Маскарад: Ящик Пандоры

Even a well lit place can hide salvation A map to a one man maze that never sees the sun Where the lost are the heroes And the thieves are left to drown But everyone knows by now, Fairytales are not found They're written in the walls Даже открытое место может служить тайником для спасения. В руках человека карта беспросветного лабиринта, В котором теряются герои И тонут злодеи, Но теперь все знают - Эти сказки не придуманы, Они написаны на стенах. (StarSet - It Has Begun) Тайное убежище Шабаша - Пиша мертва. - Я знаю, - Епископ досадливо поморщился. - И одна из разведгрупп также уничтожена, - Андрей не скрывал усмешки. – О нашем присутствии в городе уже знают, и активно готовятся к боевым действиям. Ты точно уверен в верности выбранной тобой стратегии? - Абсолютно, - сквозь зубы бросил Говард Ротман, явно с трудом подавляя ярость. Андрей усмехнулся. Он прекрасно знал, что новый Епископ совершенно не переносил критику в адрес своих действий. - Смею заметить, что при мне Шабаш оставался незамеченным довольно-таки долго, и это при том, что мы не забивались в норы. Ни Камарилья, ни Анархи, хотя и знали о нашем присутствии, не знали, какими силами мы располагали, и войну против нас начинать не спешили. А вот с твоей тактикой ведения боевых действий, друг мой, мы были обнаружены, несмотря на то, что прятались. - Не тебе об этом говорить! – вспылил Ротман. – Ты проиграл, тебя выбросили из города какие-то жалкие неонаты! И после этого ты еще указываешь мне, как вести боевые действия? Андрей снова усмехнулся. - Напомню, что большую часть информации мы получаем от моего осведомителя, которого до сих пор не раскрыли. И он же замедляет поиски, направляя расследование по ложному пути. Говард только стиснул зубы, отведя взгляд. - Мой план не провалится, - твердо заявил он. - Время покажет, друг мой, - Андрей поднялся на ноги и вышел из помещения. Говард не изменил позы, все так же глядя лежавшую на столе на шахматную доску. Партия не была окончена. - Ты умеешь играть, - послышался спокойный голос за спиной, и Цимици обернулся. Сородич, до этого державшийся в стороне и не замеченный игроками, подошел к Епископу. – Могу сказать, что пока что ты поступаешь верно. Пешкам не стоит знать об истинной цели. - Господин Сэймур, - Говард встал и склонил голову. - Сделка с Пишей, определенно, была полезна, - продолжил Сородич. – Но она выполнила свою роль. Ты верно поступил, пожертвовав пешкой для отвлечения внимания противника. - И забросил крючок с наживкой, - добавил Говард. – Дезинформация работает отлично – никто не помешает нашему первому шагу. - Никаких ошибок. Провал недопустим, - взгляд ледяных серых глаз остановился на Епископе, а затем Сэймур вышел из помещения, оставив Говарда размышлять над ситуацией. Вечер, после захода солнца, Музей Естественной Истории - Я рад, что вы решили присоединиться, мистер Беккет, - профессор Йохансен выглядел взволнованным. – Мы собираемся открыть саркофаг! Судя по взятым пробам воздуха и прочим показателям, нет никаких причин оставлять его закрытым, - и тихо, так, чтобы ассистенты не слышали, добавил: - Вы точно уверены, что опасности нет? - Абсолютно, - важно кивнул Гангрел. - Как я уже сказал, я очень рад, что вы решили к нам присоединиться. Ваши опыт и знания могут оказаться бесценными… - Вы преувеличиваете, профессор, - Беккет усмехнулся. – Вы готовы приступать? Несколько часов спустя, апартаменты «Горизонт», квартира сестер От просмотра телевизора девушек оторвал стук в дверь. - Я открою, - Анжела лениво встала с дивана и направилась к двери. За дверью стоял Беккет. - Доброй ночи. - Привет, - буркнула девушка, пропуская старшего соклановца в квартиру. – Что случилось на этот раз? - А обязательно должно было что-то случиться? – иронично поинтересовался Беккет. – Или я по каким-то причинам не могу просто так зайти в гости к хорошим знакомым? - Хорошо, - Анжела закрыла дверь. – Но, если серьезно, Беккет, то что же все-таки случилось? Гангрел не ответил. Он поздоровался с Лией и Хезер, после чего бесцеремонно уселся в одно из кресел. - Как продвигаются поиски? Я слышал, что на вашего друга пало подозрение в пособничестве Шабашу… Это полная чушь, скажу я вам, - Беккет с важным видом поправил очки. – Может быть, это и мое субъективное мнение, но я сильно сомневаюсь в том, что Кайл Уиндэм предатель. Не стоит забывать, что это именно он и рассказал об опасности – а какая выгода для лидеров Шабаша вот так афишировать себя? Ведь всем ясно, что после этого Сородичи активно начнут готовиться к противостоянию, а Шабашу это совсем не на руку. - Мы не верим в эту чушь, - кивнула Лия. – Да и вообще мало кто из тех, кто знает Кайла, в это верит, но все же подозрения не развеялись… Но Кайл теперь не желает ни с кем разговаривать – говорят, бродит по окраинам в одиночку. Какой же он еще ребенок… - По окраинам, в одиночку? Милые леди, я бы посоветовал вам и вашим друзьям как можно быстрее разыскать этого неразумного мальчишку, пока он