Глава 2.
4 сентября 2018 г., 01:02
Вот и подошли к концу первые, самые легкие две недели учебы. За окном все еще переливалось солнце, лето совсем не хотело покидать магическую Британию. Каждый день казался Гарри немыслимым, словно он проводит его в райском саду, где контраст синего неба, ярко-желтого солнца, такой уже немного пожелтевшей травы и окрасившихся в багряные оттенки деревьев смотрелся действительно волшебно. Гарри нравилась осень — она создавала ощущение уюта и странного магического прилива сил. Возможно, это ему лишь казалось, но зрелище было действительно невообразимое. В солнечное воскресенье юному чародею совсем не хотелось вставать. Это был единственный день, когда занятия не заставляют вставать раньше солнца и плестись по холодным каменным коридорам. Сны так сладко следовали один за другим, чувствовалось полное блаженство и свобода. Все, что могло его сегодня озадачить — домашняя работа, которую любезно задали в большом количестве учителя, ссылаясь на незапланированный легкий отдых от всяких работ в течение недели. Да, первые недели — самые трудные для учителей, но самые приятные для всех учеников.
Краем уха Гарри услышал противный звон — кажется, будильника Невилла, который он ставил по будням на шесть, а то и на половину шестого, по выходным же он вставал не чуть позже девяти из-за дополнительных занятий по травологии. От назойливого нарушителя покоя глаза все же открылись, чтобы оглядеть комнату и немного прийти в себя. В спальне из десяти кроватей были заняты лишь три. Обладатель третьей крепко спал, посапывая и не собираясь вставать раньше обеда. Что ж, Гарри мог лишь позавидовать. Остальные две кровати принадлежали ему и Симусу, который был «совой» и на учебу всегда вставал с огромным трудом.
— Ну и гадство, — шепотом сказал Гарри и, перевернувшись на другой бок, достал подушку из-под своей головы и накрыл ею лицо.
— Эй, ребята, хватит валяться! Уверен, вам тоже есть чем заняться. Зачем терять время впустую, отлеживая бока? — бодро сказал Невилл на тон выше обычного.
— Да, тебе-то только про бока нам и говорить, Нэв! — с явным сарказмом сонно пробормотал Симус, на что Невилл лишь хмыкнул и быстрым шагом вышел из спальни.
— Ты был немного груб с ним. Знаешь же, какой он ранимый, — обратился немой зритель ситуации к другу.
— Пожалуй. Но знаешь, в единственный выходной оторвать ото сна безнаказанно меня могут лишь три вещи: внезапная война, — хотя нет, я бы все равно не встал, — но вот если передо мной появится ужас подземелий Слизерина или красивая длинноногая девушка из Шармбатон, пожалуй, я еще подумаю. Увы, но Невилл не похож ни на одного, ни на другую. Хотя нет, то, что он не похож на профессора — очень даже хорошо. — Промямлив свою мысль до конца, обмазывая при том подушку слюнями, Симус удобнее устроился на кровати и засопел.
После завтрака, где Гарри встретил Рона и Гермиону, трио направилось в библиотеку готовить домашнее эссе вместе. Рона, как оказалось, тоже разбудили, но еще раньше. Может, это и не была длинноногая студентка из Шармбатон, но Гермиона была тоже неплоха, особенно учитывая, как вся семья Уизли сватает девчонку Рону. Он вроде и не имел ничего против, но отчего-то с каждым годом от него исходил все больший холод к девушке. Они по-прежнему доверяли друг другу и помогали, но той искры уже не было, по крайней мере у Рона — точно, ведь Гарри помнил, что как-то летом в Норе, — поздно ночью, когда все уже уснули, а парни изрядно налегли на огневиски, — рыжий признался, что давно уже остыл. Их подруга, скорее всего, догадывается, но не сдается, иначе это была бы не она.
С утра трое ребят учили теорию и писали нескончаемые тезисы по ненавистным зельям, ведь ЖАБА на носу, и даже титул мальчика-из-пророчества не спасет от экзаменов. В аврорат берут студентов лишь по чести и способностям, и если у Гарри они были, как и куча перспектив, то у его друга не было такого изобилия. За работой они провели около нескольких часов, и Гарри с Гермионой уже почти закончили, но вот Рону оставалась еще внушительная часть. В библиотеке гулял сквозняк, который заставлял всех ее посетителей периодически зябнуть, а их столик был и вовсе расположен неудачнее всех - его обдавало колючим холодком сильнее других, отчего юная волшебница периодически вздрагивала. Это не укрылось от ребят, потому Рон, из вежливости, накинул на ту свою мантию. Густо покраснев, девушка поблагодарила его, уткнувшись взглядом в книгу.
