альпийский ли минхо

Утром парни очень долго и громко, практически крича друг на друга, спорят, кто пойдет покупать выпивку, но сходить вместе в магазин не догадываются, лень обоим, а идти кто-то должен. Предлагают даже такой вариант, чтобы сходил за ней чей-то друг, но тут же отметается, потому что надо так же покупать закуски, а ещё вынести мусор, чтобы освободить бак для вечера, да и, тем более, никакой нормальный друг не пойдет сначала до другого за деньгами, отправляясь после в магазин и таская тяжелый пакет разных банок и бутылок обратно. Джисон смело выдвигает кандидатуру Минхо, потому что тот выглядит более зрело, по сравнению с ним, и в магазине тому не будет так неловко покупать большое количество спиртного, как ни как, а на восьмерых одного пакетика пива не хватит, к тому же, если учесть, что в их планы входит споить пару тройку людей, но Феликса особенно и первым делом, тот сделает вечер лучшим одним своим видом. Они оба совершеннолетние, но Хану ещё не удавалось ни разу покупать алкоголь самостоятельно, от того и переживает, что старший оставит это дело на нем, а Джисон перед продавцом разволнуется слишком. Пускай и может доказать, что покупать можно, предоставив документ, но ситуация неловкая. Если идти обоим, то было бы куда проще и не так тяжело таскать всё это дело, к тому же, на месте можно обсудить, что взять лучше, пускай они и проговаривали вчерашним вечером, что брать будут, но ведь фирмы разные бывают (и цены тоже). Но кому-то надо будет оставаться дома и прибираться, особенно убирать все тяжелые и заостренные предметы, а то, мало ли. Минхо еле как заставили идти одного, но Джисон же упертый, смог. Ещё раз проговаривают список того, что взять перекусить, скидываются по приемлемой сумме и так же просят всех, кто придет точно, скинуть немного вложений на карту. Чанбин с Феликсом быстро реагируют и просят взять кое-что индивидуальное для них, Хёнджин же скидывает деньги за двоих, потому что Чонину и так дают не особо много, чтобы тот раскошеливался на алкогольные напитки (хотя тот, по сути, и так не должен раскошеливаться на это, ему всего семнадцать, но волнует это только родителей). Чан говорит, что принесет пару бутылок чего-нибудь крепкого из дома, поэтому с тем всё понятно. Уджина беспокоить Джисон не хочет особо, ведь тот, даже не известно ещё, придет ли точно, но на это надеется. В итоге, сумма набирается большая, поэтому парни облегченно выдыхают, больше не беспокоясь по теме денег. В магазине Минхо звонит Джисону (перед выходом выпалил номер того) и включает видеозвонок, показывая ему ассортимент, и советуется, что брать точно. Хан рассматривает бутылки на полках и истерично просит двигать камерой медленнее, потому что не успевает рассматривать. Минхо, конечно же, начинает передвигать камеру в два раза быстрее, за что младший ещё минут пять по звонку называет его тупым гномом и обещает хорошенько долбануть того об стену, когда Ли домой вернется. - О, возьми Джим Бим обязательно, - доносится из динамика телефона. - Почему именно бурбон, можно же взять виски попроще и подешевле. Минхо уже чувствует, как Джисон там, дома, хмурится и хочет метнуть в старшего какой-нибудь из бутылок, что видит перед собой, но, к сожалению, не может. - Я вложил в это свои деньги, ты, гном парнокопытный, против меня или за? Ли требуется пара минут, чтобы хорошенечко подумать. - Ну, вообще, по канону против. Слышится угрожающий кашель. - Окей-окей, я захвачу и его тоже. - Вишневый, пожалуйста. Минхо только глаза закатывает, но берет по просьбе, раз так хочется младшему. Закуски рассматривают так же под частые истерики Джисона, с криками спорят за вкус чипсов, а Ли психует и просто скидывает в тележку всё, что вкусно, и после двадцати минут тяжелого разговора сбрасывает вызов и идет к кассе, предварительно достав документы. Домой приходит с двумя набитыми до отвала пакетами, один из которых наполовину заполнен шуршащими пачками