еще не успел найти на свою шею крупные неприятности. - Найдем, - Анжела кивнула. – Кстати, что слышно о саркофаге? - Интересный вопрос. Я решил лично принять участие в исследованиях, и сегодня мы с профессором Йохансеном наконец-то открыли его. - И что там было? – три пары глаз уставились на Беккета с неподдельным любопытством. - Как и ожидалось – мумия царя. Кстати, в на удивление хорошем состоянии. Еще мы обнаружили несколько сколов внутри – как будто кто-то что-то прикреплял, причем сколы сделаны не так уж давно, даже более того – совсем недавно. Мы полагаем, что это случилось во время осенних событий, профессор убежден, что мумию уже вытаскивали из саркофага… но это не самое интересное, - глаза Гангрела азартно блеснули за стеклами очков. – Мы открыли тайник! В нем мы обнаружили костяную шкатулку. - А что в шкатулке? – тут же последовал вопрос со стороны слушательниц. - Она пока что закрыта. Кстати, следует заметить, что это очень тонкая работа, даже не представляю, насколько был искусен мастер, создавший такое. Но и это еще не самое главное. Шкатулка, по моим предположениям, сделана гораздо позже саркофага, возможно, даже в другую эпоху! Конечно, впереди еще углеродный анализ и прочее, но я уверен: шкатулку поместили в тайник через несколько столетий после создания саркофага. - То есть, саркофаг когда-то открыли, выдолбили в крышке тайник и что-то в него положили? – Анжела присвистнула. – И как это объяснить? - Если честно, - Беккет вздохнул, - у меня нет никаких соображений на этот счет. Но шкатулка не пуста. Впрочем, возможно, когда мы, наконец, откроем ее, что-нибудь прояснится. Рад был поговорить с вами, - вампир поднялся с кресла и направился к выходу. Эта ночь, похоже, обещала быть спокойной для котерии и всего города. Санта-Моника, прибрежная зона Кайл сидел на краю обрыва, правой рукой бездумно кидая камушки в подкатывающие к берегу волны. Юношу душила обида: почему именно он? Этот проклятый шабашевец брякнул что-то про шпиона, и все тут же решили, что этот шпион – он, Кайл Уиндэм, как будто больше некого подозревать. Нет, это все точно из-за его клановой принадлежности… Похоже, кровь клана Цимици – его вечное клеймо, он никогда не избавится от косых взглядов в свою сторону. А ведь Кайл уже поверил в то, что его друзьям действительно плевать на то, кто он такой… Взгляд Кайла упал на зажатую в левой руке фигурку черноволосого воина в футуристического вида синих доспехах. Талисман, с которым он никогда не расставался. И, крепче сжав миниатюрную статуэтку, Цимици размахнулся, поддавшись порыву, собираясь швырнуть ее следом за камнями. Но спустя миг передумал. Осторожно провел пальцем по шершавому сколу на месте отломившейся некогда декоративной детали – и поставил на землю возле себя. С этой маленькой вещью было связано слишком много воспоминаний – как теплых и радостных, так и мрачных и пугающих. Еще один камушек с тихим всплеском ушел под воду. Какого черта он угодил под подозрение? Он ведь не виноват в том, что Андрею взбрело в голову его обратить. - Значит, те, кого ты называл друзьями, отвергли тебя? – голос, прозвучавший за спиной, оказался для Кайла полной неожиданностью. Да уж, как говорится, вспомнишь известную субстанцию – и вот она, а молодой Цимици оказался в ней по уши. - Зачем ты здесь? – Кайл даже не стал оборачиваться. – Решил все-таки исправить ошибку, не так ли? Настрой был непривычно фаталистическим. Хочет убить – пусть убивает. - О, нет, - Сир усмехнулся. – Если бы я хотел тебя убить, то давно бы уже сделал это. Но, как ты думаешь, зачем я заговорил с тобой? - Чтобы поиздеваться? - Опять мимо, Дитя, - на плечо Кайла легла костлявая когтистая рука. Юноша по-прежнему не оборачивался, не желая видеть ненавистную тварь. – Ты отвергал природу своего клана – теперь ты видишь, к чему тебя это привело? Стоило тем, кого ты считал своими друзьями, узнать о шпионе, как первым подозреваемым стал ты. Все еще не жалеешь о том, что отверг свою природу? - Мне все равно. Слухи про шпиона Шабаша – часть твоего плана? - О, если бы план составлял я… - снова усмешка. – Но, увы, я уже не возглавляю местное крыло Шабаша, а новый Епископ, Говард Ротман, предпочитает действовать напролом. Он столько же недальновиден и самоуверен, сколько и стар. И он той же крови, что ты и я. - Твари – это опять твоя работа? - Да. Епископ занят другим делом, он предпочитает не мелочиться, и создает несколько другое оружие. Кайл сжал кулаки так сильно, что ногти впились в ладонь. - Этот псих что, создает Вождей?! - Именно. Как я уже сказал, Ротман предпочитает действовать напролом. А ты… Можешь передать своим друзьям, что они не там ищут шпиона… Если они, конечно, поверят тебе. Доброй ночи. Он словно исчез в ночи. Наверное, превратился в кровь и переместился в другое место – как тогда, в его логове под отелем «Лощина». По крайней мере, Кайл не чувствовал больше его присутствия рядом. - Нет уж, - Цимици швырнул в воду очередной камень. – Я не сдамся. Мы не сдадимся. Даунтаун