Внезапно над ними нависли три тени, на что Поттер сразу среагировал, быстро развернувшись и сомкнув руку на палочке. После встречи с самым могущественным темным магом, который вдобавок желает твоей смерти, волей-неволей будешь так реагировать на бесшумные приближения со спины. Посмотрев на незваных гостей, Гарри опустил руку с палочки и лишь нахмурился, ожидая объяснения от светловолосого паренька. Рон, направив полный яда взгляд на главного из трех, от злости сломал карандаш пополам.
— Чего тебе, хорек? — выплюнул Уизли.
— Узнаешь, буквально чуть позже, рыжий отпрыск семейки Уизли, а пока что помалкивай. Поттер, полукровка, не могу сказать, что рад вас видеть. Надеюсь, это взаимно. Мне нужно позаимствовать у вас этого неряшливого амбала. Желания разговаривать ни с ним, ни с вами у меня нет, но дело действительно важное. - Взгляд Малфоя-младшего невзначай прошелся сначала по рыжему, потом по нахмуренной Гермионе, заметив на ней чужую вещь, один уголок губ предательски пополз вверх под яростный взгляд волшебницы, которая промолчала, но сжала отданную мантию на себе чуть сильнее.
— Проваливай отсюда, или я тебе… — Рон не успел договорить:
— Или ты мне что, Уизли? Снова сам себя своим же «ешьслизней» проклянешь? В одном ты прав: не хочу больше никогда в жизни видеть, как из тебя что-то выходит, — сторонники Драко тихонько захихикали прикрывая рты, — а по возможности и вовсе тебя видеть не хотелось бы. Но суть не в этом. Надо поговорить. Быстро. — Драко казался чем-то взволнованным, и словно прятал это чувство за желчным поведением, сарказмом и оскорблениями.
— Урод. Я ничего не скрываю от друзей, хочешь что-то сказать — говори здесь и сейчас или проваливай в свои подземные шахты, крысиный аристократ. — Уизли подавлял в себе пламя любопытства: очень уж хотелось пойти и узнать, что же так не терпится сказать Малфою-младшему, но понять природу этого любопытства он пока не мог.
— Как знаешь. Я пытался предупредить, меня винить не в чем. — Блондин пожал плечами и уже собирался развернуться, как его окликнули позади.
— Эй! Ладно, будь по-твоему, хорек. — Рыжий все-таки сдался в объятия любопытства.
— Отлично, иди за мной. Блейз, Панси, останьтесь здесь, развлеките карманного героя Дамблдора и… кхм, Грейнджер. — Поймав на себе полный гнева и ненависти взгляд, Драко вовремя заставил себя остановиться.
Рон ушел вместе с блондином и вернулся лишь через пару часов, когда Гермиона уже вся извелась, ожидая худшего, а Гарри пару раз почти приложил Блейза кулаком в нос. Что странно, Малфоя с ним не было, и вернулся он весь на нервах, сжав руки в кулаки и стиснув зубы. Друзья хорошо его знали, поэтому сразу поняли, что случилось неладное. Глаза у парня были полны неопределенности и страха. Бросив последнюю пару колких фраз, слизеринцы удалились, но было видно - они тоже взволнованны отсутствием своего "главаря". Все вопросы друзей Рон же проигнорировал, тем самым выведя гриффиндорку на скандал. В итоге она ушла в спальню для девушек, оставив друзей одних в библиотеке.
— Черт, Рон, ну и что мне с тобой делать? Может, объяснишь мне все? Мы же лучшие друзья, эй… — Гарри почти безнадежно пытался выдавить из друга хоть словечко. Но с уходом Гермионы тот почему-то резко заговорил.
— Гарри, тебе нужно уезжать отсюда. Как можно быстрее. Так далеко, как сможешь, — выдохнув и уронив голову на руки, медленно, словно все еще переваривая полученную информацию, сказал Уизли.
