Мехенди

- Что-то горит. Джон закрыл глаза, прижался лбом к мягкой подушке задницы Шерлока. – Да, милый, это я. Я горю. Нет, я горел. О боже, это было потрясающе. Один из них резко повернулся, второй потерял равновесие и опрокинулся в пыль. Оба принялись ругаться. - Какого черта, Шер... - Нет, что-то, черт побери, горит, Джон, и это что-то – мы. Примерно тогда добрый доктор и опустил глаза, заметив наконец веселый небольшой костерок из его майки, шорт Шерлока, трех носков и приличного количества столетней соломенной пыли. - Господи Иисусе! Босой Джон откатился с дороги как раз в тот момент, когда Шерлок принялся топать своими ботиночками сорок второго размера на остром каблуке, и оба при этом продолжали ругаться и размахивать руками и мокрыми членами на дымном ветру. Пока Шерлок затаптывал, Джон подтянул свои джинсы и принялся прихлопывать язычки пламени, и довольно долгое время было трудно понять, раздувают они или тушат огонь, но потом ответ на этот вопрос стал ясным, когда все, что осталось, - это ругательства, капли спермы и несколько хрупких завитков дыма, паривших в воздухе. Джон с трудом поднялся на ноги: - Что это вообще, черт побери, сейчас тут было? Добрый доктор сверлил взглядом остатки возгорания, словно они могли ему ответить, а потом Джон стал сверлить взглядом Шерлока, словно он каким-то образом мог отвечать за случайное возгорание. Шерлок моргнул, глядя на побежденное пламя, посмотрел налево, потом направо, вверх и затем вниз. Подошвой ботинка он рассеянно затушил уголек, пытавшийся подпалить ему правый шнурок, и в тот момент, когда Джон набирал воздуха для следующего ругательного предложения, гениальный детектив раскрыл досадное Дело о Пожарах в Кэмден-тауне. - Серьезно, я думаю, что кто-то чуть было не поджег нас, Шерлок. Шерлок раскрыл было рот, чтобы просветить своего любимого коротышку, но его любимый коротышка - настолько накачанный позитивными сексуальными гормонами, что он снова стал самим собой, легко приводимым в бешенство, - не собирался останавливаться. - Это Тимми. Спорим на сто гребаных фунтов, что это был этот похотливый красавчик. Он весь так хотел тебе засадить, так подлизывался и небось с удовольствием бы... бы... – не знаю, подпалил бы нас, чтобы мы тут метались, а он бы небось такой прискакал и спас бы твою мягонькую, голую задницу и... - Джон... - ...и был бы как рыцарь в сверкающих доспехах, о, и кстати, когда ты сказал «трогал», что конкретно ты имел в виду? - Я не говорил, что он меня трогал, Джон, это ты сказал... - Может он слегка ущипнул тебя за задницу? Может всей ладонью ухватил? Потому что всей ладонью – это не просто трогать, это куда серьезнее, особенно если за член, – Джон возмущенно втянул воздух и прошептал-прошипел, - Он не посмел бы тронуть твой член. Он трогал твой член? Шерлок медленно хлопал ресницами, глядя на своего негодующего маленького воина. Подождал минуту, мало ли, он реально сделает паузу, потом заговорил. - Джон, мне нужно, чтобы ты сосредоточился. Изначально... - Если он трогал тебя тут... – Джон сделал драматический жест ниже пояса обеими руками, - клянусь, я ему ноги поотрываю. Я поставлю его на место, Шерлок Холмс, если он хотя бы одной единственной рукой прикоснулся к твоему пенису. Шерлок сделал глубокий вдох. Кто-то должен был, и поскольку Джон вполне вероятно все еще функционировал на том вдохе, что он сделал три минуты назад, этим кем-то должен был быть Шерлок. - По-быстрому хватануть было бы недостаточно. Я по опыту знаю. Потому что только посмотри на себя. Только посмотри на себя, - и снова жестикуляция обеими руками. Совершенно не имело никакого значения, что Джон был прав, что Тимми и щипал, и хватал всей ладошкой. Черт, этот восхитительный кроха даже пытался засунуть всю руку в брюки Шерлока, ради всего святого, и единственное, что его остановило – это тот факт, что эти брюки были настолько узкими, что едва были в состоянии позволить Шерлоку дышать, куда уж там целых пять извивающихся пальцев. - У тебя же квадратные метры тех мест, где тебя можно трогать... Но это к делу не относилось. Дело было в том, что Шерлок позволил бы целой команде “Манчестер Юнайтед” лапать себя, если бы это позволило закрыть дело, и Джон знает об этом, всегда знал, и он также знает, что, по большому счету, немного лапанья выступающих или свисающих частей тела Шерлока не имеет ни малейшего значения. Что имеет значение – это улики, факты, дело. - ... и Тимми видел тебя полураздетым, и он знал, что мы шли сюда. И Джон никогда не возражал, так же, как Шерлок не возражал, когда чья-то рука ложилась на задницу ближнего твоего, так сказать. - Он знал, что мы будем прямо здесь, делая то, что мы делали, и он...