? - Похоже, что ты действительно отсиживался в глуши, - хмыкнула Анжела. – Ты думал, про этот славный гробик забудут - после того, как он поставил весь город на уши? Его несколько месяцев подержали на складе, изучили, признали безопасным и вернули музею. Сейчас с ним работают ученые. - Интереснейшие вести. Твоя осведомленность не может не радовать. Кстати, как обстоят дела у вашей котерии? - Здесь все, к счастью, нормально. Наше положение в обществе выправилось, мы даже смогли найти достойное жилище для всех - все, кроме Кайла, обзавелись квартирами в "Горизонте". Теперь там живут одни Сородичи, ты знаешь? - и, немного помолчав, добавила: - через пару часов рассветет. Летние ночи коротки… - Это так, - кивнул Гангрел. – Однако я не могу отказать себе в удовольствии еще немного полюбоваться на океан. Не желаешь присоединиться? Анжела, пожав плечами, присела на краю скалы, глядя на играющую серебристыми бликами водную гладь. И снова ей показалось, что сейчас она увидит вдалеке темную громаду опустевшего сухогруза. То же время, Чайнатаун, рыбный склад - Жри, покемон хренов! Приятно подавиться! – от щелчка зажигалки промасленная тряпица вспыхнула. Лия швырнула бутылку с горючей смесью прямо в акулью пасть, монстр щелкнул челюстями – и спустя секунду взревел от боли. Жуткое существо, больше всего напоминающее гибрид человека и акулы-молота, в прямом смысле билось головой об стену, стремясь заглушить боль. Рявкнул дробовик Джесс – пока слегка поджаренный демон с труднопроизносимым названием пытался как-то справиться с болью, приносимой горящей жидкостью, Носферату успела подобраться достаточно близко. Выстрел почти в упор разнес колено монстра. Тот, взревев от боли и ярости, слепо взмахнул лапой. Джесс задело уже на излете и не слишком сильно, но все же опрокинуло на пол. Лия, призвав Стремительность, подлетела к монстру с другой стороны и перебила выстрелом второе колено. Тварь осела на пол склада, однако попыталась подползти на мощных передних конечностях. - Да сдохни уже, ты, начинка для суши! Первый выстрел в голову особого эффекта не имел – то ли череп у демона оказался бронированным, то ли мозгов не было. Однако последующие выстрелы все же утихомирили неведому зверушку – покорчившись для приличия в судорогах, чудище благополучно сдохло. - Вот черт… - выдохнула Бруджа. – Знали бы заранее… - Если знать все заранее, было бы слишком просто, - поднявшаяся с пола Джесс пожала плечами. – Или нет. Этот говнюк не собирается ни сгорать, ни гнить, ни принимать человеческий облик. Что будем с ним делать? - Позвони нашим. А я осмотрюсь, не привлекли ли мы лишнего внимания. И сообщу Юки, что этот ее хенгие-как-его-там благополучно протянул копыта… Хотя, в его случае, скорее, склеил ласты. Странная она, надо сказать. Скажу ей, что эта тварь на нас напала, и нам пришлось ее убить, а то вдруг ей придет в голову подраться с нами за то, что мы прикончили ее врага? Девушки переглянулись. Недавно появились слухи о пропаже нескольких гулей в Чайнатауне, и часть котерии отправилась разобраться в произошедшем в надежде на то, что причина этого была той же, что и у исчезновений в Голливуде, и что здесь удастся отыскать что-то, что прояснит это дело. Но в китайском квартале лишь поселился какой-то азиатский демон, убивавший ради развлечения - и, похоже, он намеренно выбирал гулей, а не кого-то еще. Вампирши вышли на эту тварь только благодаря юной охотнице-японке по имени Юки, которая преследовала монстра вот уже несколько месяцев. - Хорошо, - Носферату кивнув подруге, достала мобильный. - Алло, Рик? Это Джесс. И у нас небольшая проблема. Мы с Лией убили в Чайнатауне какую-то тварь. Нет, не Квей-Джин, демон с убийственным названием. Это он убивал гулей, так что здесь облом. Вот только труп не сгорает и не разлагается, а оставить все в таком виде нельзя – вопиющее нарушение Маскарада. - Заметаете следы преступления? – хмыкнул друг. – Ладно, сейчас кого-нибудь соберу. Куда ехать? - Чайнатаун, складская зона, рыбный