Пустой гроб

      Белоснежный шкафчик над раковиной всегда полон лекарств - пастилки от кашля, антибиотики, снотворное в желтой закупоренной баночке. Бакуго вытаскивает длинную ленту водостойких пластырей и отрывает один, заглядывая в заляпанное зеркало. Он потирает красноватые следы зубов на шее - чешется. Зудит так сильно, что хочется разодрать полумесяцы-проколы до крови. Пластырь закрывает большую часть укуса, сливаясь с цветом кожи. Краешек метки он потирает пальцем, тот, что не закрыт, стирает выступившую каплю крови с раскрывшийся ранки, по-детски щелкая языком. Шея всё еще горит, даже спустя ночь - слишком непонятны действия Изуку.       Бакуго кажется, что он замечает зеленую макушку в толпе через дорогу, пока идет в школу.       Бледное веснушчатое лицо начинает мерещиться ему повсюду. Он разглядывает знакомые черты рядом со своим домом, ищет в толпе взглядом по пути в школу, выглядывает на уроках в окно. Найти и выбить такие нужные ему ответы.       Многие замечают особое спокойствие и отрешенность. Киришима даже додумывается влезть, но быстро получает в лоб - не хватало ещё любопытных рож, вертящихся рядом. Этот многозначительный тычок не сопровождался матом, взрывами и даже привычным "мозгоголовый". Он отпихнул Эйджиро от себя, почти по-девчачьи ударив по лбу, и продолжил бурить в парте дыру. Вероятно, это было что-то такой важности, что даже будничные разборки его не волновали.       А по классу в тоже время пронеслись тихие слухи. Например, о том, что наш дорогой Бакуго Катсуки влюбился.       Это не была влюбленность, определенно. Невозможно втрескаться в человека (а человека ли?), увидев того всего лишь пару раз, пусть и спустя много-много лет. Пусть и после доведения до самоубийства. Откуда этим тупым девкам из класса вообще чего-то там до него знать? Зато сам Катсуки точно знал, что чувствует. Интерес, дичайшее желание узнать правду. Почему Деку строил из себя мертвого, как выжил, кто ему помог? Бакуго злится. Он готов пойти на что угодно, лишь бы знать правду. И конечно же, почему он пришел на помощь Катсуки, человеку, который фактически убил его.       Катсуки хочет думать, что ищет встречи, лишь чтобы сбросить с себя тяжелый груз ответственности. Обязанность помнить то, что однажды из-за него кое-кто покончил с собой, спрыгнув с крыши. А ведь именно этот метод и предложил Бакуго перед этим роковым шагом в пустоту. А в ней - вина, обвинения и укор. Человек, что до сих пор считался мертвым, был совсем рядом. Живой. живойживойживойживой.       Он скрипит зубами, ударяя по стене, когда понимает, что за мыслями расстегнул лишь рубашку. В то время, пока остальные, недоуменно оборачиваясь на него, давно переоделись и ушли на разминку. Бакуго выпутывается из пиджака, бросая неопрятной кучей на скамью. Он роняет на пол черную майку, когда перед ним возникает черная дыра, скрывая в себе шкафчик. Зеленая макушка с самодовольной улыбкой выныривает оттуда по пояс, заваливаясь на Бакуго, он опирается руками в перчатках на его плечи и совсем близко подмигивает. - Решил заскочить к тебе перед одним очень важным событием, - у него на шее болтается незавязанный красный галстук, Изуку нелепо пытается поменять положение, переместив одну руку на торс Катсуки, - А ещё, знаешь, я совершенно не умею завязывать галстуки, поработаешь для меня?       Бакуго в эту секунду выныривает из простации, отпрыгивая назад, на кончиках пальцев с готовностью трещат искры. Он видит, как глупо повисает на краю дыры Мидория, размахивая руками и в конце-концов находя опору в шкафчики под ним. - Я ждал целый день, чтобы надрать тебе задницу, - он рычит, у него на ладонях маленькие огоньки, а ещё желчь во рту, которой Бакуго плюется. - Твои ожидания оправданы, я здесь, - Деку поднимает одну из своих рук к лицу, рассматривая мелкие шрамы, выглядывающие из-под черной перчатки, - Ох, ты, наверное, хочешь спросить, как я выжил? Я же летел лицом вниз с крыши школы, прямо на асфальт. Приземление было болезненным, знаешь!       Он заметно тушуется, явно проигрывая воспоминания в голове. Мидория неловко почесывает щеку, задумываясь, и в ту же секунду расплывается в ехидной улыбке, - Я тут подумал, что будет взаимовыгодно устроить сделку, - Изуку перебивает только открывшего рот Бакуго и подпирает щёку рукой, - Я же не хочу так просто выкладывать все карты на стол. - Не собираюсь я идти с собой ни на какую сделку, задрот, - он рычит это через зубы, разминая кулаки. Суставы громко хрустят на всю раздевалку, Изуку скалится, щуря глаза, - В дополнение к тому, как смог пережить сногсшибательный полет с школьной крыши, я скажу пару слов о предстоящем нападении! Изуку хохочет оглушительно, почти безумно, закрывая рот ладонью. - Нападение? - Бакуго мгновенно напрягается, скрипя зубами, - Что за нападение? Откуда ты знаешь? Почему я должен тебе верить? - Тише, Каччан, придержи коней, слишком много вопросов, - Деку облизывает губы и по-птичьи склоняет голову в бок, - Это двусторонняя сделка, помнишь? - Чего ты хочешь от меня?       Мидория нарочно долго думает, разглядывая каждую мышцу на теле Бакуго, сам Катсуки чувствует себя крайне неуютно под таким изучающим взглядом. - Тебя, Каччан, я хочу тебя.       Катсуки не успевает даже среагировать, когда Деку вытягивается по струнке, по середину бедра вываливаясь из портала, наваливается всем телом на него, цепляясь за плечи. Они ударяются носами, Изуку дышит почти томно, а Бакуго стирает собственные зубы в крошку, стараясь не взорваться прямо здесь и сейчас. Деку невесомо ведет кончиками пальцев по его шее, надавливая на укус. Он оставляет поцелуй на подбородке у Катсуки, когда они слышат топот со стороны входа - Изуку ведет языком по сухим губам и толкает Бакуго назад: - На этой тренировке произойдет нападение лиги, приготовься, милый. Обещай, что в обязательном порядке поцелуешь меня за столь ценную информацию.       Ручка двери поворачивается - Деку ныряет обратно в черную дыру и она на глазах беззвучно стягивается, совсем пропадая. Каминари, вошедший в раздевалку, велит поторопиться, а уже потом опускает взгляд на пол и видит распластавшегося на нем Бакуго, красного, потного, готового вот-вот подорвать всю комнатушку вместе с заглянувшим Денки. Он смотрит пустым взглядом куда-то в собственный шкафчик, рубашка, сжатая комом в руке, дымится, вместе с Изуку пропадает и пластырь с шеи. - Господи, что тут произошло? Погоди, это что, укус?!

