Путь к мечте

      Всю дорогу Августа не могла прийти в себя. Девушка злилась на всех: на отца, на похитителей, на себя. « Я сама заварила всю эту кашу. Только я её и съем, — тихо бубнила королева. — Я ведь хотела сорвать свадьбу. Отлично! Всё так и вышло! Браво, Августа, браво!» Тут она не выдержала и начала плакать и смеяться одновременно. «Когда ж она замолчит», — подумал кучер. — «Надоела, хорошо, что мы уже за пределами столицы. Иначе, нас бы точно поймали».       Августа пыталась успокоиться, но паника не отступала. « Что со мной будет? Что им от меня нужно? Деньги, что-то от папы? Та-а-а-ак, мне надо успокоиться, папа наверняка уже ищет меня, а вся столица на ушах», — думала девушка, а спокойствие всё не приходило, и королева снова расплакалась.       Тем временем карета выехала на плохую дорогу; такая дорога обычно вела в какую-либо глушь. Повозку сильно трясло. Кучер ругался неприличными словами на козлах, а Августа под влиянием тряски и эмоций начала потихоньку засыпать.       

***

      В замке царила суматоха. Все гости ждали карету с королевой, но когда она долго не появлялась, начали беспокоиться. Старый король же, наоборот, был доволен. «Значит, мои шпионы оказались правы, и её похитили. Что ж, одной помехой меньше. Теперь ничего мне не помешает посадить своего протеже на трон, — думал старый король Фердинанд. — В конце концов последователи Дианы довольно предсказуемы и глупы, не поняли, что я обвожу их вокруг пальца»       Насколько был спокоен король, настолько взволнован был Густав. Конечно, отец невесты предупреждал его о возможных неурядицах, но дворецкий не верил в это. Он даже начал грызть ногти от волнения. « Где она? Её Величество же говорила, что всё сделает как надо. Боже мой, пусть это задержка будет из-за сломанной кареты», — думал он, переминаясь с ноги на ногу.       — Папа, где королева? — спросил один юноша Густава.       — Не знаю, Анри, уже должна быть тут. Я переживаю, ведь за срыв свадьбы влетит всем, и ей и мне. Что делать? Что делать? — Густав всё больше паниковал.       — Во-первых, не паниковать. Во-вторых, может с ней что-то случилось. Например, поскользнулась, упала и не может идти.       — Точно! Как я сам об этом не додумался, — Густаву тяжело было играть удивление на публику, когда, по-видимому, его худшие опасения подтверждались. — Ты стой тут, а я пойду, разузнаю, что же там происходит, — решил Густав и начал пробираться сквозь толпу.       Он решил сразу пойти к тому месту, где должна была остановиться карета, но на его удивление там никого не было, только бумажка. Королевский помощник поднял её, с волнением развернул и расправил и с ужасом прочитал:       

Старый Фердинанд, вот теперь тебе придётся ответить за всё, что ты сделал. Все муки, которые мы терпели по твоей вине, вернутся к тебе. Твоя дочь погибнет самой страшной смертью, а твоя династия прервётся. Сам виноват, что в своё время избавился от всех возможных наследников и погубил Луизу.

      

P. S. Твоих слуг подкупить очень легко, а если и нет, то легко украсть и подменить своими людьми. Ха-ха-ха-ха.

      

С большой нелюбовью с того света, Д К.

      «Не может быть! — опасения Густава подтвердились. — Шпионы были правы, последователи этой женщины всё же решились... Но кто это писал от её имени? Надо срочно доложить королю».        Король стоял около арки рядом с обеспокоенным женихом и наслаждался паникой. Тут он увидел Густава, пробирающегося к нему. Король понял, что сейчас слуга лишь подтвердит произошедшее. А когда Густав показал ему записку то улыбку ему стало всё труднее скрывать…       

