Twin sister

All I have is one last chance I wont turn my back on you Take my hand drag me down If you fall then I will too And I can't save what's left of you Say something new I have nothing left I can't face the dark without you There's nothing left to lose The fighting never ends I can't face the dark without you. Breaking Benjamin – Without You

- Вас так легко обмануть, проклятые смертные. Если мои подсчеты верны, то она прямо за вашей спиной, - Клинт отшвырнул асгардца от себя и быстро поднялся с колен. Он встретил удивленный и обеспокоенный взгляд Стива. Не сговариваясь, оба тут же развернулись на сто восемьдесят градусов и увидели Айви. Она сжимала в руках пистолет, направленный в грудь Соколиного глаза. - Айви? – начал было Клинт, но он тут же был прерван богом. - Мой скипетр, смертный, или она, - Локи кивнул Бартон, и та приставила пистолет к своему виску, - погибнет прямо на ваших глазах. Соколиный глаз обернулся и умоляюще посмотрел на Наташу, прижимавшую к груди золотистый скипетр. Она отрицательно покачала головой. - Наташа… пожалуйста! – Романофф прижала предмет к себе, прекрасно осознавая, что если она отдаст его асгардцу – беды не миновать. Вряд ли бы он, конечно, снова развязал это вторжение, но все же магия в руках такого психопата… Остальные Мстители тоже застыли, будто любое движение могло привести к неминуемой смерти еще одного невинного человека. Айви стояла спиной к разбитому окну. Ветер, приносящий в комнату пыль и запах горящей резины, развевал русые волосы. Она твердо держала в руках пистолет, прижатый к правому виску. Гипса на запястье не было. Рукав на левой руке был разодран. Татуировка в виде рун теперь была отчетливо видна. Она уже не светилась так ярко, словно потускнела, выполнив свое предназначение. Бартон не сводила колючих голубых глаз с трикстера, который уже успел подняться. - Брат, остановись! На твоих руках достаточно крови невинных жертв! – заговорил Тор, делая шаг вперед. - Стой, на месте! – прикрикнул Локи, чуть наклонив голову. Он ядовито улыбнулся, глядя на затылок Клинта. Лучник тяжело дышал, не сводя глаз с сестры. Он весь был готов к тому, чтобы мгновенно рвануть к Айви, его удерживало только осознание того, что стоит ему сделать хоть шаг - сестра упадет. Замертво. Стив стоял чуть дальше и тоже не сводил глаз с Айви. Ничего не осталось от мягкой, чувствительной девушки, которую он видел на Хеликаррьере. Перед ним был солдат. Непоколебимый солдат, готовый исполнить любой приказ своего командира беспрекословно, как какой-нибудь фанатик. Она не сводила горящих преданностью глаз с трикстера, который вольготно выпрямил спину, чувствуя власть над сложившейся ситуацией. - Бартон, я не намерен ждать, - медленно проговорил Локи и чуть качнул указательным пальцем. Айви взвела курок. – Терпение не моя благодетель… - усмехнулся асгардец. Клинт задержал дыхание. – Мистер Старк, - сказал он, чуть повернув голову, но все же не сводя глаз с лучника, - если вы считаете, что я не замечаю ракет, направленных на меня, то вы глубоко ошибаетесь. Если вы попытаетесь напасть на меня, она, – он небрежно ткнул пальцем в сторону Бартон, - застрелится. Вы ведь не хотите этого? Тони застыл. Ракеты так же бесшумно скрылись под броней. Локи издал ядовитый смешок. - Не пытайтесь обмануть бога Лжи, - смеясь, он сделал несколько к шагов к застывшей Наташе. – Скипетр… - он протянул раскрытую ладонь и жестко добавил. – Сейчас же! Черная вдова медленно перевела взгляд с трикстера, на побелевшего как лист Бартона. Одними губами он сказал: «Пожалуйста». Романофф нервно сглотнула и обвела взглядом остальных Мстителей. Все были растеряны. Никто не ожидал от Локи подобной прыти. Никто не ждал, что побежденный бог решится на еще одну попытку. Но в глазах у них было немое согласие. Мол, один раз он уже проиграл – проиграет снова. Наташа медленно вложила скипетр в руку асгардца. Едва холодный металл коснулся его ладони, вдоль