Идеал

Ник уже минут десять бестолково метался между домами в поисках указанного Кевином адреса. Точнее, даже не адреса, а второпях проговоренного описания, содержащего ничего не определяющее в данном районе «облезлый дом с серой крышей и напротив расписанная пристройка, что-то типа «джил-билл» красной краской». В этом «вайт-треш» квартале каждый второй, а местами и первый дом был облезлый, давно забывший, сколько поколений назад его красили, а крыши почти все серые из-за моросящего дождя и такого же серого неба. И когда только успело затянуть, Ник вроде совсем недавно кривился от режущего солнца, и вот опять тонкие противные струйки норовили заползти за шиворот легкой куртки. Детектив споткнулся об очередную кучу мусора и каких-то обломков непонятно чего, обругав ретивого помощника, «надирателя задниц», который, судя по молчащему телефону и полному отсутствию опознавательных сигналов, успел найти приключения на собственную. Вот в этом Ник уже не сомневался. Вокруг были сплошные ободранные дома, местами разрисованные, чуть ли не пихающие друг друга локтями. Во дворах стояли «драндулеты» под стать им. Но машины Кевина не было видно, как и ее владельца. Детектив остановился, увидев табличку с номером девятнадцать тридцать семь. Кевин говорил, что проезжал девятнадцать двадцать девять, значит он совсем рядом. Хотя в данном случае это совсем ничего не значило. Владельцы продавали узкие незанятые участки, и там строились такие же дешевые домики, узкие, как сарделька, а радостные хозяева активно проживали счастливо свалившиеся на них халявные тысячи, не спеша убраться со своих трущоб в более респектабельные районы. Ник резко развернулся на скрип двери и его взгляд уперся в женщину неопределенного возраста в ночной рубашке и накинутым на плечи неожиданно ярким халатом. То ли только встала и вышла покурить, то ли уже собралась спать, во всяком случае, взгляд был направлен во внутреннюю нирвану, и Ник не стал ничего спрашивать и нарушать шаткое равновесие. Он быстро обошел дом, не обращая внимания на изрядно намокшие снизу джинсы, бороздившие неопрятную нескошенную траву, и подобрался, заметив стайку мальчишек под навесом с картами в руках. Но те презрительно оглядели чужака, жетон вызвал еще большую волну отчуждения. Как Ник и предполагал, никто здесь не горел праведным желанием записаться в активные помощники полиции Портленда. Настойчиво зазвонил телефон, но на том конце вместо скороговорки Кевина послышалась неторопливая речь Хэнка. Быстро сориентировав напарника, Ник завернул за угол и почти налетел на форд Кевина, не самый новый, но все равно стоящий здесь нелепым пятном. Впрочем, щуплый пацанчик в расстегнутой куртке и торчащей из-под нее светлой майке уже активно исправлял положение, старательно выцарапывая непристойное слово на боковой дверце и высунув от усердия язык. - Пусти, гад, пусти, сейчас мой брат тебя убьет! Ник зашипел от укуса острых зубок, но не выпустил мальчишку, покрепче прислонил его к дверце машины и заткнул потоки ругательств укушенной ладонью. И в этот момент мальчик схлынул, остроносое худое лицо сменилось мордочкой крысенка со стеклянными от испуга глазами. - Да, я тот самый страшный Гримм, но я еще и полицейский, я ничего тебе не сделаю, если покажешь, где хозяин этой машины. – Ник старался говорить спокойно и внушительно, но он сам уже дергался от напряжения и разыгравшихся нервов. Мальчик вернулся в человеческий облик, покивал несколько раз, всем видом показывая, что готов помочь и очень сильно этого хочет, а еще больше желает освободиться из цепких рук гримма. Ник крепко держал мальчика за шиворот, но тот молча и послушно привел его к нужному дому. «Ага, вот и «джил-билл» напротив и серая крыша». Ник выпустил мальчишку, напоследок шепотом поведавшего ему, что художник, который живет в этом доме, такой же крысолов, как и юный проводник. Дом отличался от других лишь довольно свежей покраской, но несколько окон были небрежно забиты наспех подобранными досками, тоже недавно покрашенными в тон стене, но от этого не ставшими менее дряхлыми. Было похоже, что хозяин активно пользовался не всеми комнатами, что, впрочем, как раз было в этом квартале более правилом, чем исключением. Детектив проскользнул по мокрой траве поближе и аккуратно заглянул в незаколоченное окно. Невысокий плотный мужчина стоял, широко расставив ноги и слегка склонив голову набок. За его головой торчали уголки тонкой этажерки с потрепанными книгами. А перед ним, лицом к окну, встрепанный Кевин на коленях, со связанными сзади руками, понуро смотрел вдаль одним чуть прищуренным глазом. Второй глаз почти полностью заплыл от смачного синяка, а прямо под подбородком у него блеснуло лезвие ножа, прижатое умелой твердой рукой. Вторая рука незнакомца собрала в комок копну взмокших светлых волос коленопреклоненного доморощенного