он...он попытался... Шерлок сделал глубокий так-все-хватит вдох и сказал: - Сюда иди. Брови Джона насупились, а волосы встали дыбом. Шерлок редко так с ним разговаривал. Вообще-то Шерлок никогда так с ним не разговаривал. - Джон Уотсон, сделай шаг вперед, сейчас же. Знаете что? Двое могут играть в игру крошечный-тиран, даже если один из них вовсе не крошечный. Спустя один капризный удар сердца, Джон шагнул вперед. Шерлок развел руки, словно крылья, - бледное подобие роскошных крыльев на спине Джона – и обхватил ими своего недовольного крошечного возлюбленного. - Я люблю тебя, Джон Уотсон, и я принадлежу тебе каждым дюймом тела. Никакое количество попыток трогать, гладить, лапать, щупать, хватать или ласкать от кого бы то ни было не заставит меня уделить им хоть сколько-то внимания. Ты единственный, кто может трахать, лизать или сосать любую часть моего тела. Понятно? Последние новости: неважно, что ты только что кончил. Неважно, что поскольку ты только что кончил, тебе скорее всего не удастся снова кончить. Просто когда об определенных вещах говорят определенным образом - это все, что тебе нужно, чтобы в твоих висячих частях тела снова вспыхнул крошечный огонек. Кстати об огне... Куда менее недовольный, Джон отодвинулся от Шерлока: - Но почему Тимми попытался поджечь тебя? Это просто бессмысленно. Долгие полминуты Джон переваривал эту идею, и Шерлок позволил ему это делать. Пока у одного роились думы, а второй молчал, с обоих в пыль тихонько кап-кап-капала сперма. - Это был не Тимми, верно? Шерлок посмотрел на Джона взглядом, который можно было назвать исключительно бесстрастным. - Тогда кто? Кто устраивал все эти поджоги на рынке? Они стояли молча и неподвижно и смотрели друг на друга. Прошло с полдюжины морганий. Пять глубоких вдохов. Один последний кап. Потом Шерлок сказал: - Одевайся, и я тебе покажу.

***

- Не останавливайся, Шерлок. Ладно, вот в чем была проблема с «одевайся». Этот маленький пожарчик в том уголке? Тот, что сексуально удовлетворенный Джон Х. Уотсон, хихикая, ошибочно принял за перегретые центры удовольствия собственного мозга? Тот самый? Ну, он унес с собой почти половину их одежды. То есть Джон шагал по переполненным людьми рядам Кэмденского рынка в черных от сажи джинсах, и под ботинком на одной его ноге не было носка. На его идеально выпрямленном торсе не было ровным счетом ничего, кроме крыльев из темной хны, поскольку его черная майка стала угощением для крошечного костерка вместе с фиолетовыми шортиками Шерлока без пуговицы и его нижним бельем. Поэтому собственно Шерлок Холмс шагал-выступал-покачивал бедрами перед Джоном Уотсоном в одной только хне, бархатных ботильонах, крошечной обрезанной маечке и прозрачных черных кружевных трусиках Джона. Как вы могли давным-давно заметить, в Шерлоке есть что-то от эксгибициониста, учитывая его вычурную манеру мерить шагами место преступления, то, как развеваются полы его пальто, как страдают от напряжения пуговицы на его рубашках, и как роскошен беспорядок в его кудрях. Да, все это может слегка намекать на то, что какая-то часть Шерлока наслаждается, когда на него смотрят. - Прекрати так выступать. Все смотрят. Шерлок даже особо ничего не делал, на самом деле, он просто не спешил. Он знал, что медленный темп бесит Джона, и это было нормально, потому что именно это Шерлок постоянно делает, и делает, и делает, заставляя их обоих на это отвлекаться, вообще, к этому времени, это больше напоминает нервный тик, он делает это, даже если ему не нужно это делать, он привлекает внимание Джона даже после того, как уже привлек его. Но это отношения к делу не имеет. Дело... - Ай! Добрый доктор уже не следовал на приличном расстоянии за Шерлоком, он был совсем рядом, прижимая ладонь к его телу после могучего щипка. - Сквозь эту ткань я вижу твою щель, знаешь ли. Шерлок на мгновение вспомнил все прекрасные вещи, что они только что делали с его задницей: - Да ну, ты только посмотри, никто же даже не смотрит. Это была настолько наглая ложь, что Джон даже не удостоил ее ответом, вместо этого он еще аккуратнее прикрыл ту небольшую часть выдающегося зада Шерлока, на которую хватало его ладони: - Ты выступаешь, как павлин, в почти прозрачных трусиках, поверь ты мне... Джон зарычал на двух шестнадцатилетних пацанов, которые подлетали все ближе к Шерлоку, словно два мотылька, за которых могут посадить, к абсолютно равнодушному пламени, - ...