Kill me baby one more time!

      — Это просто потрясающе! Правда. Особенно эта, я как мифическое существо смотрюсь, полубог! — Дориан, лёжа на животе, болтал ногами в воздухе и разглядывал в планшете свои фотографии. Особенно пристально парень изучал одну, где он с голым торсом и закинутыми над головой руками. Влад наблюдал за его восторгом из своего угла кровати, удобно откинувшись на спинку и попивая вино, которое нашёл на столике у камина.       — Ну что, не обманул я тебя, когда говорил, что я хороший фотограф? — парень обернулся на него через плечо и прищурился.       — А ты такого не говорил. Я помню.       Влад улыбнулся, вскидывая бровь, и сделал ещё один глоток из бокала. Вообще он хотел потом сразу показать распечатанные, большие фото, в идеале даже в рамках, но секс уже закончился, а у него остался ещё час. В первый раз он сглупил, умотав раньше, поэтому сегодня он собирался сидеть до победного. Сначала решили просто поболтать. Дориан очень удивился, видимо, нечасто клиенты разводят его на трёп ни о чём. Сначала о книгах, потом о музыке, следом Дориан вспомнил, что Влад обещал показать фото, и тот достал планшет. И уже десять минут Дориан придирчиво изучал фотографии, приближая едва не до пикселей. То ли ему так необходимо выглядеть идеально, безупречно и так далее, то ли он хотел увидеть что-то определённое. В любом случае, у Влада появилась шикарная возможность порассматривать его ноги и задницу. Хотелось увидеть какие-то человеческие изъяны, родинки, может, шрамики. Но Дориан действительно оказался Дорианом, ни единой отметины на коже, даже немного жаль. Соколовский отставил бокал, придвинулся к нему и провёл раскрытой рукой по лодыжке. Потом слегка пощекотал ступню, отчего парень поджал пальцы и вздрогнул.       — Я постараюсь посреди недели ещё приехать.       — Смотри, просадишь всё своё состояние на дорогую проститутку и будешь потом локти кусать, — Дориан отложил планшет и по-детски погрозил ему пальцем, хитро улыбаясь. На что Влад покачал головой и привлёк его к себе, сажая на колени.       — Не переживай, как потрачу, так и заработаю. Я не нахлебник, я работаю.       — Знаю. Тогда я буду ждать.       Дориан прикрыл глаза и как-то совсем наивно обнял Влада за плечи, утыкаясь носом ему в шею. Ну и вот как можно не приехать ещё раз? Даже если это такой мастерский развод для привлечения клиентов. На это нереально не повестись, настолько трогательно, искренне. Влад обнял в ответ и улыбнулся, глядя куда-то в окно. За ним ветки заснеженного дерева легонько покачивались на ветерке. Дориан вздохнул и отстранился. Протянул Владу планшет обратно с кокетливой смущённой улыбкой.       Абсолютно серый ноябрьский день казался пустым и унылым. Уже второй день валит мокрый снег. Ехать в универ не хотелось, поэтому Влад решил бездарно прогулять. Мягкая постель была сейчас куда лучше скучных пар. Он даже Даниле не позвонил и не предупредил, что не приедет. Завтра у него свидание с Дорианом, к которому за прошедший месяц уже чуть ли не ежедневных визитов он успел сильно привязаться, но почему-то сегодня настроение было гадкое. Чувство отвращения ко всему миру, какая-то даже гадливость, и полный пофигизм. Причём никаких поводов для подобного не было, вчера он замечательно сходил с Даней в кино на крутейший фантастический фильм и наелся бургеров с молочным коктейлем в «KFC». Но проснулся он разбитым, как корыто из сказки. Тусклый свет через оконное стекло пробивался в комнату и падал на одеяло. Изредка он прерывался полупрозрачными тенями от стекающих капель. Влад, наверное, мог бы весь день просидеть вот так на кровати, подложив под спину подушку и рассматривая одеяло, настолько это подошло под настроение. Но он всё же оторвался от разглядывания ткани и обернулся к своей аллее славы. Лучшие его фотографии, почётное место в ней занимало фото Дориана с закинутыми над головой руками в красивом строгом паспарту. Самое прекрасное из всей той фотосессии. Остальные, конечно, были не хуже, но всё же именно это показалось Владу особенно великолепным. Дориану оно тоже больше всех понравилось. Вот если бы его привезти сюда, в эту квартиру, показать остальные работы, познакомить с Пеплом. Кот словно почувствовал, что хозяин думает о нём, широко разинул пасть, зевнул, встал и подошёл по одеялу к Владу поближе. Соколовский хмыкнул, притянул его к себе на колени, погладил по голове и начал чесать живот. Ещё с мелких лет Пепел любил, когда ему так делают.       У Данила тоже был кот, год назад он куда-то пропал и не нашёлся. Мама Дани звала его Кузей, Данил — Пепячником, а Влад — Лютиком. Естественно, от слова "лютый", а не в честь безобидного цветка. Противный и своенравный кот не давал себя гладить, а привыкший к своему почти плюшевому Пеплу Влад всё время тянул к нему руки, по которым тут же получал. Нащупав под шерстью на боку у кота хирургический шрам, Влад вздохнул и решил, что точно никуда не поедет сегодня. Вспомнился день, когда он нашёл Пепла; тоже был ноябрь и мокрый снег. Котёнка сбила машина, и Влад, забив на встречу с друзьями, на которую только что спешил, повёз его к ветеринару. Там оказалось, что нужна довольно дорогая для животного операция из-за повреждений внутренних органов. Так у него и появился Пепел. Уже слишком много раз подряд ноябрь приносил ему сюрпризы, ужасные и прекрасные, вразброс. Каждый такой день начинался точно так же, словно жизнь делала виток, и всё дальше пойдёт по-новому. Хотелось бы в это верить, а то уже начинало наскучивать наступившее затишье.       Звонок Данила вырвал его из почти транса. Влад прошипел ругательство сквозь зубы, но трубку всё же взял. Данила такой, что может и в гости наведаться, если заподозрит, что на Влада тут упал шифоньер или он убился через Пепла. Поэтому, выждав несколько предположительных гудков, он нажал на приём и приложил трубку к уху.       — Да?       — (Ты там живой или как? Куда пропал?)       — Я лежу и умираю… — Влад погладил уснувшего кота и уставился в потолок. В универ он не поедет ни за какие коврижки, захотелось попробовать нарушить эту петлю событий и посмотреть, что будет.       — (Сразу бы и сказал, что решил поваляться сегодня в постели вместо пар, я ж не враг, понимаю. Тоже не хотелось. Но пришлось победить себя, у мамы выходной, она бы меня довела за день. И у меня для тебя не совсем хорошие новости.)       — Что там такое успело случиться, пока я целых два часа не поприсутствовал? Только не говори, что Драконовна будет у нас что-то ещё вести.       — (Нет, это вообще не про неё. Нужно срочно сдать курсач научным руководителям, чтобы они отчитались, на какой стадии проект.)       — Су-ука, — Влад резко сел и закрыл глаза рукой.       — (Что, у тебя не готово ничего?)       — Нет, мой научрук сегодня ничего не ведёт… Павел Дмитриевич же сегодня не стоит в расписании?       — (Сочувствую. Может, после обеда приедет. У меня его номер есть, хочешь, позвоню?)       — Да у меня самого есть, — Влад спихнул даже не проснувшегося Пепла с коленей и встал, чтобы размяться. А то вдруг прямо сейчас придётся куда-то ехать. — У них сегодня отчёт, или когда?       — (Да нет, сегодня только нам сдать нужно, они потом будут готовиться ещё.)       — Ладно… Блин, так не хотел никуда ехать, а придётся.       — (Не унывай, друг мой, хорошо, что с утра предупредили, а не в шесть вечера, как обычно, было бы ещё веселее.)       — Спасибо, что позвонил, я тебе должен шоколадку.       — (Да ладно, это мой долг, помогать тебе. Ты же мне помогаешь.)       Влад улыбнулся на последнюю реплику и отключился. Вот что за судьба, насильно из дома в такую погоду вытаскивает. Интересно ещё, в городе ли Дритмич, а то он такой мужик, что может умотать на рыбалку до самой ночи, если выдаётся денёк. Поджав губы, Влад полез в телефонную книгу в мобильнике, чтобы найти номер Павла Дмитриевича. Тот сначала не брал, потом, когда всё же взял, выяснилось, что он действительно на рыбалке и до пяти вечера не может уехать, кого-то там подвозит. Для руководителя то, что ему нужно взять наброски курсовой у Влада, стало новостью, и он пообещал, как приедет к себе домой, сразу же позвонить парню, чтобы тот ехал к нему. Живёт Дритмич недалеко, всего четыре квартала, так что это не большая потеря. А к этому времени Влад решил не терять ни минуты и, сварив себе кофе, засел за эту самую курсовую, чтобы вместе с набросками для отчёта сдать ему сразу черновик первой главы. Пусть дядька себе на выходных чем-нибудь время забьёт.       К вечеру настроение всё же немного приподнялось, не сильно, но достаточно, чтобы можно было бы себя заставить всё же одеться и куда-то пойти. Положив в сумку-планшет флешку с курсовой и ноутбук, Влад кинул в раковину печёнку и куриные потроха для Пепла, размораживаться, погладил кота и вышел из квартиры. Ехать ему недалеко, но в такую погоду нужно быть самим вниманием. Самое гадкое время, вечер пятницы в ноябре. Сколько уже проблем принесло ему это сочетание даты и погоды. Сев в машину, он кинул сумку на соседнее сиденье и, заведя мотор, снова набрал номер Павла Дмитриевича. После нескольких гудков трубку всё же взяли.       — (Да, Влад, ты уже ко мне едешь?)       — Я только в машину сел, ещё минут двадцать — и буду у вас.       — (Хорошо, встанешь около подъезда и звони, я сам к тебе спущусь.)       — Только флешку не забудьте, пожалуйста.       — (Куда же я денусь.)       Влад хмыкнул в ответ на последнюю реплику и отключил телефон. Павел Дмитриевич, преподаватель макроэкономики, был близок к студентам, любил пошутить, понудить, пожаловаться, ругнуть деканат, и молодые люди всегда шли на его пары со спокойной душой, он понимал и прощал всех. Да, на контрольных и зачётах он драл нещадно, но это нисколько не умаляло народную любовь. Плюс в таком почтенном возрасте хрупенький старичок с модной стрижкой и в не менее модном прикиде смотрелся очень интересно. Своё же странное прозвище он получил за огромную любовь, как только происходила какая-то, по его мнению, фигня, говорить «дритатушечки-та-та». В общем, Влад был рад, что Павел Дмитриевич взял его и не отказался. Выведя машину с парковки, он включил тихонько радио на волну радио Семь и поехал по оживлённой улице. Навигатор пробок на его пути не показал, не особенно популярен этот маршрут, видимо, поэтому Соколовский ехал спокойно, откинувшись на спинку сиденья. Дворники работали не очень, оставляя на лобовом стекле разводы от мокрых ошмётков, летящих с неба. Стоя на последнем перед двором Дритмича светофоре, Влад успел скинуть преподавателю маячок и сидел, следя глазами за шагающим человечком на светофоре. Наконец загорелся зелёный, и он тронул машину. Нужно бы ещё успеть домой вернуться до того, как мясо в раковине разморозится, и Пепел, учуяв его, залезет прямо туда пожрать. Дритмича Соколовский увидел, ещё только свернув к нему во двор, преподаватель стоял у подъездной двери под козырьком и, увидев, как Влад мигнул ему поворотниками, бодро побежал прямо по лужам к машине. Заскочил на соседнее сиденье и откинул капюшон толстовки.       — Тебе во сколько сообщили эту потрясающую новость?       — Я не был сегодня в универе, мне Даня примерно в половине одиннадцатого позвонил, — Дмитриевич, надев на нос смешные круглые и такие модные очки, открыл крышку протянутого Владом ноутбука и вставил в разъём свою замызганную флешку.       — А почему отсутствовал? Настроения не было? — Влад кивнул и отдал ему свою. Название папки преподаватель и так уже наизусть знает. — У меня тоже особо не задалось с утра, ни одной рыбы не словил, ну хоть с друзьями пообщался, — Соколовский опять согласно кивнул и откинулся на сиденье. Он даже мотор глушить не стал, за пять минут распрощаются, и он поедет домой. А там можно будет почитать наконец новую книгу, которую купил на неделе. Дритмич, ещё немного поклацав клавиатурой, вытащил флешки, закрыл ноутбук и отдал его обратно Владу. — Ну что, удачных выходных, а я пошёл писать непонятный отчёт о проделанной работе.       — Удачи вам.       Влад улыбнулся, пожав протянутую руку и, проследив за уходящим к подъезду мужчиной, начал выруливать со двора. Закончив сложные манёвры, он снова включил радио и подавил зевок. Лениво-скучный день выдался, на удивление бесполезный. Считать курсовую реально полезным делом он не хотел. Гораздо важнее не эта бесконечная теория, а практика. Свернув на светофоре в переулок, чтобы срезать немного дорогу, он уже хотел прибавить скорость, хоть немного, как прямо перед машиной из-за снежной каши возник человек. Он прямо бросился к нему под колёса. Влад резко нажал на педаль тормоза, утапливая её в пол, почувствовал удар и замер, увидев, как человек падает. Сбил… Он только что кого-то сбил! Стараясь не запаниковать, Влад включил аварийку, надеясь, что никто за ним не стоит, и кинулся из салона под мокрый почти уже дождь к тому, кто полулежал к холодной жиже прямо перед его автомобилем. Он присел на корточки, протягивая руку.       — С вами всё в порядке? Простите, я не видел вас, я… — сидящий поднял голову, и Влад осёкся. Это что, шутка такая? — Дориан?!       — Влад, — парень криво улыбнулся, но потом замер, вздрогнул и резко обернулся к подъезду одного из дворов, словно что-то увидел, и кинулся к Владу на шею. — Спаси, умоляю, пожалуйста, забери меня отсюда! Всё, что хочешь, сделаю, только забери!       Последнее слово он почти просипел, словно от ужаса отнялся голос, и Влад, кинув взгляд на ту подворотню, куда только что с таким ужасом смотрел Дориан, поволок его к дверце на заднее сиденье. Усадил на пол, чтобы не было видно, а сам, сев за руль и выключив аварийку, неспешно тронулся с места. В салоне было тише, чем на улице, где шелестел поток воды по дороге и мокрый снег, было слышно звуки моторов. А здесь парень ясно разбирал, как Дориан дышит. Отрывисто, захлёбываясь, словно его накрывает настоящая паника. Соколовский и сам шумно сглотнул, стараясь не думать о том, что могло его так напугать, и заглянул в зеркальце заднего вида. Там из того самого двора вышли двое в куртках с капюшонами. Они о чём-то заговорили, оглядели несколько припаркованных машин и, перейдя дорогу, пошли дальше по тротуару. Влад на секунду прикрыл глаза и сосредоточился на дороге. Похоже, это за Дорианом. Что такое могло произойти, чтобы за одним хрупким парнем двоих крепких мужиков отправили? Дориан громко всхлипнул и почти заполз на сиденье, сворачиваясь в клубок, прижимая колени к груди. Он даже отдалённо не напоминал того, с кем Влад всё это время встречался. Кожа побелела до почти синюшного оттенка, губы и глаза красные, нос разбит, и он то и дело рукавом насквозь мокрой чёрной рубашки вытирает кровь. А взгляд бегает по салону, как у затравленного зверя, парень в панике, это однозначно. А ещё трясётся то ли от холода, то ли от страха. Проехав с десяток метров, Влад встал на светофоре и откинулся на сиденье, чтобы лучше разглядеть Дориана в зеркале.       — Может, ты объяснишь, что произошло? — он только вздрогнул и сильнее сжался. И теперь Влад увидел, что Дориан не просто в одной рубашке и брюках. Он ещё и босиком. Грязные ступни, кое-где уже даже пораненные — видимо, влез в осколки или сбил об решётку слива — вызвали в душе настоящую бурю эмоций. — То есть, ты даже не хочешь рассказать мне, как спасителю, что выгнало тебя под мокрый снег босиком? — Дориан бросил в зеркальце взгляд, от которого Соколовскому стало не по себе. В нём слишком много страха, отчаяния и при этом безразличия. — Ладно, хорошо, опустим эту тему, но куда тебя везти-то? У тебя квартира есть? — Дориан покачал головой, всхлипнул, закрыл рот рукой и зажмурился. — Может, тебя в больницу, или там в твой борд…       — Нет!!! — Влад дёрнулся от громкого истеричного вскрика и едва не пропустил зелёный свет. — Нет, нет, только не туда… Меня найдут… — после громкого крика парень почти зашептал, как сумасшедший, раскачиваясь и обнимая себя за плечи.       — Ладно-ладно, я понял, не туда.       Ну что, Соколовский, хотел показать Дориану свою квартиру? У тебя появился шанс, хоть и не при тех обстоятельствах. Въехав на подземную стоянку, он вышел из машины и открыл дверцу Дориану. Тот бросил на Влада какой-то очень грустный взгляд, полный скорби и слёз, словно приготовился к собственным похоронам, и всё же вылез. Медленно, слегка шатаясь, он отошёл от машины, давая Владу поставить её на сигнализацию, и позволил повести себя к лифту. Даже не сопротивляясь, едва волоча ноги по бетону. Соколовский прикусил губу и, зайдя в лифт и нажав кнопку с номером своего этажа, притянул его к себе. Дориан сначала напрягся, а потом, глубоко вздохнув носом, прижался к нему, обнимая за пояс, дрожа так сильно, что Влад даже услышал, как стучат его зубы. Он едва дождался, когда лифт доедет до его этажа, и, подойдя к своей двери, хотел отстранить Дориана, чтобы открыть створку, но парень вцепился в него и странно вздохнул, словно плачет, и Влад решил, что и так найдёт скважину замка. Потратив на это несколько мгновений, он всё же повернул ключ и зашёл в квартиру. В ней стоял приятный мрак, слышно шуршание из гостиной, Пепел гоняет игрушечную мышку. А ещё чётко чувствовался запах сырости и крови от Дориана. Захлопнув дверь, парень всё же смог оторвать его от себя и, скинув с ног ботинки, повёл всё ещё крупно трясущегося Дориана в ванную. Там Влад сам присел на край большой угловой ванны и включил воду. Кран у него термостатный, так что настраивать не нужно. Дориан так и остался стоять посреди ванной на мягком коврике, пялясь в кафель на стене. Влад подошёл к нему и слегка погладил по плечу, чтобы привлечь внимание. Парень сначала вздрогнул, а потом уже более осмысленным взглядом посмотрел на Влада.       — Залезай в ванну, гель и мочалку я тебе дам. Тебе какую одежду принести?       — Закрытую.       Дориан прошептал это едва слышно и медленно, как во сне, подошёл к ванне. Но раздеваться при Владе он явно не собирался. Решив его не смущать, Соколовский вышел и, закрыв за собой дверь, пошёл в спальню. Закрытую — так закрытую, у него где-то лежала хлопковая водолазка с высоким горлом, вроде должна сойти за таковую. Выудив к ней хлопковые спортивные штаны с начёсом, носки и трусы, он остановился, чувствуя на себе пристальный взгляд, опустил глаза на Пепла, сидящего прямо перед ним и с некоторым непониманием смотрящего на хозяина. Вздохнул, наклонился, чтобы погладить, и пошёл в ванную комнату. Дориан уже сидел в ванне, залезши по самую шею и прикрыв глаза. Услышав тихие шаги, он распахнул веки и с явным облегчением вздохнул, нырнул с головой и передвинулся ближе к бортику.       — Одежду принёс, — Влад положил аккуратную стопочку на тумбочку и, порывшись в ящике, вытащил полотенце, которое берёг для неожиданных гостей с ночёвкой. — Вот полотенце, как закончишь — дальше по коридору, повернёшь направо перед дверью в тупике, там кухня. Ну свет, думаю, увидишь. Сделать тебе поесть или просто горячего чаю?       — Чаю, пожалуйста.       Голос вернулся, уже радует, не сипит и не шепчет, а говорит тем же привычным низким голосом, как обычно. Улыбнувшись ему, Влад вышел и вернулся в спальню, чтобы переодеться. Нацепив на себя домашние штаны с футболкой, он уже по привычке чуть не пошёл в ванную, чтобы кинуть мокрую и грязную одежду, в которой он прижимал к себе Дориана, в стиралку, как замер и кинул её просто на пол у двери. Лучше дать Дориану немного побыть наедине с собой, отойти. А то он каждый раз вздрагивает, бросает испуганные взгляды, словно на месте Влада всё ещё видит того, кто всё это с ним сотворил. Чтобы хастлер-приверженец БДСМ бежал вот так от клиента, там должен быть натуральный зверь. Зайдя на кухню, Влад поставил чайник на плиту и достал пиалу с конфетами. Дориан, может, и не будет, а ему сладости сейчас очень нужны для успокоения нервов. Даже в развязные свои времена Влад в такие переделки не попадал. Можно только поблагодарить Дориана, что тот очень быстро бежал и оторвался на минуту точно. Его машину могут даже не заподозрить. Съев подряд три мармеладные конфеты, Влад сгрёб яркие фантики в кучку и принялся крутить из них бантики, чтобы занять руки. От странной смеси страха и полного безразличия его начало бросать то в жар, то в холод, руки мелко задрожали. Главное — при Дориане не трястись, а то его точно удар хватит от ужаса или накроет банальная истерика. Чайник закипел, не свистя, а издавая звук, похожий на губную гармошку. Влад снял его с плиты и разлил кипяток по двум прозрачным чашкам.       — Влад… — Соколовский вздрогнул и обернулся. Дориан стоял на пороге, уже одетый в данную одежду и с растрёпанными, подсушенными полотенцем волосами. Нездоровая бледность сошла, уступая место яркому румянцу после горячей воды. — Прости, я просто не думал, что это будешь ты. Неловко как-то, второй раз тебе под машину попал...       — Давай лучше не будем, иначе я не удержусь от расспросов подробнее, а ты явно не хочешь рассказывать. Поэтому чай, с конфетами. Сахар сам насыпай, — Влад поставил на стол обе чашки, налил из маленького чайничка заварку и поставил сахарницу. Дориан опустил глаза, но всё же подошёл к столу, сел на стул и даже сахар насыпал. А после уставился невидящим взглядом в чашку. Что он там хотел увидеть, Влад не знал. Но от мыслей об этом, как и Дориана от разглядывания чая, отвлёк Пепел, который громко и требовательно мяукнул. — Сейчас, Пепел, размораживается. Ты ж не будешь лёд есть. Кашу я тоже уже достал. Потерпи.       — У тебя есть кот? Почему Пепел?       — Потому что серый, как пепел с сигарет. Ассоциация. Вроде отзывается, — Влад отодвинул ещё один стул в торце стола, как раз между ними с Дорианом, и похлопал по сиденью, обтянутому дермантином. Коту второго приглашения не потребовалось, он запрыгнул на предложенное место и принялся внимательно разглядывать гостя. Парень в ответ разглядывал его. Спустя несколько секунд Дориан протянул к нему руку, и Пепел сам подставил голову, чтобы его погладили. — Ты ему понравился.       — Просто коты чувствуют, когда человеку херово, и, если этот человек важен, хотят помочь хотя бы своим присутствием. Он не глупый, понимает, что я твой гость, желанный гость.       — Всё может быть, — Влад пожал плечами и встал к гарнитуру, чтобы намешать коту поесть. Закончив с этим делом, он обернулся и обнаружил Пепла уже на коленях у Дориана. Да как ластится, сам голову и шею подставляет. А парень улыбается, весело, искренне. Может, действительно кошак ему таким образом помочь пытается. Если так, то он молодец и однозначно заслужил вкусняшку. Не полезную ему, но горячо любимую. Влад поставил на пол миску с кошачьим ужином, а сам достал из холодильника лимон на блюдце под колпаком. — Будешь лимон?       — Конечно, — Дориан кивнул и, дождавшись, когда Влад кинет ему в чашку тонкую дольку, начал разминать её ложечкой по дну и стенкам. Эта привычка сразу почему-то понравилась Соколовскому, ещё в первый раз, в кафе. Он часто видел, как люди даже не притрагивались к лимону, словно это просто красивое дополнение к чаю, а он старался выжать из дольки всё, что можно. Закончив с этим почти ритуалом, парень выловил лимон ложкой из чая и, положив в рот, съел вместе с кожурой. Тоже интересная особенность. За тем, как Дориан ест, Влад мог наблюдать долго, но сейчас было дело поважнее.       — Слушай, я так понимаю, что к тому, почему я тебя подобрал полуголого посреди улицы в снег, лучше пока не возвращаться, — Дориан отхлебнул чай и взял в руки конфету. Птичье молоко. Пошуршал обёрткой, засунул конфету в глазури за щёку и, немного перемешав указательным пальцем оставшиеся конфеты в пиалке, достал ещё две такие же. Их он просто положил перед собой. Сначала ровно, потом попытался что-то сложить. Видимо, боится и волнуется. — Но мне вот интересно, куда ты сейчас пойдёшь? В свой бордель ты не хочешь, боишься или не можешь. Квартиры своей у тебя вроде нет. Куда ты теперь?       Дориан сначала ничего не ответил, а продолжил смотреть на конфеты. Пепел громко плямкал и мурчал в углу, у своей миски. На стене часы тихого хода еле слышно трещали, волоча секундную стрелку по циферблату. Влад уже хотел ещё раз задать свой вопрос, нервы начали сдавать, как Дориан всё же подал признак жизни. Он громко прерывисто вздохнул, отодвинул от себя чашку и встал. Обошёл стол и остановился перед Владом. Дальше произошло то, от чего Соколовский упал бы, если стоял, а так только приоткрыл рот. Дориан опустился перед ним на колени, положил тёплые ладони ему на ноги и опустил голову. Словно пришёл на казнь и ждёт решения. Однако его слова стали ещё большим потрясением.       — Выкупи меня.       — Что, прости? — Владу показалось, что он ослышался, потому что такое явно не могло быть правдой.       — Выкупи меня у Дениса. Купи как раба, наложника, кого угодно… Просто забери меня оттуда, — Дориан поднял глаза, и у Влада всё перевернулось внутри. Он смотрел с надеждой утопающего, глядящего на проплывающий мимо лайнер. И знающего, что ему не помогут.       — Кхмф… — Влад попытался сказать хоть что-то, но никаких слов просто не нашёл. Вот и что теперь делать? Выбор он делал каждый день, но впервые так остро и так наглядно перед ним вставала картинка последствий. От кого бы тогда ни убегал Дориан, этот кто-то может его достать. А у Дениса это как раз плюнуть, заплатил и забрал. Только вот представить, во сколько может обойтись такое приобретение, как личный раб, Соколовский даже не смог. И не представлял, где можно найти такие деньги. Он не транжира, тратить из наследства ему разрешено только определённую сумму в месяц, которую он всегда бережёт на чёрный день, а зарплаты генерального директора может легко не хватить. На покутить пару раз в неделю хватает, а вот так… На одной чаше весов огромная горища денег на сберегательной карточке, которые могут понадобиться на куда более важные нужды в любой момент, на другой Дориан, сидящий на полу на коленках и старательно, рукавом водолазки вытирающий нос. Плачет что ли? — И сколько это будет стоить?       — Немного, правда, я сломанная игрушка, не нужен уже Денису, отдаст за полцены… — Дориан словил руку Влада и поднёс к своему лицу. Прислонился щекой к раскрытой ладони и прикрыл глаза, слегка поглаживая запястье пальцами. Секунда, ещё секунда, он сморщил нос, и Влад почувствовал на руке мокрую каплю. В свете точечной подсветки было прекрасно видно, как слеза из другого глаза, со стороны лица, оказавшейся сверху, собралась во внутреннем уголке, слегка подрожала, перебралась через переносицу и исчезла в ладони Влада. — Пожалуйста, умоляю… Я так хочу жить…       — Чёрт! — от этих слов Влад дёрнулся и вырвал руку. Встал и, обойдя сидящего на тёплом кафеле парня, подошёл к подоконнику. Окна кухни выходили на шумную улицу. Фонари горят, прохожие снуют туда-сюда, машины стоят в пробке на светофоре. Постояв так пару секунд, Соколовский обернулся и замер. Дориан не сменил позы, разве что голову склонил ниже и обнял себя руками за плечи. На светло-серых штанах, обтянувших его коленки, было видно уже немало тёмных капель. Всё же плачет. — Встань, пожалуйста, — не дождавшись, когда Дориан сам это сделает, Влад подошёл к нему, поднял на ноги и обнял, прижимая к себе и стараясь не замечать, как он дёрнулся. — Я не сказал, что не помогу.       В ответ Дориан всё же разрыдался в голос. Да так горько, захлёбываясь воздухом, что Влад почувствовал, как у самого щиплет глаза. Как будто человека из-под топора палача выдернул. Может, и так, слова Дориана про жизнь очень ему не понравились. Что-то эта история становится совсем уж грязной, скорее похожей на яму под деревенским туалетом с очком. Но он обещал не выспрашивать насильно, придётся ждать, когда Дориан сам решится рассказать о том, что с ним случилось. А пока придётся сделать кое-что, иначе эта его уже почти истерика не закончится, и он не поспит сегодня ночью. Усадив всё ещё всхлипывающего Дориана на стул, Влад полез в ящик гарнитура, где хранил аптечку. Найдя там нужный стеклянный пузырёк с жёлтенькими таблетками, он вытащил пробку зубами и, вытряхнув сразу две, положил их перед парнем. Тот и без слов понял, что это такое, видимо, частенько пользовался, и проглотил таблетки, запив чаем. Убрав аптечку обратно, Влад посмотрел на Дориана через плечо. Сейчас он, честно говоря, выглядел даже интереснее, чем раньше, когда его лицо почти ничего не выражало. Кончик носа красный, щёки красные, глаза опухли, ресницы слиплись, под глазами видно слегка фиолетовые синяки. Щурится и шумно, прерывисто дышит через нос, тягая сопли.       Влад улыбнулся сам себе и повёл его в гостиную. Нужно приготовить, где ему спать. Вроде и квартира большая, всё есть, а гостевой спальни с кроватью нет. А Дориану сегодня лучше поспать в тишине и одиночестве, и так от Влада шарахается. Усадив его в кресло и вручив электронный градусник, он полез в комод. Там вроде должны быть пледы и стёганое одеяло. Достав всё, что хотел, Влад бедром задвинул ящик и принялся вить Дориану гнездо для ночлега. Сам нежданный гость сидел в кресле, поджав под себя ноги и крепко обнимая уже прискакавшего за хозяином Пепла, слегка покачивал зажатым между губами градусником и тупо пялился на спину Соколовского. Может, валерьянка подействовала уже, а может, просто успокоился. А может, элементарно перегорел на сегодня. Влад поправил ему подушку, как маленькому, и указал на импровизированную кровать. Дориан отпустил Пепла, вложил в протянутую Владом руку градусник и, залезши под одеяло, свернулся клубком и накрылся с головой. Стоять у него над душой Влад не стал и, посмотрев на градусник, пошёл в ванную. Хоть тёплый душ нужно успеть принять, чтобы не спать на постельном белье грязной свинкой. Температуры у парня сейчас нет. Утром нужно будет ещё раз померить, чтобы убедиться, что он точно не заболел воспалением лёгких или банальной простудой после хождения босиком по ноябрьским лужам. Наскоро обмывшись и намотав на бёдра полотенце, Влад всё же решил ещё раз заглянуть в гостиную. Приоткрыл одну створку двери и хмыкнул, увидев, что Пепел устроился чуть ли на Дориане. Ну и пусть, наверное, действительно сегодня ему кошак нужнее. Влад не обеднеет.       Пройдя в спальню и надев спальные штаны и майку, парень залез под одеяло. И чёрт его знает, когда он теперь уснёт. Нужно принять решение, взвесить его на внутренних весах, как учил дед, чтобы потом не стыдиться, не бояться, если вдруг спросят о нём, чтобы быть готовым ответить. Если в пафосных книжках выбор в пользу чьей-то жизни очевиден, то в жизни это ни фига не так. Потому что чутьё прекрасно подсказывало Владу, что сегодня он подобрал себе такие приключения на пятую точку, что и врагу не пожелаешь. И что Влад теперь тоже под прицелом. Совесть решила сбить его с таких жопоприкрывательских мыслей и напомнила, что его вообще-то прикрывает дюжина крепких детин с травматами, а Дориан один, как в чистом поле, стреляй — не хочу. В общем всё же нужно что-то выбрать. У него целая ночь впереди.       