скипетра прошелся «заряд», сосредоточившийся в голубом осколке Тессеракта, который вспыхнул еще ярче. Этот блик, отразившись в глазах и на лице трикстера, будто сделал его страшнее и ужасней. Не зря говорят, что после падения люди либо уже не поднимаются, либо взлетают выше… Первый и, возможно, самый мощный удар скопившейся энергии пришелся на грудь Халка. Великан вылетел через разбитое окно. Раздался его удаляющийся рев. Наташа хотела было отступить, но кожа Локи вдруг посинела. Глаза стали ярко красными, радужка исчезла. Остался только черный зрачок. Ноги Черной вдовы покрылись толстой коркой льда. Она будто приросла к земле. Айви тут же убрала от виска пистолет, словно каждое ее движение было тщательно спрограммировано. Словно она была простой марионеткой в руках умелого и хитрого кукловода. Девушка направила дуло в грудь брата. Не успел Клинт среагировать, как она нажала на курок. Пуля прошила бы мужчину насквозь, если бы не Стив, вовремя бросивший щит. Девушка выстрелила еще раз. На ее лице отразилась ярость от того, что она не может верно выполнить задание. Бартон увернулся сделав кувырок в сторону. - Айви! – крикнул он. Девушка вздрогнула, но продолжила вести цель, периодически стреляя в брата. Выходило это у нее из рук вон плохо, но это еще страшнее. Шальная пуля могла угодить куда угодно. - Старк, нужно ее вырубить! - крикнул Роджерс. – Осторожно! - Тони успел увернуться от направленного в него заряда, упав на пол. - Прости, только на поражение! – крикнул Железный человек, поднимаясь с колен, и выстрелил в Локи из репульсора. Асгардец легко увернулся и с ухмылкой на лице снова выстрелил в Старка. Айви тут же направила пистолет в свою грудь. - Клинт, пистолет! – крикнула Наташа, указывая на девушку. Стив рванулся было к ней, но Бартон его опередил. В последний момент он успел увести руку сестры. Раздался выстрел. Пуля попала в стенку куда-то за спину Тора, который в тот момент пытался молнией шарахнуть брата. Клинт схватил девушку за запястье и увел руку ей над голову. - Айви, очнись! – девушка не отвечала, только, рыча, пыталась вернуть руку в прежнее положение. Роджерс пытался освободить ноги Наташи из ледяного плена. Тем временем, двойник Локи возник у Старка за спиной и ударил его в затылок. Тони вырубился и упал. Пока настоящий трикстер сражался с братом, двойник, направив руку на Бартон, что-то прошептал и исчез. Лицо Айви изменилось, будто она получила иной приказ. Она ударила брата коленом в живот. Соколиный глаз отшатнулся и разжал руку. Девушка тут же выстрелила в него практически в упор. Попала куда-то чуть ниже ключицы. Бартон коротко вскрикнул. Левая рука тут же обмякла и повисла, как плеть. Воспользовавшись замешательством брата, Айви, встав на руки, обхватила его голову ногами и перекинула его через себя. Усевшись сверху, она щелкнула затвором. Бартон попытался схватить ее свободной рукой. - Я не хочу снова причинить тебе боль, - выдохнул он. Сестра только засмеялась. Вырвав запястье из хватки Соколиного глаза, она выкрутила его руку и прижала коленом ладонь к полу. Девушка приставила дуло ко лбу лучника и нажала пальцем на рану. Клинт застонал. - А я не против помучить тебя, - Айви зло улыбнулась, вдавливая и прокручивая палец. Клинт откинул голову и стиснул зубы, чтобы не закричать. - Это не ты, - выдавил он, глядя на сестру. – Не ты. - Откуда тебе знать, какая я? – спросила девушка, приставляя пистолет ко лбу брата. – Прощай, - Бартон зажмурился. Вдруг кто-то стащил с него Айви. Пистолет отлетел в сторону. Клинт тут же открыл глаза. Наташа крепко держала девушку за локти и оттаскивала ее подальше от брата. Она сопротивлялась, болтала ногами в воздухе, пытаясь повиснуть на руках у Романофф, и когда ей это наконец удалось, Айви, оттолкнувшись от пола, ударила Вдову ногой в лицо. Та отшатнулась. - Кэп! Ее нужно просто ударить по голове, ну! – крикнула Наташа, снова пытаясь добраться до Айви. - Прости! Я