люди смотрят. Шерлок, бывает, приходит в отчаяние, на самом деле. Как может порой Джон быть таким слепым? Да, ладно, конечно, некоторые действительно смотрели, но добрая половина этих жадных взглядов останавливалась на компактной полуобнаженной фигуре доброго доктора, включая этих пацанов, которые, между прочим, спустя всего час упадут в объятия друг друга в результате великого гомосексуального откровения. - Учитывая, что ты практически надел на меня ошейник и поводок своим собственническим выражением лица и рукой на моей заднице – Джон, ты осознаешь, что пытаешься засунуть пальцы в... – даже близко не осознававший, что делает это, Джон прекратил попытки забуриться в тело мужа, - да и вообще, какая тебе разница, что они смотрят? Джон обдумал этот совершенно закономерный вопрос, и примерно к тому моменту, когда пальцы Джона снова принялись машинально искать вход в заднее отверстие Шерлока и вдобавок он пришел к какому-то выводу, они уже видели собственную палатку. И хотя по ощущениям их не было дней десять, в реальности на все ушло чуть меньше часа, включая сексуальные шалости и крошечный пожар. И это было хорошо, все было хорошо, потому что та американка? Та, что они оставили присматривать? Она вела глубокий и многозначительный разговор с каким-то лощеным красавцем, напоминавшим греческого бога, и даже не сделала паузу в этой скандальной беседе, когда наконец заметила, что они вернулись. Тоже отлично, хорошо, прекрасно, потому что они не собирались оставаться, им было нужно... - Тимми, - тон Джона был острым, как скальпель, холодным, пронзительным и резким. С расстояния в дюжину футов они заметили управляющего рынком одновременно с тем, как он заметил их. Какие-то секунды спустя, Тимоти Спенсер Маркс снова жадно пялился на одного из парней с Бейкер-стрит. На этот раз, невысокого. - Здравствуйте, доктор Уотсон. - Тимми, - сказал Шерлок, - я... - Или я могу называть вас Джоном? Шерлок закрыл рот и широко распахнул глаза. Тем временем, добрый доктор собирался сделать сразу три вещи, и лишь одной из них было зарычать: «Черт побери, нет, не можешь.» Разделавшись с этим, Джон намеревался использовать свое короткое широкое тело, чтобы заслонить роскошные просторы тела своего мужа от взглядов этого крошечного существа - и неважно, что Тимми даже не смотрел – а потом, может быть, Джон собирался влезть в личное пространство Тимми и обсудить приемлемость троганья по сравнению с лапаньем. Но потом это крошечное существо, которое было стройнее, чем добрый доктор Уотсон, а также более мускулисто, на много оттенков темнее и почти на четверть дюйма выше ростом, сделало нечто потрясающее. Он распрямил спину, и он поднял подбородок, и внезапно он стал выглядеть точно как Джон Уотсон. - Из Пятых Нортумберлендских Стрелков? Ветеран с наградами? - Тимми улыбнулся, и уголки его красивых глаз поползли вверх. – А также знаменитый писатель, да? Видел вашу гостевую колонку в Файненшиал Таймс, по поводу издержек в результате роста преступности по сравнению с Национальной Системой Здравоохранения. Позднее тем вечером Джон будет настаивать, что он не улыбнулся, как идиот, и не залился краской по самые ключицы. Шерлок ответит на это очень резким, нетипичным для Шерлока словом. Но это будет позднее. А прямо сейчас Шерлок нахмурится и тоже попытается провернуть штуку с заслонением собственным телом, но, учитывая, что перед Джоном был столик торговца обувью, для этого долговязому дурачку потребовалось бы залезть на него, чтобы перекрыть вид для Тимми, а славный детектив все еще не придумал, как это сделать так, чтобы никто не заметил. - Можно многое узнать о писателе по его словам, - пробормотал один невысокий мужчина второму, - вы