Ты такой...

       — Хочешь меня, Лань Чжань? — горячо прошептал ему Вэй Ин в самое ухо. Став омегой, тот получил второе имя — Вэй Усянь — и остался все таким же шумным забиякой. Но появилось и кое-что новое в его поведении: порой туманящая взгляд томная поволока, будто изучившие какой-то новый прием губы, которые теперь могли принимать невыразимо чувственный волнующий изгиб, более плавные завораживающие движения. Вэй Ин был бесстыдно раскован и невинно красив. В своем откровенном желании он оседлал Лань Чжаня, который боялся пошевелиться, чтобы не вспугнуть омегу. Горячая волна поднялась изнутри, опаляя желанием. Дыхание сбилось. Виски начало ломить. Вэй Ин потерся носом о его шею, лизнул за ухом, отчего пульс зачастил сильнее, и чуть отстранился… И вновь прижался к Лань Чжаню, сначала будто случайно прильнув к груди, потом еще и еще раз, привставая на нем и прижимаясь все настойчивее, все плотнее. Вэй Ин ерзал, задницей раз за разом задевая возбужденный член. Неугомонный и деятельный Вэй Ин жался к нему, сам шел в руки и жадно втягивал запах Лань Чжаня. Это сводило с ума. — Хочешь меня? Лань Ванцзи… — голос Вэй Ина звал и звал его, как было всегда во время гона. Вот только второе имя Лань Чжань получил уже после того, как жизнь развела их с Вэй Ином. Когда стало ясно, что омегой ему не быть, родители перевели Лань Ванцзи в школу для альф, которую закончили его брат, отец и дядя, чтобы он учился контролировать себя и не отвлекался на омег, как было бы в смешанной школе. В клане Лань превыше всего ценили самоконтроль, с которым у омег и альф изначально были проблемы, по этой же причине в клане был собственный стиль тайцзицюань, который изучали все без исключения члены семьи. — Вэй Ин… — выдохнул Лань Чжань; он так и не смог ощутить запаха омеги в полной мере… даже во сне. — Ты такой холодный, Лань Чжань! Поэтому у тебя никогда не будет омеги! — выкрикнул Вэй Ин обвинение-воспоминание, которым обычно заканчивались подобные сны. До своего первого гона Лань Ванцзи никак не мог ощутить в однокласснике омегу, не способен был заинтересоваться им в этом смысле; тогда он не думал о близости, не чувствовал такой потребности. И уже много позже он понял, что, скорее всего, Вэй Ин и был тем самым «истинным», его парой, его омегой, полностью совместимым с ним, который приходил к нему лишь во снах. Таких жарких, постыдных и желанных грезах.

