Держи меня крепче
4 сентября 2018 г., 16:34
Железная дверь со скрипом отворилась и из неё вышла Летта, волоча в руках светильник из тыквы. Неуклюже спустившись по ступенькам, скользким от бесконечных проливных дождей, девушка направилась в сторону Хогвартса.
В Хогсмиде уже вовсю царила атмосфера предстоявшего Хэллоуина. На календаре — двадцать девятое октября, праздник не за горами. Прогуливаясь по узким улочкам, мощёным брусчаткой, отчётливо чувствовались ароматы запечённых яблок с корицей и тыквенного пирога, слышался заунывный свист ветра, гулявшего по закоулкам и скрипящего коваными вывесками. Под ногами шелестела опавшая листва, плотным пёстрым ковром укрывавшая отсыревшую землю.
Во всей деревушке не было ни единой витрины, на которой не красовалась бы улыбающаяся тыквенная голова, зловещая паутина и искусственные пауки. Каждая вывеска предлагала что-то особенное к празднику, тем самым привлекая внимание прохожих и зазывая их внутрь. В основном все забегали в магазины, дабы согреться, но практически всегда натыкались на что-то такое, без чего просто не могли покинуть лавки.
До Хэллоуина оставались считанные дни, и потому Николетта решила отправиться на закупы. Девушка купила три огромных мешка разнообразных конфет и леденцов, искусственную паутину для украшения комнаты, пять чёрных свечек с ароматом лакрицы и главный атрибут всего праздника. Изначально Летта планировала взять тыкву и самостоятельно вырезать из неё светильник, но, увидев в магазине эту голову со зловещей, но такой милой ухмылкой, сразу вспомнила Сириуса и решила, что этот фонарик обязательно должен стоять на её прикроватном столике.
Наконец дойдя до многочисленных ступенек, ведущих на крыльцо замка, Николетта остановилась перевести дух и, глубоко вдохнув, подняла тяжёлую тыкву. Чёрный силуэт с сигаретой между пальцев, стоявший за массивной колонной, обернулся и, потушив окурок о каменные перила, направился к девушке.
Летта продолжила с трудом подниматься по высоким ступеням, подумав, что Сириус сейчас пройдёт мимо и, скорее всего, не упустит возможности съязвить. Однако, вопреки ожиданиям, Блэк подошёл к девушке и забрал у неё светильник.
— Нифига себе ты тащишь, — удивился парень, одной рукой поднимая тыкву, пытаясь определить её вес.
— Я и сама могу донести, — обиженно произнесла Николетта, скрещивая руки на груди. Сириус сделал вид, что не расслышал, и бодро поднялся по ступенькам, оборачиваясь на лениво шагавшую позади девушку. Блэк открыл двери и заскочил внутрь, направляясь в сторону подземелий, на что Летта недовольно фыркнула: — Ты слышишь? Я сама!
— Ну конечно, — только и сказал парень, одной рукой держа тыкву, а другой откидывая волосы назад.
В скором времени они дошли до двери, ведущей в слизеринскую гостиную. Сириус поставил тыкву на пол и, оперевшись об угол, недовольно посмотрел на неспешно идущую Летту. Девушка положила ладонь на серебряную ручку двери и вопросительно приподняла бровь, не понимая, почему Блэк всё ещё здесь.
— Пугающая тыквочка, — протянул парень, рассматривая стоявший на полу светильник.
— Тебя напоминает, — ухмыльнулась Николетта, потирая плечо, болевшее от тяжёлой ноши.
— Он не так красив, как я, — Сириус самовлюблённо провёл пальцами по длинным волосам, в который раз откидывая их назад и лучезарно улыбаясь. Летта закатила глаза, на что Блэк заулыбался ещё лучезарнее. Они немного постояли в тишине, и, когда Николетта уже собиралась нажать на дверную ручку, парень будто невзначай спросил: — Какие планы на Хэллоуин?
— Пока никаких, — протянула Летта, пытаясь понять, к чему клонил Блэк.
— Мы тут устраиваем костюмированную вечеринку в гостиной Гриффиндора, — на одном дыхании произнёс Сириус, рассматривая собственные ботинки. — Если хочешь — приходи.