так не думаете? Ваши слова прямолинейны. Громки. Сильны. Шерлок уже даже поднял колено, чтобы влезть на столик, но даже он сам замер при звуке частично расходящихся по швам тонюсеньких трусиков. Славный детектив опустил стройную конечность с привлекающим внимание стуком и сказал: - Тимми, Джон и я хотели бы с тобой поговорить по поводу пожаров. Словно только что заметив, что Шерлок тоже был поблизости – и это вроде как было правдой, верьте или нет, - Тимми повернулся к славному детективу, позволил взгляду скользнуть по нему сверху вниз и обратно и сказал: - О. Точно. Есть новости? Довольный, что управляющий больше не раздевал Джона глазами, Шерлок прищурился и тихо сказал: - Нет, есть поджигатели. Двое невысоких мужчин, один темнокожий, другой белый, громко и с удивлением воскликнули: - Поджигатели? Их несколько? Все прекратили разговаривать и смотрели друг на друга несколько долгих секунд, и в результате у всех троих возникли смущающе сексуальные ощущения, а потом двое, что были крепко связаны в пару, вроде как придвинулись поближе друг к другу, а тот, что пока летал в одиночку, прикусил губу и подумал черт побери все это, а потом все резко перешли на стадию отрицания своих ощущений, и Шерлок сказал: - Поджигатели - в смысле их больше одного. Тимми раскрыл рот, чтобы что-то сказать, в тот же момент, что и Джон, и Шерлок на мельчайшую долю секунды очень сильно на это отвлекся, но потом он просто продолжил говорить, потому что это лучший способ справляться с тем, что тебя смущает, если ты Шерлок Холмс, - то есть притвориться, что этого не существует. - И больше двух, - Джон и Тимми оба раскрыли свои прелестные ротики еще шире, но Шерлок все равно продолжал, - или трех... О, это уже было чересчур. -Что за феерическая хрень? Это был Джон. Слава богу, это был Джон. Потому что если бы это сказал Тимми, и звучал при этом, как крошечный тиран, Шерлок боялся бы, что в его крошечных прозрачных трусиках начнет твориться нечто непристойное, и это смутило бы его еще больше (Шерлок: все еще не разобрался с концепцией, что иногда, только иногда, ему кажутся привлекательными и другие мужчины, особенно, если они напоминают ему Джона). Кстати о Джоне... Добрый доктор скрестил руки на груди: - Снизь уровень театральности, Шерлок, и переходи к сути. Сколько же тут поджигателей? Да. Отлично. Вопрос по существу. Шерлок наклонил голову к Джону (теперь он собирался действовать так, словно Тимми не существует, просто притворяясь, что он частично ослеп) и сказал: - Следуй за мной. Что стоит помнить о Кэмденском рынке – это что большая часть его расположена в старых, напоминающих лабиринт, конюшнях и лошадиной больнице. Там везде сухие деревянные балки, покрытые деревянными планками полы, узкие коридоры, которые ведут в крошечные ниши и пыльные углы. Прибавьте к этому сотни квадратных метров легковоспламеняющихся вещей типа книг, журналов, мебели и одежды, и тогда вы поймете, что весь рынок – это просто один большой запас топлива для... - Вот. Они не прошли и дюжины шагов и стояли теперь в одном из этих старых проходов. Шерлок посмотрел вниз, и пара темно-синих глаз и пара карих последовали за его взглядом. Оба увидели, но только один заметил. - О. Тимми нахмурился, глядя на землю. Там ничего не было. Он собирался было это озвучить, но Шерлок уже снова шагал, поворачивал в другой проход, дальше в широкую, выложенную деревом галерею. Он снова указал рукой. Джон кивнул. Тимми только вроде как молча изобразил «Чо?». После третьей такой прогулки и жеста рукой, управляющий рынком наконец сказал вслух: - Я не понимаю. Джон улыбнулся. Конечно он не понимает. Он, может быть, и прекрасен, но не особо умен. Джон уверенно кивнул. Шерлок бы точно на тебя не запал. Шерлок улыбнулся. Конечно ты не понимаешь. Ты идиот, как и все остальные. Кроме Джона. Шерлок уверенно кивнул. Он бы точно на тебя не запал. Вот в чем дело: Мы все видим, но так часто не замечаем, потому что то, что мы видим, всегда там. И мы перестаем это видеть. Шерлок может думать, что он единственный, кто удаляет вещи из памяти, но мы все так делаем, каждый день. Мы удаляем фоновый шум, чтобы сосредоточиться, мы перестаем видеть беспорядок, который устроил наш спутник жизни на кофейном столике, снова и снова мы перестаем отмечать вещи, над которыми мы не имеем власти. Мы видим, но не замечаем. - Сигареты. Шерлок и Джон сказали это хором. Взгляд Тимми перескочил с одного на второго, потом его осенило... - Пожары возникали из-за сигарет? ...