* * *

Сразу после окончания университета Лань Ванцзи, как и его старший брат, с головой ушел в семейный бизнес. Клан Лань владел всемирно известной корпорацией «Gusu Inc.», которая, будучи крупнейшим производителем музыкальных инструментов, а также акустических систем и звукового оборудования, позволяла клану входить в пятерку богатейших в Поднебесной. По большей части работал он в офисе, но и выезды в магазины, с которыми у них были контракты на поставку музыкальных инструментов и оборудования, в его практике оставались частыми. «Чтобы понимать процесс», — объясняли такую необходимость старшие. Деловые переговоры последние три года доверяли вести Лань Сичэню — брат умел расположить к себе людей. Впрочем, на такие встречи Лань Ванцзи отправляли так же, чтобы он мог поучиться у брата, и кроме того, руководство умело играло на их контрасте: его мрачной молчаливости и доброжелательном обаянии Лань Сичэня. — Меня заказчики не воспринимают всерьез, принимая улыбку за слабость. Им и в голову не приходит, что это всего лишь воспитание и дань элементарной вежливости, — пожаловался брат, когда они вместе обедали в его кабинете. — Я не люблю давить на людей, ты же знаешь. Зато, когда мы вместе ведем переговоры и ты даже при знакомстве не отвечаешь на вежливые ужимки, партнеры теряются и невольно ищут контакта со мной, как с более открытым человеком. Однако, полагаю, у тебя на переговорах была бы обратная проблема: тебя же попросту боятся и не знают, что сказать и как себя повести, чтобы не оскорбить. — Дядя сказал, что все придет с опытом, — безразлично ответил на это Лань Ванцзи. — Нам не хватает репутации, которую еще нужно заслужить. Кто же поверит в компетентность двадцатидевятилетнего директора по продажам, — тут Лань Сичэнь больно ткнул пальцем ему в плечо и, тяжело вздохнув, продолжил: — И тридцатитрехлетнего финансового директора. Слух у меня отличный, и шепотки «слишком молоды» я отлично слышу. — Мгм, — подтвердил Лань Ванцзи. С братом ему всегда было комфортно: не важно, молчать или говорить. Впрочем, Лань Сичэнь понимал его и без слов, буквально считывал информацию, причем даже без непосредственного соединения их аур. Лань Ванцзи редко распускал свою ауру, обычно она была в свернутом состоянии, чего в конечном итоге и добивались в клане, в том числе тренировками по тайцзицюань; ведь чем плотнее удавалось свернуть ауру, тем лучше был контроль. Да и в таком «свернутом» состоянии на ауру невозможно воздействовать извне или что-либо узнать по ней. — Еще и женить все норовят, с выгодой для себя, разумеется, — продолжил рассуждать Лань Сичэнь. — Хорошо, что правила клана Лань запрещают подобное. Все же предок Лань Ань, написавший первые восемьсот восемьдесят восемь правил, был самым романтичным альфой с этим его пунктиком о поиске своего истинного. Вот почему дядя так и остался одинок… Впрочем, его пятьдесят шесть лет — это ерунда для альфы, всего-то треть жизни. Лань Ванцзи промолчал, оптимизма брата он не разделял. Ведь могло случиться и так, что своего истинного Лань Цижэнь все же нашел, но судьба была неумолима и вместе им быть не суждено. История клана Лань вообще изобиловала трагедиями на почве потери пары, впрочем, об этом Лань Ванцзи предпочитал не задумываться. — У тебя сегодня запланирован выезд к нашим партнерам из «AliMarket»? — спросил Лань Сичэнь, возвращая задумавшегося Лань Ванцзи к реальности. Тот просто кивнул брату. Лично проверить договоренности не помешает; после его визитов партнеры, как правило, были еще более расположены к общению с Лань Сичэнем и беспрекословному следованию контракту. Лань Ванцзи отложил выезд на конец дня, чтобы не пришлось больше возвращаться в офис — это было обычной его практикой, о чем брат знал. — В таком случае, расскажешь мне о результатах встречи дома, — мягко улыбнулся Лань Сичэнь. Если была такая возможность, с работы в клановый особняк братья предпочитали возвращаться вместе. Клан Лань вообще отличался крепкими родственными связями.

