Чужая

Еще один долгий день тренировок не сделал мое настроение светлее и радостнее. Я научилась лучше управлять своим даром, но мне становилось все труднее не думать о Нацу. Надежды, что время врачует сердце, не оправдались – тоска по нему только усиливалась. Утро мы провели в тронном зале, раньше мне здесь бывать не приходилось. Это был настоящий атриум с высоким прозрачным куполом вместо потолка, круглая, почти без углов, комната. Стена за троном была стеклянной, остальные – щедро отделаны золотом и серебром. Как и снаружи дворца, по стенам зала причудливо вились растения. За исключением высоченного потолка, в целом комната размерами не впечатляла, но в этом и не было особой необходимости. Жерар объяснил, что в тронном зале проходят только встречи с вельможами. В центре возвышался трон, укрытый красным бархатом, а по бокам от него стояли два кресла попроще. Трон был не деревянный, а из платины, причудливой ковки и щедро инкрустированный рубинами и алмазами. Я подошла к трону и осторожно дотронулась до шелковистого бархата. Он был совсем мягкий, нежный и пружинил под пальцами. Массивные подлокотники из металла оказались удивительно гладкими на ощупь. Я провела пальцами по затейливому узору. – Предлагаю приступить к занятиям, если только не эту вещь ты собираешься двигать силой мысли. – А почему мы пришли именно сюда? – Я с трудом оторвалась от королевского кресла. Что-то в нем меня неодолимо притягивало. Словно именно трон подтверждал реальность происходящего. – Мне нравится простор, – Жерар помахал руками в воздухе, – мне здесь легче думается. В бальной начались ремонтные работы, сегодня нам там нечего делать. Почти с сожалением я отошла от трона. Эльфман все утро держался в стороне, наслаждаясь передышкой. Жерар хотел, чтобы я снова поработала над усмирением своих способностей, и предложил использовать совсем уж непонятную мне технику. Встав лицом к стене, я должна была представить сад, мысленно посылать команды и одновременно считать до тысячи. Поскольку убеждение не было направлено ни на кого конкретно, я не была уверена, сработает оно или нет. Но Жерар сказал, что смысл упражнения в том, чтобы я научилась свободно управлять своими паранормальными волнами. Нужно укротить это дикое броуновское движение мыслей в моей голове, довольно часто очень противоречивых. Пока я практиковалась, Жерар разлегся на холодном мраморном полу, а Эльфман отдыхал на троне. Он развалился, перекинув ногу через подлокотник. Почему-то меня это немного раздражало, но замечания делать я не стала. Я же сама не одобряю классовое неравенство, так зачем же навязывать его Эльфману. – Ну, как дела? – спросил Жерар примерно через полчаса. – Волшебно, – буркнула я. – Отлично, теперь добавим песню. – Он отрешенно наблюдал за облаками, которые медленно проплывали над стеклянным куполом. – Песню? – Я прекратила свои мысленные экзерсисы. – Зачем? – Я все еще тебя слышу, – ответил Жерар. – Конечно, уже не так отчетливо, но ты гудишь, как высоковольтная линия. Необходимо устранить шум в твоей голове. – И если я буду делать миллион вещей одновременно, это поможет? – съязвила я. – Да, прогресс есть, ты становишься сильнее и уже многое держишь под контролем. – Он снова лег на пол, дав понять, что разговор закончен. – Ну, давай, с песней. – А что петь? – Я вздохнула и снова повернулась лицом к стене. – Только не «Звездочка, сияй», – поморщился Эльфман. – Я до сих пор не могу от нее отвязаться. – Мне всегда нравились «Битлз», – невозмутимо заметил Жерар. Эльфман удивленно фыркнул. Набрав воздуха, я начала напевать «Элинор Ригби». Пару раз я сбилась, потому что не помнила слов, но Жерар, к счастью, не возмущался. Честно скажу, это было непросто – делать все то, что я делала, и еще вспоминать текст песни, которую я сто лет не слышала. – Надеюсь, не помешала. – Мою концентрацию погубил голос Лейлы, я замолчала и развернулась. Эльфман неловко, но быстро выкарабкался из трона, однако Лейла успела прошить его гневным взглядом. Он виновато