За пару часов до рассвета к сестрам заглянула Юфемия. - Привет, - Вентру приветливо улыбнулась подругам. – В Санта-Монике собирают добровольцев, я решила присоединиться. Не одолжишь мне ключ от старой квартиры? - Конечно, - Анжела вытащила из кармана ветровки ключи и протянула их Юфемии. – Жилище, конечно, так себе. - Ничего страшного, главное, что это убежище. - Будь осторожна, - Анжела положила руку на плечо подруги. – И позови остальных, если что-то найдешь. - Не волнуйся, позову. Ну, до скорого. - Удачи. Трое суток спустя Весть о шкатулке из тайника в крышке Саркофага разнеслась по городу подобно лесному пожару. Через пару ночей о находке уже говорили все Сородичи, терялись в догадках, как она оказалась в тайнике, и, главное, что в ней? Беккет выдвинул какое-то туманное предположение о том, что в шкатулке находится некий артефакт, а кто-то из его знакомых Малкавианов, лично осмотрев шкатулку, сообщил, что чувствует исходящую от нее некую силу. Этот слух так же мгновенно подхватили другие Сородичи, и результат не заставил себя ждать. Этим вечером Анжела прогуливалась по улицам Даунтауна, в который раз вспоминая осенние события. Мириады городских огней отражались в стеклах небоскребов, шпили высоток стремились в небо. Взгляд Гангрел на мгновение задержался на Башне Вентру, которая по-прежнему оставалась самым высоким зданием в Даунтауне. Анжела усмехнулась про себя: а ведь совсем недавно она чуть ли не каждую ночь поднималась в пентхаус, отчитываясь о выполнении очередного задания, не так давно она в составе котерии с боем прорывалась наверх… - Анжела! – окликнул ее кто-то. Девушка узнала по голосу Беккета. Вампирша обернулась. Старший соклановец быстрым шагом подошел к ней. Он выглядел очень встревоженным. Явно случилось нечто серьезное… Девушка снова испытала чувство дежавю. Точно так же тогда, осенью, она и Кайл шли в бар «Последний патрон», чтобы передать Анархам предложение заключить союз, а по пути их нагнал взволнованный, сам на себя не похожий Беккет. Гангрел поежилась, вспомнив последнее задание Князя, обернувшееся смертельной ловушкой. ЛаКруа тогда и не собирался заключать никакого союза – его целью было устранение Найнса Родригеза и двоих неонатов, которые узнали больше того, что им полагалось знать. И вот сейчас Беккет, такой же встревоженный, как и тогда, стоял перед юной Гангрел. - Дежавю, - заметила Анжела. - Что? – не понял Беккет. Вампирша слегка улыбнулась в ответ: - Помнишь, тогда, еще осенью, когда мы с Кайлом шли к Анархам, ты так же нагнал нас, и точно так же был сам не свой, - и резко посерьезнела. - Что случилось? Беккет немного помолчал, а затем спросил: - Ты смотрела сегодня новостную программу? - Нет. Что-то серьезное? - «Хотя это глупый вопрос, по его лицу видно, что дело дрянь». - Очень, - Беккет кивнул. – Помнишь шкатулку, про которую я рассказывал? Она украдена. - Что?! – Анжела сжала кулаки. Но последовавшая за этим информация еще больше выбила ее из равновесия. - Неизвестные пробрались в музей, - лицо Гангрела было мрачным, а тон – крайне серьезным. – Охранники, работавшие в ночную смену, почти все погибли. Те, кто выжил во время нападения и кому хватило ума бежать из музея, в шоке, что-то говорят про каких-то тварей и монстров, напоминающих людей, но уродливых и с очень длинными руками… Тебе это ничего не напоминает? - Шабаш! - ахнула девушка. Беккет кивнул. - Камеры и сигнализация выведены из строя, причем первые сильно покорежены. Мониторы и панели управления в помещении охраны разбиты. Трое убитых были обескровлены. - Да это уже… - начала было вампирша, но запнулась. Помолчав с полминуты, Анжела продолжила: - Помнишь, тогда, когда мы забрали саркофаг у Джованни, и его только доставили в пентхаус Князя, ты сказал, что мы открываем не ящик Пандоры? Ты ошибся тогда. Этот гроб – самый настоящий ящик Пандоры. От него одни беды! - Да, признаю, - Гангрел вздохнул и тоже замолчал. Анжела, пожав плечами, вновь посмотрела на словно пронзающую небо иглу Башни Вентру. - Анжела, - вновь заговорил Беккет, - я знаю, что у Шабаша есть причины жаждать именно твоей крови. Если учесть то, что эти выродки перешли к решительным действиям… Пожалуйста, будь осторожна. Что прозвучало в этих словах? Юная Гангрел не могла понять. Но чувствовала: Беккет волнуется за нее, и волнуется искренне. Волнуется? Будь Анжела человеком, наверняка покраснела бы, как помидор. Девушка поспешна перевела разговор на другую тему: - Кстати, ты слышал - Кайл под домашним арестом. Хотя сам Штраус честно сказал, что не верит в его причастность к этому делу, но осторожность есть осторожность… Я как раз собиралась его проведать. - Позволь мне проводить тебя, - Беккет слегка улыбнулся. Анжела кивнула. - Позволяю, - милостиво согласилась она. Дойти до квартиры Кайла Гангрелам не удалось. Точнее, оставалось пройти меньше половины пути, когда Анжеле позвонила Креморна. - Хьюстон, у нас проблемы, - без предисловий начала Тремер. Но, судя по тому, что она все же попыталась