немного занят! – выкрикнул Роджерс, ударяя щитом еще одного двойника Локи. Бартон умело уходила от ударов с каким-то остервенением на лице. Любой удар она либо встречала блоком, либо уходила от него, успевая при этом ударить Вдову по животу или груди. Поймав руку Наташи, она скрутила Романофф, но та быстро выкрутилась, да еще и успела ударить девушку в колено. На Айви, казалось, это не возымело никакого действия. Она перехватила вторую летящую ногу агента и, использовав ее же вес против нее, перекрутила Романофф. Но Наташа вовремя сгруппировалась и откатилась в сторону. - Бартон! Какого хрена твоя сестра дерется, как Джейсон Борн?! – выкрикнула Вдова, не решаясь снова напасть на Айви, занявшую боевую стойку. Наташа замахнулась было ногой, но это было только обманное движение, чтобы подсечь Бартон. Стоило только девушке упасть, как Романофф села сверху и, обхватив двумя руками голову Айви, ударила ее затылком об пол. Наташа слезла с девушки и, запыхаясь, развернула ее лицо к себе. - Что происходит? – спросила Бартон, щурясь от яркого света. Наташа облегченно вздохнула, увидев такие же, как у Клинта, серые глаза и прижала Айви к груди. – Наташа, где я? - Черт, ты в порядке?! - Просто голова трещит и… Тор швырнул в брата молот и Локи, не успевший увернуться от летящего Мьольнира, оказался повержен. Асгардец бросил взгляд на Айви, которая уже приходила в себя. Прежде, чем Тор подошел к нему и схватил трикстера за грудки, тот успел прошептать заклятье. И Бартон отшвырнуло к стене. После сильного удара о стену, девушка сползла вниз по стене и обмякла. - Локи! – Тор в ярости тряханул брата. – Что ты делаешь? - Устраняю бесполезный мусор, - он ядовито усмехнулся. Громовержец, не сдержавшись, размашисто ударил трикстера по лицу. - Ты говоришь, что в людях не осталось ничего хорошего! Что они лишь кучка грязных, тупых эгоистов! Но сам ведешь себя не лучше, брат. И сейчас ты пытаешься уничтожить то единственное, во что люди до сих пор верят. Пытаешься разрушить чужую семью… - Говори, что хочешь, - ухмыльнулся Локи. – Но я не знаю, что значит семья… Тор обессиленно вздохнул, ослабляя хватку. Рядом появился Старк. В одной руке он сжимал стальные браслеты, похожие на наручники, а другой держался за ушибленный затылок. Криво улыбнувшись, он застегнул их на запястьях асгардца. Браслеты тут же пристегнулись друг к другу под силой сильнейших магнитов. Одарив Локи презрительным взглядом, Тони развернулся к основным действующим лицам семейной трагедии. Клинт поднялся с пола и, держась за рану, бросился к сестренке. Айви лежала у стены. Левая рука была неестественно выгнута. Глаза закрыты. Дыхание было поверхностным и рваным. Девушка не реагировала ни на прикосновения, ни на попытки Бартона привести ее в чувство. - Айви! Айви! – звал он и тряс ее за плечо. Мужчина торопливо приложил пальцы к артерии на шее. Под пальцами слабо бился пульс. – Жива… Бартон облегченно откинулся назад и закрыл глаза рукой. Плечи затряслись от сухих рыданий. - Клинт, - Наташа присела рядом, – вам надо в больницу. Обоим. - Я чуть было не потерял ее, - прошептал он, откидывая голову. На плечи вдруг навалилась сильная усталость. Бартон понимал, что все это только последствия выброса адреналина и кровопотери, но не мог заставить себя встать. Мужчина понимал, что ей требуется помощь, что нельзя просто так сидеть и… но он ничего не мог с собой поделать. Клинт аккуратно сжал руку сестры. – Прости меня, родная, что не уберег. К ним подошел Роджерс. Он убрал щит за спину и аккуратно поднял Айви на руки. Ее голова безвольно откинулась. - Я отнесу ее в ближайшую больницу, - быстро сказал он. – Вы доберетесь? – обратился он к Наташе, понимая, что разговаривать с Клинтом бесполезно. Романофф поспешно кивнула. Капитан почти бегом направился к ближайшей лестнице. - Ты же понимаешь, - сказала шпионка Бартону, который смотрел вслед Стиву, - что тебе придется многое рассказать?