— Ты что, белены объелся? Стоп, а может, ты под империусом? — Темноволосый был в растерян, он метался от одной догадки к другой, и логичнее всего казался вариант с удачным розыгрышем.
— Я серьезен. Драко сказал, что вскоре здесь появится очень могущественный человек. Маг, который живет уже не одно тысячелетие, он старше даже Домблдора, ты только представь! И его цель — ты.
— Слушай, ну это какой-то бред. Будто одного могущественного мага, который точит на меня зуб - мало. Малфой, скорее всего, решил сделать из тебя дурака, не ведись, ты же помнишь все его подлянки.
— Нет, он сильнее, а оттого страшнее того, о ком ты говоришь. Это невозможно отрицать, — перебил его Рон, передавая небольшой свиток пергамента, завязанный шелковой лентой с гербом. — Вот, возьми, посмотри сам.
Волшебник, рассмотрев кусок бумаги со всех сторон, поспешил стянуть тугую ленту.
— Нет, стой! — Рыжий схватил Гарри за руку. — Изучи для начала герб, что на печати.
Брюнет последовал совету друга и внимательно оглядел герб. Увидев, что на нем изображено, лицо Гарри побледнело, а челюсть сжалась так сильно, что по лицу забегали желваки.
— Это чья-то шутка. — Продолжая рассматривать герб, он добавил: — Я не знаю, чей дом использует в печати герб Слизерина. Это всего лишь шутка, успокойся, Рон.
— Нет, Гарри, ты не понимаешь! Это герб не дома, а одного человека. Лишь один человек во всем магическом измерении имеет такую печать. Ты же знаешь, подделка печатей незаконна. Сомневаюсь что Малфои, и без того погрязшие в проблемах, решат провернуть такое. - Спешно тараторил рыжий.
— Ты же не имеешь в виду… — Разговор был резко прерван библиотекаршей, которая поторопила мальчишек, ведь «библиотека не совещательный центр, и ее используют лишь для учебных целей». Гарри решил, что оно к лучшему. Спустя какое-то время они забудут эту нелепую шутку и все вновь встанет на свои места. Еще одного жестокого врага магическая Британия сейчас точно не переживет. А пока ему хотелось пройтись рядом с озером, которое осенью пряталось под гладью тумана, вдохнуть аромат сырых листьев и провести немного времени, наблюдая за закатным заревом. Рон разделял желание друга, но уйти гулять не поговорив с Гермионой он посчитал неправильным, а потому убедил друга сходить к ней вместе. Весь остаток вечера все трое провели вместе, общаясь ни о чем, стараясь развеять тревоги этого дня, каждый свои.
***
Когда настало время отбоя и огни в замке погасли, Гарри решил побродить по замку в поисках слизеринцев, ожидая найти хоть какие-то подсказки или подтверждение дневному розыгрышу хорька. Малфой часто бродил после отбоя по замку, вылавливая нарушителей своего факультета. Каким бы он ни был, но роль старосты выполнял вполне исправно, чем вызывал недоумение у многих. Прихватив свой плащ-невидимку, карту мародеров и палочку, парень вышел из башни Гриффиндора и направился в сторону слизеринских подземелий. — Люмос! — Волшебник призвал слабое свечение. По пути он боялся столкнуться с Филчем или его ненормальной кошкой, но опасность миновала: сегодня был тот самый день, когда Филч завалился спать в своей каморке, считая, что достаточно выполнил своих обязанностей в замке. Недавно Гарри начал подмечать, что в замке существуют перепады температур. Например, в кабинете профессора Трелони всегда было очень душно — возможно, от ее чар и постоянного дыма из ее атрибутики, а возможно, она просто пьет слишком много кофе, и пары от чайника уже пропитали всю комнату жарким влажным воздухом. Ему всегда было интересно, кто же выпивает эти несчастные пятьдесят чашек кофе, чтобы потом на них смогли погадать ученики. Кроме температурного диссонанса, в замке существовал еще и энергетический. Он заметил, что на подходе к территории змей мысли мрачнели, ощущалась тоска и горечь. И как люди могут существовать годами в таком одиноком и холодном месте? Интересно, это ощущает только он или каждый, кто проходит этим путем, задумывается на эту же тему? Время шло, и расстояние до слизеринских спален оставалось совсем ничтожное. Еще пара пролетов вниз — и он у цели. Проходя мимо кабинета профессора