пошутить, конца света или чего-то подобного в ближайшие часы не предполагалось. Должно быть, Креморна имела в виду события, о которых рассказал Беккет. - Ты о шкатулке и бойне в музее? – поинтересовалась Анжела, хотя уже и знала ответ. - Ты уже знаешь? - Беккет рассказал. Опять всем в капеллу идти на внеочередное собрание? - Да. Если встретишь Беккета, позови и его тоже. - Хорошо, - Гангрел прервала звонок и убрала мобильный обратно в карман ветровки. – Пойдем, тебя там тоже видеть хотят, в капелле. Атмосфера второго собрания была куда как более напряженной, чем первого, и это вполне понятно. Если прежде только предполагали о присутствии в городе враждебной фракции, то теперь всем было окончательно ясно: Шабаш вернулся и уже перешел к решительным действиям. Конечно, Вентру и Малкавианы промыли мозги случайным свидетелям, внушив ложные воспоминания, благодаря их же стараниям ни в прессу, ни в отчеты не попали некоторые факты, вроде того, что несколько охранников были обескровлены. Носферату уничтожили уцелевшие записи с камер наблюдения. Все, что могло хотя бы теоретически нарушить Маскарад, исчезло из протоколов и памяти свидетелей, происшествие объявили террористическим актом. Но устранена была лишь малая часть проблемы: Маскарад восстановлен, но впереди еще противостояние Шабашу, и неизвестно, чем в этот раз все закончится. В этот раз Сородичи покидали капеллу с куда более мрачным выражением лиц. Котерия снова задержалась. - Вы и так уже сделали очень много, - Штраус покачал головой. – Ваше рвение защитить Камарилью похвально, но я не желаю уподобляться ЛаКруа, постоянно посылая вас на передовую. - Но мы – такие же Сородичи, как и все, кто участвует в охоте на Шабаш, - резонно возразил Хантер. – Не нужно нас выделять. - Вы ведь знаете нас, - Лия улыбнулась. – Не мы ищем неприятности, а они нас. И пары ночей не пройдет, как мы все равно ввяжемся в историю… - На прошлом собрании вы сказали нам, что Шабаш наверняка откроет охоту на нас, стремясь посчитаться за поражение, - Креморна поправила очки. – Если они так жаждут реванша, то прятать нас бесполезно, все равно найдут. Да и еще будут неприятности у тех, кто попытается нас спрятать… Лучше мы останемся в деле, тогда шабашевцы сами явятся по наши души. - Это слишком рискованно, - вздохнул Князь. - И я никогда бы не согласился на это, если бы ты не была права, ученица. Но все же, - он обвел котерию взглядом, - будьте осторожны. Неонаты нестройным хором пообещали, что будут настороже, и очертя голову кидаться в самое пекло не станут. Князь напоследок пожелал неонатам удачи и еще раз напомнил, чтобы они были предельно осторожны. Снова заверив Штрауса в том, что не понесутся сломя голову в сердце опасности, неонаты покинули капеллу. Сестры собирались было направиться домой, когда Анжела вспомнила, что хотела повидаться с Кайлом. Лия немного поворчала, но все же отпустила сестру одну, попросив не задерживаться. Гангрел была погружена в мрачные мысли: последние события складывались в совершенно безрадостную картину. Если Шабаш решился на такую вылазку, значит, силы противника более значительны, чем кто-либо предполагал. А у поисковых групп по-прежнему почти не было никаких успехов… Конечно, можно было спуститься в коллекторы Голливуда, но никто пока что не спешил – слишком опасная затея, слишком мало данных. Судя по полученным от шабашевца сведениям, как раз где-то там и располагалась основная база, но даже Носферату пока что об этом молчали. Если даже у лучших шпионов среди Сородичей нет результатов, значит, дело совсем плохо. Неизвестно, выйдут ли в этот раз Камарилья и Анархи победителями… Хотя, в прошлый раз победу над Шабашем одержали не Анархи, не Камарилья, а компания из нескольких неонатов, одного охотника и одного гуля. В тот раз им удалось победить, но удастся ли снова? Теперь противник более хитер и осторожен… Нет. Присутствия духа и уверенности терять нельзя, иначе победу будет праздновать Шабаш. А этого нельзя допустить. Придав себе соответствующий настрой, Анжела приосанилась и расправила плечи. Если они хотят снова одержать победу над Шабашем, то они должны верить в нее, или ничего не выйдет. На улицах, несмотря на то, что время приближалось к полуночи, кипела жизнь – мимо проносились машины, в окнах горел свет, у ночных клубов гремела музыка и толпилась молодежь. Огни ночного города придавали ему немного фантастический облик. Да, все эти люди живут, работают, развлекаются, и даже не подозревают о затаившейся в ночи опасности. Любой человек верит, что что-то плохое может произойти с кем угодно, кроме него самого, но Смерть играет по другим правилам. Любой человек смертен. Как ни беги, а от судьбы не уйдешь… Сейчас орудие Смерти – Шабаш, и он уже начал собирать свою кровавую жатву. Прошлой ночью жертвами стали музейные охранники. Кто следующий? Вон та компания молодых людей недалеко от входа в модный ночной клуб? Может быть, вон тот мужчина в дорогом костюме, стоящий у явно дорогой машины и покуривающий