Wings

      Юнги сидел во дворе на старой деревянной лавке и чистил картошку. Старая белая футболка, которая уже давно стала серой, в жару — самое то. Она была очень просторной и лёгкой, потому Юнги любил её и летом не носил почти ничего кроме этой футболки. Жара сегодня стояла, как в Аду, вот честно. Кто-кто, а Юнги отлично знал, как в Аду жарко.       Около дома вот уже третий раз пролетает какая-то блондинка, ангел. — Ты чё тут разлеталась, а? — Крикнул ей Юнги, отрываясь от двенадцатой картошки. Тогда она резко остановилась и повернулась в сторону источника шума. Человек? Их взгляды встретились, и девушка подлетела ближе. Тогда Юнги уже опустил голову и продолжил чистить картошку. — Кто ты? — Спросила она, хотя правильнее было бы спросить, каким образом он её видит. — Демон из Преисподней, — хитро ухмыльнулся Юнги, глядя на красивое удивлённое лицо из-подо лба. Девушка ясно поняла, что этот парень не так уж и прост, если ему известно про демонов и Ад. Но он не мог быть демоном. У них рога растут и крылья такие страшные-мерзкие за спиной. — А если серьёзно? — Прицепилась, блин, — Нахмурился парень, вытирая правую руку о ткань шортов. — Мин Юнги меня зовут, — он протянул ей руку. Девушка её пожала, и её лицо озарила красивая добрая улыбка. Правда, рука Юнги почему-то показалась ей очень горячей. — А меня — Суёнг. На этом диалог неожиданно закончился, а Юнги продолжал чистить картошку. Когда он всё-таки закончил и понёс миску с картошкой в дом, Суёнг предложила свою помощь, но Юнги не принял её. — Чего привязалась? Ты наверняка здесь по какому-то заданию, я прав? — Она не понимала, откуда Юнги знает так много об ангелах. — Да, но, — Суёнг немного смутилась, — мне нужно найти пристанище на несколько дней. Пока приборы не вычислят аномалию в этом селе. Юнги, поставив тяжелую миску на стол, вздохнул. — Спишь со мной в одной кровати, готовишь, убираешься, помогаешь мне с мелкими делать уроки. Если на такое согласна — оставайся. — Он равнодушно пожал плечами, доставая нож из тумбочки.       Суёнг, недолго думая, согласилась. Пусть она понятия не имела о том, кто такие эти «мелкие», но выбора у неё не было. — Этому дому давно нужна была хозяйка, — вздохнул Юнги, засыпая порезанную картошку в казан. Он хоть и сам неплохо справлялся, всё же порядка в доме не хватало. — Что? — Спросила Суёнг. — На заднем дворе стоит большая лейка. Набери в неё воды из-под крана и хорошенько полей цветы. К обеду как раз успеешь. Суёнг немного раздражало то, как Юнги пренебрежительно относится к словам «пожалуйста» и «спасибо», но она всё же его послушала.       Когда она поливала уже третью розу, Марк с Элизабет вернулись из школы. Конечно, они были удивлены, когда увидели в палисаднике не привычную фигуру Юнги, а хрупкую девушку с белоснежными крыльями за плечами. Но дети просто молча проскользнули в дом, о чём-то там перешептываясь. Девушка только закончила с цветами и присела на лавочку отдохнуть, как из входной двери выскочила белая макушка. — Суёнг, иди кушать! Она тут же поднялась и подошла к девочке. — А где руки можно помыть? Девочка взяла её за запястье и, нежно улыбаясь, сказала: — Идём, покажу. По дороге к умывальнику она успела представиться, они немного разговорились, но их прервал озлобленный крик Юнги из кухни. — Где вы там? Щас остынет всё! — Это — наша мама? — Спросил Марк, когда Юнги зашел в их с Элизабет комнату. Было понятно, что он говорит о Суёнг. — Да. — Соврал он и спокойно ушел. Было совсем непривычно спать с кем-то. Марк и Элизабет уже давно выросли с того времени, когда они оставались в его кровати. Он чувствовал себя немного неловко. Это тоже было удивительным фактом. Юнги почти никогда не чувствовал себя неловко. Это было самым ужасным. Потому что вот так вот проспать с Суёнг в одной кровати придётся не один раз, прежде чем эта пытка закончится. Много ли ещё бессонных ночей ждёт Юнги впереди?       