склад, - коротко пояснила Джесс. Голливуд, то же время - Чудесно, никто ничего не знает! – Кайл с самым страдальческим выражением лица вышел из ювелирного магазина, с трудом подавляя желание от души хлопнуть дверью. – Курт, будь другом, дай револьвер. - Зачем? – не понял охотник, дожидавшийся Цимици на улице. - Застрелиться, - мрачно пояснил Кайл. - Самоубийство – грех! – едва сдерживая смех, Курт отвесил приятелю дружеский щелбан. – Лучше расскажи, что ты узнал. Вампир развел руками: - Ничего толкового. В основном – то, что мы уже знаем, а эти два агента ездили нам по ушам, стараясь перекричать друг друга. В Голливуде пропадают люди, в темное время суток. Исчезли несколько диггерских групп. В городе творится какая-то херня, а мы ни черта не знаем, а в дело того гляди влезет полиция. В связи с этим испытываю острое желание впасть в Безумие и сожрать кого-нибудь. - Чревоугодие – это тоже грех, - Курт пытался сохранить серьезную мину, но не выдержал и прыснул со смеху. - От отца, что ли, нахватался? Это ложь и провокация! – фыркнул Кайл. – Пожрать – это святое! Пару секунд вампир и охотник сверлили друг друга взглядами, а потом засмеялись в голос. Отсмеявшись, леопольдовец предложил: - Слушай, помнишь проход в старые коллекторы, рядом с «Гадючьей норой»? Может, стоит заглянуть туда? Может быть, мы найдем какие-то зацепки – старые коллекторы ведь, как я понимаю, не обследовали? - Может, и найдем, - после минутного раздумья Кайл кивнул, стараясь заглушить внезапно всколыхнувшееся гнилое предчувствие. – Кстати, раз тебя Аббат усыновил, почему ты носишь фамилию Шэннон? Согласись, Курт Бах звучало бы гораздо лучше! - Иди ты, - беззлобно отмахнулся Терциарий. – Пошли, чревоугодник. - Нет, ну, а все же? - Шэннон - это псевдоним. Доволен? Пойдем уже. Вампир и охотник направились в сторону клуба «Гадючья нора», еще не подозревая о грядущей встрече с прошлым. Даунтаун, бар «Последний выстрел», то же время На втором этаже бара Джек, Найнс и Скелтер азартно шлепали засаленными картами по столешнице. Пока что Джеку уже несколько раз удалось объегорить младших соклановцев. «Хорошо, что играем не на деньги», - мрачно подумал Найнс. Впрочем, получать колобашки от старого пирата тоже было не слишком приятно, но, раз уж решили играть на щелбаны, то теперь и жаловаться нечего. - Учитесь, салаги! – довольно ухмыльнулся Джек, выиграв очередную партию. – Подставляйте лбы! - Вот шулер! – разочарованно буркнул Скелтер. - Кстати, Джек, - перевел тему разговора Найнс, - что думаешь по поводу происходящего? Присутствующие здесь же товарищи по фракции навострили уши и подались ближе – всем было интересно узнать мнение живой легенды Анархов. - Честно сказать? Не знаю, что пока и думать, - старый Бруджа пожал плечами. – Да и нет пока никаких ниточек, чтобы что-то предполагать… - Может, китайцы решили вернуться? – задумчиво прогудел Скелтер. – Сомневаюсь, что они оставят в покое Калифорнию, слишком лакомый кусочек для них. Джек усмехнулся. - Может быть, кусочек и лакомый, только после того разгрома косые еще долго не осмелятся вернуться. А если бы и вернулись, то вели себя по-другому. Сам подумай, какой резон им похищать по ночам смертных, причем в Голливуде? - Тогда, может, Шабаш? – вынес свое предположение Найнс. – Это вполне их методы. - Шабаш тоже потерпел сокрушительное поражение, - возразил Джек. – Хотя… Поживем – увидим. Ну, так что, сыграем еще раз? Коллекторы Голливуда, то же время Тварь наблюдала. Этот вампир не видел ее в мутной темной воде. Ей очень хотелось напасть, разорвать его в клочья, но… хозяин не велел. И этот вампир чем-то похож на хозяина, что-то в нем есть знакомое… Нет, нельзя на него нападать… Но, возможно, в воду сунется его товарищ-человек? - Что там? – поинтересовался Курт у вынырнувшего из воды Кайла. - Метров сто затоплено, на мой взгляд. Тебе здесь не пройти, - Цимици развел руками. Спустившись в старые коллекторы, вампир и охотник заметили относительно свежие следы когтей. Ища отметины, горе-исследователи