пригнул голову, длинные волосы занавесили пылающее лицо. – В общем-то, нет… – Впервые я почти обрадовалась Лейле, благодаря ее появлению у меня возникла незапланированная передышка. Лейла осмотрела весь зал, на лице ее проступило выражение недовольства. Не знаю, что именно вызвало ее неодобрение, ведь интерьер наверняка был с ней согласован. Жерар не стал подниматься, лишь открыл глаза и с интересом уставился на королеву. – Я могу поговорить с принцессой наедине? – Лейла ни к кому конкретно не обращалась, и каким-то образом она ухитрилась повернуться спиной ко всем нам одновременно. Бормоча извинения, Эльфман выскочил из зала. Жерар удалился степенно, даже неторопливо, рассеянно пообещав найти меня позже. – Мне никогда не нравилась эта комната, – сказала Лейла, как только мы остались одни. – Какой-то парник, а не тронный зал. Я понимаю, что идея в том, чтобы подчеркнуть наше единство с природой, но мне это абсолютно чуждо. – А мне нравится. – Я поняла, что имела в виду Лейла, но, несмотря ни на что, это была красивая комната. Из-за обилия стекла она вся сияла. – Этот твой «друг», остановившийся у нас… – Тщательно подбирая слова, Лейла медленно приближалась к трону. Остановилась и точно так же, как и я совсем недавно, провела рукой по поручню, пальцы с черным маникюром скользили по затейливой резьбе. – Мой друг? – Да, юноша… Грей, кажется? – Вы имеете в виду моего брата? – нарочно переспросила я. – Можешь считать его кем угодно, но вслух так не говори, тебя могут услышать и… – Королева не закончила. – Так как долго он пробудет здесь? – До тех пор, пока я не буду уверена, что ему ничто не угрожает за пределами Фьонинга. – Я напряглась, изготовившись к очередной ссоре, но Лейла молча смотрела сквозь стеклянную стену. – Вы хотите этому помешать? – Видишь ли, принцесса, у меня есть некоторый опыт императорского управления. – На губах Лейлы заиграла тонкая улыбка. – И еще я немного разбираюсь в военной тактике. Полагаю, эту битву я бы все равно проиграла. – Так вы что, не против? – Я не смогла скрыть своего потрясения. – Мы учимся мириться с тем, чего не в силах изменить, – просто ответила Лейла. – Может быть, вы хотите с ним познакомиться? Я никак не могла понять, зачем она пришла, если не собиралась ни запрещать, ни отчитывать. Наши встречи обычно сводились именно к этому. – Я непременно с ним увижусь, когда придет время. – Лейла поправила волосы и подошла чуть ближе. – Как продвигается твое обучение? – Нормально. Честно говоря, я еще толком не разобралась, но все вроде бы неплохо. – Как вы ладите с Жераром? – Лейла не сводила с меня темных глаз, будто хотела прочесть в моем взгляде ответ на какой-то очень важный для себя вопрос. – Тоже неплохо. Лейла кивнула и улыбнулась, словно все-таки услышала что-то в моих мыслях и осталась этим довольна. Мы еще немного поговорили о занятиях, но было очевидно, что ее интерес иссяк. Сославшись на дела и извинившись, Лейла удалилась. Как только она вышла, в зал вошел Жерар и предложил вернуться к тренировкам, но я сказала, что проголодалась. Мы спустились на кухню. Грей уже что-то готовил для себя и Эльзы, Леон отсутствовал – он снова вернулся к занятиям в местной школе. Эльза кидала в Грея виноградины и радостно смеялась, когда он отвечал ей тем же. Я с изумлением наблюдала за этими забавами, в отличие от Жерара, который сосредоточенно ел, не обращая никакого внимания на игривую парочку. Насытившись, мы с Жераром снова направились в атриум. Ни Эльза, ни Грей ни нашего появления, ни исчезновения, судя по всему, не заметили. До вечера у меня так и не выдалось ни минутки, чтобы как следует поразмыслить над идиотским поведением Грея и Эльзы. Я занималась в тронном зале примерно по той же схеме, что и утром. Упражнялась я до полного изнеможения, и остановил меня лишь Жерар. Затем он ушел домой, а вот от Эльфмана отделаться не удалось, и он потащился за мной в мою комнату. Мне хотелось побыть одной, но от мысли, что он простоит всю ночь в коридоре, становилось