Полукровка

       — Дедушка, нам надо поговорить… — растерянно мямлит Кира, заходя в небольшой домик учительской деревушки при универе.        — Заводи причину разговора, — усмехается Пётр Степанович, весело махая рукой с фигуркой деревянного тролля. — А то чего ему на улице стоять.        В коридор заходит Виктор. Он жутко смущён и слегка недоволен тем, что его отец выделил родному тёмному небольшие учительские апартаменты с учётом того, сколько недвижимого имущества у Никнемсов. Парень осторожно разувается и поджимает губы, а Кира хватает его под руку и проводит в гостиную, в которой сидит дед.        — Ну здравствуй, Витенька, — усмехается Пётр, не оборачиваясь и продолжая дальше вырезать фигурку. — Не признал ты меня сразу, сорванец.        — Простите, я ведь и не знал вас особо… — виновато пожал плечами Вик, замирая в проходе и убеждая сестру в том, что он лучше постоит здесь.        — Да ладно, — от души рассмеялся мужчина и махнул рукой в свой сторону. — Чего стоишь как не родной! Проходи, садись! Рассмотрю хоть тебя поближе!        — А папа вам не предлагал жить с нами? — растерянно спросил Витя, нерешительно походя в гостиную и садясь на соседний стул. — Всё-таки, здесь недалеко находится наше семейное поместье…        — Витя, — усмехнулся Пётр Степанович, — у меня у самого знаешь сколько недвижимости? Твоему папе даже и не снилось! Рассказывай, что да как. Как мама, как папа?        — Да я теперь и не знаю, как они… — пожал плечами парень и осторожно положил руки на стол. — Они клонами всё это время были…        — Точно-точно, — махнул рукой мужчина и стал вглядываться в рисунки на руке внука. — Я и совсем позабыл об этом. Возраст, всё-таки, берёт своё. А что это за яркая тряпица?        — А это, — напрягся Виктор, вспоминая о шарфике сирены, повязанном на запястье. — Это так… Сегодня попросили быть не таким смурным и «поделились» щепоткой хорошего настроения. Снять бы надо, а то цвет противный.        — Почему противный, — покачал головой дедушка и лукаво усмехнулся. — Хороший бирюзовый цвет. Как глаза той сирены, да?        — Нет, — насупился внук, — я не знаю, какого цвета глаза той сирены.        — Ладно, давайте хоть чаю выпьем! — усмехнулся вновь Пётр Степанович и встал из-за стола. — Такое-то событие, оба внука со мной!        — Кстати, дедушка, нам есть, что тебе рассказать…