зельеварения, Гарри заметил, что там горит свет. «Почему бы мне не подглядеть, чем это так занят главный слизеринец Хогвартса?» — подумал волшебник. Подойдя ближе к двери, он заглянул в замочную скважину. Не увидев никого за учительским столом, он развернулся было, чтобы уйти, но внезапно открывшаяся позади дверь с размаху приложила Гарри по голове, от чего тот с легким глухим ударом приземлился на пол, — естественно, уже без мантии. — Так-так, что тут у нас? Наглый мальчишка вроде вас, мистер Поттер, пришел позаимствовать у меня парочку дорогостоящих ингредиентов? Я догадывался, что все прошлые пропажи — ваших рук дело, но это низко даже для сына такого человека, как Джеймс. — Извиняюсь, сэр. И нет, я никогда ничего не брал из вашего кабинета. Разве что книгу. Хотя, кажется, вы это знаете. — Гарри пытался сохранять спокойствие и поднялся на ноги, потирая место ушиба на затылке, но на последнем предложении взглянул прямо в глаза - черные омуты, прищурившись и приподняв уголки губ. — Вы так уверенны? И то растение, которое позволило вам не дышать целый час, тоже пропало совсем не по вашей вине? — Снейп, как обычно, метал молнии взглядом и поднимал одну бровь вверх, саркастично изображая удивление. — Я никогда и никого ни к чему не подговаривал… Тем более члена педагогического состава. — Через секундную паузу гриффиндорец добавил: — Сэр. Гарри смотрел в черные глаза и никак не мог разгадать эмоциональное состояние их носителя. Их упорная зрительная битва длилась минуту, после чего Северус все-таки прервал молчание: — Тогда что же вы делаете в своей несчастной мантии после отбоя возле моего кабинета, мистер… Поттер? — Снейп особо ядовито выделил фамилию студента. — Сегодня был тяжелый день, и я лишь решил прогуляться в тишине ночного замка, после чего услышал шорох в этом коридоре и… — Он не успел договорить: — И, как всегда, «героически» решили засунуть свой длинный, как у вашего отца, нос не в свои дела? Казалось, этот мужчина с пеленок плюется ядом во всех, кого повстречает. Гарри практически никогда не удавалось увидеть Снейпа в любом другом состоянии, кроме отстраненности и пассивной агрессии в его сторону. Но, если честно, ему бы очень хотелось. Это была нездоровая мания, которую он с трудом подавлял. Слова зельевара никогда не ранили его, но пробуждали азарт и желание «поддержать игру». Возможно, это из-за натуры самого Гарри, а возможно, из-за интереса к оппоненту. Первое казалось более вероятным. Когда же юный волшебник впервые увидел Снейпа в соверешенно другом расположении духа — в тот самый день, когда они тренировали окклюменцию, — то действительно позавидовал матери, которая имела возможность наблюдать за ним каждый день. Сам Гарри, конечно, далеко не горел желанием видеть Снейпа каждый день, хоть начни тот улыбаться во все тридцать два зуба, но его эмоции сквозь годы непроницаемого холода казались чем-то безумно привлекательным. — Вы превратились в статую Девы Марии, Поттер? Я спросил, что вы делаете вне постели во время отбоя? — Я немедленно вернусь в спальни Гриффиндора, сэр. — Гарри поднял свою мантию, медленно отходя от профессора, который провожал его подозрительным взглядом. — Поттер, — окликнул его зельевар. — Да, сэр? — Гарри развернулся на пятках, вновь вглядываясь в полутьме в фигуру высокого мужчины. — Еще раз увижу гуляющим после отбоя — немедля отведу вас к вашему декану. И да, минус двадцать баллов с Гриффиндора. А теперь, доброй ночи. — Снейп первым развернулся и вошел в свой кабинет, захлопнув дверь, Гарри же переваривал информацию еще пару мгновений, а затем, последовав примеру профессора, удалился.***