сыщика. Ник еще раз выругался про себя, обозвав нелестными словами любителя приключений, и с силой ударил ногой по хлипкой двери. - Полиция Портленда! Шок от его нежданного появления поразил только остолбеневшего Кевина, сразу не сообразившего, радоваться внезапному спасению или возмущаться столь вероломному обману. Хозяин дома был не из пугливых. Он спокойным, неторопливым движением бросил нож на пол, сделал вид, что закладывает руки за голову, и вдруг сделал резкое движение левой рукой к стопке книг на этажерке, одновременно потянув на себя Кевина правой. Уловив отблеск оружия, детектив инстинктивно бросился вниз и в сторону, выстрелив над головой Кевина. Где-то рядом с тем местом, где он стоял до этого, вжикнула пуля, выдрав щепки от табуретки в углу. Хозяин умело прикрывался застывшим от шока Кевином, не реагировавшего на крики Ника падать. Шум упавшей мебели, шорох разлетающихся книг, по паре выстрелов с обеих сторон, и детективу достался вмиг осевший «охотник на уродов» с простреленной чуть выше локтя рукой. Ник так быстро, насколько смог, вскочил на ноги, вылетел через узкий проход в большую комнату, служившую владельцу мастерской. Тот уже проскочил через небольшую дверь в задней стене, хлопающую от порыва ветра. С улицы по ушам резанул визг тормозов, крики и приглушенный хлопок выстрела. Гримм с тревогой выбежал на улицу, повторив маневр хозяина и чисто автоматически отмечая небольшие капли крови по ходу движения на полу, означающие, что он все же зацепил крысолова при перестрелке. И почти вплотную налетел на Хэнка. - Это не я, он сам. – Гриффин присел на корточки перед распростертым на мокром сером асфальте телом, и чуть удивленно всмотрелся в то кровавое месиво, что минут пять назад было живым лицом с умными цепкими глазами. - Нормально дыши, дыши, не бойся, все хорошо, ты молодец. – Ник как можно увереннее, неосознанно подражая спокойному холодному голосу капитана, подбадривал Кевина и перевязывал руку поверх липкого красного пятна. – Держись, я сейчас, там уже подмога прибыла, я сейчас вернусь. Кевин лишь мычал, не в силах справиться с шоком от всего сразу. Судя по мертвенной бледности, сознание вот-вот готово было покинуть незадачливого владельца, и Ник слегка похлопал его по щеке. --- Рабочий день в очередной раз сорвался в галоп и перескочил в рабочий вечер. На столе у Ника высились горкой пустые бланки для документов разных видов, нехитрые приспособления для их изготовления, только вот главное приспособление - золотые руки, это невозможно было не признать, уже никогда к ним не притронутся. - Не понимаю, какой ему смысл был стреляться, сэр, мы что-то еще упускаем. Кроме подделки документов, было что-то еще. – Ник чуть отъехал от стола на кресле и вопросительно вперился взглядом в начальство, по-хозяйски сидящее на его столе. Собственно, он просто озвучил общее недоумение, витавшее в воздухе настолько осязаемо, что его можно было почти потрогать. Всем было совершенно очевидно, что мужчина со шрамом после неприятного инцидента в роще весьма благоразумно решил сменить опознавательные признаки типа имени, фамилии и, соответственно, документов. Для чего и заглянул на огонек к знакомому художнику, помимо основной работы промышлявшего и такими нетривиальными услугами. Причем для очень узкого круга лиц, в поле зрения полиции он не попадал ни разу, но количество изъятого, а главное его качество, свидетельствовали о годами отточенных навыках и приличном мастерстве. Хвост в виде Кевина «южанин» срисовал, но почему-то решил сам с ним не разбираться. Либо заметил достаточно поздно и не стал тратить на него время, либо не посчитал достаточной угрозой. Забрал нужное и спокойно вышел через заднюю дверь, оставив доморощенного Шерлока на растерзание крысолову. Осложнение в виде Ника тоже было обработано достаточно грамотно, можно даже сказать, профессионально. Ник зацепил его при перестрелке, но не сильно. Хэнк выскочил из машины прямо перед ним, и не дал бы ему уйти, тем более с ранением. Но почему художник решил не сдаваться полиции живым, а предпочел завершить свою жизнь живописной кровавой точкой самостоятельно, было не логично и не понятно. Но Ренард задумчиво разглядывал фото с картинами из мастерской. - Выяснили, с какими издательствами он работал? – Шеф, наконец, соизволил порадовать звуком своего голоса детективов и замершего с бумагами в руках сержанта. - Пока только выписали несколько из книг, что были у него в комнате, утром выясним все остальные. В основном он иллюстрировал фэнтези, я читал несколько с его иллюстрациями, они несколько не обычны, даже не могу сказать чем, но перепутать их с другими сложно, если видел хоть однажды. – Ву передал листок капитану. И тут Ника пробило, он подскочил в кресле, собираясь выдать невероятное прозрение, но плюхнулся обратно под предупреждающим взглядом Ренарда.