чипсов. Джисон, хоть и потратил некоторое время на разговоры с Ли, но успел более-менее привести квартиру в порядок и убрать горшки с цветами на балкон, а ненужные на вечер кружки поставить на верхнюю полку, так, на всякий случай. Парни смотрят на всё купленное, прежде выложив из мешков все бутылки и пачки. - Ты как это всё донес? – изумленно говорит младший, считая в уме бутылки, поставленные на столе. - Я все же покрупнее тебя буду. Переводит взгляд на старшего, не сдерживая усмешку. - Разве что в ногах, гном. Уже вечером, когда парни настраивают светомузыку и включают недавно скаченные треки из популярного, особо не парясь над выбором, ждут остальных, споря, кто придет первым. За дверью слышится чей-то радостный писк, а двоим сразу понятно становится, кто пришел, даже догадываться нет необходимости. Ли Феликс пришел потерять голову. Дверь открывается и на два бедных тела набрасывается светловолосая принцесса, чмокая каждого в щеку не по разу и крича что-то невнятно о том, как трудно ему было спать этой ночью, ведь все мысли были забиты тем, как кое-кто конкретно нажрется. - Так, я буду следить за тобой, парниша, - Чанбин подписывает себе приговор матери-наседки, но разве за таким буйным ребенком уследить можно. Двое вошедших оглядывают шею Хана, не прикрытую ни чем – Джисон в футболке. - Бледнеют хоть? – спрашивает Со, проводя пальцем по собственной шее. Парень пожимает плечами. - Вроде как, - смотрит на Минхо, отводящего взгляд в сторону, будто не здесь сейчас и вообще не при делах. Потом все четверо семенят на кухню, беря по бутылке пива, начиная с легкого. Осталось подождать всего троих, что сейчас уже в пути, а ещё возможного Уджина, что придет позднее всех, потому что тому сегодня допоздна в кафе работать, но он и сам надеется, что присоеденится. Чуть позже приходит Чан и на радостях обнимается в Феликсом, что с криками летит на старшего, те не виделись месяца два, если не больше. Два австралийца, всё же, родственные души и оба одинаково больные на голову. Бан выкладывает на общий стол две бутылки виски, одна из которых оказывается тем же Джим Бимом, что покупал Минхо, поэтому Ли идет бить Джисона за то, что выклянчил у него ту же бутылку сегодня днем, но в защиту Хан выставляет, что не мог знать, что возьмет с собой Чан, и потом как раз представляет Минхо и Чана друг друга. - Так значит, это ты тот самый олень, что отправил мелкого в мир засосов? Минхо сначала неловко, а потом чуть-чуть совсем страшно перед другом соседа. - Типа того. - Красавчик, - Чан паказывает тому палец вверх и приобнимает за плечи, хлопая пару раз, и потом отправляясь наливать себе чего покрепче, не планируя переключаться на слабое. Вливается в разговор с Чанбином, болтая о планах на музыку. Феликс спрашивает про Хёнджина, получая ответ, что тот придет тоже и захватит с собой Чонина, а ещё наслушивается вместе с Джисоном советов о том, что Яна лучше не спаивать, а оставить на его же парня, потому что, если самому младшему из них станет плохо, то Хёнджин самолично каждому присутствующему в квартире засунет горлышку бутылки в то самое место. И это, кстати, не преувеличено. Самой главной целью сегодняшнего вечера, к тому же, является споить именно Феликса, и цель эта помечена пятью восклицательными знаками. Но вот кого не стоит спаивать точно, так это Джисона. Тот, если напьется сильно, первую половину вечера-ночи будет вешаться к каждому углу, успеет поплакать в своей комнате и наотправлять в каждый диалог в сетях по пять голосовых сообщений с пьяным бредом. Вторая половина уже ночи закончится посещением туалета, где Хан не будет отходить от него минимум час, а потом чувствовать себя крайне хреново и жаловаться на самого себя, что влил через чур много. Что касаемо Минхо, тот, конечно, тоже может херню творить, но будет более сдержан и, скорее всего, бегать к туалету ему не придется каждые пять минут. На памяти Чанбина, когда тот видел перепившего Минхо, то