***

В больнице был настоящий хаос. Врачи носились туда-сюда, раздавая суетливым медсестрам указания относительно поступивших больных. Пострадавших в Нью-Йорке было много. Чаще всего попадались люди с сильными ушибами и переломами конечностей, еще чаще те, кто получил глубокие порезы от осколков разбившихся окон небоскребов. В приемном покое стоял настойчивый ржавый запах крови, который, казалось, можно буквально ощутить на губах. От стонов раненых звенело в ушах. Клинт, Наташа и Стивен уже в гражданской одежде сидели возле двери в операционную. Простреленную грудь Бартона стягивали тугие бинты, выглядывавшие из-под воротника футболки. Тревога Соколиного глаза только усиливалась, подбрасывая разуму новую и жуткую пищу для размышлений, по мере того, как хлопали двери соседних операционных. Бартон никак не мог отделаться от мыслей, что случилось нечто непоправимое. Чувство вины расползалось в душе, источая боль, заставляя Клинта постоянно вздрагивать. Он не должен был винить себя. Умом, возможно, мужчина это понимал, но мысли постоянно возвращались к одному и тому же, будто идя по не разрываемому замкнутому кругу – он должен был быть с ней, должен был сделать хоть что-то. Он не должен был оставлять свою маленькую сестренку одну, когда ей угрожал псих из параллельной вселенной. Он должен был остаться с ней. Должен был наблюдать за ней и оберегать ее. Сердце Бартона разрывалось на части. Хотелось скорее оказаться рядом с ней. Их разделяла только предоперационная комната. Сейчас вокруг нее суетилось несколько врачей. Роджерс говорил, что, пока они осматривали ее, рассуждали о каких-то обширных повреждениях мозга, о переломе позвоночника и о чем-то еще, чего взволнованный Капитан так и не смог уловить. - Клинт, - вдруг сказал Стив, - не накручивай себя. Тебе нужно успо… - Успокоиться? – резко воскликнул мужчина, ближе подходя к Роджерсу. – Ты хоть понимаешь, что здесь сейчас происходит? Или ты совсем мозги себе отморозил? Ты хоть раз терял в жизни кого-нибудь по-настоящему дорогого? – бесновался Бартон. Он толкнул Капитана в грудь. – Ты не имеешь ни малейшего понятия, как тяжело мне сейчас! – Соколиный глаз замахнулся было для удара, но его остановила Наташа. - Не здесь, - негромко сказала она. Лучник скривился, но отступил. Стивен что-то пробормотал и отошел в дальний угол коридора. В принципе, он понимал, что Бартону просто нужно было выпустить пар, а он оказался неким катализатором, но все же было противно, что его считают бесчувственным. Роджерс прислонился плечом к стене и устало провел рукой по лицу. Ему тоже было тяжело и страшно: потерять внезапно любимого человека – жестокое испытание. И оба мужчины боялись этого. Но сейчас все зависело от врачей и воли к жизни самой Айви. Почему-то Роджерс был уверен, что её как раз у девушки хоть отбавляй. Выкарабкается… Обязана. Ради брата, сидящего в больничном коридоре, ради детей, которые наверняка уже знают о случившемся в Нью-Йорке, ради Капитана, который стал для нее близким и таким родным. Клинт оперся спиной на стену. Ноги подкосились, и он сполз вниз по стене. Наташа пристроилась рядом, положив голову ему на плечо. Она что-то говорила