На следующее утро Гарри был совершенно не выспавшимся и озадаченным. Рон и Гермиона, естественно, заметили его настрой, но решили не добавлять масла в огонь расспросами. Лениво ковыряясь в своей тарелке, Уизли, в конце концов, отодвинул ее в сторону. «Эй, Гарри, я тут подумал…», — начал было он, но все разговоры были прерваны, а головы повернуты в сторону, когда МакГонагалл встала из-за стола и вышла в центр, сложив руки на груди, привлекая внимание всех в зале. Брови ее были сведены на переносице, а взгляд был очень обеспокоенным. Когда шум окончательно стих, она заговорила: — Всем известно, что этот учебный год может оказаться самым сложным и опасным за всю историю существования Хогвартса. Наши враги не дремлют и лишь подбирают удачный момент для нападения. Мы не должны проявлять слабину совершенно ни в чем. Педагоги нашего замка сделают все для защиты детей, разумеется, но! Вы тоже должны быть готовы в любой момент встать на оборону и уметь себя защитить. А учитывая то, что у нас давно отсутствует постоянная кандидатура учителя ЗОТИ, я очень беспокоюсь за вас и ваши навыки в самозащите, ведь времени у нас совсем не остается. Нам пришлось пойти на крайние меры и призвать на это место человека, о котором вы все наслышаны. В ком-то его имя сеет мрак и ужас, для кого-то он — кумир, воплощение истинного колдуна; но кто бы как к нему ни относился, он будет преподавать ЗОТИ у всех факультетов. Теперь вся надежда в вашей подготовке ложится на его плечи. — Минерва сделала непродолжительную паузу, чем воспользовались некоторые ребята с разных столов, перешептываясь и кидая друг на друга удивленные взгляды. Один Снейп, как всегда, был абсолютно безразличен ко всему. — Встречайте, ваш новый преподаватель Защиты от Темных Искусств — профессор Салазар Слизерин! Все до единого в зале смолкли и раскрыли рты, ожидая увидеть страшного, костлявого, похожего на смерть старика; но когда двери Большого зала распахнулись, внутрь вошел статный высокий брюнет с черными, как смоль, волосами чуть ниже лопаток, убранными назад в хвост, и ярко-синими глазами. Его черты лица, аристократично выделенные скулы, форма глаз, напоминающая кошачью, тонкая линия носа — все его естество выражало утонченность, природную грацию и силу. Вальяжной походкой, смотря только вперед, он прошел до Минервы, игнорируя шепот и удивленные взгляды. Изящно развернувшись, он оглядел зал, быстро бегая глазами по бесчисленным ребятам за столами и тихо поблагодарил МакГонагалл, вежливо предложив ей вернуться за стол, женщина слегка поежившись так и поступила. Было видно, как ей не комфортно рядом с новоиспеченным профессором. Недолгое молчание было прервано его словами: — Я рад видеть, что Хогвартс живет и наполняется учениками. — Он подмигнул в сторону Слизерина. — Каждому из вас было нелегко, а теперь придется еще сложнее. Не буду задерживать вас громкими речами, вы их еще успеете наслушаться. Предлагаю всем вернуться к трапезе, пока вам раздадут новые расписания, где у некоторых, помимо общих занятий, стоят индивидуальные со мной. Приятного аппетита. — С этими словами он прошел на свое место под вынужденные аплодисменты. Сказать, что золотое трио было в шоке — не сказать ничего. Рон кидал встревоженные взгляды на Гарри и Драко, второй выглядел резко помрачневшим, без привычной улыбки, насмешки или чего-то подобного. Их глаза в какой-то момент пересеклись, но блондин первым спешно отвел взгляд, уставившись в тарелку и что-то тихо обсуждая с Забини. Когда все расписания нашли своих хозяев, их принялись шумно обсуждать. Гарри, естественно, попал в список «везунчиков» с индивидуальными занятиями. Он метнул быстрый взгляд на Северуса. Тот не притронулся к еде: он сидел с задумчивым видом, бесстрастно оглядывая некоторых персон, в том числе и самого Салазара. В отличие от зельевара, тот принимал участие в разных диалогах с преподавателями, активно спорил о чем-то с Флитвиком, периодически хитро поглядывая на Гарри и улыбаясь одним уголком губ, отчего неловкость за преподавательским столом рассеялась, чему все были очень благодарны. Раньше всех из зала вышел черной тучей Снейп, он был явно взбешен. Видимо, не смог терпеть компании столь манерного и разговорчивого аристократа, хоть и имел дело с Малфоями. Даже сам Гарри признал, что не видел до этого никого настолько утонченного, ни Флер, ни директриса Шармбаттон не шли с ним ни в какое сравнение. Было видно, что Слизерин с пренебрежением относился к полукровкам, даже к самому Снейпу, это словно проскальзывало меж строк. Гарри подумал, что зельевар