Утром Влад проснулся за минуту до будильника. Как заснул — он не помнил в упор. Вроде размышлял, вроде даже в туалет успел сходить. А потом как свет выключили. Чёрт его знает. Разбитым парень себя не чувствовал, значит, проспал положенную норму. Сев на кровати и потянувшись, он встретился взглядом с Пеплом, сидящим на белом прикроватном коврике. Он вылизывался и косил оранжевым глазом на хозяина. Погладив его по голове, Влад пошёл в ванную. Сначала свидание с унитазом и раковиной, нужно привести себя в норму, умыться, побриться, зубы почистить… Закончив с утренней обязаловкой, Влад вышел из ванной комнаты и чуть не упал, споткнувшись об кота. Выматерился громким шёпотом и всё же пошёл за Пеплом, который явно хотел ему что-то показать. Кот скользнул в щелку между створками двери в гостиную, Влад вошёл вслед за ним и замер на пороге. Дориан уже не сжимался в комок, видимо, согрелся и успокоился. Он разметался по дивану, слегка откинув одеяло и положив голову набок. Влад, стараясь не шуметь, подошёл к нему и аккуратно убрал прядку, закрывающую лицо. Нет, он не отдаст его на смерть, что бы это ни означало. Пусть Дориан не его собственность, и ревновать проститутку бесцельно и глупо, он хочет видеть этого парня, обязательно сфотографировать ещё не однажды. А раз есть шанс заполучить его в единоличное пользование, чтобы больше никто не прикасался к нему, то, может, хватит сопли жевать? Действуй, Сокол! Влад улыбнулся и вышел из гостиной, довольный тем, что желание выгоды от сделки и совесть пришли к согласию.       Одевшись в традиционные брюки и рубашку с бабочкой, он вышел на кухню и принялся готовить завтрак. Обязательная программа, овсянка с бурбоном и фисташками, кофе и тосты со сливочным маслом. Так завтракал дедушка, и Влад совершенно неожиданно для себя тоже полюбил такое меню. Поставив овсянку на плиту и помешивая, он насыпал в турку молотого кофе и поставил на конфорку. Вся эта готовка занимала от силы пятнадцать минут. Всё это время приходилось стоять над плитой, следя то за кофе, то за кашей. Соколовский даже купил себе для этого передник, брутальный такой, мужской, в тёмную клетку. Наконец кофе закипел, и, выключив обе конфорки, Влад перелил кофе из турки в чашку, залил водой и оставил отмокать в раковине. В небольшую глубокую тарелку насыпал каши, достал тосты и сел за стол. Пепел, всё это время внимательно наблюдавший за хозяином со своего стула, зевнул во всю зубастую пасть и нагло уставился на Влада. Под таким пристальным взглядом парню и кусок в рот не лез, кот выпрашивает себе награду за то, что вчера работал мягкой игрушкой для Дориана. Влад укоризненно покачал головой, но всё же встал, достал из верхнего шкафчика пакет с какими-то кошачьими печеньками-рыбками. Насыпал коту в миску едва ли не дюжину сильно пахнущих консервами маленьких рыбок и сел обратно. Овсянка на молоке со стопкой бурбона ещё в первый раз показалась ему невероятным блюдом. Противная детсадовская каша приятно согревала изнутри, но при этом ни привкуса, ни запаха алкоголя не имела. От еды его отвлекли шаги за спиной. Влад натянул на лицо расслабленную улыбку и обернулся. Потому что всё равно внутри есть сомнения, правильно ли он поступает. Дориан, в изрядно помятой за ночь одежде и с растрёпанными волосами, несмело мялся на пороге и кусал нижнюю губу.       — Доброе утро. Завтракать будешь? — парень кивнул и сел на тот же стул, что и вчера. Влад отошёл к гарнитуру и, достав чашку, налил туда чаю. — Я бы на твоём месте ещё поспал, чего так рано встал?       — Не знаю, просто проснулся и не смог заснуть. Слышал, как ты тут что-то под нос пел.       — Уже сходил в ванную? — Дориан взял из его рук чашку чая с лимоном и отхлебнул.       — Нет.       — Бритва у меня электрическая, можешь брать, я не брезгливый. Только почисть после себя. Зубную щётку возьми в тумбочке под раковиной, новую, — Дориан кивнул, взял с тарелки тост и, положив сверху ломтик сыра, откусил большой кусок. А потом как-то хитро прищурился, стараясь не смотреть прямо.       — Можно считать, что это приглашение остаться на подольше?       — Посмотрим. До вечера точно, мне сейчас в универ надо, — заметив, как Дориан бледнеет, он вздохнул и положил перед ним старенький кнопочный телефончик. — Это твоё средство связи на сегодня. На быстром наборе первым пост охраны, вторым я. Не стесняйся, если кто-то ломится в дверь или шуршит в замке, сразу бей тревогу. Охранникам жильцы платят будь здоров, пусть отрабатывают. Третьим номером магазин с доставкой продуктов, но у меня в холодильнике всё есть, можешь брать, что угодно. У меня три пары, это где-то до трёх или половины четвёртого. В кабинете моноблок стоит, пароль рабочего стола Пепел, вайфай работает. Можешь в интернете посидеть. Телевизор со спутником. Знаешь, как распределитель включать и сетевой бесперебойник? — Дориан кивнул и засунул в рот остатки тоста. — Ну и отлично. Центр у меня и радио говорить умеет, и дисков куча, можешь брать любые, только обратно потом так же сложи. У меня там исполнители по алфавиту, а альбомы по годам.       — Может быть, я что-то могу сделать? Вероятно, у меня есть шанс повлиять на твоё решение насчёт меня? — Дориан с непередаваемой надеждой заглянул Владу в глаза, и тот вздохнул. Он и так уже решил. — Я не белоручка, правда, убирать, гладить, готовить могу. Не идеально, конечно, но хоть так. Я потом обязательно научусь…       — Приготовь к четырём чего-нибудь поесть, всё, что в холодильнике найдёшь, в твоём распоряжении. И не давай Пеплу ничего со стола, ближе к четырём вынь в раковину из морозилки пакетик. Там его мясной набор на сегодня.       Дориан спешно закивал и, допив залпом чай, вышел за Владом в коридор. Соколовский надел короткое серое пальто, ботинки, похлопал себя по карманам, чтобы убедиться, что взял все ключи. Накинул на плечо ремень кожаной сумки-планшета и, улыбнувшись стоящему посреди коридора Дориану, вышел, захлопнув за собой дверь.       Данил встретил его на крыльце ВУЗа, держа в руках пакет из маленького кафе, где готовят шикарные гонконгские вафли с шариками. Ах да, он позавчера проспорил ему одну сладкую вафлю с апельсином. Влад почти облизнулся, вспоминая шикарные вафли с начинкой из белого шоколада. Себя Даня, конечно же, тоже стороной не обошёл, в руках бумажный стакан с горячим шоколадом. Отсалютовав им Соколовскому, он протянул ему пакет и пошёл следом в здание.       — Ну что, Владыка, рассказывай, как у тебя вчера забрали твой курсач. Меня до пяти мурыжили, всего три человека, а она как у всей группы принимала, — Влад достал вафлю с одноразовой ложечкой и красиво насыпанной шоколадной стружкой и тут же откусил кусок побольше. Данил хмыкнул и решил не торопить, говорить с набитым ртом Влад ненавидел. Пусть дожуёт.       — Как будто ты не знаешь, как Дритмич принимает. Забрал и всё. Тем более он мне по непонятной причине доверяет.       — Как будто у него есть причины этого не делать. У вас с ним с первого занятия полное взаимопонимание, удивительнее было бы, если бы он вдруг отказался быть твоим руководителем.       Влад пожал плечами и, чуть отойдя, достал телефон. Подслушивать Даня не будет, привык держать дистанцию в секретах и личной жизни вообще. Хотелось договориться прямо сейчас, не оставлять на потом, чтобы решительность не свалила от него куда подальше. Сейчас или никогда. Первый раз никто не взял, может слишком рано. Но Влад упёрся, как баран, и набрал ещё, и ещё. На четвёртый раз трубку подняла ресепсионистка Ира. Она сначала начала чирикать приветственную речь, но Влад остановил её.       — Ир, я по серьёзному делу звоню. Денис у себя или уехал?       — (Да, он у себя, могу спросить. А что-то нужно?)       — Скажи, что у меня очень крупное дело, на большие деньги.       — (Хорошо, сейчас скажу, подождите.) — Ира отключила микрофон, было слышно тоновый сигнал. Спустя почти полминуты трубку всё же взяли.       — (Здравствуйте, Всеволод Андреевич, вы хотели со мной говорить?)       — Да. Здравствуйте, Денис. Я так понимаю, у вас в доме есть возможность выкупить понравившегося хастлера, да? — наступила пауза. Почти две секунды, похоже, слова подбирает.       — (Да, конечно, а на кого же вы положили глаз, осмелюсь спросить? Цена будет зависеть от того, кого вы выкупаете.)       — (Я бы хотел выкупить Дориана.)       — (К-кого?) — ого, заикнулся или помехи? Влад прикусил губу. Ощущение того, что он влез в какое-то дерьмо, стало очень чётким. Вот же блять. — (Видите ли, вчера он уехал к клиенту и до сих пор не вернулся, я могу перезвонить вам сам, когда он приедет…)       — Нет необходимости, я вчера снова чуть не сбил его на машине. Он, видимо, как раз шёл от клиента на такси. Ехать в такое позднее время уже не было смысла, и я предложил ему переночевать у меня. Я, конечно же, оплачу по вашему тарифу эту ночь. Так сколько он будет стоить?       — (Сейчас, секундочку.) — на том конце провода послышался щелчок зажигалки, выдох, шуршание бумаги. — (Вот, нашёл. Дориана вы можете выкупить за сорок шесть тысяч. Евро, конечно же.) — Влад прикусил губу. Почти три с половиной миллиона в рублях. Ох ни хера себе, у него «Порш Магнум» меньше стоил, когда Влад его покупал… Можно ещё врубить заднюю, но он почему-то вспомнил эти слова Дориана. «Так хочу жить». Хрен с ними, с деньгами, как ушли, так и обратно вернутся, заработает, если нужно.       — Я согласен. Сегодня вечером я могу приехать, чтобы был составлен договор и расписка о получении вами денег?       — (Да, конечно. Буду ждать вас к шести, вас устроит?)       — Вполне, до свидания.       Влад нажал на сброс и поморщился. Похоже, он окончательно завяз по уши в этой ямище, придётся терпеть. Дождаться, когда Дориан всё же расскажет, что произошло вчера, и тогда уже можно будет понять, что делать дальше. А пока нужно на пары, хотя бы автоматически записать материал. Всё равно в голове ничего не останется, там сейчас настоящая буря. Он откусил от вафли ещё кусок, захватывая апельсиновую дольку, и пошёл к аудитории, где его уже ждал Данила.       Пары закончились чуть раньше, потому что учительница куда-то там торопилась. Это даже на руку, можно спокойно и не торопясь поехать домой. Данила навязался с ним, чтобы полазать у Влада на книжном стеллаже и взять себе чего-нибудь почитать. Соколовский в отношении таких вещей вообще не жлобился, спокойно делился, давал в пользование или даже просто дарил. Зачем за вещи держаться, дед, единственный из всей семьи, кого он помнил и кто его воспитывал, учил быть не расточительным, но не скупым. Учил держаться за людей, за ценных специалистов, а не за деньги и вещи. Влад так относился не только к бизнесу, сети кондитерских фабрик деда и транспортной компании отца, но и к жизни. В общем, за трёпом Дани о том, что было вчера в универе, у него из головы вылетел Дориан, и когда парень открыл дверь, а в квартире играет музыка и слышно, как кто-то подпевает, он едва не испугался.       — Вир, а ливин ин Амерыка, Амерыка… — совершенно смешной немецкий акцент Линдеманна Влада невероятно веселил, особенно по отношению к английскому языку. «Рамштайн» не грохотали, конечно, но и отсюда их оказалось прекрасно слышно. Зато теперь можно изучать музыкальные вкусы Дориана поближе. Влад хмыкнул, пропустил Даню в квартиру и зашёл сам.       — Кто это тут у тебя? Новую домработницу завёл и дал ей доступ к центру? — Влад фыркнул, снял пальто, повесил его на вешалку и потянулся к шнуркам.       — Ага, как же, у меня уже восемь лет одна и та же горничная, увольнять я её не собираюсь.       Он, не дожидаясь Данила, подошёл к двери в гостиную и едва не рассмеялся. Дориан, всё такой же растрёпанный и помятый, как и утром, танцевал в обнимку с котом, попутно рассматривая книжные полки. Даже скорее не танцевал, а кривлялся, нелепо дрыгая ногами, головой и задницей. Судя по его красному лицу, этому занятию он предаётся уже часа два. Заметив в дверном проёме широко улыбающегося Влада и малость прифигевшего Даню, он испуганно выпустил кота и вытянулся по струнке, опустив глаза и пряча руки за спиной. Пепел шмыгнул к Владу, потёрся о его ногу и вышел в коридор.       — Я думал, ты позже приедешь, ты говорил не раньше четырёх…       — Для выходных это нормально, не переживай, — Влад подошёл к нему и, взяв в руки пульт от центра, скрутил громкость. — Сразу на тяжеляк или с чего-то лёгкого начинал?       — С Бон Джови, — Дориан впился странным взглядом в Даню, явно боясь и стесняясь. Влад же, стоя к Пономарёву спиной, позволил себе прикусить губу. И как теперь их друг другу представлять? Ладно, с Даней всё понятно, а с Дорианом что делать?       — Вла-ад. Ты нас не хочешь познакомить? — Данил несмело улыбнулся и прищурился. И сам уже догадался, а спрашивает. Поэтому Соколовский приобнял Дориана за плечи и прислонился щекой к его макушке.       — Даня, это мой парень.       — Дима, очень приятно, — Дориан протянул руку и слегка приподнял уголки губ, словно сомневаясь, рады ему или нет.       — Дима, это Данил, мой лучший друг, я тебе о нём рассказывал, — а вот тут не соврал, он и правду рассказывал ему о Даньке.       — То есть, если бы я сегодня не приехал, то ты бы меня с Димой только на вашей свадьбе познакомил? И это называется друг! — Данил картинно закатил глаза, подошёл к ним и пожал Дориану руку. — Мне тоже приятно, что он теперь не один, как перст, может, хоть перестанет на качелях настроения кататься. Терпения тебе и долгих лет жизни с такой истеричкой…       — Ну вот после этого пенять на меня, что я хреновый лучший друг, не надо, — Влад притворно оскорбился и отвесил Дане щелбан.       С кухни послышался звонок таймера, и Дориан, хотя теперь, вероятно, Дима, кинулся туда, вывернувшись из рук Влада. Он что, серьёзно взялся готовить? Даня хитро подмигнул ему и проскользнул к стеллажу, а Влад пошёл на кухню. Там Дима заглядывал в духовку, рассматривая красивые треугольные конвертики, посыпанные кунжутом. Пахнет сыром и творогом. Вот это ни фига себе, кто бы мог подумать, что хастлер умеет готовить… Влад положил руку ему на плечо, и тот, нервно вздрогнув, обернулся.       — Мне называть тебя Димой?       — Да, это настоящее имя. Ну, при Дане точно. А наедине так, как тебе хочется. На что угодно отзываться буду. Я тут приготовил. Вообще должны быть слойки, но вроде и так вкусно, тесто уже готово.       — Откуда ты всё это взял? А рецепт откуда? — Влад отодвинул Диму от плиты и, надев рукавицы, вытащил тяжёлый поднос.       — В интернете нашёл. Я же обещал что-нибудь приготовить…       — Вот сейчас и попробуем, что ты тут накашеварил. Данил, иди жрать!       — А что у вас там? — Данил высунулся из гостиной и, увидев у Влада на подносе пирожки, широко улыбнулся и пошёл на кухню, держа на руках мурчащего Пепла. — Пирожки я всегда за. Особенно, если ещё и с чаем.       — Вот чего вы все кота моего жмакаете? Он и так как тряпка, разбаловали.       — Но он же даётся, почему бы и не пообнимать. Вспомни Пепячника, вот тот злая тварь был, дикий кот.       Влад фыркнул и немного опустил противень, чтобы Диме было удобнее лопаткой выкладывать конвертики на блюдо. Выложив их все, Дима залез в шкафчик с посудой, достал оттуда три чашки и начал разливать заварку из чайничка. Влад, решив не мешать, сел рядом с Даней за стол. Можно обсудить книги, которые Даня вместе с котом притащил на кухню. Любовь Влада к фантасмагории и мистическому реализму Дане нравилась, потому что было, у кого брать книжки на почитать, покупать их очень дорого. Дима завёл чай, кинул себе в кружку дольку лимона и сел рядом с ними за стол. Сначала он молчал, разглядывая то начинку в конвертике, то чай в кружке. Даня сначала хвалил его кулинарные способности, потом ещё раз попробовал его разговорить, уже на тему домашних животных. Видя потуги друга, Влад едва сдерживал смех, и предложил поговорить о книгах. Вот за эту тему Дориана удалось зацепить. Он с удовольствием рассказал о том, какие классики ему нравятся, какие их книги он читал. Потом наизусть процитировал два стихотворения. Влад только удивлялся сам про себя. Интересно, какое у него образование, если оно есть? Даня же не удивлялся, а аплодировал и с искренним восторгом заглядывал Дориану в рот. Действительно у Димы прекрасный дар ораторства, хороший голос, дикция. Похоже скорее на диктора радио, причём очень серьёзного. Хотя чёрт его знает. Загадки, сплошные загадки и недомолвки.       Часов в пять Данил ушёл, тепло попрощавшись с Дорианом и едва не расцеловав Влада. Пеплу Соколовский насыпал еды и замер, глядя на часы. Уже можно ехать, чтобы в пробке не стоять и не опоздать.       — Собирайся, поедем к Денису, — заметив, как Дима, стоявший у окна, уже даже попятиться и побелеть успел, он шагнул назад, чтобы не пугать. — Не отдавать везу, обещаю, расписку забрать и твои манатки. Поэтому расчешись и иди в прихожую, я сейчас переодену джинсы, свитер — и поедем.       Дима поджал губы и, прикрыв рот рукой, пулей вылетел из кухни. Уже за дверью он позволил себе всхлипнуть. Думать больше времени не было, всё, назад пути нет. Быстро собравшись, Влад вышел в прихожую, отдал Диме свои ботинки, сильно жмущие. Парню они, как и тёплая кофта вместо куртки, оказались велики. Ничего, им только до борделя доехать. Дорога затянулась, сидящий на заднем сиденье Дима нервно теребил одежду, волосы, кусал губы. Когда они въехали в коттеджный посёлок, парня начала колотить самая натуральная нервная дрожь. Владу и самому было не легче, чек на огромную сумму, лежащий в кармане пальто, даже сквозь одежду жёгся. Самая натуральная сделка века. Ну ничего, не стоит держаться за деньги. Влад нервно выдохнул и въехал во двор дома. Заглушил мотор, вышел из машины и открыл Диме заднюю дверцу. Тот едва не упал, перецепившись через порожек, и Влад даже засомневался, что он дойдёт до холла по ступенькам. Но Дима, увидев на крыльце Дениса, резко выпрямился, отстранился от Влада и опустил глаза.       В холле всё так же красиво горел свет. Перед Владом всё так же, как и в самый первый раз, лежал договор. Только эта бумага куда дороже. Вздохнув, он размашисто подписал его и протянул Денису чек, получив расписку. Пробежав по ней профессиональным взглядом, Влад аккуратно вложил её в принесённую с собой папку и встал.       — Я надеюсь, вы приготовили вещи Дориана.       — Да, конечно. Ирочка, вынеси, — ресепсионистка скрылась за неприметной дверью и вынесла оттуда небольшую спортивную сумку. Неужели у Димы так мало личных вещей? Парень забрал у Иры сумку и встал за спиной у Влада, прячась. — Я рад, что у меня появился такой замечательный клиент. Надеюсь, что Дориан оправдает все заплаченные деньги до последнего цента.       Влад ничего не ответил, только почувствовал, как Дима крепко сжимает в кулак сзади его свитер на поясе, и слегка улыбнулся. План добрых дел перевыполнен на год вперёд. Мужчина улыбнулся и отдал Соколовскому конверт. В нём явно лежало что-то маленькое и объёмное, бумага топорщилась с обеих сторон. Спрашивать прямо здесь о том, что это, будет невероятно тупо, поэтому Влад попрощался и вышел на улицу, помог Диме залезть, сел в машину сам. Завёл мотор и вытряхнул из конверта на ладонь… ключ. Маленький ключик, как от наручников. И что это означает? Влад бросил взгляд через плечо на Дориана и спрятал железку в карман джинсов.