***

       Нечисть вновь сонно уплетала свои завтраки. Учительский стол практически пустовал, ведь пары должны были начаться уже через полчаса. Сегодня за ним было тихо. Владимир Аркадьевич не шутил как всегда задорно и громко. И вообще вряд ли, что ещё раз пошутит…        За любимым столом Никнемса тоже было тихо. Буйная компания юного вампира явилась на завтрак не в полном составе. А тех, кто явился, быстро выпроводил Филипп. Валькер тоже был смурной. Насупившись и сведя брови к переносице, он недовольно ковырял свой почти остывший завтрак.        — Пойми, не каждый день мы узнаем столько нового о себе, — немного строговато произнёс Вик, складывая на тарелке нож и вилку в том положении, которое, согласно этикету, говорит об окончании приёма пищи. — Я не прошу тебя бросать все свои морали и принципы и кланяться в ноги зазнавшегося Мещерякова. Я прошу, чтобы ты принял мою сестру.        — А если она все врёт? — недовольно спросил Фил и отодвинул от себя тарелку. — Мало ли, Вик. Она же простой человек. А ты вампир из сильнейшего рода. Кто не захочет прикинуться родственником такого богатого и состоятельно, а главного наивного парня?        — Фил, я тебе все уже объяснил, — кашлянул парень и кинул недовольный взгляд на кожанку парня, на что тот ещё более недовольно закатил свои лазурно-голубые глаза. — Владимир Аркадьевич отдал свою жизнь за то, чтобы это все провернуть. Убьют его, согласно Канве, и всё. Благо, что Кира об этом не знает. Вряд ли он бы стал им помогать, если бы это была какая-то афера.        — Ладно, ты прав, — тяжело вздохнул Филя и снял куртку, вешая её на спинку стула. — Жалко мужика. Такой отпадный тёмный был…        — Пока что есть, — вздохнул Витя и положительно кивнул. — Если Злата сегодня придёт, то, может, на первое время всё и обойдётся.        — Злата? — удивился Черных и прислонил к губам край жестяной банки с крикколой. — Это кто вообще? Та рыжая, что в шайке Мещера?        — Да, она, — тяжело вздохнул Виктор, закатывая глаза на фразы друга. — Она дочка Владимира Аркадьевича.        — Так тогда всё просто! — усмехнулся валькер и сделал хороший глоток шипучего напитка. — Если она сегодня появится в Утёсуме, то все норм. А если нет, то тогда дела с концами.        — Да, Фил, всё именно так, — усмехнулся Вик, в очередной раз поражаясь редкой, но все же существующей, тупости блондина.        Вдруг в столовой появилась компания Мещерякова почти в полном составе. Все они, как и всегда, сопровождались гулом и шумом, шутками и смехом. Только вот, во главе стола не сидел сам Мещеряков. Он до сих пор отсутствовал.        Кира как обычно одной из первых тихо села за стол и перекинулась парой фраз с Олесей. Вскоре Муромов принёс ей пару оладьев со сгущёнкой и тёплый чай, на что девушка даже не кивнула головой в знак благодарности. Она устремила взгляд своих карих глазок на младшего брата.        Тот немного виновато посмотрел на неё в ответ, обеспокоено глядя по сторонам. Сестра отрицательно помотала головой и парень быстро сменился в лице. Это заметил Филипп и вновь надуто свёл брови к переносице.        — Не пришла? — тихо спросил он.        — Не пришла, — утвердительно кивнул головой Виктор и поджал губы. — Отпадный был тёмный, как ты говоришь…        — Отпадный, — так же тихо согласился Филя и резко сделал глоток крикколы, отчего даже поперхнулся ею.        — Не на человеческих поминках, — недовольно сказал Никнемс, криво косясь на друга, что вытирал рот множеством салфеток. — Так только люди делают. И то сорокоградусную пьют. А не дешевую тёмную содовую из автомата, — он встал, тяжело вздохнул и снял свою кожанку со спинки стула. — Пошли, — хватанул свободной рукой рюкзак с соседней спинки. — У нас первой парой Кощей. Головы за опоздание оторвёт и подожжёт, остальным на потеху.        — Да, Владимир Владимирович не любит опаздывающих, — тяжело вздохнув, согласился Черных, а после язвительно хмыкнул: — Что, не возникнет у тебя желания с сестричкой парой слов перекинуться?        — Для этого в моём распоряжении целая пара вампирологии, — усмехнулся друг и, перекинувшись парой взглядов с кем-то из-за стола Мещерякова, надел кожанку. — Кира остаётся без Мещерского надзора. Арта нет, рыжий не вампир, её подружки тоже. Единственный, кто может нас не так понять — Готти. Но думаю, что ему вряд ли есть дело до моей сестры, когда в их команде есть карьеристка Чернобокова.        — Вот, кстати, она вампирша и подруга Киры, — уже как всегда привычно улыбался блондин и дарил всем девушкам томные взгляды. — Она может не дать вам поговорить.        — Она на втором курсе, — усмехнулся и махнул рукой Витя, оборачиваясь спиной к дверям. — Так что Гера является последней моей загвоздкой.        Вампир и валькер покинули столовую. Герман, что был сегодня по-особому серьёзен, спокойно выдохнул. Он не знал, когда друг вернётся, и от того начинал теряться. Всё-таки нет у него особых лидерских качеств. Лучше бы он вместо Муромова за Кирой следил. Потому что уследить за одним человеком легче, чем за стаей нечисти.        — Чего грустишь, кареглазка? — усмехнулся вампирёныш и ковырнул свой завтрак.        — Злата не пришла… — растерянно пожала плечами Сменкина и уткнула взгляд в тарелку.        — Мало того, она и не ночевала в комнате, — тихо сказала Снежана. — Мы с Лизой уже места себе не находим.        — А куда она могла деться? — насторожился Илья. — Да и чего бы ей не приходить в комнату. Ни у кого из наших её тоже не было?        Ребята отрицательно замотали головами. Рыжая непоседа с шилом в одном месте куда-то исчезла. Так же неожиданно и незаметно, как и их лидер.        Пока все недоумевали с этого происшествия, Кира с опаской оглядывалась по сторонам. Она всё ещё надеялась увидеть Злату в столовой. Ну, может, была в родительском доме, а не в общаге, и проспала, с кем не бывает?        