добрались до незнакомого участка коллектора. Путь им преградил затопленный туннель – и следы вели в него. Кайл как существо, способное обходиться без воздуха, решил проверить, насколько длинный участок туннеля находится под водой. Отсутствовал он долго и вести доложил безрадостные. - В общем, ты возвращайся, - подытожил он. – Заодно расскажи своим о том, что мы нашли. А я отправлюсь дальше, там, с другой стороны, следы. Я-то пройду, - повторил Цимици, - а тебе туда нельзя. Мало того, что туннель длинный, так там еще и кто-то есть. Я его не видел, но почувствовал, заметил едва видимую ауру. Я чувствую: меня оно почему-то трогать не станет, а вот на тебя нападет. Так что иди. Курт, немного поколебавшись, махнул рукой. - Ты только не лезь в пекло и не строй из себя героя. Не вздумай там подохнуть, безмозглое дьявольское отродье! - Не дождешься! – Цимици довольно ухмыльнулся. – Я тебе назло жить буду. Ладно, иди. - Удачи. Ни пуха, ни пера, - охотник отправился назад, благо, путь в незнакомой части коллекторов Курт и Кайл отмечали мелом. - К черту. Вампир некоторое время стоял и смотрел вслед другу, а затем вновь нырнул в темную воду. Плыть снова пришлось на ощупь, вдоль одной из стен. Он не столько видел, сколько ощущал ауру неведомой твари рядом. И его не на шутку пугало такое соседство. Он не знал, что за существо скрывается в мутной воде и насколько оно опасно. И главное – Кайл не видел неведомую тварь. Но чувствовал на себе ее голодный взгляд… Жуткое, пробирающее до дрожи ощущение. И ясно ощущал: тварь почему-то не нападает на него, но ее почти ничего не сдерживает. Возможно, она не удержится и атакует – и тогда молодой Цимици вряд ли выберется из этого туннеля. Поэтому, преодолев затопленный участок туннеля, Кайл испытал ни с чем несравнимое чувство облегчения: хотя бы одна опасность позади. Мысль о том, что возвращаться придется по этому же туннелю, червячком точила вампира изнутри. Хотя, возможно, он найдет другой путь на поверхность?.. Часть коллекторов, в которые привел Кайла затопленный туннель, была практически не освещена. С тихим перестуком капала с полукруглого свода вода, и стук капель усиливался играющим в туннеле эхом. Это место пугало темнотой, тишиной и неизвестностью. Следы здесь были более отчетливыми и уводили они в темноту лабиринтов. Идти туда совершенно не было желания. Воображение рисовало картины одну похлеще другой, и Кайлу не слишком-то хотелось узнать, что же скрывается в туннелях. Но, увы, есть такое слово - «надо». Ведь это может оказаться ниточкой, ведущей к разгадке всей этой истории с исчезновениями людей, может спасти много жизней, в том числе, и жизни друзей… Ради этого стоит рискнуть, не так ли? «Ну же, вперед! - подбодрил себя Кайл. – Двум смертям не бывать, одной – не миновать. Вперед! Сегодня ты узнаешь, что за чертовщина здесь творится, а завтра неведомые твари не нападут на твоих друзей». Вытащив ножны с катаной из чехла и закрепив их на поясе, он осторожно двинулся вперед. В происходящем чувствовалось что-то знакомое, и вместе с тем – нет. В одном Цимици был уверен точно: его ждет встреча с прошлым. Курт на автопилоте добрел до выхода в новые коллекторы. Охотник никак не мог отделаться от мерзкого чувства, что бросил друга в беде. Хотя он и не смог бы преодолеть затопленный туннель, а уходить ему велел сам Кайл, которого было переубедить труднее, чем сбить лбом с рельсов бронепоезд, Курт чувствовал себя предателем. Кто знает, какие зловещие тайны хранят катакомбы под Голливудом? Впрочем, Кайл прав: ему надо как можно быстрее рассказать обо всем своим. Резервная база рядом, но сейчас на ней находились в лучшем случае только наблюдатели. А значит, придется отправиться на основную базу, восстановленную после атаки Квей-Джин. Выбравшись в город, молодой охотник немедленно отправился искать телефон-автомат: нужно было как можно быстрее связаться с базой, заодно пусть заберут его отсюда, не пешком же добираться до своих, верно?.. Даунтаун, заброшенная больница