сигару? Или вон та семья, по-видимому, загостившаяся у своих знакомых или родственников, и теперь возвращающаяся домой? От нападения озверевших шабашевцев никто не застрахован. Любой может оказаться не в то время не в том месте и стать следующим. А сколько еще было неучтенных жертв? Пропавшие в Голливуде бедолаги наверняка стали жертвами шабашевцев или созданий Цимици. Вот поэтому с Шабашем на территории Лос-Анджелеса нужно покончить как можно скорее. Покончить раз и навсегда. Пока не появились новые жертвы. Анжела чувствовала, как в ней закипает ярость. Проклятые шабашевские отморозки! Война идет между вампирами, зачем втягивать в нее невинных людей, просто оказавшихся там, где не надо? Хотя у этих ублюдков нет абсолютно никаких принципов. Самые настоящие дикие варвары. За мрачными размышлениями дорога прошла незаметно, и вампирша подошла к многоэтажке, в которой жил Кайл. Квартира друга находилась на пятом этаже, и Анжела, решив не бегать по лестницам, вызвала лифт. У входа в квартиру стояли двое вампиров. Узнав имя Гангрел и поинтересовавшись целью визита, охранники, немного поколебавшись, пропустили девушку. В квартире обнаружились еще двое охранников. Сам арестант, по их словам, не выходил из небольшой комнаты без окон, находившейся в глубине квартиры. - Похоже, решил стать отшельником, - негромко хохотнул один из охранников. Анжела, не ответив, потянула на себя дверную ручку. - Пап, это нечестно! – возмущался Кайл. – При таком раскладе мне никогда не выиграть! - Неужели? – Джозеф Уиндэм весело улыбнулся. – Дело не в боевых единицах, а в стратегии. Какими бы силами ни располагал соперник, толку ему от них, если он не умеет играть? Кайл насупился, окинул взглядом выстроившиеся на карте фигурки. - Все равно – нечестно. У тебя команда круче. - Да ладно? – хмыкнул Уиндэм-старший, взвесив в руке фигурку, подаренную сыном тремя днями ранее. – Что, сразу сдаешься? - Давай поменяемся. Надоело играть за лоялистов, я хочу надрать задницы этим бездарностям. Этот вечер выдался у мистера Джозефа Уиндэма свободным, и они с Кайлом посвятили его любимому занятию – очередной битве в настольной игре. Может быть, кто-то назвал бы подобное времяпрепровождение пустой тратой времени, но для семьи Уиндэмов игра была любимым способом убить скуку по вечерам. Три дня назад, на день рождения Джозефа, Кайл подарил отцу фигурку, купленную на карманные деньги и долго доводимую юношей до ума. А поработать пришлось много – несколько раз перекрасить и сделать новую подставку взамен бракованной фабричной. Но оно того стоило – мистер Уиндэм обрадовался подарку, как мальчишка, и это было главным для Кайла. Отец трудился, не покладая рук, чтобы он ни в чем не нуждался – жаль, парень лишь недавно это понял, и теперь старался не быть обузой, а временами по возможности чем-нибудь радовать своего старика. Мистер Уиндэм гордился сыном. Внешне тот был очень похож на мать, но характером пошел в отца. Кайл хорошо учился, а одна из стен гостиной в их небольшом доме была отведена под спортивные награды – парень добился некоторых успехов в фехтовании. - Даже не попытаешься? – мистер Уиндэм отставил фигурку в сторону. – Ладно, он не участвует в игре. Кстати, прекрасная работа. Пусть стоит здесь, приятно смотреть. Битва была в самом разгаре, когда свет неожиданно замигал, а затем погас. - Что за?.. – Кайл вскочил с места, едва не опрокинув стол. Мистер Уиндэм же сохранял завидное спокойствие. - Должно быть, авария, - предположил мужчина. – Или вылетели пробки. Можно немного подождать. Посмотри в окно, у нас одних нет света? Юноша послушно подошел к окну и заглянул на улицу. - Нет, без света, кажется, только мы, - ответил Уиндэм-младший. – Должно быть, все-таки пробки. - Значит, сейчас спущусь в подвал и посмотрю, что там, - Джозеф тоже поднялся с места. И в этот момент дверь в гостиную медленно открылась. На глазах изумленных хозяев дома в комнату шагнуло долговязое существо. Существо - потому что человеком оно определенно не было. Его рост визуально увеличивался за счет длинного плаща и венчавшего голову высокого гребня. Светящиеся оранжевые глаза окинули Джозефа и Кайла каким-то хищным взглядом. Несколько мгновений в гостиной царила полная тишина. А затем мистер Уиндэм хрипло выдохнул: - Ты!.. Тварь улыбнулась – эту жутковатую улыбку Кайл прекрасно различил даже в проникающем в окно свете фонарей. А затем неизвестный сделал шаг вперед, и только сейчас парень заметил, что длинные пальцы рук незваного гостя оснащены не менее длинными и явно острыми когтями. Ни мистер Уиндэм, ни Кайл не шелохнулись. Последний вообще не понимал, что происходит, представшая перед ним картина казалась ему дурацким розыгрышем или, по крайней мере, сном. Слишком нереально все это выглядело. Только сейчас Кайл понял, что ему по-настоящему страшно. Меж тем нечеловек подошел почти вплотную к мистеру Уиндэму, а затем… Кайл даже не понял, что произошло дальше. Просто монстр сделал какое-то очень быстрое движение, и в стороны брызнула