попал в один из своих худших кошмаров, в котором его авторитет и силу вновь ставят под сомнение и это уже далеко не бестолковый анимаг, оборотень и задира. Первая половина следующего дня была абсолютно обычной, все будто забыли о том, что их новый педагог — сам Салазар Слизерин и все разговоры вновь заняли интрижки, подростковая романтика и все присущее этой для школьной поры. Но ближе к вечеру атмосфера изменилась: последней парой стояла ЗОТИ, причем чуть ли не каждый день. В расписании было указано, что им предстоит пройти в зал для дуэлей. Теперь они будут проводить там четвертую и последнюю пару каждый понедельник. Однако, эта пара была последней не для всех. Первое индивидуальное занятие стояло сегодня на пятой паре, и ожидаемо, что у Гарри. Друзья как могли уверяли его, что в стенах Хогвартса профессор не может представлять опасности, однако он считал, что настолько могущественный чистокровный волшебник представлял опасность всегда и везде. Мысли о неудачном розыгрыше еще в момент оглашения Минервой объявления испарились, уступая место тревоге, неизвестности. Гарри был уже далеко не сопливым школьником, он был сильным и хорошо подготовленным магом, черт, да если бы не нависающие угрозы над школой и вечные опасности во время обучения - они бы уже выпустились! Потому бояться он не спешил. С него достаточно этого отвратительного чувства, сжимающего его горло всю юность. Теперь же, широкоплечий смуглый парень предпочитал сам быть угрозой для недругов, именно с этими мыслями он зашел в класс. Когда все ученики уже собрались внутри, — ровно в двадцать пять минут четвертого и ни минутой позже, — на узкую сцену вышел мужчина в длинном темно-зеленом плаще с мехом, слегка опирающийся на змеиную трость. Где-то Гарри уже видел похожую.... Салазар был очень пунктуален, некоторыми привычками в поведении он напоминал Снейпа, но внешне же это были две абсолютные противоположности - высокий, статный, длинноволосый мужчина с таким лицом, словно с него писали все лучшие картины о божественности, завершали его образ горящие синим пламенем глаза, которые при всей красоте внушали неподдельный трепет перед их обладателем. Второй же никогда красотой не отличался - большой нос с ярко выраженной горбинкой, всегда плотно сжатые в тонкую линию губы, копна немного сальных от постоянных испарений волос, надо которыми когда-то Гарри с друзьями смеялись, а уважения и трепета к своей персоне он добивался исключительно своими качествами и трудом. Слизерин, сверху вниз оглядев присутствующих, задержался на народном герое, отчего гриффиндорец почувствовал себя странно, это был не враждебный взгляд, скорее в нем было что-то напоминающее любопытство, благо, этого почти никто и не заметил, было бы неуютно. — Итак. Сегодня и каждый понедельник мы будем встречаться здесь, подводить итоги недели за учебными поединками. На данном же занятии я лишь хочу понять, с чем имею дело, потому прошу вас демонстрировать ваши способности в полную силу, но не стремиться отправлять однокурсников на больничные койки раньше времени. Мадам Помфри вам за это спасибо не скажет. - С легкой полуулыбкой подытожил свою мысль мужчина и стукнул по полу тростью, та исчезла в синем пламени. - Я думаю, вы знакомы с правилами проведения дуэли, но поскольку у вас их никто не проводил со второго курса, я напомню вам основные принципы вместе с любезно согласившимся на это коллегой. Все прекрасно поняли о ком идет речь, был лишь один человек во всем Хогвартсе, который действительно хотел и умел учить этому предмету, но ему этого никогда не позволяли. Под тихие охи и заинтересованные взгляды вышел, как и ожидалось, Снейп. Как всегда его стремительная уверенная походка и развевающаяся мантия вселяли в учеников вроде Невилла панику, а таких было не мало. Гарри же считал его тихим темным омутом, спокойным, холодным, опасным, но внутри, он чувствовал, было светло и одиноко, словно в мудреных коридорах Мунго. — Профессор Слизерин. — Зельевар вплотную подошел к магу. — Профессор Снейп. - Маг расплылся в улыбке, словно в издевке, конечно же понимая, что в условиях