замечал за ним лишь громкий смех со всего происходящего, но проблем тот не доставляет практически, поэтому не беспокоится о том, с кем будет укладывать буйных малышей, когда те начнут выдыхаться. Феликса вот не уложить просто так, он, будучи уложенным в кровать и накрытым одеялом, всё равно встанет и вернется обратно к Чанбину, говорят, что спать тот не хочет (хотя ещё как хочет, просто уснуть не получается). В общем, та ещё морока предстоит, да и не с одним Феликсом. Джисон слышит, как кто-то стучит в дверь, и пока парни заняты разговором, идет открывать новым гостям. На входе он замечает двух парней, первый из которых привлекает внимание своим высоким ростом и явно модельной внешностью, у него лицо, как у чертового Бога, прямо так и сияет, если честно. А второй парень выглядит настолько милым, что Джисон не может сдержать улыбки, а ещё у него появляется желание этого самого парнишку затискать. Кажется, это те самые Хёнджин с Чонином. - Здравствуйте! – говорит, как кажется, Ян. - Омо, привет! – Джисон приветствует их и предлагает пройти за ним, после представляясь им и узнавая их имена так же. Нет, Хан уже не так уверен, что Хван похож на модель, потому что они оба, прости господи, словно сошедшие с обложки журнала вижуалы, к тому же с одинаковым цветом волос и просто наипрекраснейшими улыбками, одна из которых украшена брекетами. У Хёнджина Джисон спрашивает, что лучше давать Чонину. - Я не думаю, что пиво по его душе, - Чонин тут же морщит нос. – Можешь намешать виски с колой или соком? Хан одобрительно кивает и делает для Яна выпивку, намереваясь стать личным барменом для того. Чонин пробует, что намешали, и улыбается, говоря, что это именно то, что нужно – не сильно чувствуется вкус алкоголя. Хёнджин благодарит блондина и начинает с ним болтать о планах на вечер. Узнает, что они с Минхо планируют вкачать в австралийского друга всего, что только можно и посмотреть, что получится в итоге. Хван, конечно, смеется, но сам идею поддерживает, принимая предложение помочь. Усаживают Чонина на диван и отходят с парой бокалов к Минхо с Феликсом, протягивая и предлагая выпить. Феликс, конечно же, будучи ребенком не принципиальным, выпивает всё сразу, не обращая внимание на горечь, а Минхо смотрит на Джисона, что немыми жестами показывает, что время икс началось. - Может, хочешь и моё тоже? – старший Ли предлагает блондину и свой стакан тоже. – Хочу налить себе кое-чего другого. Тот принимает. И, боже мой, как жаль. В первый час по квартире в большей степени идут разговоры, вопросы о жизни, о планах и тисканье Чонина, где Джисон тоже успевает того за щеки потрепать и взлохматить его волосы, у него они мягкие очень, приятно гладить. И Хан совершенно не знает, как Хёнджин держится, чтобы не отлипнуть от него, ведь тот, и правда, такой очаровательно-милый, что держать рядом хочется каждую секунду. Чанбин за своим парнем поглядывает иногда, но совершенно мимо глаз пропускает моменты, где уже три парня постоянно подтягивают тому стаканы с разным содержимым внутри, а на градусы всем становится глубоко плевать, ведь суть как раз в том, чтобы забить на все инциденты правильного повышения. Абзац начинается с того момента, когда Феликс чувствует себя совсем расслабленно и не может контролировать свою речь и правильность слов тоже. Вмешивается в диалоги ко всем, совершенно наплевав на то, что пить – таскает то, что увидит. Прилипает к Чонину и разговаривает с ним об учебе, случайным образом вспоминая, что есть один замечательный человечек, с которым они долгое время уже не выходили на связь, спрашивает у Яна номер и звонит на него, не забыв включить камеру. На вызов отвечает сонный парень, напоминающий какую-то знаменитость. Минхо смотрит на происходящее и немного волнуется, потому что тот парень, что отвечает на звонки Ли – ангел настоящий, которому видеть пьяного Феликса надо в последнюю очередь. - Сынмина-а, - протягивает блондин, пьяно улыбаясь в