Научи меня читать

Я не представлял, как проведу эту отведённую на знакомство неделю, да и не хотел, потому что решение уже было известно наперёд, не было смысла знакомиться и обмениваться любезностями. Бесчисленное количество часов своей жизни я проводил в одиночестве и не собирался делать исключений для каких-то семи дней, что призваны принести мне счастье с будущей супругой. Мне предстояло познакомиться с леди Гердой, чтобы провести вместе одну единственную ночь, и я бы снова оказался предоставлен самому себе. Но зачем мне узнавать её ближе? Я думал, что это стремление держаться подальше друг от друга обоюдно. Напор, что оказывал Один со своей стороны вынудил меня идти и искать подход к этой девчонке, с которой я даже видеться не хотел, собственно, если бы я и желал её внимания, то точно не проводил бы время в саду, где никому не пришло бы в голову искать меня. А Всеотцу я весил на уши развесистую лапшу о том, что, мол, я старался изо всех сил найти подход к этой недотроге, а она и не говорила ничего в своё оправдание, только молчала всё время. Я внезапно осознал, что не услышал от неё ни единого слова за всё косвенное знакомство, что даже не обменялся словом или знаком приветствия, в общем, проявил себя так, как подобает последнему преступнику. Так, как подобает описанному в красках предателю. Девушка знала, кто я, а я и не скрывал своего отношения ко всему происходящему, к этому браку. Может, так было и лучше, что мы держались на расстоянии, потому что стоило нам оказаться ближе, столкнувшись совершенно случайно за обедом в Большом зале, где собрались члены царской семьи и её будущие представители. Мне пришлось заметить невесту и всячески оказывать внимание, дабы подтвердить ту ложь, что я лил в уши Одину. Герда как всегда молчала и не перечила, с каким-то отрешённым взглядом принимая всё происходящее, словно она спала на ходу и мыслями была далеко от этого логова змей. Хотел бы я научиться так же уходить в себя, чтобы не слышать и не видеть всех этих жалких примерзких существ. — Отец леди Герды любезно поведал нам о великолепных манерах своей дочери, - начал уже мне на уши весить лапшу Один, будто я не понимал этого намёка. Мог бы уже и прямо сказать, что деваться мне некуда, надо ценить этот дар богов в виде прелестного невинного цветка. Чушь собачья! – Разве, тебе не по душе столь редкая для женщины её статуса робость? — Конечно, по душе! – в наигранном восторге поднял я кубок перед собой. Я предвкушал веселье от задуманной мною сцены. Я был готов сделать так, чтобы она бежала, задрав юбки, как можно дальше от меня. Уж чего-чего, а счастья своего в женщине я не видел, моё счастье – месть за все годы унижений и вторых ролей. – Я всегда любил маленьких нежных давалок. Пусть молчит, не звенит в ушах от назойливого нытья о её нелёгкой судьбе. — Локи! – гневно и тяжело опустил свой кулак на столешницу Царь, прожигая меня взглядом, я злил его специально, чтобы обречь себя провести вечность где угодно, но не среди этих стен. Фригга смотрела спокойно, но с укором, меня не радовало её неодобрение, но я не мог позволить ей решать мою судьбу. – Я не потерплю твоих гадких речей за моим столом, я требую уважения к леди Герде, она приехала ради тебя, чтобы ты мог вернуться к нормальной жизни. Видимо, ты не хочешь принимать дарованного тебе второго шанса на искупление. — За что я должен извиниться? – с вызовом бросил я, перебирая в руках кубок. Ответ я уже знал, но мне нужно было, чтобы Герда знала, кем я был на самом деле, чтобы она испугалась и сбежала как маленькая девочка. Краем глаза я внимательно следил за её реакцией, но получил лишь равнодушие. Она вообще ни на кого не смотрела. – За то, что не оправдал ожиданий и не стал плясать под твою дудку? — Ты должен понять, что любое твоё слово и действие несёт последствия не только для тебя. Теперь твою судьбу изгнанника делит невинная девушка вместе с тобой, пожалей хоть её. — Её на это обрёк ты, - спокойно вставил я замечание, чтобы этот самодовольный индюк не сделал меня крайним незаслуженно. Я был готов ответить за всё, что сделал сам, но не за Царя и его идиотские уловки. Он и мать думали, будто я способен проявить жалость к слабой никчёмной девке, но всё в точности да наоборот, потому что я не терплю слабость. Чтобы не участвовать в дальнейшей дискуссии по поводу того, кто из нас прав, я незаметно покинул зал, оставив свою проекцию на пару минут, дабы успеть затеряться среди мягкого золота, покрытого ржавчиной из грязи и обмана обитателей Дворца. За роскошью невозможно скрыть гниль, разъедающую сердца жителей этого дома. Я хотел бы никогда не знать запаха этих коридоров и закончить свою жизнь ещё в младенчестве. Я был лишним, изгнанником, как назвал меня Один, но это никому не давало права мешать мне бороться за свою свободу. Я отправился в сад, где мне было всегда комфортно наедине с собой, провести очередную кучу свободного времени за чем-то полезным, например, не мешать. День выдался не в пример душным, что мне, со своей иномирской природе, больше подходящей к прохладе, казалось совершенно невыносимым. Не ожидая подвоха, я следовал своему плану, медленно и упорно собирая по крупицам фрагменты мозаики, призванной положить конец этому цирку, что звался «моя жизнь». Местами мне казалось, будто продуман и отработан каждый вариант моего возможного побега, будто все вокруг готовы действовать, завидев опасность, исходящую от меня, но на деле осознанным промедлением я вводил всех вокруг в состояние, крайне отличающееся от бдительности. Я был рад находить прорехи в обороне. Когда пришло время возвращаться к ужину, я увидел её, спешащей мне навстречу с графином. Леди Герда как будто летела среди цветов, но была не живой бабочкой, а сухим листом с осины где-то в конце сентября. Я не видел в ней ничего привлекательного, что могло бы вызвать похоть или хоть что-нибудь, чем можно заглушить презрение. Она самая обычная пустая кукла с фарфоровым нарисованным лицом, обрамлённым золотыми кудрями, даже глаза не самые голубые, а губы не алее моих любовниц. Скука какая. Для меня стало неожиданностью её внимание, и я решил, что это тот самый момент, чтобы показать ей, кого на самом деле стоит бояться. Она как раз протянула мне графин с холодной водой, когда я пустил ей в глаза обидную фразу. - Место служанки ты займёшь по праву. Молчание. Вообще никакой эмоции на откровенную провокацию. Я был удивлён, потому что ожидал получить отпор, когда не нужно стесняться присутствия высокопоставленных лиц, но получил лишь молчание. Это меня разозлило и я, вместо того, чтобы протянуть посуду прямо в руки девушки, уронил его между нами. Не нарочно графин угодил Герде по ноге, она должна была болезненно вскрикнуть, но даже здесь я не получил ничего, кроме едва мелькнувшей гримасы боли, что сменила лёгкую приветливую улыбку, с которой явилась сюда эта мерзавка. Либо это потрясающая выдержка, за которую я был готов признать невесту как будущую жену, либо… — Да ты не просто глупая курица, ты ещё и немая, - оскалился я, оставив девчушку позади. Нет, мне не было стыдно за поспешные выводы по поводу её молчания. Теперь лгать будет куда забавнее.