настоящей дуэли он ему не соперник, долгожитель владел такими знаниями, которые и Темному Лорду не снились. Оба участника подняли палочки перед лицом и, слегка поклонившись, что скорее походило на кивок, отошли в противоположные стороны. Оказавшись на нужном расстоянии, оба приняли позиции. — Как всегда, старт на счет три, но помните, в реальной дуэли вам считать никто не будет... — пояснил Салазар. Просчитав до трех, растягивая как змея каждое число, Снейп первым открыл огонь: — Депульсо. — Четкое, отточенное заклинание покинуло палочку зельевара, однако, как показалось золотому трио, знающему того не первый год - заклинания произносились словно с некоторой ненавистью. — Протего Дуо. — Тихое, спокойно произнесенное и выверенное ровно во время заклинание - такая магия была не под силу многим волшебникам в такой интерпретации, века опыта были явным преимуществом. Щит Салазара поглотил атакующие чары, от чего у всех учеников глаза на лоб полезли. — Кажется, Снейп сильно вляпался, — тревожно прошептал Рон, пусть он и не любил ужаса подземелий, но в этой дуэли явно поддерживал именно его. — Конфринго. — продолжил Северус чуть наступая на противника, из его палочки вырвалось неудержимое пламя, все наблюдатели поединка отступили подальше от сцены сопровождая удивленными и испуганными возгласами, спотыкаясь и чуть ли не падая, бедному Невиллу же опять не повезло - ему подпалило бровь. Вопреки всем ожиданиям, основатель факультета змей вскинул палочку и перехватил пламя, повернувшись вместе с ним вокруг своей оси, словно в танце, огонь обвил его фигуру. Рты всех учеников, включая троицу, а теперь еще и стоящего неподалеку Драко с Забини открылись против воли. - Как? Что это за магия? Он же умрет сейчас, поджарится как моя курочка за обедом! - Рон уже не говорил, он словно скулил с таким выражением на лице, словно его вот-вот вырвет. Выглядело крайне забавно, отметил про себя Гарри. Гермиона же прижалась всем телом к паникующему гриффиндорцу, при том сильно ухватившись и за ладонь Поттера, она всегда переживала свои тревоги в молчании, потому он лишь сжал ее небольшую ладошку в ответ. Секунда; пламя начало менять оттенок, светлеть, а затем и посинело вовсе. Все происходило всего секунды, но для зрителей прошла целая вечность в страхе. Закончив очередной поворот в пламенном танце, языки которого опасно облизывали всего аристократа, он ловко и грациозно спрятал пламя, правда никто не понял где и как, он просто кружил с ним в танце, а затем направил из самой высокой точки касания палочкой куда-то вниз, и все, огненная феерия закончилась, словно ее никогда и не существовало, а сам танцор лишь расправил плечи и поднял уголки губ в чем-то похожем на улыбку. Но выглядело это как пугающий оскал, особенно после недавнего зрелища. — И это все, профессор? - Говоря и растягивая в особенности слово "профессор", маг угрожающе наступал, но зельевар остался каменным изваянием на месте. Гарри завидовал его выдержке в этот момент. - Я ожидал большего, учитывая славу, опережающую вас. — Салазар открыто принизил Северуса, явно задев, но его способности к самоконтролю помогли это скрыть. — Что же, позвольте показать чего я на самом деле ожидаю от поединка с сильным соперником. - Секундная пауза и быстрее, чем кто-либо мог среагировать, следующее заклинание шепотом разразило тишину сильнее молнии - Адское пламя. Все буквально с криком начали отступать по разным углам, падая на ходу, ожидая, что вот-вот все сгорит. Сильнее всех это испугало Драко. Он остался стоять столбом, в ужасе отсчитывая секунды до собственной кончины, в голове его проносился прошлый опыт отношений с этим заклинанием в выручай-комнате. Забини сначала пытался его растормошить, но когда ничего не вышло - бросил эту затею и вместе со всеми буквально отпрыгнул в угол к Панси. Гарри, Рон и Гермиона спокойно, стараясь не придаваться панике просто отошли чуть дальше, при том прихватили с собой Лонгботтома, Луну, Джин и Симуса. По центру возле стены оказалась лишь их группка, все остальные же чуть ли не лезли на стены по углам зала. Уизли видел оставшегося