неловко. Обычно телохранители – это такие качки в пиджаках и с наушником в ухе, а не патлатые задрыги в узких джинсах. Получалось, что Эльфман скорее прислуга, а вовсе не охранник, и меня это сильно смущало. – Не понимаю, как может здесь не нравиться. – Эльфман с восхищением оглядывал мою комнату. – Эта комната и мне по вкусу, – возразила я, хотя на самом деле не была в том убеждена. За день волосы мои окончательно спутались, и я села перед зеркалом приводить их в порядок. А Эльфман, перебрав нехитрый девичий скарб на столе, изучил компьютер, рассмотрел музыкальные диски. Попробуй он покопаться в моих личных вещах, я бы пришла в ярость, но в этой комнате мне мало что принадлежало. Когда я поселилась в ней, почти все барахло здесь уже было. – Почему вы сбежали отсюда, ваше высочество? – неожиданно спросил Эльфман. – Я думала, ты знаешь причину. – Я уже устроила себе гнездо в ворохе пледов и подушек. – Мне казалось, что ты обо всем догадался. – Когда? – Он удивленно посмотрел на меня. – Я никогда не показываю вида, даже если догадываюсь о чем-нибудь. – Дома, когда ты пришел за мной. Было очевидно, что ты все знаешь. Никак не удавалось вспомнить, что же он тогда сказал. Но я была уверена, что он имел в виду именно то, что произошло между мной и Нацу. Или, по крайней мере, точно знал, что Нацу уволили из-за его отношения ко мне. Но теперь я и сама уже сомневалась в чувствах Нацу. Это были чувства? Они были настоящие? Они вообще были? Вот в этой самой постели мы обнимали и целовали друг друга, и я бы зашла и дальше, но Нацу остановил меня – сказал, что не хочет неприятностей. Так, может быть, он просто-напросто ко мне ничего не испытывал? Если бы у него были ко мне чувства, разве он смог бы меня бросить? – Я понятия не имею, о чем вы говорите. – Эльфман покачал головой. – Думаю, я никогда не пойму, почему вы сбежали. – Значит, мне показалось. – Я откинулась на спину и уставилась в потолок. Пока Эльфман не спросил еще что-нибудь, я поспешила сменить тему: – А с вами-то что случилось? – Когда? Он перешел от дисков к книгам, их принесли для меня Леон и Шери. Выбор был невелик, и мне нравился разве что Джерри Спинелли. – Ну там, у нас дома. Вы свалили, а меня похитили витра. Чем вы занимались? Куда отправились? – Да мы были совсем рядом. Нацу не хотел далеко уходить, он был уверен, что вы передумаете. – Эльфман раскрыл какую-то книжку и рассеянно пробежался взглядом по строчкам. – Мы успели пройти всего квартал, тут они нас и поймали. Этот блондинистый как зыркнул, так и повырубал нас. – Локи, – вздохнула я. – Кто это? – переспросил Эльфман, но я только махнула рукой. Скорее всего, витра вели наблюдение, дожидаясь удобного момента. Они застали Нацу и Эльфмана врасплох. Нацу повезло, что Локи лишил его сознания простой манипуляцией. Мое сознание из меня Леви чуть ботинками не вышибла. – Постойте-ка. – Эльфман прищурил глаза, словно пытался уловить какую-то мысль. – Вы что, думали, что мы вас бросили? – Да я вообще не знала, что мне думать. Я, конечно, не хотела ехать с вами, но и вы не очень уговаривали. Я никак не ожидала, что вы вот так просто уйдете. Я подумала, что… – Так вы поэтому дуетесь? – Я не дуюсь и никогда не дулась! С момента возвращения во Фьонинг я была немного подавлена. Ну хорошо, не с момента возвращения, а чуть дольше. Но сказать про меня, что я дулась?.. – Дуетесь, дуетесь, – заверил меня с улыбкой мой телохранитель. – Мы никогда бы вас не бросили. Вы же были легкой добычей для витра. Да Нацу волосу с вашей головы не дал бы упасть. – Эльфман снова вернулся к вещам на моем столе, теперь его привлек мой айфон. – Он и сейчас боится вас оставлять, а ведь здесь-то уж вы в полной безопасности. – Что? – Мое сердце подпрыгнуло и зависло. – Что ты сказал? Эльфман понял, что сболтнул лишнего, и побледнел. – Ничего я не говорил. – Эльфман, что ты имел в виду? – Да, я знаю, мне не следовало так откровенно выдавать свой интерес, но я ничего не могла с собой поделать. – Нацу что, здесь? То есть