* * *

Сеть магазинов «AliMarket» только-только заключила контракт с их корпорацией. Лань Ванцзи скептически относился к подобным партнерам, все же специализированные музыкальные магазины куда лучше подходили для их целей. Ему было сложно привыкнуть к тому, что в таких магазинах, где продается вообще все — от жевательной резинки до спасательного жилета, — на полках рядом с настольными лампами лежит их товар. Однако нынешние реалии были таковы, что покупатель предпочитал закупаться всем необходимым в одном месте, и даже музыкальные инструменты — когда-то предмет искусства — перешли в разряд бытовых мелочей и учебных принадлежностей. Впрочем, свое недовольство, как и вообще чувства, Лань Ванцзи не показывал. Распознать его настроение мог разве что Лань Сичэнь, а уж никак не представитель «AliMarket» — администратор одного из магазинов, который после встречи сопровождал его и сильно нервничал в присутствии Лань Ванцзи. Визит можно было считать удачным, все пункты контракта партнерами были учтены. Лань Ванцзи уже было развернулся к выходу из магазина, который отныне продавал их музыкальные инструменты и технику, как почувствовал навязчивый аромат, который у него ассоциировался со сладостью цветущих медоносов и свежестью молодой листвы. — Лань Чжань?.. — раздался до дрожи знакомый звонкий голос. Он впервые смог почувствовать запах Вэй Ина и, несмотря на то, что метка принадлежности в ауре была, аромат этот оставался пленительным. У Вэй Ина был альфа, впрочем, по этой же причине голову Лань Ванцзи не потерял, потому что метка, показывающая всем и каждому, что омега занят, автоматически делала того не столь привлекательным для других альф. В ауре омеги легко можно было ощутить изумление, предвкушение, немного неуверенности и совсем чуть-чуть робости. Лань Чжань обернулся, чтобы вновь спустя тринадцать лет увидеть хитрый блеск темных, словно спелые черешни, глаз и широкую радостную улыбку. Аура, подобно закатному солнцу или пламени костра, расходилась от него гибкими лепестками-лучиками. Вэй Ин оказался ниже самого Лань Ванцзи — хотя в шестнадцать лет они были почти одного роста, худощавым и изящным. Короткие, чуть завивающиеся в крупные полукольца прядки соблазнительно ныряли под ворот рубашки и льнули к шее. Образ из сна сильно проигрывал этому воплощению соблазна. — В-вы знакомы, господин Лань Ванцзи? — испуганно пискнул сопровождавший Лань Ванцзи администратор магазина; от чуть полноватого омеги ощущались паника и страх. — Да, — подтвердил Лань Ванцзи, чтобы успокоить сотрудника. — О… тогда, полагаю, Вэй Усянь сможет вас проводить, его смена уже почти закончилась. — Конечно, я без проблем провожу! — оживился Вэй Ин, подходя к Лань Ванцзи ближе и без всякого стеснения хватая его за локоть, чтобы оттащить подальше от перепуганного коллеги. — Ты тут по делам? Слышал, сегодня магазин должен был посетить какой-то важный мрачный тип, даже не удивлен, что это ты, Лань Чжань. Вымахал-то как, а лицо так и осталось скорбной маской, будто тебя с днем рождения забыли поздравить. Постой тут, я сейчас вернусь. Надо переодеться, и пойдем чего-нибудь перекусим, у тебя же есть деньги? Ты только подожди меня, я быстро. Энергичная и напористая манера общения Вэй Ина была знакома Лань Ванцзи, но он, оказывается, совершенно отвык от этого кипучего жизнелюбия, поэтому как завороженный пошел за Вэй Ином и, едва осознав, что тот вывел его на улицу, остался один. Свежий воздух в отсутствии приятного аромата омеги немного прочистил голову, и он сообразил позвонить Лань Сичэню, чтобы сообщить о том, что задерживается. — Какие-то проблемы? — обеспокоился тот. — Нет. Личные дела. Я поужинаю вне дома, — проинформировал Лань Ванцзи. — Постарайся не напугать его, — после продолжительной паузы отозвался брат, а Лань Ванцзи задумался о том, мог ли тот знать что-то о его интересе к Вэй Ину. Лань Ванцзи был почти уверен, что нигде не прокололся. Вот только Лань Сичэнь был сильным альфой и родным братом, его запах и аура успокаивали, с ним любой гон проходил относительно безболезненно, подавляемый их кровной связью и контактом с родственной аурой. Именно во время его гона брат мог что-то такое услышать, и Лань Ванцзи не мог быть уверен, что тогда ни разу не позвал Вэй Ина. — А вот и я! — вылетел из магазина Вэй Ин. — Удивлен, что ты не сбежал. — Ты же сказал подождать тебя. — А я и забыл, какой ты послушный, Лань Чжань. Аха-ха-ха! Это твоя самая милая черта. Покормишь меня? Я знаю тут неподалеку отличное местечко. Ты на машине? За пару часов общения с Вэй Ином Лань Ванцзи вспомнил, как же часто тот его касался. В детстве это не казалось чем-то особенным, хотя и тогда, и в двадцать девять тот делал это чаще кого бы то ни было. Даже брат не нарушал его личное пространство так бесцеремонно. Вэй Ин хватал его за локоть или запястье на каждой своей фразе, будто обращая внимание на важность того, что говорил, дергал его за рукав, чтобы что-то показать, тянул за руку, куда ему только взбредало в голову. Впрочем, таким Вэй Ина Лань Ванцзи и запомнил: полным живого любопытства и готовым каждое мгновение сорваться с места. Вэй Ин без умолку болтал о том, что он ушел из дома, что живет один и работает продавцом, хотя учился на инженера-конструктора в области судостроения. Клан Цзян занимался судостроением и международными морскими перевозками, и выбор профессии Вэй Ина свидетельствовал о том, что дальнейшую жизнь тот планировал связать с компанией принявшего его клана. Вот только что-то явно пошло не так, но вдаваться в подробности Вэй Ин не стал. — А ты как поживаешь? Клан не подобрал еще тебе подходящую невесту, Лань Чжань? — спросил Вэй Ин, не глядя на него. — Правила клана запрещают договорные браки, — заученно ответил он. — Да ну? — резко развернувшись, вытаращился на него Вэй Ин. — Так это я еще не все ваши правила знаю?! Сколько их там? Стар… твой дядя вроде говорил, что три тысячи? — Уже четыре. — Шутишь?! И ты все их знаешь? — Да. — Я недооценил твое прилежание в учебе. Так… Что, неужели, ты никого не осчастливил собой, Лань Чжань? — Нет, — просто сказал он, но ему так хотелось напомнить Вэй Ину, что когда-то тот назвал его «слишком холодным» и еще сказал, что из-за этого у него никогда не будет омеги. Впрочем, дело было вовсе не в его «холодности». Первой причиной были правила клана Лань, предписывающие вступать в брак только по любви, а беспорядочные связи вообще были запрещены, что подразумевало, что члены клана могли иметь отношения только с одним партнером за всю жизнь — очень трудновыполнимое, надо сказать, для большинства требование. Вторая причина проистекала из первой; сегодня Лань Ванцзи убедился в том, что его истинным является Вэй Ин, у которого уже был альфа… Существовало еще с десяток правил клана, запрещавших путаться с чужими мужьями, женами, омегами, альфами, бетами, женщинами, любовниками друзей. Вэй Ин оказался именно таким — «чужим», не его, не омегой Лань Ванцзи. Сердце болезненно кольнуло, но изменить ничего уже было нельзя. Вновь пришла мысль, что с дядей, возможно, было так же — он тоже опоздал предъявить права на своего истинного. — Когда встретимся в следующий раз? — спросил Вэй Ин, стоило Лань Ванцзи припарковаться у шестнадцатиэтажного здания, в котором бывший одноклассник снимал квартиру. Вопрос оказался неожиданно очень сложным. По-хорошему, Лань Ванцзи должен был оборвать их общение, все контакты и не видеться больше с Вэй Ином. — Давай в следующую субботу? Сводишь меня куда-нибудь, а то я совсем без денег и даже толком сходить никуда не могу. Дай-ка свой телефон! — Вэй Ин быстро забил свой номер в его телефон и позвонил на него. — Вот! Позже пришлю сообщение с местом и временем встречи. Даже после того, как Вэй Ин ушел, Лань Ванцзи еще долго сидел, не в силах заставить себя уехать. В салоне витал запах омеги. Тянущее чувство потери, как после снов с участием Вэй Ина и проведенного в полубреду гона, разлилось внутри неприятной тяжестью.