— Хорошо, — на автомате ответила Николетта. Только лишь через несколько секунд до неё дошёл смысл сказанного, и девушка по-глупому улыбнулась своим же мыслям.
— Ты придёшь? — гриффиндорец заметно изменился в лице. Он посмотрел Летте прямо в глаза, улыбаясь до ушей.
— Да, — слизеринка кивнула, и они оба засмеялись, глядя друг на друга.
— Ну, тогда увидимся, — парень почесал затылок и отлип от стены.
— Да, — повторила Николетта и, подняв тыкву с пола, скрылась в дверях. В голове крутились миллионы мыслей одновременно, и девушка пыталась разложить их по полочкам, но безуспешно. Она согласилась пойти на гриффиндорскую вечеринку. Уму непостижимо.
***
Треск сухих дров в камине, стук дождя о подоконник и запах травяного чая — потрясающий осенний вечер. Летта с Кассандрой сидели в гостиной Слизерина, неспешно потягивая согревающие напитки и ведя беседы обо всём на свете. На календаре — тридцать первое октября, самая страшная ночь в году, так что в замке вовсю бурлила жизнь: ученики разгуливали по коридорам, облачённые в пугающие костюмы, и с интересом изучали леденящие кровь декорации. Однако были и те, кто не участвовал во всеобщей суматохе, а просто сидели в гостиных и проводили точно такой же вечер, как и во все другие дни. Массивные напольные часы пробили восемь, оповещая всех о скором приближении страшной ночи. Николетта сжала в руках чашку, нервно поглядывая на циферблат. Девушка взглянула на сидевшую рядом подругу, затем снова на часы и неуверенно произнесла: — Я слышала, Гриффиндор устраивает вечеринку, — издалека начала Летта, косясь на стремительно убегавшую секундную стрелку. — Уже через час. — Пусть себе устраивает, — недовольно буркнула Кассандра, отпивая горячий чай. Слизеринка с малых лет не любила Хэллоуин, после того, как её до полусмерти напугали соседские мальчишки, и теперь она относилась к этому празднику с особым презрением. — Я вообще скоро спать пойду. — Тут так душно, — будто случайно проронила Николетта, отставляя чашку на журнальный столик и демонстративно вытирая лоб тыльной стороной ладони. — Пойду прогуляюсь. Иди спать, меня не жди. — Давай, — тяжело вздохнув, ответила Кассандра, вглядываясь в камин. — А я ещё посижу. Летта поднялась с кресла, поцеловала подругу в макушку и скрылась в дверях. Дойдя до комнаты, девушка принялась наскоро делать макияж, поглядывая на часы. Она чувствовала себя невероятно плохо из-за того, что обманула Кассандру, но другого выхода не было. Узнай подруга о том, что Николетта собиралась в гриффиндорскую гостиную на вечеринку, они бы ужасно поссорились, поэтому девушка решилась на крайние меры. Наконец закончив макияж, Летта натянула на себя костюм и подошла к зеркалу, рассматривая свой внешний вид. Для вечеринки по случаю Хэллоуина девушка выбрала наряд мексиканского скелета: огромные иссиня-чёрные глаза и нос, снежно-белый тон кожи, ярко выраженные скулы, будто бы зашитый рот и причудливые алые узоры украшали её лицо, волосы были распущены и слегка завиты, а у висков красовались две кроваво-красные розы. Чёрный, как уголь, верх платья сидел как влитой, идеально очерчивая грудь, талию и тонкие руки до запястий, пышный низ цвета бордо, словно бутон, расходился в разные стороны, открывая худые ноги, обтянутые в молочные колготки, и будто выточенные из обсидиана туфли на высоком каблуке. Николетта с восхищением разглядывала сегодняшний образ, поражаясь, что она может быть такой чертовски сексуальной. Часы пробили девять, и слизеринка в ужасе заметалась по комнате в поисках духов. Вечеринка уже началась, а девушка до ужаса не любила опаздывать. Наконец отыскав нужный флакончик, Летта брызнула на себя любимые духи с ароматом ванили и поспешно скрылась в дверях, со скоростью света мчась в башню Гриффиндора.***