и так же быстро понимание ушло. - Но разве пожарные не заметили бы нечто настолько очевидное... – Тимми указал на коричневые и белые фильтры окурков у их ног. - Разумеется, - сказал Джон, и Шерлок ощутил, как по его телу побежали реальные мурашки, от знания, что его муж знает, знания, что Джон сделал правильный вывод и определил причину пожаров. В прозрачных черных трусиках началось медленное и могучее движение. - Но подумайте вот о чем: от скрученных вручную сигарет ничего не остается. Вообще никаких следов. Вполне вероятно, что Джон почуял сдвиг в гормональном балансе Шерлока. Биение пульса на шее доброго доктора участилось, и он, возможно, а может быть и нет, расправил свои крылья из хны, так сказать, сделав глубокий вдох. - Некоторые курильщики бросают непотушенные сигареты на землю... – Джон взглянул на Шерлока, а потом быстро опустил глаза, - ...или через стену конюшни. К этому моменту даже до Тимми дошло, что между Джоном и Шерлоком шел какой-то громкий обмен знаками, и от этого у него, возможно, а может и нет, разочарованно сжалась некая часть его тела, которую нельзя было просто так увидеть. - Это объясняет случайный порядок возникновения пожаров, а также то, почему улик было так мало, что даже великий Шерлок Холмс ненадолго оказался в тупике. Изредка Джон как бы пишет посты в блог вслух. То есть начинает говорить в таком же стиле, как пишет в блоге. Обычно Шерлок просто закатывает глаза и качает головой, но на этот раз? Вовсе нет. Вместо этого славный детектив выпрямился, словно говоря каждым дюймом тела невысокому темнокожему мужчине перед собой: Видел? Меня. Он выбрал меня. Однако, это было не совсем правдой, разумеется, и Шерлок знал об этом. Правда в том, что они выбрали друг друга. Это случилось в первый же раз, когда они оказались в одной комнате, и один из них позволил себе решить, что они будут вместе снимать квартиру, а второй ворчал по этому поводу. А потом все равно сделал это. Джон положил руку на задницу Шерлока, чуть самодовольно улыбнулся управляющему: - Вопросы? Тимми посмотрел на двух полуголых детективов и внезапно перестал видеть всю эту прелестную розовую кожу. Вместо этого он увидел – и раскрыл – самое очевидное в мире. У него не было ни малейшего гребаного шанса замутить ни с одним из них. - Только один, - сказал коротышка. Без шуток, и Джон, и Шерлок, оба знали, каков будет вопрос еще до того, как он прозвучал. И они были правы. - Куда мне отправить чек?

***

- Это было самое сексуальное, что я когда-либо видел. Укромных уголков много, если знаешь, где искать. Тот, в котором сейчас находились парни с Бейкер-стрит, был расположен в по-летнему прохладном подвале 221Б, и они переместились в это нежаркое, плохо освещенное место почти сразу, как только пришли домой. Джон обнял мужа за талию, поцеловал в подбородок: - Я учился у самого лучшего. – Добрый доктор вздохнул, когда пальцы Шерлока нежно скользнули по его оперенной спине. - Джон? Будучи сильно занят тем, что стоял на цыпочках и нежно покусывал шею Шерлока, Джон ответил коротким вопросительным звучком. - Я хотел спросить... Руки Джона скользнули ниже, пальцы снова прижались к шелку черных трусиков. - ...могли бы... Шерлок поощряюще раздвинул ноги. - ...мы, эээ... Джон запустил пальцы под прозрачные черные трусики, опустил руку ниже. Обхватил все ладонью. - ...еще раз пересмотреть часть этого дела? Обе руки Джона сжали – с желанием – роскошную плоть под ними. – Я думаю..., - спустя несколько звенящих секунд короткий ищущий палец скользнул ниже, а потом глубоко, прямо в цель, - ...что мы уже это делаем. Шерлок более или менее потерял дар формировать предложения, в которых были реальные гласные или согласные, но зато очень красноречиво высказался стонами. Неважно. Джон знал, что он скажет. И добрый доктор опустился на колени чуть позже, нежно стянул влажные трусики до самых щиколоток Шерлока и пробормотал: - Да, ты можешь разрисовать меня хной. Попозже. Намного позже. Не все огни дымят или обжигают. Но это не мешает им быть очень, очень жаркими.