* * *

Как и следовало ожидать, Лань Сичэнь заподозрил неладное, как только увидел его. Брат специально с книгой ждал его в гостиной, через которую нужно было пройти, чтобы подняться на второй этаж, где располагались спальни. — Что случилось? — нахмурился Лань Сичэнь. — У него есть альфа, — Лань Ванцзи не видел смысла скрывать. — Ох!.. Ты?.. — Ничего не изменилось. Говорить об этом не имело никакого смысла. Разумеется, Лань Ванцзи не стал подавлять омегу своей аурой, чтобы увести у неизвестного альфы своего истинного, даже не дал возможности Вэй Ину почувствовать в нем пару. Во-первых, потому, что этого требовали правила клана. Во-вторых, потому, что поступить так со всегда улыбающимся, неунывающим Вэй Ином было бы нечестно: тот должен был сам выбирать, с кем ему быть и кого любить. Каково это будет для него самого, Лань Ванцзи старался не думать. Он едва заставил себя уехать от дома Вэй Ина. Еще никогда в жизни ему не было так трудно поступать в соответствии с правилами клана — правильно. Впрочем, поступить совсем правильно он все равно не смог. Лань Ванцзи уже понимал, что в субботу он придет к Вэй Ину, куда тот скажет. — Что же, ты знаешь, что всегда можешь положиться на меня, брат, — тяжелая ладонь Лань Сичэня легла на его плечо, и от соприкосновения с родной аурой Лань Ванцзи стало чуть легче. — Да, — просто ответил он, принимая молчаливую поддержку брата. Впервые Лань Ванцзи всерьез опасался не справиться в одиночку.