Не прошло и десяти минут, как Николетта уже стояла у портрета Полной Дамы. Благо, девушка заранее знала пароль, поэтому без проблем вошла внутрь, где её сразу затянуло в круговорот всевозможных ведьм, оборотней, призраков и прочих. Слизеринка даже не успела осмотреться, как почувствовала чью-то сильную руку на своём плече. — Прекрасно выглядишь, — Сириус широко улыбнулся, демонстрируя фальшивые вставные клыки. Парень выступал в роли вампира: длинный чёрный плащ, искусственная кровь на руках и щеках, белый грим с чёрными трещинами, показывающий мёртвое лицо, и идеально зализанные назад волосы, покрытые щедрым слоем лака. Что ни говори, а такой образ добавлял ему какой-то особой мужественности и привлекательности. — Я-то думал, ты не придёшь. — Ну вот видишь, пришла, — ухмыльнулась девушка, переминая пышную юбку. Их с Сириусом моментально окружила толпа учеников, заставляя приблизиться, да ещё и оглушительная музыка мешала нормально вести беседу. — Надеюсь, тебе здесь понравится, — Блэк окинул взглядом гостиную и, отыскав Джеймса, помахал ему рукой. — Веселись, а я отойду ненадолго. — Хорошо, — слабо пискнула Летта и, пробиваясь сквозь толпу, направилась на изучение обстановки. Атмосфера царила как в любом лондонском ночном клубе: яркие блики света, хаотично бегающие по комнате, адски громкая музыка, огромное количество учеников, которые неистово кричат, густые столбы дыма и стойкий запах табака. Развлечения на вечеринке были действительно разнообразными: одни будто бы бились в конвульсиях на танцполе, другие курили у открытых окон, третьи вливали в себя стакан за стаканом, четвёртые, собравшись в небольшие группки, просто общались, и ещё много других способов провести время. Николетта бросила взгляд в угол гостиной, куда были отодвинуты все диваны, и, увидев там одиноко сидевшего Римуса, направилась к нему. — Грустишь? — девушка опустилась рядом с парнем, заглядывая ему в глаза. — Не люблю подобные мероприятия, — тихо произнёс Римус, так что Летта с трудом расслышала. — Чего не учишься? — слабо улыбнулась слизеринка, пытаясь понять, почему Люпин до сих пор не в библиотеке. — Слишком шумно, — тяжело вздохнул гриффиндорец, опустив голову на руки. Николетта не нашла что сказать, поэтому просто извлекла из потайного кармана пачку сигарет и достала одну. — Не против, если я покурю? — Летта с надеждой посмотрела на Римуса. Ей слишком не хотелось вставать и идти к окну, мягкие диванные подушки никак не отпускали её пятую точку. Люпин отрицательно покачал головой, и девушка сделала глубокую затяжку, наслаждаясь уже такой полюбившейся горечью. — Я привык, — тоскливо произнёс Римус, откидываясь на спинку и прикрывая глаза. Летта с жалостью посмотрела на его уставшее лицо, недоумевая, как такие совершенно противоположные по характеру парни могли уживаться в одной компании, нося гордое имя — Мародёры. — Курящая Николетта Рейд, — Сириус возник будто из пустоты, растягивая фирменную ухмылку. Между искусственных зубов вампира у парня торчала зажжённая сигарета, от которой поднималась тонкая струйка дыма. Он с восхищением посмотрел на слизеринку: — Это что-то новенькое. — А ты что думал, Блэк, — усмехнулась девушка, затягиваясь полной грудью и выдыхая густой дым, так что Римус даже закашлялся. — Я вижу, вы уже подружились, — гриффиндорец перевёл взгляд на приятеля и подмигнул ему, на что Люпин демонстративно цокнул языком и повернул голову в другую сторону. На фоне заиграла очередная оживлённая мелодия, на этот раз джазовая, и Сириус, потушив сигарету, протянул девушке руку. — Приглашаю на танец. — Принимаю приглашение, — ухмыльнулась Летта и, тоже выкинув окурок в пепельницу, поднялась с дивана. Сириус затянул её в самую середину танцпола, в эпицентр гудевшей толпы, окружившей их со всех сторон. Парень сжал Николетту