Старый Тим бродяжничал вот уже девятый год, и за это время полностью привык к такой жизни. Когда-то у него были собственный дом и приличная работа, но после внезапной смерти жены мужчина принялся заливать горе алкоголем. Он быстро пристрастился к бутылке и уже не пытался с этим бороться. Вскоре его выгнали с работы, а через пару лет он влез в долги, лишился всего имущества и оказался на улице. И сейчас Тим влачил это жалкое, бесцельное существование, окончательно спившись. Вряд ли кто-то из знакомых времен той, прежней жизни узнал бы в этом грязном, воняющем, как мусорный бак, подобии человека прежнего Тима Брэдли. Впрочем, самого бродягу этот вопрос уж точно не беспокоил – куда как больше его интересовали насущные проблемы: как найти что-нибудь пожрать, что бы выпить и где бы переночевать. Пустующее здание заброшенной больницы казалось вполне приемлемым вариантом. По крайней мере, есть стены и крыша. К тому же, здание большое, так что, если забредет кто-то еще, вряд ли он выгонит старика Тима отсюда. Внутри было темно, но царящий всюду разгром, тем не менее, был отлично виден. Зато в одной из палат обнаружилась даже невредимая койка с матрасом. Воистину, королевское ложе! На фоне этой находки здоровенная дыра в стене не казалась чем-то существенным, по крайней мере, Тим не был привередливым. Завалившись на жалобно скрипнувшую койку, он тут же уснул. Проснулся мужчина спустя какое-то время, и несколько секунд лежал с закрытыми глазами, пытаясь понять, что же его разбудило. Может быть, сильный запах гниющего мяса? Странно, он не заметил его, когда устраивался на ночлег. Спустя мгновение Тима осенило: в палате был кто-то еще кроме него. Он услышал шаркающие звуки, открыл глаза и резко сел. И не заорал благим матом лишь потому, что от страха у него пропал голос. Со стороны пролома к стене к нему быстро ползло что-то человекоподобное, оставляющее за собой на полу темный след. Вот оно достигло освещенного участка пола – и Тим все-таки заорал, перемежая ругательства обрывками молитв. То, что к нему приближалось, некогда было человеком, но к живым людям не относилось. Безглазая полусгнившая морда, точно такие же руки и культи вместо ног – и вонь разложения. Живой мертвец не видел Тима, но, тем не менее, безошибочно чувствовал его местонахождение – иначе как объяснить то, что он полз прямо к бродяге? - Господи Иисусе! Мужчина вскочил с койки и с неожиданным проворством бросился к дверям палаты. Верно говорят, страх придает силы. Тим выскочил в темный коридор... и завыл от безысходности: навстречу ему шатающейся походкой приближались еще три мертвеца. В этом сомнений не было – от них разило гнильем, к тому же, они не проронили ни слова. Походкой испорченных заводных кукол они брели к бродяге. Тим попятился, не зная, куда бежать… И в этот миг на голени с неожиданной силой сомкнулись чьи-то пальцы. Мужчина взглянул вниз – безногий мертвец все-таки настиг его. Попытка вырваться не увенчалась успехом – в полуразложившемся теле, как ни странно, таилась немалая сила. Тварь дернула на себя – и Тим рухнул на пол коридора. Мертвяк подтянулся ближе, и бродяга почувствовал, как чуть выше колена сомкнулись зубы мертвой твари. Несчастный закричал от боли и вновь попытался вырваться, но мертвец вцепился в него крепко. Пока Тим пытался отбиться от безногого трупа, остальные трое успели подойти вплотную. Они были голодны и непривередливы, и старый бомж вполне годился для них в качестве пищи. Безобразные тела сгрудились над барахтающимся на полу мужчиной. Еще несколько минут тишину заброшенного здания разрывали надсадные крики, но никто их не услышал. Санта-Моника, Мэйн-стрит Гангрелы неспешно брели по главной улице, негромко беседуя. - Слышал, Штраус предложил тебе занять при нем место Шерифа. Анжела кивнула, мысленно поражаясь тому, как быстро разносятся слухи. - Я отказалась. - Отчего же? – удивленно вскинул брови Беккет. – Высокая должность, уважение окружающих. Это необычайный взлет для неоната. - Я думаю, что