ххх

      Катсуки думает, что это всё так неправильно - так просто общаться с казавшимся мертвым Деку. Который время от времени выныривает из странного портала и творит разные смущающие вещи. Ему еще нужно спросить, что это за дыра, откуда он появляется, и однажды - Бакуго клянется, он прыгнет за Изуку туда. Он бежит в учительскую в школьных штанах и черной майке, наспех натянутой по пути. Он пока что не знает, как объяснит, откуда у него такая информация, но рассказывать о Деку точно не будет. Как-то не хочется посещать психолога из-за когда-то умершего мальчика.       До Айзавы-сенсея он так и не доходит. Громкая сирена, раздавшаяся прямо над макушкой разрывает барабанные перепонки, понимается дикая помесь шума из криков и топота учеников. Не успел. Он мельком видит в окне, как перед главным входом тварь с мозгами наружу хватает репортеров и журналистов, буквально разрывая напополам. "Кровавая резня в школе" - будущие заголовки в честь погибших журналюг. В соседнее окно влетает бетонный обломок, стекло со звоном летит вниз, на пол и на асфальт. Прямо как Изуку тогда. Эти мысли, преследующие его, выбешивают. Он с криком прыгает вниз, используя квирк для приземления. Тогда-то до него и доходит - не всегда стоит врываться так просто, не подумав. В ту же секунду, когда огромный человекоподобный монстр хватает его одной из своих рук, сжимая в кулаке и бросая прямо в стену, огораживающую юэй от злодеев. Катсуки стал много думать и мало действовать, это к нему пришло, когда он летел в бетон, думая о том, почему же Деку не ненавидит его. Может ненавидит настолько, что хочет обладать? Он поздно реагирует, впечатываясь в стену спиной, Бакуго выплевывает кровь и жмурится - ему кажется, что треск ребер был слышен даже выбежавшему Киришиме. Тушку в полете перехватывает такой же ному с крыльями, сжимая когтистой лапой до хруста позвоночника. Собственные взрывы оглушают, отдают в суставы, ещё немного, кости повылетают из них. Катсуки видит землю. Его подняли достаточно высоко, и он иронично усмехается, думая, что примерно это высота школьного здания, а сейчас он летит, пусть и не на асфальт, но на жесткую траву. Бакуго думает, что это достойная смерть, после всего того дерьма, что он натворил за всю жизнь. Думает, ровно до того момента, как под ним образовывается черная дыра и рука в черной перчатке хватает его за ногу, втаскивая в портал. Он всего на секунду видит какой-то маленький бар, а затем валится в следующий и приземляется прямо в школьный бассейн. В хлорированной воде появляются красные разводы располосованной когтями спины - Бакуго видит, как Деку, тот самый Изуку Мидория, покончивший с собой в средней школе, летит вниз вместо него. Катсуки не успевает придумать план действий, когда взлетает на всей мощи своего квирка, оставляя после себя кровавый дождь. Он считает, что кровь с неба - символ войны. Урарака внизу мажется в алых разводах и зовет это истинным ужасом.       Бакуго не позволит умереть Деку из-за него снова.