***

      Тем временем карета со спящей королевой приехала в место назначения. Тут начинался охотничий лес. По преданию, отсюда никто не уходил без добычи, а звери тут плодились быстрее обычного. На краю же леса стояла скромная деревянная усадьба. Она казалась очень крепкой и монументальной, однако обшарпанные стены, покрытые мхом, выдавали старость и ветхость строения. Тут кучера уже ждали два человека.       — Ну что, она там? — спросили его один из них.       — Да, — отвел кучер, — Всё оказалось даже проще. Чем мы думали. Они даже погоню не послали.       — Отлично, а она что, — спросил второй, кивком указывая на карету.       — Вначале ревела, будто думала, что слёзы меня разжалобят, а потом замолчала.       — Отлично берём её и ведём в подвал дома, а там, куда уж скажет господин Орловский. Пф-ф-ф, ну и псевдоним он себе выбрал.       Мужчины открыли дверцу кареты и увидели спящую королеву. Один из них зашёл внутрь и взял Августу на руки.       — Ха, а ведь и правда, взяли без сопротивления, — с издевкой заметил он и все громко заржали.       — Они во дворце там все тупые, — заметил кучер. — Они даже погоню не выслали, — после этих слов мужчины опять заржали.       От этих громких звуков королева начла пробуждаться. Спросонья она не понимала, что происходит, но, когда дрёма прошла, девушка поняла, что происходит.       — Отпустите меня! — завизжала королева и попыталась спрыгнуть с рук незнакомца.        — Куда это ты собралась? — Сказал мужчина и закрыл ей рок рукой. Тогда Августа начала вырываться и укусила его ладонь.       — Паршивка, — лишь успел сказать он, как девушка ударила его ногой в пах и спрыгнула с рук.       — Ай, Ох, — завопил мужчина и начал непристойно выражаться. — Что вы стоите, остолопы?! Ловите её, пока она не сбежала.       Кучер и второй человек погнались за девушкой. Несмотря на то, что у неё были каблуки, девушка довольно быстро бежала. Мужчины, бранясь про себя, лишь немного отставали от девушки. Но тут кучер наступил на шлейф её платья так, что оно немного спало с плеч бедной Августы. Но королева, сама запутавшаяся в ткани и от рывка, тоже наступила на платье и, не удержав равновесия упала.       — Попалась, «птичка», — с торжеством в голосе произнёс кучер и закинул её к себе на плечо, как мешок картошки, понёс к усадьбе.       Августа колотила его кулаками по спине и била ногами по телу кучера. Ему это надоело, и он взял королеву крепко за ноги, не давая ей бить себя.       — Дура, когда же ты прекратишь? Это же бессмысленно.       — Отпустите меня, пожалуйста. Я вам дам что хотите: деньги, усадьбы, дворцы. Отпустите меня, пожалуйста, — плача, умоляла девушка.       — Стефан, — обратился кучер к первому мужчине, — одень ей мешок на голову, а то она меня уже бесит.       — Может сразу придушить?       — Ты что, совсем одурел? Нам велено доставить её живой. Живо-о-ой. — ответил ему второй мужчина. — Если она сдохнет, то нам головы пообрубают.       — Но так она увидит, куда мы её ведём.       — Точно. Хотя… — Тут второй мужчина достал верёвку и связал протестующей девушке руки.       — Твари, зачем вам это нужно? — со злобой сказала королева.       — Закрыла свой рот, — грубо сказал он и сильно ударил девушку по щеке. Затем мужчина оторвал два куска ткани с её платья и завязал ей глаза и рот.       — Выглядит аппетитно, — облизнулся первый мужчина. — Может нам стоит наказать её за плохое поведение?       — Ты дурак? Нам сказали доставить её чистой и непорочной, — растягиивая последнее слово, гневно заметил второй.       — Ну, я согласен с вами двумя, — сказал кучер и продолжил: — мы должны её наказать за плохое поведение. Но сделаем это так, что никто не заметит, — сказал он и ударил девушку та, что она закричала, благо повязка заглушила крик…       