Нет, это не из-за того, что Суёнг девушка. Он не обращает внимания на такие мелочи. Юнги было мало места. Слишком мало место. В итоге утром его нога оказывается на животе Суёнг. Медленно-медленно осознание затекало в его голову, и как только он полностью просыпается, резко дёргает ногу на себя и встаёт с кровати. — Блять, — тихо шипит Юнги, оглядываясь на мирно посапывающую Суёнг. Нет, он не может злиться на неё. И это бесит больше всего.       Весь день, даже когда домой приходят дети, Юнги не вылезает из мастерской. Домашнее задание он сваливает на Суёнг, а сам засыпает лицом на столе. Выспаться не получается, руки затекают, но просыпается он мгновенно от приятного аромата жареной картошки. Юнги лениво плетётся в сторону кухни, сонно протирая глаза. За плитой стоит Суёнг с деревянной лопаткой и помешивает содержимое в сковороде, а Марк с Элизабет сидят за кухонным столом и делают уроки. — О, уже проснулся? — Улыбнулась девушка. Юнги очень нравилась эта улыбка. — Я заметила, что ты уснул, укрыла тебя одеялом и закрыла дверь. Марк и Элизабет на секунду отрываются от уроков, чтобы посмотреть на сонного Юнги. Редко можно было увидеть его таким мягким, помятым и домашним.       Юнги потихоньку начал вспоминать о том, как слышал непонятный шорох за спиной, когда вставал со стула в мастерской. Кажется, это было одеяло… Он тяжело вздыхает и садится рядом с Марком за стол. Юнги тихо зевает, прикрыв рот, и зрительно проверяет какую-то задачку. Он не любил это своё состояние полудрёма. Но ему грели душу такие бытовые моменты.       Через полчаса все учебники, ручки, тетради, карандаши были прибраны со стола и /семья/ села ужинать. Юнги впервые попробовал еду, приготовленную Суёнг, и был приятно удивлён. Пожалуй, в следующий раз он скорее доверит готовку ей, чем детям. И почему он раньше считал, что ангелы абсолютно бездарны в приготовлении человеческой пищи?       На следующий день, когда Марк и Элизабет пошли в школу, а Юнги, как всегда, закрылся в мастерской, Суёнг решила навести порядок в доме. Разбросанные вещи, одежда на полке с книгами, грязная посуда в спальне. Не удивительно, что на уборку ушло около шести часов. Суёнг протёрла все шкафы, вымыла даже самые грязные стёкла, протёрла все бокалы, стаканы и рюмки в огромном серванте на пять полок, пропылесосила шесть комнат и отмыла шесть полов. Ужин пришлось готовить Юнги, ведь у Суёнг болели даже пальцы. Она уснула, не поужинав, и Юнги, войдя в комнату, обнаружил девушку, мирно посапывающую на одеяле. — Глупая, — подумал он, мысленно улыбаясь, — замёрзнет ведь. Юнги тихо подошел к кровати, снова любуясь ангелом. Слишком прекрасна, она даже дышит грациозно. Он с ласковой улыбкой, которая расцветает на его лице очень редко, укрыл девушку одеялом. — Спи. — Шепчет Юнги, укладываясь рядом. — Спокойной ночи. Он разворачивается спиной к Суёнг и почти засыпает, но буквально через три минуты его внезапно вырывают из сладкого сна. Суёнг прижимается к его спине и что-то невнятно бормочет в полудрёме. — Суёнг? — Юнги переворачивается обратно, пытаясь оттолкнуть девушку, но в итоге Суёнг оказывается ещё ближе. — Чёрт, — конечно, он не мог разбудить её. Она слишком сильно вцепилась руками в его спину.       Никогда раньше Юнги не ощущал себя так неловко. Он чувствовал, как Суёнг дышит, чувствовал её тепло и как вздымается грудь. Юнги старается отодвинуться как можно дальше, но это мало помогает. Завтра он снова закроется в мастерской и будет досыпать.