кровь. Джозеф, хрипя, осел на пол, пытаясь зажать распоротое горло. А когти на руках незваного гостя приняли темный оттенок – не нужно быть семи пядей во лбу, чтобы не понять, что это была кровь. Мистер Уиндэм затих. Кайл, хватающий ртом воздух, смотрел то на неподвижное тело отца, то на тварь, не в силах осознать и принять то, что только что произошло. Убийца обернулся к Кайлу… и вновь улыбнулся. Страшная, хищная улыбка пугала не меньше всего остального, и в этот момент Кайл понял, что это не розыгрыш. Что какая-то тварь действительно пришла в их дом, чтобы убивать. Нужно было что-то делать, но что? В любом случае, Кайл не собирался сдаваться. Схватив со стола охотничий нож, подаренный мистеру Уиндэму кем-то из коллег, юноша с криком бросился на тварь. Он не думал о том, что противник мог оказаться гораздо сильнее и отправить его на тот свет его одним ударом. Кайл вообще ни о чем сейчас не думал, его вело лишь одно желание: убить! Прикончить этого монстра, изрезать на куски! Он не успел нанести ни одного удара. Костлявые пальцы перехватили руку Кайла. Тварь опять улыбнулась. А спустя миг Кайл не смог сдержать крика – послышался хруст, в руке вспыхнула дикая боль. Пальцы разжались, и нож упал на пол с глухим стуком. Чудовище же легко подняло юношу в воздух и отшвырнуло в сторону, словно куклу. Кайл пролетел через половину гостиной и врезался спиной в стол, опрокинув его. Фигурки солдат разлетелись по комнате. Оглушенный, Кайл не смог встать сразу. Словно в замедленной съемке, он видел, как эта тварь, по-прежнему улыбаясь, приближается к нему. А потом когтистая рука вновь подняла парня в воздух. Словно завороженный, Кайл смотрел на неестественно длинные и острые клыки монстра. А спустя секунду эти клыки вонзились в его шею. Резкая боль – но в этот раз парень не смог даже закричать. Тело перестало слушаться. Мутнеющий взгляд Кайла упал вниз. Разбросанные по полу фигурки – последнее, что он видел перед тем, как провалиться во тьму. Кайл едва не врезал кулаком по стене. Ну как можно было поверить в этот бред со шпионом Шабаша? И почему именно он – главный подозреваемый? Потому, что он Цимици? Изогнутое костяное лезвие, защищавшее правую руку Кайла, рассекло небо попытавшегося вцепиться в руку молодого вампира Зуло, и монстр тут же разжал пасть. Воспользовавшись секундным замешательством своего Сира, Кайл нанес рубящий удар катаной по морде старого Изверга. В этот раз Андрей лишился глаза. Но Кайл понимал, что этой битвы ему не выиграть. Как бы он ни желал обратить Сира в пепел, сколько бы воспоминания о Становлении ни подогревали его ненависть, силы были неравны. И вскоре Кайл в этом убедился – Епископ играл с ним, как кошка с мышью, пока молодой Цимици вконец не ослабел от ран и не смог подняться, когда Сир сбил его с ног. - А ну стой, ублюдок! – раздался голос Курта совсем рядом, и выстрел отбросил Епископа назад. Во время той схватки Кайл наверняка бы превратился в горстку пепла, если бы так вовремя не появился Курт. Неужели никому не пришло в голову то, что такой спектакль не разыграл бы даже Андрей – вряд ли бы он смог так точно подсчитать время появления охотника, да и своей шкурой бы рисковать не стал. Но нет, всем плевать на это, все считают его, Кайла Уиндэма, шпионом! Возможно, конечно, он утрировал, и сам выбил себя из равновесия своими же выдумками, но… Размышления прервал звук шагов, а затем тихонько скрипнула дверь. Кайл поднял голову, встретив взгляд вошедшей в комнату Анжелы. - Я смотрю, ты решил стать затворником? – Гангрел неодобрительно покачала головой. – Запомни, мы считаем, что болтовня о твоем пособничестве Шабашу – просто бред. И Штраус с нами в этом согласен, хоть он и Тремер. Понимаешь? Мы верим тебе. - Почему? - Что? – не поняла Анжела. - Почему вы мне верите, несмотря ни на что? А если бы я и вправду был шпионом? – юноша чуть ли не кричал. Похоже, он действительно сорвался – вампирша впервые видела друга таким. Непривычно было видеть отчаяние в прежде всегда таких задорных глазах Кайла. - Я же Цимици, в конце концов, меня обратил прежний Епископ Шабаша! - Кайл, - Анжела мягко улыбнулась, - Ты столько раз доверялся нам, и мы отвечаем тем же. Ведь как бы то ни было, мы – друзья. А клан… А что – клан? Главное – это кто ты сам, а не чья кровь течет в твоих жилах. Цимици молчал, уставившись в пол. Губы юноши беззвучно шевелились. Гангрел вздохнула: как же трудно с ним! Кайл стал для нее почти что братом, но порой из-за его упрямства общаться с ним было сложновато. Анжела знала, что его обратили в возрасте семнадцати лет. С месяц назад ему исполнилось двадцать, и физически он был младше вампирши, которой зимой сравнялось двадцать два. Зато он почти на два года больше прожил в Мире Тьмы – так что в плане возраста они находились примерно на равных, но Кайл все равно часто вел себя, как ребенок. - Спасибо… - наконец, тихо прошептал Цимици. - За что? – искренне удивилась Анжела. - За то, что не отвернулась от меня, - Кайл снова замолчал, а затем