камеру. – Привет, мы скучать! Парень, завидев Феликса, вероятно, думает, что лучше бы вообще не отвечал или сбросил сразу, как увидел. - И я скучал, Феликс. Через камеру видно всё очень плохо, потому что у Ли руки трясутся сильно, тогда он просит Чонина поснимать чуток. - Чонин-и, - протягивает голос из динамика. – Я надеюсь, за тобой следят. Ян снимает болтающих Минхо с Хёнджином и отвечает совсем тихо, чтобы парень рядом не услышал. - За мной-то следят, а вот за ним и не хотят даже. Феликсу уже не требуется подкидывать очередные стаканы с рандомным спиртным, потому что тот под шокированный взгляд Чанбина и Чана берет попавшуюся под руку бутылку и начинает пить с горла, не переживая о последствиях. Минхо с Джисоном наблюдают за этим тоже, но результатом явно довольны, отбивают друг другу пять и ставят галочку на сегодняшней миссии. Будут ли они чувствовать себя ужасно, когда младшему станет совсем хреново – ни сколечко. Хотя от Чанбина явно получат по заслугам. Семь пар глаз наблюдают на австралийцем: трое довольны, двое негодуют, а остальным по барабану, ведь не их потом откачивать придется. Но делать с этим что-то нужно. Чанбин бегает по всей квартире за младшим, убегающим от него с той же бутылкой и каким-то образом успевающим на бегу отпивать, опустошая добрую половину. Феликсу будет плохо. Очень плохо. Минхо вместе с Джисоном и Хёнджином перемещаются к освободившемуся от Чанбина Бану, представляя ещё не познакомившегося с ним Хвана, а он ещё указывает на спокойно сидящего на диване Чонина, разговаривающего с тем самым Сынмином, что является их близким другом. Вчетвером обсуждают, кто останется самым трезвым и сразу подмечают, что это стопроцентно будет Ян, а бросают головы в сторону отобравшего у Ли бутылку Чанбина, заставляющего своего парня сидеть на диване и больше в сторону выпивки не приближаться – тому достаточно вполне. Обязательно надо будет поставить тазик рядом с кроватью, где Феликс будет мучиться, и ещё контролировать, чтобы на краю лежал и не завалил все простыни к чертям. Буквально через два часа с начала приходит Уджин, явно понимая, что пришел не в лучшее время, и стоило хоть на десять минут подольше задержаться на работе. Феликс в полусидящем положении разговаривает через видео с Сынмином, уже точно не разбирая свою речь. Сынмин говорит, что тому больше не нужно вливать в себя, да и остальным не стоит заигрываться с алкоголем. - Слушай, чушка, - Ли приближает лицо к камере. – Мы отдыха-а-аем! И вообще, что ты знать?! У нас тут повод! Джисон-хён и Минхо-хён засосались! Двое упомянутых переводят на младшего взгляды. - То есть переспали! Чан начинает истерично смеяться. - То есть шея! Чонин переводит камеру на Джисона, красного не то от алкоголя в крови, не то от смущения. - А, я вижу всю шею в засосах, - доносит Сынмин, понимая наконец, что имел в виду Феликс. Чонин понимает, что другу в принципе тут рассматривать нечего больше, да и не было и до этого, кстати. Вежливо просит Кима перезвонить ему завтра и прощается, размахивая ручкой в камеру. Уджин без понятия, что происходит, но первым делом знакомится с Чанбином, что открыл ему дверь, а ещё узнает, что то напившееся светловолосое чудо – его, Чанбина, парень. Ким с сожалением хлопает по плечу Со, не представляя, что бедный мальчик будет испытывать на завтрашний день. Зато все в сборе. Джисон о чем-то переговаривает с Чаном и забирает из кармана его толстовки пачку сигарет, уходя на балкон в гордом одиночестве. Минхо не пропускает этот момент, задаваясь вопросом, и следует позже за младшим. На балконе свежо совсем, намного приятнее дышать. Хан держит в руке дымящую сигарету, кажется, с кнопкой и вкусом лайма – Минхо уже видел эту зеленую упаковку раньше. В окно выдыхает, не обращая внимания на присутствие старшего. - Не знал, что ты куришь, - Ли кладет руки на подоконник, полностью переключая внимание на такого спокойного и нереального в эту минуту блондина – тот