***

      Августа очнулась уже в каком-то подземелье. Каменный пол, каменные стены — всё вокруг было таким холодным и мрачным. Посмотрев в другую сторону, девушка увидела толстенные прутья её тюрьмы. В левом углу решётки она увидела щель. « Сюда пролезет лишь миска с едой», — подумала девушка и перевела взгляд на факел, который слабо горел, освещая лишь небольшое пространство вокруг себя. Но даже этого света хватило, чтобы королева увидела синяки на её руках. Тут воспоминания навалились на неё комом, отчего ей стало дурно.        Всё началось после того как ей завязали глаза. Девушка сильно испугалась, пыталась сопротивляться, но её руки были связаны, а ноги крепко держали. Когда мужчины заговорили о наказании, Августе стало не до шуток. А после шлепка тем более. Мужчины избивали её своими ремнями, а потом кучер достал свой кнут и стал хлестать девушку от души так, что она потеряла сознание, а очнулась уже в камере.       Августа плакала, как вдруг услышала шаги.       — Слезами горю не поможешь, — раздался хриплый голос. — Лучшее, что ты можешь сейчас делать — это уповать на чудо и то, что твоя родственная душа спасёт тебя.       Тут говоривший подошёл поближе, и Августа во мраке увидела его фигуру. Мужчина в плаще и надетом капюшоне выглядел устрашающе.       — К-к-кто в-в-вы т-т-такой? — Дрожа, спросила девушка.       — Ты так сильно хочешь узнать? — Неестественно хрипя, но издеваясь, спросил незнакомец. — Это будет неважно, ведь завтра на рассвете с тобой расправятся самым страшным образом, ха-ха-ха. Смех человека словно был наигран, словно происходящее доставляло ему дискомфорт.       — Зачем вам это нужно?       — Не строй из себя дурочку, ведь ты поощряла всё то, что делали твои люди. Все эти убийства, расправы над невинными людьми. Они давно жаждали возмездия, а ты… Ты отдавала эти приказы.       — Что? — не понимая, произнесла королева.       — Не притворяйся! Тебе нет прощенья! — Хрипя и брызжа слюной, завопил мужчина, подойдя ближе к решётке.       — Да никакие приказы я не отдавала! Я вообще не понимаю о чём вы говорите! — Глаза девушки застелила белая пелена от таких слов. Августа резко встала и, подбежав к прутьям, сорвала с мужчины плащ, чтобы увидеть лицо наглеца.       — Герцог Орловский?! — от удивления девушка оступилась, ведь она думала, что похититель — это какой-то мужчина, а не молодой герцог, которого она знала, как человека светского и не верила, что он мог так поступить. Смятение отразилось на её лице. Она ошарашенно села на пол. В её голове крутился рой мыслей: «Он… Как… Почему…»       — Проклятье, — ругнулся юноша. Было видно, что он растерялся       — Вы один из похитителей, да? — спросила Августа. — Чего вы этим похищением добьётесь? — с вызовом произнесла королева, однако правда в её голове была неумолима. — Всем всё равно будет плевать, — последние слова девушка произнесла грустно, даже не обращаясь к Герцогу. До неё начало доходить, что отец явно что-то скрывал от неё, а происходящее это расплата за его грехи. Всё что она делала в роли королевы это занималась вопросами культуры, образования и лишь немного вопросами дипломатии. Вполне возможно, что старый король что-то и провернул у неё за спиной.       Тем временем полностью растерянный юноша не знал, что и сказать. « Если она так говорит, то смысл нам её убивать. А вдруг она пытается надавить мне на жалость. Так, пока следую плану, затем расскажу всё отцу» — решил Герцог и, собрав все свои силы, произнёс:       — Мне плевать, кому ты нужна, а кому нет. У тебя осталось время до заката, тогда я приду к тебе и оглашу твоё наказание. Так что молись, чтобы твой женишок успел к этому времени.       — А он и успеет! Он моя родственная душа! Тебе никогда этого не понять, чёрствый кусок хлеба! — Августа понимала, что возможно ничего и не будет, но что-то не давало ей разочароваться до конца.       — Я никогда и не пойму, — Тут он показал свою левую руку. — Она пустая.       — Но... — Августа запнулась, — У всех есть имена.       — А вот есть такие как я, бракованные.       Тут Августа замерла от удивления, а потом ей почему-то стало грустно. Ей было жалко юношу. Девушка поникла и отвернулась от него.       — Никто не придёт за мной, — Юноша обернулся на этих словах, но девушка не заметила этого. — Если хоть кому-то было до меня дело, то они бы сразу пустили погоню и настигли карету ещё на опушке леса.       