В прочем, Катсуки не успевает.

      Его жизнь - замкнутый круг. Длинная очередь повторений. Бакуго видит всё это снова, у него перед глазами проигрывается белый снег, капли, толстый охранник и пустая черная дыра глазницы. Он хочет оказаться в мусорном ведре, затолканный и сложенный в несколько раз. Катсуки отжил своё.       Всемогущий перехватывает его в полете, когда тот летит безвольной куклой вниз. Он бьет его по рукам, кричит, срывая голос, вырывается, пытаясь в эмоциях активировать причуду. Его опускают на землю, у Бакуго из глаз не катятся слёзы - Катсуки не умеет плакать. Он бежит вперед, запинаясь и падая, пересекает поле боя, оставляя за собой Всемогущего.       Ничего не меняется. сновасноваснова.       В примятых кустах он видит Деку. У него грудь наизнанку, рёбра торчат наружу, кровь хлещет фонтаном и Бакуго кажется, что он видит его сердце. Его забрызгивает кровавым дождем, когда он падает рядом на колени. Из живота изуку торчит ветвь, ещё кости из суставов повылезали и кожа клочками висит - Мидория не может умереть. Он не должен умереть здесь и сейчас. Катсуки в бреду стаскивает его с кустов, за ним тянется кровавая лужа, тело оказывается на казавшейся сейчас ужасно твердой траве. Он кладет голову Деку себе на колени, что-то шепчетшепчетшепчет, перебирает зеленые кудри и убирает алые пятна с лица пальцами. Бормочет, склонившись над лицом, обводит каждую веснушку, он сжимает руку Изуку. Перчатки пропитываются кровью, Бакуго кажется, что кровавый дождь - истинный ужас.

Всё вокруг заметно стихает, или его мысленные крики настолько громкие?

      Его оттаскивают от холодеющего тела в несколько рук, Бакуго растирает ледяную шею Мидории, пытаясь согреть. Деку живой. Точно живой. Он рычит на Ииду и падает лицом вниз куда-то в ключицу. Он не слышит стука сердца и людей вокруг.       У Катсуки перед глазами цветут кровавые пятна на белом снегу и красный ботинок, лежащий неподалеку заляпанный в мерзкой жидкости. Пустая глазница смотрит в душу, выцарапывает изнутри память. Бакуго не умеет плакать.       Его тащили Киришима и Оджиро до исцеляющей девочки, когда Деку захрипел. Бакуго выпутался из рук, крича и угрожая подорвать здесь всё к чертям, если его не пустят. Он несся вперед, шмыгая носом и упал рядом схватив Изуку за руку. Ребра, торчащие через тонкую, почти пергаментную кожу, трещали, вставая на место, проколотые осколками кости ткани на глазах затягивались, оставляя новые и новые шрамы. Сейчас Катсуки видит, как их много. Он резко опускается ухом на грудь и задерживает дыхание. тудумтудумтудумтудумтудум       Вышедшие из суставов кости с мерзким щелчком вставали на место, организм выстраивал новый скелет, собирая себя по крошкам. На волосы Бакуго опускается рука в черной перчатке, его гладят по голове, словно ребенка. Он поднимается и сталкивается с прищуренными глазами и растянутыми в наглой ухмылке губами.       Бакуго думает, что это сон. Он давно потерял создание, бесполезно перетряхивая кости трупа. Он чувствует пальцы в волосах на затылке - его дергают вниз. Возможно, Катсуки умеет плакать. Они целуются, размазывая кровь по губам, переплетают пальцы, и Бакуго почти счастлив прямо сейчас. А ещё Деку, мать его, бессмертен.