за талию, крепко прижимая к себе, и закружил в сумасшедшем ритме. Казалось, с каждой секундой мелодия становилась всё быстрее, голова кружилась, перед глазами сплошным потоком проносились другие танцевавшие пары, и Летта приблизилась к Блэку ещё ближе, почти утыкаясь носом в его шею и вдыхая умопомрачительный аромат мужского одеколона, сносившего крышу. Парень едва касался своей щекой лица девушки, так что та чувствовала его горячее дыхание у самого уха. Они танцевали ещё несколько минут, пока одна мелодия не сменила другую. Сириус крепче сжал руку слизеринки, заглядывая в глаза. Постояв так пару секунд, парень резко развернулся и потащил девушку за собой. Он довёл её до высокого стола, вокруг которого уже столпились орущие ученики, явно находившиеся в нетрезвом состоянии. — Играла когда-нибудь в пинг-понг? — Блэк притянул девушку за плечи, шепча ей на ухо, чтобы было лучше слышно. — Да, — ответила Летта, вспоминая, как они с Томом устраивали в детстве целые турниры. — Это в миллион раз круче, — с улыбкой протянул парень, приглашая слизеринку к столу, параллельно объясняя правила. Смысл игры заключался в том, чтобы закинуть шарик для пинг-понга в один из стаканов оппонента. Попадаешь — выпиваешь всё содержимое. Не успела Николетта согласиться, как мячик уже летел в её сторону. Сириус промахнулся, и настала очередь Летты — девушка прицелилась и попала ровно в стакан посередине. Всё-таки не зря она играла в квиддич. Блэк протянул девушке стакан и все собравшиеся вокруг дружно захлопали, выкрикивая призывы скорее пить. Слизеринка с опаской понюхала светло-коричневую жидкость, по виду напоминавшую яблочный сок, но только с ярко выраженным запахом трав. Не в силах больше выслушивать одобряющие кричалки, Николетта выпила всё содержимое, откидывая стакан в сторону. Спирт моментально обжёг горло, так что девушка невольно сморщилась и понюхала ладонь. Взгляд остановился на бутылке огневиски, стоявшей неподалёку, и девушка откашлялась. В животе будто бы развели костёр, и это понятно, ведь она впервые попробовала, пожалуй, самый крепкий алкогольный напиток всего магического мира. Через секунду мячик уже залетел в стакан Летты, который Сириус сразу осушил. Парень сделал это с такой лёгкостью, что Николетта даже испугалась за его самочувствие. Игра набирала стремительные обороты, и с каждым попаданием слизеринка всё больше и больше входила в азарт. Когда со стола исчез последний стакан, Летту с Сириусом оттеснили в сторону, а им на смену пришли новые игроки. От такого большого количества выпитого алкоголя у Николетты закружилась голова, в глазах помутилось, а кожа стремительно залилась багровым румянцем. Девушка подбежала к окну, полной грудью вдыхая свежий воздух. К ней подошёл Сириус с бутылкой огневиски в руках и, опасно пошатнувшись, обнял Летту, сжимая её за талию так, что слизеринка чуть не задохнулась. У Николетты будто бы вынули мозги, и она, глупо улыбаясь, упала прямо в объятия парня, шепча какой-то непонятный набор букв. Для девушки это было первое в жизни знакомство с алкоголем, но, на удивление, она чувствовала себя прекрасно — будто душу отделили от тела и теперь её больше ничего не сковывало. Летта подумала, что её сейчас стошнит, поэтому свесилась с окна, хватая ртом прохладный воздух. В скором времени её отпустило, и она вжалась в мощное тело Блэка, зарываясь носом в чёрную мантию. Парень прижал девушку к себе и сделал внушительный глоток огневиски прямо из горла бутылки. Постояв ещё немного в таком положении, Сириус прикоснулся к подбородку девушки, заставляя её посмотреть ему в глаза. — Свалим отсюда? — прошептал Блэк, делая ещё один глоток. От него отчётливо пахло спиртом, травами и табаком, отчего Николетте хотелось вдыхать его запах снова и снова. — Свалим, — ответила девушка, улыбаясь до ушей. Парень положил её ладонь в свою и потащил в сторону двери, пробиваясь сквозь сплошную толпу пьяных обкуренных учеников. Они покинули гостиную и направились вниз по лестнице, оставляя за спиной шумную вечеринку.***
