Путь, что ведет домой

      Тирион какое-то время старался держаться подальше от Сансы. Его самым главным оружием было умение находить выход из любой ситуации с помощью слов, но он понятия не имел, как помочь своей жене, и это раздирало его на части, словно едкий яд, медленно пожирающий его изнутри. Каждую ночь он под предлогом плохого самочувствия перебирался в свою тесную комнату, днём отвлекался на приготовления к приёму торговцев из Миэрина. Такого большого количества гостей из-за моря Вестерос не встречал с самого прибытия королевы Дейенерис и её войска. Именно она поручила ему обеспечить гостям на Севере самый тёплый приём. Тириону никогда не нравились рабовладельцы, тем более после того, как они нарушили заключённый с ним договор, когда Тирион управлял городом в отсутствие Дейенерис. После того, как она взошла на железный трон, королева ясно дала понять им: хоть она и будет править ими издалека, любое неповиновение короне будет встречено огнём.              После того как рабство было объявлено вне закона, бывшие рабовладельцы стали контрабандистами и торговцами. Дейенерис призывала их налаживать связи с другими вольными городами. Тирион не доверял этим людям и не хотел принимать их в своём новом доме, но, поскольку этого требовала Дейенерис, он открыл перед ними ворота Винтерфелла и впустил их внутрь. Они прибыли большой, пёстрой толпой, в богатых одеждах и с кучей подарков, но Тирион каждую секунду чувствовал презрение за их притворными улыбками, за их лестными словами, словно шипы, скрытые в меду. Которые не заставили себя долго ждать, чтобы показаться.              Банкет был очень щедр на угощение по Северным меркам, но всё равно был встречен гостями замка с плохо скрываемым отвращением. С наступлением ночи языки миэринцев совсем развязались, и безобидные смешки постепенно превратились в едкие издёвки, в основном нацеленные на Тириона. Они начали с обычных шуток, которые Тирион слышал уже много раз – о его росте, о репутации его семьи, о его статусе «зверюшки» королевы – и он делал всё возможное, чтобы не дать им понять, что это каким-то образом его задевает. Но чем более жестокими становились насмешки, тем больше Тирион чувствовал, что держать себя в руках становится всё труднее.              – Скажите честно, лорд Тирион, как много шлюх вы оприходовали? – Спросил один из гостей. – Я слышал, было время, когда вы были постоянным клиентом в борделях семи Королевств.              – Возможно, потому что работёнки было с ним совсем чуть-чуть. – Подхватил другой, и весь стол разразился смехом.              – Да, полагаю,– с натянутой улыбкой ответил Тирион.– И я щедро платил им. Как жаль, что несчастные рабыни вынуждены спать с такими как вы бесплатно.              – Ох, но, я полагаю, для вас это уже в прошлом? – Снова заговорил человек на противоположной стороне стола, глядя на Сансу так, что кожа Тириона покрылась мурашками. – Теперь вашу постель согревает это очаровательное создание. – Он обратился к Сансе: – Скажите, леди Старк – или уже леди Ланнистер? Я совсем запутался – можно ли поинтересоваться, как такая статная красавица, как вы, может делить постель с этим… кем бы он ни был?              – Довольно, – произнёс Тирион.              – Ведь одна лишь мысль об этом поражает. И я смею предположить, как противно вам смотреть на него, когда вы занимаетесь…              – Я сказал довольно. – Повторил Тирион, повышая голос.              – Знаете, лорд Тирион, вы можете оказать жене милость, и завязать ей глаза, прежде чем она ляжет с вами в постель. Я бы даже заплатил, чтобы посмотреть на такое. Я как-то раз видел, как Бес, вроде вас, трахал козу за один серебряник. Я бы заплатил вдвойне, чтобы увидеть, как вы трахаете свою прелестную жену.              – Довольно! – Вскричал Тирион, вонзая кинжал в дерево стола. «Всё повторяется», – подумал он, сжимая рукоять оружия. «Раньше надо мной издевался Джоффри, теперь эти невыносимые ублюдки из-за моря, завтра будет кто-то другой…» – Это никогда не кончится, – пробормотал он. Его взгляд столкнулся со взглядом Сансы. Она молчала на протяжении всего банкета. «Наверняка она хотела бы быть где угодно, но не здесь», – подумал Тирион. – «И замужем за кем угодно, кроме меня».              – Милорды. Прошу простить моего мужа. Думаю, это вино помутило его рассудок. – Она встала из-за стола и обратилась к ним с такой холодной любезностью, что Тирион не смог сдержать улыбки. Истинная дочь своей матери. – Мы искренне наслаждались вашей компанией сегодня. Вы произвели на нас большое впечатление. Север этого никогда не забудет.              Санса подошла к Тириону в конец стола и подала ему руку. Не говоря ни слова и не оглядываясь на толпу за столом, они вышли вместе из банкетного зала.               ***              Как только они отошли достаточно далеко, чтобы гости не могли их слышать, из уст Тириона посыпались триады проклятий, заставивших Сансу покраснеть. Они спешно направились в хозяйские покои и закрыли за собой дверь. Санса прислонилась к стене, наблюдая, как Тирион мерил шагами комнату.              – Они предатели, они всегда ими были! – Говорил он. – Они мне никогда не нравились, и я не нравился им, но так свински отвечать на наше гостеприимство – уму не постижимо! Они предадут королеву при первой же возможности, я это знаю. Нужно написать ей об этом сейчас же. И знаешь, что – я даже не пьян! Ни капли! О, я знаю, зачем ты это сказала им – нужно было как-то прекратить этот балаган, но признаться честно, от того, что мне пришлось находиться с этими вонючими засранцами в одной комнате, с этими чёртовыми онанистами-членососами работорговцами, я потерял аппетит. Ты можешь в это поверить?! Я! – потерял аппетит к вину!              – А теперь хочешь вина? – Спросила Санса. Подойдя к столу, она разлила по кубкам красное дорнийское.              Тирион рухнул в одно из кресел у очага и посмотрел на свою жену              – Я не мог позволить им говорить так о тебе. Вообще говорить им о тебе. Прости. Ты заслуживаешь лучшего.              – И что ты сделал в ответ? – Спросила она.              – Защищал твою честь, полагаю. – Глухо отозвался Тирион.              – Это было глупо.              – Я старался вести себя рыцарски.              Санса подала ему один из кубков и опустилась в кресло напротив.              – Я тоже не должна была позволить им говорить так о тебе. Вещи, которые они говорили, были лживыми и жестокими.              – Люди издеваются надо мной всю жизнь, – ответил Тирион. – Я должен был к этому привыкнуть, но всё равно всякий раз позволяю этому ранить меня, напоминать мне, что кем бы я ни был –десницей королевы или Хранителем Севера – кем угодно, это не изменит того факта, что я карлик. И хоть их слова были жестоки, но они не лишены правды. – Печально заключил Тирион, опустив взгляд на кубок. – И это признавать сложнее всего.              Они пили в тишине, пока Санса не скрылась за ширмой. В своём яростном порыве Тирион не сразу понял, куда она его привела, но теперь он решил, что ему лучше уйти. Допив остатки вина, он было направился к двери, но вид шёлковой полосочки ткани у кровати заставил его остановиться. Он посмотрел на шарф, который она оставила на постели и невольно коснулся своей оцарапанной руки. Следы царапин уже исчезли, но память о той ночи была свежа, и, глядя на силуэт Сансы за ширмой, Тирион разрывался на части. Мне остаться или уйти?              Санса всё решила за него, показавшись обнажённой из-за ширмы.              – Ложись в постель. Когда будешь готов. – Обратилась она к нему через плечо.              Это был первый раз, когда она сама пригласила его. Обычно эту инициативу брал на себя Тирион. Всё его тело требовало принять это приглашение. Он разделся и забрался в постель рядом с ней. Санса сидела поверх одеяла, рассеяно обводя длинными пальцами вышивку на шарфе. В конце концов, она расправила материал и приподняла его. Тирион было потянулся,чтобы взять его из её рук, но она покачала головой, продолжая держать шарф на уровне его глаз.              – Ты… Хочешь, чтобы я надел его? – спросил Тирион. Санса кивнула. – Я не думаю, что это хорошая идея. - Отчего-то эта затея пугала его. Санса наклонилась к нему, Тирион снова ощутил её запах, становясь совершенно беспомощным рядом с ней, и она завязала ему глаза. – Ну, ладно, и кем мы будем сегодня? – Тирион слышал, как его голос дрожит от темноты, окутавшей его. – О, знаю – великаном и принцессой одичалых. Хотя, представить меня в роли великана довольно сложно, так что великаном могла бы быть ты. Но у великанов довольно свирепый нрав, а ты для этого слишком прекрасна, так что давай-ка откажемся от этой затеи. Может, будем пиратами? Хотя, подожди, – а бывают женщины-пираты? Я не знаю, не слышал о таких, а ты? Или мы можем-              – Хватит болтать, – сказала она мягко, но настойчиво, так, что у Тириона перехватило дыхание и пересохло в горле. Он почувствовал, как матрас слева и справа от него продавился под её коленями. – Сегодня мы будем самими собой, – проговорила она, нежно опуская руки ему на грудь, позволяя ему опуститься на подушки.              