стоять в одиночку, перепуганного и оцепеневшего хорька, в моменте словно сам себя не узнал. Он рванул в его сторону, достигнув того в несколько быстрых шагов, обхватил за плечи и буквально оттащил к остальным. Вынырнув из скользких лап страха блондин только и смог, что немного повернуть голову и слабо кивнуть рыжеголовому в благодарность. Вокруг Салазара же в это мгновение заклубились языки пламени, словно стремясь вверх, огибая его фигуру по кругу, предвещая что-то ужасное. Даже Снейп опешил от применения такого заклинания в учебном классе, он свел брови на переносице, вставая в позу поудобнее, готовясь защитить всех этих бестолковых учеников и себя самого. В этот момент все эмоции и чувства уступили отточенным за долгие годы рефлексам, однако всепоглощающее пламя все не наступало. Зал замер в безмолвии. Синее бушующее пламя объединялось в подобие огромной змеи над головой творца, полностью расправив голову за Слизерином, существо широко раскрыло пасть с длинными клыками и угрожающе громко зашипело. Зельевар стоял в ожидании, сосредоточившись на усилении защитных чар, перебирая варианты, которые смогли бы помочь. Но существо не нападало. Оно грозно нависало сверху, оглядывало напуганных детей, высовывало язык и периодически что-то шипело своему призывателю. Довольный оказанным на всех эффектом, не отводя взгляда от оппонента, Салазар начал говорить на парселтанге. Весь диалог между существом и змеей понимал лишь Гарри, отчего Гермиона дергала его за руках, тихонько прося перевести. Но тот лишь молча наблюдал. Парселтанг от этого мага звучал абсолютно иначе, он завораживал, гипнотизировал, нет, он и сам говорил на этом языке, понимал его, но это словно отличалось от всего, что он знал, различие как у обычной речи школьника и мастера-оратора. - Не пугай их. Мне нужно лишь чтобы ты достала его палочку и передала ее мне, после уходи, ты поняла? - Да, с~сделаю, мастер. В то же мгновение зал пронзил крик гриффиндорца, который все это время игнорировал вопрос подруги. - Профессор! Ваша палочка! Салазар ухмыльнулся. Мгновениение. - Экспилиармус! - Заклинание звучало так, словно он все еще говорил на языке змееустов. Снейп успел отразить его, но в то же мгновение к нему рванула змея, воспользовавшись тем, что заготовленная защита уже была применена, а новую создать за долю секунды было невозможно, пламя поглотило ведущую руку зельевара. Гарри с испугом смотрел на это, готовый вот-вот ворваться в дуэль и встать на защиту профессора. Но когда пламя вернулось в прежнее положение змеи над Слизерином, рука Северуса, объятая доселе пламенем была абсолютно целой, лишь мантия местами слегка подгорела. Из рта существа что-то выпало, прямо в свободную кисть древнего колдуна. Палочка. Ему таки удалось. Ученики, уже немного пришедшие в себя, потихоньку возвращались на свои места, но старались все равно держаться чуть дальше от подиума дуэлянтов. Кабинет был объят молчанием. — На этот раз вы победили. Прошу мою палочку назад. И, полагаю, я свободен? — ледяным тоном спросил зельевар. — Да, вы свободны, профессор, спасибо что составили мне компанию в этой увлекательной дуэли, думаю, ученики многое откроют для себя благодаря нам с вами. А мы продолжим наш урок парой пробных дуэлей. Панси Паркинсон, Симус Финниган, прошу на места дуэлянтов. — воодушевленно продолжил маг, подходя с Снейпу и возвращая палочку, после чего встал в более удобное для наблюдения за учениками место. Профессор Снейп стремительно покинул кабинет. Оставшееся от урока время все проводили в ожидании своей очереди и наблюдением за другими. Оказалось, что дуэли с Салазаром были весьма занятной вещью: его комментарии и советы после и во время поединка были действительно простыми к пониманию и полезными. Рон постоянно косился в сторону Малфоя, словно ожидая от него чего-то. А Гарри с тревогой в сердце ждал индивидуального занятия с новым профессором ЗОТИ, Гермиона же, открыв записную книжку, с какой-то жадностью записывала все комментарии Слизерина.
Примечания:
Жду комментариев, буду благодарна, если найдете и поможете исправить очепятки:3