негромко сказал: - Он говорил со мной. - Кто? - Мой Сир. Я встретил его в Санта-Монике – он словно специально подразнил меня! – юноша нахмурился. – Он действительно больше не возглавляет Шабаш в Лос-Анджелесе. - А кто же тогда возглавляет? – Анжела недоверчиво прищурила глаза. - Говард Ротман, старый Цимици. Так сказал он мне. Отзывался о нем не слишком лестно, упомянул, что новый Епископ предпочитает действовать прямо, не любит вести игру, а вот устроить всеобщий костолом – это вполне в его духе… Гангрел задумчиво скручивала прядь волос. - Я одного не понимаю – зачем он тебе все рассказал? Кайл усмехнулся в ответ. - Кто знает, что у Андрея на уме? Может, решил поиздеваться, а может… Судя по тому, как он отзывался о Ротмане, он его явно недолюбливает. К тому же, Ротман занял место Андрея, и, я думаю, мой Сир вряд ли сильно обрадовался такому повороту событий… Так что вполне возможно, что Андрей просто хочет устранить политического соперника чужими руками. В данном случае – нашими… - Интересная версия… Больше он ничего не сказал? - Нет, - Кайл покачал головой. – Только капал мне на мозги по поводу того, что от меня все отвернулись и так далее. Да ладно, черт с ним, лучше скажи, что произошло в музее? Я слышал о бойне. - Это нападение Шабаша, - пояснила Анжела. – Украли шкатулку, которая была спрятана в тайнике саркофага. Слышал про нее? Цимици утвердительно кивнул в ответ. - Видимо, она была так нужна Шабашу. И главное, - Гангрел едва не плюнула с досады, - мы даже не знаем, что там было, а значит, не знаем, что нам искать! Прямо как в сказке – пойди туда – не знаю куда, принеси то – не знаю что… Сложновато искать нечто с такими приметами, не правда ли? - Правда, - Кайл снова кивнул. – Хотел бы я знать, что в той шкатулке… Анжела развела руками. - Все хотели бы, но никто не знает. - Это закон подлости. Как продвигаются поиски? - По-прежнему – все глухо. - Дерьмо. - Точно, - Анжела кивнула. – Эти сволочи уже совершают вылазки, а мы даже не знаем, где их логово. В коллекторы Голливуда никто не спешит лезть – во-первых, там твари, их уже видели Носферату, во-вторых, там целый лабиринт, мы можем искать вечность, и все равно не найти логово Шабаша! - Да, новый Епископ выбрал чертовски хорошее место для базы… И еще: Сир сказал мне, что Ротман создает… Создает ходячее оружие – не хотел бы я с ним встретиться… Это я к тому, что если полезете в подземелья, то будьте осторожны. Предупреди остальных. - Хорошо, - девушка кивнула. – А что создает Ротман, если не секрет? - Это… - Кайл вздрогнул. – Надеюсь, что Андрей солгал насчет этого. Таких тварей называют Вождями, и они выполняют одну цель – уничтожать все, что шевелится. И их очень тяжело убить. - И снова мы по уши в дерьме, - Анжела нахмурилась. – И много ли у поисковых групп шансов уцелеть, если они схлестнутся с тем, что создает Ротман? - Мало. Или вообще ни одного, - невесело улыбнулся в ответ Цимици. - Ну, к этому нам не привыкать, так что, получается, все как обычно… Ладно, я пойду, Лия попросила не задерживаться… - вампирша направилась к выходу, но остановилась на полпути и скинула рюкзак. – О, совсем забыла – я тебе кое-что принесла для поддержки твоих моральных сил, - и протянула другу извлеченный из рюкзака пакет с шоколадками. - Да уж, ты знаешь, что мне нужно, - юноша хмыкнул, принимая подарок. – Спасибо. Доброй ночи. - И тебе, - Анжела вышла из квартиры. Спускаясь на лифте, Гангрел переваривала полученную информацию. Конечно, источник доверия не вызывал, хотя… кто этого Андрея знает? У него наверняка в голове творится такое, что по сравнению с ним еще не всякий Малк покажется безумным. Но тогда второй вопрос – что такое создает Ротман? Нужно сообщить вышестоящим о возможном столкновении с Вождями – а заодно как следует узнать, что это за твари и как их убить. Особенно Анжелу интересовал второй пункт. В любом случае, эти твари состоят из плоти и крови, а значит, их можно уничтожить. Котерии уже приходилось иметь дело с опасными противниками, неужели здесь будет сложнее? Кайла расспрашивать о них вампирша не стала - тот не в лучшем настроении, а о Вождях можно будет спросить и у старших Сородичей. Все равно их придется предупредить. Успокоив себя таким образом, девушка дотронулась до висящего на шее кулона. От камня исходило спокойствие. Стоило Анжеле вспомнить о нем, как все тревоги приглушились, а мысли стали на удивление ясными. Да, действительно, полезная вещь… Интересно, почему Беккет вот так спокойно отдал ей такую ценность? «Какая разница? - мысленно одернула себя девушка. – Причин может быть множество. Возможно, старейшины действительно зачем-то наблюдают за нами…» Выйдя из подъезда, девушка направилась в сторону апартаментов «Горизонт». Конечно, идти было далековато, но Гангрел необходимо было пройтись, чтобы все спокойно обдумать. - Ну что, все готовы? - Полностью! – заверили Миллигана операторы. - Тогда приступаем. Так, Майк, ты куда камеру направил? Тебе было сказано – на пролом в стене! Кира, тебя