еще слишком зеленая для такой важной должности. К тому же, - юная Гангрел вздохнула, - не хочу, в случае чего, сносить головы провинившимся. На самом деле, полагаю, Князь таким образом устроил мне проверку на здравомыслие. - Анжела, - Беккет улыбнулся, - Шериф при покойном ЛаКруа и Шериф при ныне здравствующем Штраусе – очень уж разные понятия, можешь быть уверена. Так что же, у Камарильи в Лос-Анджелесе нет Шерифа? - Хорошо, что хотя бы есть Князь, - Анжела озорно тряхнула шевелюрой. – Нет, Шериф есть и должен вскоре прибыть в город. Ходят слухи, что это какой-то старый Бруджа. - А слухи, как ты, должно быть, знаешь, разносятся очень быстро, - соклановец перевел разговор на другую тему. – О вашей котерии говорят далеко за пределами Лос-Анджелеса. - И что же говорят? – вампирша насторожилась. - Самое разное. Особенно много слухов и домыслов витает вокруг вашего, так сказать, рождения. Всех удивило, когда семеро достаточно молодых, но сильных вампиров по неизвестным причинам прибывают в Лос-Анджелес и, не спросив на то дозволения, в течении полугода обращают четырнадцать молодых людей, а затем все так или иначе погибают. А через несколько месяцев птенцы не просто быстро осваивают Дисциплины, но и заручаются поддержкой, обзаводятся связями, а после и вовсе свергают Князя. Вас часто называют «Поколением семи Сиров». Впрочем, все вы и вправду удивительны – будучи обращенными незаконно, вы так быстро достигли многого и смогли противостоять серьезным противникам. - Те еще ночки были, - поежилась Анжела. - Кстати, - старший Гангрел нахмурился, - я снова чувствую витающее в воздухе нечто. Как тогда, осенью. Не происходило ли что-нибудь странного в городе за последнее время? - Без происшествий в этом городе, видимо, никак, - девушка мрачно кивнула. – В Голливуде за последние пару месяцев пропали несколько человек. Официально известно уже о двух десятках случаев исчезновения, а сколько еще неучтенных? С этим делом сейчас разбираются и Камарилья, и Анархи, и даже охотники, вроде бы. И нет ни одной версии, только домыслы. Кто-то считает, что вернулся Шабаш, кто-то считает, что Квей-Джин опять пытаются захватить территорию, хотя мне в это не верится – после того, как мы их выбили из города… Джек считает, что после такого поражения что одни, что вторые долго не покажутся в Лос-Анджелесе. - Тревожно, - за разговорами вампиры подошли к ломбарду, над которым находилась старая квартира Анжелы. – Будь осторожна. Зная твой характер, я уверен в том, что не пройдет и пары дней, как ты снова влезешь с головой в неприятности. Береги себя. - Спасибо за совет, Беккет. Ты тоже. - Чуть не забыл, - старший Гангрел достал из кармана плаща какой-то сверток. - Уже не помню, откуда у меня эта вещь, но она помогает успокоиться и сконцентрироваться. Думаю, тебе она пригодится. Ты часто попадаешь в передряги, а в бою концентрация – важный фактор. Удачи, - сверток перекочевал в руки девушки. – Доброй ночи. И, развернувшись, Беккет быстрым шагом перешел улицу и исчез в ближайшем переулке. Анжела развернула грубую бумагу. Таинственный предмет оказался крупным гладко отшлифованным малахитом неправильной формы, оправленным в серебро. Оправа была простой, без украшений, единственной выступающей частью было кольцо для шнурка или цепочки. От камня исходило ощущение покоя, словно перетекая с кулона в разум вампирши, и мысли становились странно ясными. - Доброй ночи, - негромко проговорила Анжела. Она была уверена, что кулон принесет ей удачу. Старая квартира над ломбардом время от времени использовалась неонатами как временное убежище. Сама Анжела последний раз наведывалась сюда по какому-то мелкому делу, подробностей которого уже и не помнила, вскоре после памятных событий с Анкарским саркофагом. Подоконники, письменный стол, табуретку и пол покрывал слой пыли, но окна по-прежнему были закрыты ставнями – как и тогда, когда вампирша последний раз покидала квартиру. Анжела еще раз осмотрела старое жилище и усмехнулась, невольно почувствовав