Он хотел коснуться её, но что-то подсказывало ему не двигаться. Тирион не смог сдержать стона, когда её рука обхватила основание его напряжённого члена. Нависнув над ним, она позволяла головке его члена лишь соприкасаться с её нижними губами, пока наконец не позволила ему войти в себя. Она была тёплой, но не влажной. Тирион слышал, как она тихо прошипела, выпуская его из себя, ёрзая сверху, снова пытаясь ввести его в себя полностью.              – Санса, ты не обязана это делать. – Прошипел он сквозь зубы. По правде говоря, он с трудом сдерживал себя, чтобы не обхватить руками её тонкую талию и не войти в неё на всю длину сразу. Он сжал простынь в кулаках, силясь контролировать себя.              – Я хочу это сделать, – отозвалась она. В её голосе он различил нотки негодования. – Но я не знаю, как.              – Позволь мне помочь тебе, – сказал Тирион, поднеся руки к повязке на своём лице.              – Прошу, не надо! – взмолилась Санса, но её взгляд встретился с чёрно-зелёными глазами Тириона.              – Я видел тебя, – осторожно произнёс Тирион. – Видел тебя всю.              Санса покачала головой.              – Эти люди были неправы. Дело не в том, что я не хочу тебя видеть... или даже не в том, что я не хочу, чтобы ты видел меня. Я не могу вынести твоего взгляда, которым ты смотришь на моё тело.              Тирион подумал и ответил: – Тогда я буду смотреть только на твоё лицо. Хорошо?              Санса посмотрела на своего мужа. Повязка на глазах приподняла вьющиеся волосы, обычно падающие ему на лоб, и теперь она могла разглядеть его лицо в новом свете – его губы, почти всегда приподнятые в улыбке, вздёрнутый нос, неровные следы кривых швов на старом шраме и его глаза. Она видела, как в них плясали смешинки, вспыхивал гнев, туманился алкоголь, и теперь они чернели от желания. Он не был красивым мужчиной, но было что-то в его взгляде, чего Сансе не хотелось отпускать. Он хотел её – не жестокой похотью Рамси и не расчётливостью Мизинца. Но чем-то более настоящим, чем-то, что казалось таким правильным, чем-то, что она не хотела терять.              – Хорошо, – прошептала Санса.              Не отрывая взгляда от её лица, Тирион облизал два своих пальца и опустил их между её ног, едва касаясь её подушечками, словно подразнивая.              – Можно? – спросил он. Санса кивнула, а затем глубоко вдохнула, когда его прикосновения начали проносить по её телу волны удовольствия. Тирион видел, как её бледная кожа зажглась румянцем, окрасившим её шею и щёки. Санса выгнула спину и закусила губу. Только когда её глаза закрылись, а он вынул пальцы, мокрые и липкие от её влаги, Тирион заговорил снова: – Попробуй теперь.              Санса опустилась на его бёдра, чувствуя, как его член легко скользнул внутрь неё, словно её тело было создано для него единственного. Она ахнула от внезапного ощущения наполненности внутри себя. Такого странного, одновременно знакомого и нового чувства. Сидя верхом на нём, Санса оставалась совершенно неподвижной, затаив дыхание в ожидании. Наконец она открыла глаза.              – Это не больно, – выдохнула она.              – И не должно. – Ответил Тирион. – Не торопись, мы можем сделать всё настолько медленно, как ты- Ах! – он прервался, когда Санса подала бёдрами, поднимаясь и опускаясь на его член, наслаждаясь безболезненным проникновением. Верный своему слову, Тирион смотрел только на её лицо, даже когда Санса уже всерьёз взяла инициативу в свои руки. Выражение её лица со сменяющимися на нём концентрацией, удивлением и удовольствием доставляло Тириону истинное наслаждение.              Наклонившись вперед, Санса инстинктивно ускорила движения. Она наблюдала за тем, как Тирион смотрел на неё. В его глазах она не видела ни жалости, ни отвращения, чего так боялась. Лишь взгляд мужчины, оказавшегося полностью во власти могущественной женщины. И этот взгляд ей очень понравился.