***

      Когда юноша покинул тюрьму, он сказал сам себе, идя в свои покои:       — Я обманул её, у меня же есть имя, стоило лишь показать другую руку, а она и не заметила. Почему у меня в душе столько сомнений, зачем вообще всё это. Почему отец считает, что я смогу воплотить план матери. Может, — он задумался, — может у меня не хватит духа.       Тогда Герцог решил сходить к своему отцу за советом.       — Отец, — сказал он, заходя в его кабинет. — Ты не занят?       — Нет, не занят. Ну что, проверил пленницу?       — В том то и дело, что да, — понижая тон и слегка запинаясь, сказал юноша.       — Что такое? Говори, — приказным тоном потребовал Старый герцог.       — Мне кажется… Эм, Ну-у-у.       — Хватит мямлить, Что случилось? — Старый герцог выходил из себя       — Я не смогу её убить, — выпалил юноша.       — Почему же? — Спросил его отец, хотя в душе он был зол на сына за такие слова.       — Ну… Ну… Я просто не могу, и всё тут. Мне кажется, что это неправильно, что нас кто-то обманывает. За ней даже погоню не выслали. — парень пытался найти хоть какую-то отговорку.       — То есть, тебе всё равно на наши планы, на наши дела, да? — Гневно говорил Старый герцог.       — Я… Нет…       — Замолчи, — гневно сказал ему отец и, почти крича, выпалил: — Твоя мать костьми полегла за это дело! Она делала это ради тебя, понимаешь. Королевская семья не жалует нашу, тебя хотели убить только потому, что ты её сын, сын Дианы Кентербелльской, мятежницы. Ей пришлось подложить чужого младенца в колыбель... — тут мужчина осёкся.       — Я знаю, что моя мать хотела избавится от тирании Фердинанда, но ты никогда не упоминал о чужом младенце.       — Ох, — выдохнул мужчина, — когда нашу усадьбу окружили королевские воины, она забрала сына служанки, положила его в твою колыбель, а тебя отдала мне и я унёс тебя. А она... она не успела сбежать. Я помню её последние слова, — отец парня собрался с мыслями и произнёс: — «Спрячь сына, на тебя этот ублюдок не злится. Вырасти его и пусть он прикончит их жалкую династию, обязательно своими руками, прошу»       — Это было последнее желание моей матери?       — Да, твоя мать — великий человек. Ослушаться её последнего желания, всё равно, что ослушаться высших сил. Иди к себе, подумай над моими словами.       Подавленный юноша вышел из комнаты отца и направился к себе, по пути размышляя: « Почему он не может убить эту королеву? Почему? Для него это не сложно. Я столько раз помогал отцу и другим мятежникам в небольших налётах, мне приходилось убивать. Хм, если это просто, то почему я не могу? Что меня удерживает. Мне же ничего не будет. Пострадает лишь она и её жених. Ох, эти правила родственных душ: если один пострадает, то пострадает и другой. Если царапина у одного — у другого тоже. А если убить одного, б-р-р-р-р, у другого появится чувство пустоты в душе, Как у моего отца…. А вдруг и мне что-то будет?» Юноша сильно расстроился, а ведь ему ещё над наказанием думать. Отец просил ужасное и мучительное. «Она же слабая девушка, зачем её мучать. Мой отец, по сути, поступает с ней так же, как когда-то король с его первой женой, родственной душой. Нет, так нельзя» Тут Герцог задумался — «Как там её зовут? Позор, не знать имя своей же королевы, а никто его при мне даже не упоминал. А вдруг, от меня это скрывали, потому что.... — он взглянул на руку с именем, — Странно это всё, надо проверить». Герцог впервые задумался над этим. Почему от него скрывали имя собственной королевы? Почему убить должен именно он? Смутные догадки начали терзать его голову.       