некую ностальгию. Потом, вспомнив, вытащила из кармана джинсов мобильный. Лия с ума сойдет, если младшая сестра не предупредит ее о своем отсутствии. Сообщив Брудже о том, что дело сделано, но до рассвета она не успеет вернуться в Даунтаун и останется в старой квартире, Анжела положила мобильник на стол и, даже не разуваясь, растянулась на пропахшем пылью матраце. Сегодня она словно вернулась на несколько месяцев назад. Она помнила, как смотрела в стену перед собой, даже не пытаясь осознать происходящее. Но затем она поклялась, что выживет – ради Дженсена. И она сдержала клятву. Мысли вернулись к поискам. А ведь неонаты однажды уже встретились с адептами Девятого Круга – и одержали победу. Сперва зачистили логово епископа Вика, затем изгнали Андрея. Но мысли о таинственной зловещей организации не давали вампирше покоя. Во что она оказалась втянута? «Может, попросить Курта? Пусть потрясет на эту тему своего старика», - промелькнула мысль. В конце концов, Аббат калифорнийского Ценакулума Общества Леопольда, приемный отец Курта, знал многое о Братстве Девятого Круга, очень многое, но не спешил делиться информацией. Кроме всего этого, вампирше не нравилось и некоторое сходство в поведении поверженных врагов. «Вы даже не знаете… во что вы ввязались…» - прохрипел Андрей перед тем, как сбежать с поля боя. «Если бы вы только могли знать, с чем вы имеете дело!» - кричал свергнутый ЛаКруа, безумно сверкая глазами. Простое совпадение?.. Почему-то мысли вернулись к бывшему Князю. Он кричал о том, что они не знают, с чем связались, и хохотал, как безумец. А потом замолчал и не произнес больше ни слова до самой Окончательной Смерти. И вообще не выказывал больше ни намека на эмоции. Анжела помнила, как ЛаКруа приковывали к крыше, а он смотрел в светлеющее небо безразличным взглядом. Он не издал ни звука, сгорая. И наблюдать за этим через камеры наблюдения было жутковато. «Почему я вообще вспомнила этого засранца?» Анжела прислушалась к себе. Нет, гнев больше не разъедал ее душу. Дженсен был отомщен, а враг окончательно мертв – есть ли смысл держать обиду на горстку пепла? Нет, дело было не в ненависти. Значит, что-то другое. Конечно же. «Я чего-то упускаю. Что-то, связанное с ЛаКруа». В памяти всплыли худое лицо, перечеркнутое несколькими косыми шрамами, и пристальный взгляд ледяных серых глаз. - Бред, - медленно, с чувством произнесла в пространство Анжела, откинувшись на спину. Усталость дала о себе знать – уже через несколько минут вампирша крепко спала. - Вы нашли? – голос мисс Миднайт дрожал. - Хоть что-нибудь… Офицер полиции, вздохнув, ответил: - К сожалению, мисс, поиски вашей сестры пока что ведутся безрезультатно. Не волнуйтесь, - поспешил он успокоить девушку, заметив, что та вот-вот впадет в истерику. – Не волнуйтесь, мы постараемся найти ее живой и невредимой. Вернувшись на съемную квартиру, Анжела автоматически включила электрический чайник и села на стул, невидяще глядя в стену. Здесь она жила с сестрой, с тех пор, как они переехали сюда из Нью-Йорка… Теперь она одна в этих стенах. Лия пропала полторы недели назад. Рабочий день оказался длинным, ей пришлось задержаться до темноты. Она звонила Анжеле по дороге, но домой так и не пришла. Просто пропала. Анжела старательно давила порождаемые фантазией жуткие версии, но логика была на их стороне. Раздался звонок телефона. Девушка на автомате подняла трубку. - Алло? - Энж, с тобой все в порядке? – послышался на другом конце провода встревоженный голос Саманты. – На тебе лица нет в последние дни, что случилось? - Сэм… Лия пропала. - В смысле, пропала? - Так, - безжизненным голосом ответила Анжела. – Не вернулась домой вечером, полторы недели назад… - Господи… Энж, ты подавала заявление в полицию? - Да. Но они пока ничего не нашли. - Так, я сейчас прибегу к тебе. - Что? - Энж, тебе нельзя сейчас оставаться одной. Зная твой характер, я уверена в том, что ты запросто можешь отчебучить сгоряча какую-нибудь глупость. - Спасибо, Саманта, - искренне