прямо здесь? – Я не должен был ничего говорить. – Эльфман в растерянности топтался на месте. – Нет, ты должен рассказать! – Если Нацу узнает, он меня убьет… – Парень уставился в пол. – Простите меня, ваше высочество. – Он просил тебя не говорить мне, что он здесь? – Его здесь нет. Ну, здесь, во дворце. – Эльфман застонал и с мольбой посмотрел на меня. – Я не должен позволять вам крутить ваши шуры-муры, или как это называется, иначе мне больше никогда не найти работу. Прошу, ваше высочество, не заставляйте меня ничего рассказывать, пожалуйста. А мысль неплохая. Сама я как-то не подумала, что могу заставить Эльфмана все рассказать мне. Ну что ж, видимо, судьба практиковаться на нем, пока не научилась подчинять своей воле Жерара или Локи. Эльфман поддается воздействию очень быстро. Эльфман, скажи, где Нацу, –мысленно потребовала я, глядя ему прямо в глаза. Мне даже не пришлось напевать про себя. Как только я послала мысленный приказ, глаза Эльфмана остекленели, рот чуть приоткрылся. Все-таки парень очень податлив. Мне снова стало стыдно. Надо будет потом как-нибудь ему это компенсировать. – Он во Фьонинге, в доме своих родителей, – медленно проговорил Эльфман и моргнул. – Дом родителей? – Да, они живут в той стороне, – он показал на юг. – Сначала идите по главной дороге к воротам. Затем третий поворот налево, дорожка из гравия. Спуститесь немного по склону, там они и живут. В маленьком доме с козами. – С козами? – переспросила я, решив, что Эльфман меня дурачит. – Его мать держит ангорских коз. Она вяжет шарфы и свитеры на продажу. – Эльфман закачал головой. – Зачем я все это говорю? Ну все. Мне конец. – Не волнуйся, все с тобой будет в порядке, – заверила я его, спрыгивая с кровати. Я забралась в гардеробную, необходимо было срочно переодеться. К встрече с Нацу следует подготовиться, нужно выглядеть не просто хорошо, а отлично. Эльфман продолжал жалобно причитать, какой он идиот да какой у него длинный язык, я хотела его успокоить, но в голове моей все и без него вертелось и кружилось в диком вихре. Ну и дура, даже самой не верится. Вообразила себе, что как только Нацу отозвали из моих искателей, так сразу же приписали к кому-то другому. Только теперь я осознала, что за новым назначением ему нужно было вернуться во Фьонинг. И если он не дожидался очередного поручения здесь, во дворце, значит, жил в родительском доме. Он мало что про них рассказывал, мне и в голову не приходило, что они живут неподалеку. – Лейла узнает. Она все всегда узнает, – подвывал Эльфман, когда я вышла из гардеробной. – Обещаю тебе, что никому не скажу. – Я посмотрела в зеркало. Там я увидела бледную, растрепанную и испуганную девушку. Нацу нравится, когда волосы у меня распущены, так что я не стала их собирать. – Она все равно докопается, – выл Эльфман. – Я сохраню тебе твою работу, – пообещала я, но он все равно смотрел с недоверием. – Я же принцесса, мне по статусу полагается иметь людей, которыми я повелеваю. Тревоги на лице Эльфмана поубавилось. – Мне нужно идти. Никому не говори, где я. – Да тут же такой переполох поднимется. – Тогда… – я обвела комнату взглядом, пытаясь что-нибудь придумать, – тогда оставайся здесь. Если кто-нибудь будет меня искать, скажи, что я принимаю ванну и просила не беспокоить. Я – твое алиби, а ты – мое. – Вы уверены? – Да, – соврала я. – Мне пора. И спасибо тебе. Эльфман все еще сомневался, правильно ли мы поступаем, но выбирать ему не приходилось. Я выскользнула из дворца и полетела прочь. У Лейлы были и другие искатели, которые расхаживали по дворцу, присматривая за порядком, но мне удалось миновать их незамеченной. Толкая массивные ворота парка, я поняла, что даже не могу объяснить своей спешки. Зачем мне нужно видеть Нацу? Что я буду делать, когда увижу его? Уговаривать убежать со мной? А хочу ли я этого? Что еще я надеялась узнать? Ни на один вопрос ответа у меня не было. Я знала только, что мне надо его увидеть. Я бежала по петляющей дорожке на юг, припоминая инструкции Эльфмана.