***

      Августа сидела в своей камере и гадала, какое наказание её похититель придумает. Она понимала, что до конца следующего дня ей не дожить. «Лишь бы я умерла сразу, а не мучилась. Попала я конечно. Лучше бы свадьба состоялась. Мужа чуть что и отравить можно, и если он моя родственная душа, то и мне больно не будет. В памяти всплыли слова Густава во время чтения сказок на ночь: « Ха, Ваше высочество, злой волшебник не потерял частичку себя, ведь он был её родственной душой. Если ты сам погружаешь свою родственную душу в вечный сон, то в душе не будет пустоты»       — Да лучше бы я всё-таки вышла замуж за этого Данте! — от отчаяния девушка крикнула это вслух.       — Серьёзно?! Ты бы лучше вышла замуж? — услышала она чей-то приятный голос.       — Кто здесь! Это ты, Орловский?       — Нет, я всего лишь его друг, — тут к клетке подошёл человек в плаще с капюшоном. — Лучше бы ты за него замуж не выходила. Только что пришла весть из дворца. По тебе объявлен траур. Сказали, что ты утонула в озере, пока ехала к нему. Король сказал, что раз твой «муж» теперь твой муж, то он станет королём-вдовцом.       — Ты врёшь, он придёт за мной, он моя родственная душа. — Но на самом деле девушка не удивилась такому исходу.       — Твоё дело, верить мне или нет. Мне всего лишь не нравится то, что Орлеанские делают, поэтому я хочу помочь тебе.       Тут незнакомец достал ключи и отпер клетку Августы.       — Но… Ты сказал Орлеанские.       — Соврали, чтобы в случае преследованияна них не подумали.       — Орлеанские, значит и отец и сын?       — Ты хочешь на волю? — спросил незнакомец.       — Конечно, хочу, — сказала девушка.       — Тогда не задавай вопросов и слушай внимательно. Беги отсюда как можно дальше, но не объявляйся сразу, выжди время. Ведь тебя похитили, потому что ты единственный наследник престола. Не будет тебя, мятежники легко захватят трон. Тебе нужны дети, наследники. Хотя, это уже твои заботы. Я прикрою тебя. До заката следующего дня тебя точно не хватятся.       — Спасибо большое, огромное- преогромное, — сказала девушка и поцеловала его в щёку.       Тут её запястье стало сиять золотым цветом. Она посмотрела на него. Имя её родственной души из чёрного стало золотым. Девушка перевела удивлённый взгляд на незнакомца. Он тоже завороженно смотрел на свою руку.       — Не может быть, — тихо вымолвила девушка. — Я не понимаю.       — Я тоже, — вторил ей незнакомец. — Как такое возможно?       Тут он показал ей свою руку, и девушка увидела на ней своё имя. Так они стояли минут двадцать, просто смотря на руки друг друга. Но тут «Незнакомец» ей сказал:       — Всё-таки тебе нужно бежать. Я ещё с тобой увижусь, я это чувствую.       — Я на это надеюсь.       Молодой человек вывел её к чёрному входу, и Августа скрылась в ночи.       «Всё будет хорошо», — думал Герцог Орлеанский, когда девушка убежала. — «Теперь я понимаю, головоломка разгадана. Отец и мать хотели этого, ведь тогда бы у меня не было пустоты в душе, и тогда я бы не догадался, что она моя родственная душа… Кстати, надо будет ему придумать версию, как она сбежала. Надо же, как я мог не знать её имени, оно же такое красивое — Августа…»