поблагодарила подругу девушка. - Не за что. Я сейчас приду. Саманта осталась ночевать у Анжелы. Девушка была ей за это благодарна – слишком уж одинокой она ощущала себя в стенах квартиры после исчезновения сестры… Время минуло за полночь, когда подруги пили чай на кухне. Ведь во сне придут кошмары, оживут те мысли, которые наяву Анжела старательно гнала прочь от себя. Девушка в очередной раз поставила чайник. Спать не хотелось - она уже полторы недели не могла заснуть без кошмаров. Анжела выглянула в окно – и сердце ушло в пятки. Она видела силуэт человека под фонарем… Нет, не под фонарем, а на самой границе света, так, что и не разглядишь толком, непонятно даже было, мужчина это или женщина… Ростом явно выше среднего, свободные брюки и мешковатая куртка скрывали фигуру. Анжела чувствовала: он смотрит на нее, она ощущала взгляд, хотя на лицо неизвестного или неизвестной был надвинут капюшон. - Эй, Сэм! – тихо позвала девушка. Подруга тут же подошла к окну. - Что? - Смотри… Видишь - вон там кто-то стоит? Он смотрит на нас, я уверена! - Жуть какая… Что-то мне не верится, что это простой прохожий… Среди ночи-то! Неизвестный постоял еще пару минут, а потом ушел, растворившись в ночной темноте. Через пару дней Анжелу начал кто-то преследовать. Хотя она видела лишь смутную тень, но была уверена, что таинственный преследователь всюду следит за ней. А еще через две недели она возвращалась с тренировки, и, переходя дорогу, не заметила вовремя лихача. Проснулась Анжела рано. Сон возвращаться не желал, а до заката оставалось время, и это время нужно было чем-то занять. Поскольку отвлечься было не на что, девушку вновь одолели тревожные мысли. В этот раз она вспомнила предсказание Розы, Слабокровной Малкавианки, услышанное в одну из первых после Становления ночей. Не раз Гангрел, вспоминая слова Розы, соотносила их с событиями, в которых принимала участие – и понимала, что предсказание сбылось. «Ты была… нет, ты побываешь в Китае». Чайнатаун, местная уличная банда, Синдикат Фу, в котором искали наиболее действенный способ убивать вампиров. И козни Минг Жао, предводительницы Квей-Джин и старой демоницы. Анжела лично отсекла ей голову во время боя. «Ты выслеживаешь его для того, кто в башне… по морю… под землей… Найдешь его в склепе». Проклятый саркофаг, на поиски которого послал котерию ЛаКруа. Да, они поднимались на борт перевозившего артефакт корабля. Скитались в подземельях Голливуда и катакомбах Джованни. Да, они нашли саркофаг в подземном склепе Некромантов. «Алый корабль…» Сухогруз «Элизабет Дейн», багровый от крови. «Он не тот, за кого она себя выдает, и все сгорит…» Минг Жао, принявшая облик Найнса Родригеза, пытавшаяся подставить лидера Анархов. И пожар в особняке Алистера Граута, Первородного Малкавиана, поплатившегося за свою проницательность жизнью. Тогда трое вампиров и спасенный ими охотник едва не сгорели заживо. «Динозавры?» Музей Естественной Истории, куда котерия отправилась за Саркофагом – но кто-то их опередил. И это вызвало неожиданно бурную реакцию у ЛаКруа. «Он в ярости». Да, Вентру, узнав, что вожделенный саркофаг с, как он считал, Патриархом внутри, уплыл из его загребущих рук, устроил самую настоящую истерику, сорвавшись на котерии и отправив молодых вампиров искать древний гроб. «Человек с гребнем». Без сомнения, это Андрей – старый Цимици с украшенной гребнем головой, настоящий монстр – и Сир Кайла. И сторонник таинственного Братства Девятого Круга. «Голос во тьме, босс…» Первую встречу с Первородным Носферату и его манеру общения Анжела забудет нескоро. Не то, что этот эпизод из ее не-жизни был каким-то пугающим, но впечатление все же произвел. «Китайские братья…» Квей-Джин, азиатских вампиров, и их козни вампирша тоже долго не сможет забыть – но по иным причинам. Она помнила свою схватку с Квей-Джин в Санта-Монике – тогда ей просто повезло перехитрить противника и убить его. Она просто оказалась более удачливой. Она помнила все зло, совершенное Минг Жао и ее приспешниками. Из этого