выглядит слишком эстетичным. - Только, когда пью. От того и понятно, почему младшего за этим делом не заставал раньше. Они стоят в полном молчании минут пять, слушая приглушенную музыку из комнаты и осматривая детскую площадку из окна. Джисон выкуривает две сигареты и прерывает долгое молчание. - Как тебе Феликс. Минхо, задумывается, вспоминая фразы австралийца. - Он назвал Сынмина чушкой. - А это плохо? – усмехнувшись, спрашивает младший. - Очень. За прозрачной дверью балкона появляется кто-то, стуча по стеклу. На звук оба парня оборачиваются и вздрагивают, заметив там дебильно улыбающегося Чана, показывающего, как его две ручки сталкиваются друг с другом. До них как-то медленно допирает, что Чан намекает на поцелуй, и те, улыбаясь друг другу, синхронно показывают Бану средние пальцы, а после выходят с балкона, смеясь над надувшимся старшим. Джисон благодарно отдает другу пачку и осматривает комнату, где бодрствует один Уджин с Хёнджином. Феликса укладывает спать Чанбин в комнату Минхо, остается там же, чтобы наблюдать за ним, а Хёнджин видит сонные зевки Чонина, думая, что скоро тоже пристроит его куда-нибудь, но не с Ли точно. Все, кто смог благополучно «выжить», сидят за столом и разговаривают, медленно допивая всё, что осталось. Чан с Уджином перешептываются, смотря на заметно притихшего друга. Джисон, будучи пьяным, не всегда буйствует. Зачастую выходит так, что в компании совсем не весело, хочется уйти, посидеть в тихом месте и тосковать по любви, мечтая о том, чтобы прямо сейчас тепло прижимали к себе и целовали в макушку. Минхо того совсем не понимает, хочет спросить, всё ли в порядке, но даже если нет, то что он может, в конце концов, для него сделать, если даже не понимает, кем ему приходится. Отношения у них и за месяц совместного проживания остаются на уровне обзывательств, то есть, не изменяются вообще. Старший клянется сам себе, что на лице младшего прокатившуюся слезу видел, и сердце его предательски сжимается, а сам не выдерживает. Резко встает, тормоша блондина за плечи, и уводит в его комнату, извиняясь перед остальными. Усаживает младшего на кровать и наконец спрашивает, что того беспокоит, на что получает отрицательное мотание головой. - Я знаю, что что-то случилось, - Минхо садится рядом и гладит его волосы, до которых мечтал дотронуться с самой первой встречи. - Ничего не случилось, Минхо. Ли хмурится. - Ты, дурак, назвал меня впервые по имени, а говоришь, что ничего не случилось. - Тоскливо, - единственное, что вытягивает из себя Джисон, ложась на подушку рядом и устало смотря на колени старшего. На него смотреть больно. - Давай я приведу Чонина с Хёнджином, они как раз спать собирались. А лучше бы сам остался. - Давай. - Не грусти, ладно? Я приведу их и разложу диван для Уджина и Чана. Я буду на кухне некоторое время, поэтому, если тебе совсем плохо, то давай поговорим. Придешь? Джисон только слабо кивает. - Хорошо. После Минхо заботливо поправляет волосы младшего и укрывает того одеялом, выходя из комнаты и подзывая младших. Вечеринку можно считать окончившейся в тот момент, когда Чан с Уджином засыпают на глазах Ли, а выползший из комнаты Чанбин шепотом сообщает, что Феликса наконец перестало тошнить. Все пустые бутылки отправляются в мешок, а оставшееся аккуратно поставлено на полку вместе с закусками в тарелках. Спасибо можно сказать за то, что ничего не разбито и не сломано, намного меньше забот, правда, придется поухаживать за некоторыми личностями с утра. Минхо сидит на кухне ещё час, надеясь, что с Джисоном он всё же поговорит, смотрит то на время, то на входную дверь в комнату младшего, но, кажется, тот приходить не собирается. Как бы не хотелось вмешаться в личную жизнь, всё-таки заставить его не может, и давить не будет тоже. Ждет последние минуты и только после, удрученно вздыхая, отправляется в свою комнату к уже успевшим уснуть Чанбину с Феликсом. Переживания за Хана дают знать о себе всю ночь.