где носит? Вот, теперь все, вроде, в норме… Начали! Люди из съемочной группы Миллигана защелкали какими-то кнопками на оборудовании. - Добрый вечер, с вами программа «Призраки Лос-Анджелеса» и ее ведущий Саймон Миллиган. - Эй, что это? – обеспокоенно завертели головами операторы, стоявшие ближе всего к пролому в стене. - Так, стоп, снято! – скомандовал Миллиган, и резко обернулся к провинившимся. – Неужели нельзя помолчать, пока идет запись? - Но… - неуверенно возразил один из операторов. – Оттуда несет тухлятиной. И еще я слышал, как там что-то скребется… Кира Сильверстил поежилась. Идея съемок передачи в заброшенной больнице ей не нравилась с самого начала, как и большинству состава съемочной группы, но разве Миллигана переубедишь? - Что за глупости? – фыркнул ведущий. – Это наверняка бродячая псина, или кошка, или какой-нибудь бездомный… Продолжаем съемки, и чтоб в этот раз без глупостей! В этот раз начало было более гладким. Довольный Миллиган рассказывал о призраке медсестры, якобы обитающем в этой больнице, когда его пониженный до драматического полушепота голос прервал отчаянный крик. Кричал один из операторов, глядя на товарищей полубезумными от ужаса глазами и цепляющийся за края пролома. Словно резкий рывок снизу – и бедняга исчез из поля зрения. Второго оператора также затаскивали в пролом. Пока все опомнились, и он исчез из вида, а в палату из той самой дыры в стене выбрались мертвецы. Кира была уверена в точности выбранного определения – вылезшие из пролома омерзительные твари к живым людям не принадлежали. Смрад стал невыносимым. - Боже! – воскликнул кто-то. – Святая Дева Мария! - Это ведь шутка, да? Один из парней, схватив штатив, с размаху треснул приближающегося монстра по шее, и всем стало ясно, что это не шутка: гнилая голова с противным хрустом отделилась от тела и удалилась к стене, клацая пастью. - Аа-а-аа! – в ужасе заорал «боец», отступая назад. Кира заметила, что Миллиган пятится к двери, а затем, развернувшись, бросается бежать. - Урод!!! – отчаянно и зло крикнул кто-то. Где-то в коридоре послышались голоса. Но, стоило Кире отвлечься, как ее кто-то сильно дернул за ногу, заставив упасть. Черт, зачем она так близко подошла к стене с проломом? Холодные, мертвые, но нечеловечески сильные руки тащили ее к дыре. Девушка попыталась вывернуться, но ничего не вышло. Уже почти ничего не соображая от страха, она заметила, как в палату ворвались какие-то люди, и в этот момент ее втащили в пролом. Она едва успела ухватиться за край, но силы были неравны. Кира отчаянно закричала, понимая, что не сможет вырваться из мертвой во всех смыслах хватки… Со сдавленным полукриком-полухрипом Кира Сильверстил резко села на кровати, тяжело дыша. Сердце бешено колотилось, и девушка не сразу поняла, где находится. А находилась она в своей квартире в Даунтауне. Вокруг было тихо и темно, только лунный свет, смешанный со светом неоновых вывесок, лился в окна. Все в порядке… Это просто сон. Кира не понимала, почему этот кошмар снится ей уже вторую ночь подряд. От этого было жутко… Они вроде как собирались снять передачу о якобы обитающем в заброшенной больнице призраке медсестры, а потом… Кира не помнила, что было потом. Они подошли к больнице, пробрались внутрь, а дальше кусок памяти как будто вырезали. Кира только помнила, что они со всей съемочной группой стояли за оградой больницы, и какая-то незнакомая бледная девушка что-то им говорила. А потом они ушли… Неизвестно, во что они влезли, но Кире потом пришлось отстирывать одежду: вся она, особенно джинсы, пропитались каким-то мерзким гнилостным запахом. Может быть, во сне она видела именно то, что исчезло из памяти? Да нет, это бред какой-то… Такого не бывает. Не существует никаких бродячих мертвецов, как и устройств для стирания памяти. Но что с ними случилось тогда? Кира предпочла оставить этот вопрос без ответа. Но в темной квартире почему-то резко стало неуютно… На мгновение девушке показалось, будто она чувствует вонь разложения, слышит шаркающие шаги и мерзкое хлюпанье, видит смутные тени, медленной, шатающейся походкой приближающиеся к ней… Подавив крик, девушка щелкнула выключателем. Спальня была пуста. Это все плоды ее фантазии… но почему именно этот кошмар ее преследует? Встав с кровати и накинув халат, Кира отправилась на кухню. Выключать свет не хотелось, ложиться спать – тем более. Девушка поставила чайник и задумалась, сев на стул. Интересно, что могло породить такие кошмары? Почему ей кажется, будто это не сон? Той ночью Кира, моясь в душе, заметила на щиколотках продолговатые синяки, будто кто-то с силой схватил ее за ноги. Пропахшая тухлятиной одежда… Все факты говорили в поддержку сна. Но девушке не хотелось в это верить. Нет, теперь она точно уволится из съемочной группы Миллигана. И если эти кошмары не прекратятся, то, наверное, ей придется обратиться к врачу. Кира не хотела верить в притаившиеся в ночи кошмары. Но разум все больше соглашался с мыслями о том, что все это происходило наяву.