противостояния молодые вампиры тоже вышли победителями. Жрица никогда больше не вернется. Однако вампирше не давала покоя последняя часть предсказания. «Ящик Пандоры будет открыт, и часть ключа с тобой. Алые реки, живые и мертвые, отсчет начался. Тьма и пустота…» «Он открыт! О, Боже! Беги!» Что бы это могло значить? Проклятый саркофаг все-таки откроют, и он действительно окажется опасен? Но что случится тогда? В Геенну Анжела не верила, но знала, что ночной мир умеет преподносить крайне неприятные сюрпризы. Европа, база австрийского Ценакулума Общества Леопольда Стефан Мерц потер рукой уставшие слезящиеся глаза. Почти сутки неотрывного исследования и перевода текста со сканов найденных в одном из архивов книг – и все без толку. Более того, за последние несколько месяцев им почти ничего не удалось найти. «Возможно, что-то есть в самих книгах – что-то, не отображающееся на сканах. Жаль, даже мы не можем забрать оригиналы для исследований. У любых власти и связей есть предел…» После истории с Анкарским саркофагом и всплывшей вновь информацией о Братстве Девятого Круга Общество Леопольда занялось проблемой всерьез. Охотники уже не раз теряли след, и теперь им вновь выпал шанс докопаться до истины и покончить с врагом раз и навсегда. Ценакулумам Австрии и Норвегии поручили заняться сбором информации и ее исследованием. Ведь любая мелочь могла вывести их на Братство. Стефан, бывший прежде Советником калифорнийского Ценакулума, занимал сейчас ту же должность здесь. Вышестоящие убедительно попросили его примкнуть к исследованиям, и он не стал отказываться. - По-прежнему ничего стоящего? – раздался за спиной строгий женский голос. Стефан отвернулся от монитора. Аббатиса Ценакулума Австрии ходила совершенно бесшумно, и потому для погруженного в работу Советника ее появления часто становились неожиданными. - Ничего стоящего, - эхом откликнулся Стефан, обернувшись к женщине. – Мы по-прежнему топчемся на месте. - Прискорбно, - Ингрид Байер отступила на пару шагов. – И еще прискорбней осознавать тот факт, что если бы не вампиры, мы бы так и не взяли след вновь. Вампиры, - повторила она, скривив губы в безвыразительной усмешке. – Определенно, они – наша следующая цель. Но пока что они могут оказаться полезны. США, Лос-Анджелес, пруд в окрестностях Санта-Моники - Здесь страшно, Райан... - Не говори ерунды, Лиззи, - Слабокровный вампир раздраженно отмахнулся от подруги. – Пора бы уже привыкнуть к темноте. Смотри! – парень указал на берег залитого лунным светом пруда. Да, серебристый свет придавал картине неповторимое очарование, особые, приглушенные краски, делал ее незабываемой. - Даже я понимаю, что это красиво. - Но ведь… но ведь… - начала было вампирша, но замолчала. Как бы то ни было, а ее парень прав: они ведь вампиры, пусть и Слабокровные, но все же вампиры, а значит, им не следует бояться темноты. К тому же, луна такая красивая, и этот серебристый свет просто удивителен и совершенен. Как можно бояться красоты ночи? Слабокровные остановились у самой кромки воды. - Ну что, уже не так страшно? – подмигнул Райан. Лиззи улыбнулась в ответ. Они снова замолчали, глядя на воду, когда водяное зеркало бесшумно рассекла продолговатая тень. - Райан, ты видел это?! – вскрикнула Лиззи. - Не бойся, - задорно улыбнулся парень. – Это просто бревно. Так часто… - договорить он не успел: «бревно» внезапно изменило направление и заскользило прямо к берегу. Приглядевшись, Слабокровные поняли, что никакое это не бревно, а спина неизвестного существа, похожая чем-то на спину крокодила. - Черт! – вскричал Райан. – Сматываемся отсюда! Страх добавил сил и скорости, вампиры бежали без оглядки. Хотелось скорее оказаться в убежище, подальше от неведомого существа… Им казалось, что оно преследует их. Успокоиться они смогли только в убежище Слабокровных. Мир Тьмы жесток. Становление вампиром еще не дарует безопасности, не дает гарантий вечной жизни. Опасность - обычный спутник не-мертвых. Не бойся темноты. Бойся тех, кого она скрывает.