ему, пытаясь успокоить, но на Бартона это, похоже, не действовало. Он будто был выжжен изнутри. А ожидание сжигало его еще сильнее, будто кислота разливалась по венам. Мужчина думал лишь о том, что Господь не имеет права забрать ее у него. Если она вдруг погибнет там, на операционном столе… Бартон втянул воздух сквозь стиснутые зубы и замотал головой, отгоняя отчаянье, которое с каждой минутой все росло. Говорят, что ожидание убивает. Может, оно и не убивает, но изматывает. Каждая секунда неведения – это целая вечность. Это как долгая и тщательно продуманная изощренная пытка. Напряжение, повисшее в больничном коридоре, пропитало воздух, стало почти осязаемым, безысходным и душным. Капитан медленно сходил с ума от того, что ничего не мог сделать, потому что от него ничего не зависело. Оставалось только молиться, но, казалось, что все молитвы вылетели из головы, будто освобождая место тревожным мыслям о девушке за стеной. На смену отчаянию и жажде действия, пришло абсолютное оцепенение. - Она сильная, - тихо сказала шпионка Клинту. Бартон поднял на нее пустой взгляд, - и мы должны… Понимаешь? Ради нее… Одинокая слезинка скатилась по щеке. Лучник не попытался ее спрятать, а позволил медленно скатиться и упасть на пол, чтобы разбиться на миллионы частиц невыраженной боли. - Я не смогу без нее, - так же тихо сказал Клинт. – Он знал, - торопливо, со злостью заговорил мужчина, - знал, что я не смогу причинить ей боль. Не смогу сопротивляться. Почему он выбрал ее? Почему не отыгрался на мне?! – зло выплюнул Бартон и со всей силы ударил рукой в стену. Романофф аккуратно положила ладонь ему на лицо и заставила его посмотреть ей в глаза. - Тебе и не придется жить без нее. Она тебя не оставит. Айви тогда сумела, сумеет и сейчас, ясно? Бартон сдавленно кивнул и устало закрыл глаза. - Не изводи себя, прошу, - сдвинула брови Романофф. – Все вот-вот прояснится. Я уверена, что все будет в порядке. - Спасибо, Наташа, - выдавил мужчина и опустил голову ей на плечо. – Спасибо, что осталась. Уже больше двух часов они сидели в коридоре. Ни новостей, ни как либо признаков того, что операция скоро закончится или что все уже закончилось… Клинт постоянно спрашивал у выходящих медсестер, как там Айви, но те только качали головами и просили подождать. Надежда на лучшее теплилась в груди каждого из них. Этот маленький огонек не давал им окончательно отчаяться, согревая душу. Она сможет. Она же Бартон. Щелкнула дверь. Из-за нее показался немолодой мужчина, лицо которого по-прежнему скрывала маска, поэтому нельзя было понять, как все прошло. Все трое тут же подорвались со своих мест и быстро подошли к доктору. Клинт торопливо задал волнующий всех вопрос. Врач сдвинул с лица маску и медленно заговорил, переводя взгляд с Бартона на Роджерса. - К сожалению… - Клинт перестал дышать и сильнее сжал руку Наташи. Нейрохирург покачал головой и медленно продолжил. – Нам удалось стабилизировать состояние и снизить внутричерепное давление, но у нас есть все основания полагать, что она не очнется. Девушка в глубокой коме. Спасибо вам за ваши отзывы, дорогие мои читатели! Жду, что вы скажите, прочитав эту главушку. Love u!