Дверь со скрипом отворилась, и из неё вышли два неуверенно стоявших на ногах силуэта, которые, поспешно сбежав с каменной лестницы, направились в непроглядную темень. Летта крепко сжимала Сириуса за руку, нервно оглядываясь по сторонам. Парень же в свою очередь храбро шёл вперёд, периодически отпивая из горла бутылки. До ноября оставалось чуть больше часа, и на улице отчётливо чувствовалось близкое дыхание зимы. Николетта тихо постукивала зубами от невыносимого холода и, когда Блэк протянул ей огневиски, с огромным удовольствием сделала глоток. Ребята шли, шатаясь и ухватившись друг за друга, около десяти минут и остановились у Чёрного озера. Летта отбросила туфли и забежала в ледяную воду по щиколотки. Сириус допил остатки алкоголя и, забросив пустую бутылку в кусты, скинул с себя мантию. Слизеринка с интересом наблюдала за движениями парня и, когда тот, разбежавшись, прыгнул в воду, решила сделать то же самое. Девушка медленно зашла по пояс и её тело будто бы сковало льдом, заставляя завизжать. Блэк засмеялся, как сумасшедший, и со всей силы потянул Летту за руки, так что они оба с громкими криками погрузились в воду. Николетта вынырнула, откашливаясь, и прижалась к Сириусу, пытаясь согреться. Парень притянул её к себе и они, тяжело дыша, стояли по плечи в воде, словно две столкнувшиеся глыбы льда. — Мне холодно, — простонала слизеринка, обвивая руками шею парня. Ледяная вода бодрила, но огневиски по-прежнему дурманил рассудок. Хотелось ещё больше холода, ещё больше адреналина. — А мне нет, — ухмыльнулся Сириус, разглядывая такое близкое лицо девушки. Она больше не была похожа на мексиканского скелета: грим поплыл, оставляя чёрные, белые и красные разводы. От образа вампира тоже не осталось и следа, теперь они оба стали похожи на клоунов после бурной бессонной ночки. Осознав это, ребята засмеялись своим же мыслям и, обливая друг друга ледяной водой, принялись наворачивать круги вдоль берега, соревнуясь на скорость. Спустя двадцать минут им надоело это занятие, и они решили выйти погреться. Сириус подхватил Летту и вынес её на руках, опуская на сырую кучу из листьев и ложась рядом. На суше дрожь только усилилась, сумасшедшие потоки ветра буквально пробирали до мозга костей, мокрая одежда липла к телу, кожа покрылась множеством мурашек, но в то же время горела, словно её только что достали из печи. Блэк пошарил по земле в поисках бутылки, но, осознав, что у них больше не осталось огневиски, достал из складок мантии сигарету и закурил. Николетта запустила руку в потайной карман, откуда извлекла лишь размокшую пачку и сломанную зажигалку. Увидев это, гриффиндорец засмеялся и поделился с девушкой своими запасами. Летта закатила глаза, чем вызвала ещё один приступ смеха у парня, однако приняла сигарету и сделала глубокую затяжку, позволяя дыму наполнить лёгкие. Так они встретили ноябрь, совершенно наплевав на пронизывающий холод и все прочие неудобства. Просто лежали в обнимку на сырой опавшей листве, как на пёстром персидском ковре, наслаждались горечью многочисленных выкуренных сигарет, смотрели на миллионы ярких звёзд, которые игриво перемигивались на ночном небе, рассказывали друг другу о созвездиях и далёких галактиках, делились историями, как смешными, так и не очень, и просто наслаждались моментом, в то время как в замке вовсю бурлило веселье. Им, в стельку пьяным и до ужаса счастливым, наивно казалось, что время остановилось только для них двоих, давая им возможность впервые за долгое время почувствовать себя живыми. А что ещё нужно?