Взгляд Готти вдруг заострился на ней. Он, казалось, будто бы пытался прожечь её всю и полностью, не оставив и кучки пепла. Сменкина нервно сглотнула и встала из-за стола, схватив в руки сумочку. А Герман лишь продолжал смотреть на девушку. Кира выглядела как загнанная лань, которая не знает куда спрятаться от своего обидчика. Растерянный взгляд метался из стороны в сторону, руки дрожали, от чего движения были раскачанными и неточными.        — Всё хорошо? — вдруг спросил Гера, решив всё-таки отвести взгляд.        — Да, я пожалуй пойду, — растерянно пролепетала брюнетка, собирая рассыпавшуюся по столу канцелярию. — Первым Кощей Кощеевич, а я не особо готова к его паре. Лучше в аудитории подучу конспект.        Девушка поспешила покинуть пределы столовой. Главной задачей было обнаружить брата, чтобы всё с ним обсудить и попросить совета о том, как держаться рядом с тёмными, не выдавая главного секрета. Но она и вправду отправилась в аудиторию, ведь надеялась застать его именно там, готовящегося к общей паре.        В это время юный вампир что-то тихо прошептал на ухо Муромову и вдруг незаметно исчез, оставив за собой лишь шлейф из серного запаха. Несмотря на запрет вхождения в Янв на территории университета, парень это сделал, чтобы незаметно проследить за Никнемс. Он был уверен, что она как-то замешена в исчезновении Златы. Иначе бы не сбежала, прикрываясь невыученным конспектом, хотя всегда была готова ко всем парам.        Найти человека не составило большого труда. Куда важнее было остаться с ним наедине для дальнейшего запугивания и выведения на чистую воду. Вспоминая о том, что Кира видит всех, кто находится в Янве, он обогнал её и насмешливо оскалился.        Девушка заметила препятствие и растерянно остановилась, после чего стала осторожно отступать назад, чтобы не попасться в руки пугающего её вампира. Однако, совсем скоро уперлась спиной в стену и поняла, что это бессмысленно.        — Гера, прекрати, пожалуйста, — зажмурив глаза, попросила Никнемс. Она выставила вперёд руки, будто защищаясь.        — Ха, да ладно, кареглазка, расслабься, — усмехнулся в ответ Готти, но про себя подметил, что для человека подобные шутки не являются актуальными. — Я тебя не съем, — он взял Киру под руку и отвёл от стены. — Давай лучше прогуляемся до аудитории. Поговорим, о всяком. О чём хочешь.        — Я знаю, ты хочешь спросить за Злату, — немного понуро ответила она, повинуясь другу и идя рядом. — Я это сразу по твоему взгляду поняла.        — Ну так это же вообще замечательно, — улыбнулся Герман, — что с нашим неиссякаемым потоком оптимизма? Где она?        — Я честно не знаю, но… — ещё более понуро и грустно ответила девушка и опустила взгляд в пол, нервно сминая ручку от сумочки.        — Но-о-о, — протянул за ней последнее слово вампир. — Договаривай. Не люблю незаконченные фразы.        — Но… — Кира подняла на него испуганный взгляд, отчего у парня по спине пробежались мурашки. — Если я тебе кое-что расскажу, ты обещаешь, что это останется только между нами? А ещё пообещай, что не будешь смеяться!        — Ты можешь доверять мне так же, как доверяешь Артёму, — вдруг на полном серьёзе ответил Герман. На удивление, он и вправду собрался и был серьёзен как никогда. — Я даю тебе честно вампирское, что об этом разговоре никто и никогда не узнает.        — Гера, — тяжело вздохнула Никнемс, будто пытаясь найти поддержку со стороны друга. — Вик мой брат. Не надо улыбаться так, прошу, — она недовольно хныкнула и отвернула друга от себя. — Это правда. Я не выдумываю и мне не почудилось. Я узнала об этом вчера. И очень напугана. Потому что я не знаю как себя с ним вести, а ещё…        — Злата, Кира, Злата, — намеренно перебил её вампир. — Нас обоих сейчас тревожит только она.        — Там долгая история, но суть вся в том, что Владимир Аркадьевич помог нашему отцу сделать что-то страшное, — благодарно кивнула головой девушка, когда Готти вежливо перевёл её на нужную тему. — Какие-то их копии или клоны, не знаю как правильно. То есть, все это время школой управляло то, что создал он. И с Виком жили не родители, а их тени. И вот, как я поняла, за эти тени ему теперь грозит большая опасность. Я думаю, что Злата поэтому и не пришла…        — Скорее всего, ты говоришь о клонах, — негромко ужаснулся Герка, широко раскрывая глаза в то время как в голове его вырисовывался дальнейший план действий. — Ты уверена, что всё так, как ты говоришь?        — Да, уверена… — угрюмо ответила Кира и сделала шаг вперёд. — Ты хочешь сказать, что с ними случилось что-то страшное?        — Я не могу быть в этом уверен, — солгал вампирёныш, в полной растерянности кладя руку на плечо брюнетки. — Сама же знаешь, я плохо учусь, — он усмехнулся, стараясь сделать вид, что всё хорошо. — Но ты не волнуйся. А если будут ещё переживания по какому-либо поводу, то говори мне, хорошо? Потому что я твой друг. Поняла?        — Я… — Кира растерянно замерла, заглядывая в такие же карие, как у неё самой, глаза Готти.        Герман никогда не назывался ничьим другом, кроме Арта. И вообще, вечно смеющийся, он никогда не был так серьёзен. Однако, несмотря на это, ему вдруг захотелось поверить. Илья, Снежка, Олеся, Влада, Злата — все они, конечно, были её друзьями. Но почему-то от них не исходило той же энергии, что сейчас шла от Германа. Он как будто бы излучал вокруг себя надёжную ауру. И не просто дружелюбную, как другие ребята, а именно надёжную. Какую Кира всегда чувствовала от Артёма, когда они не издевались друг над другом.        Подняв свой взгляд на нечисть, Сменкина твёрдо кивнула головой и уверенно сказала:        — Я тебя поняла…

***

       Близился вечер. С того момента, как Злата пропала прошло три дня. Никто и ничего не знал о том, что происходит с семьёй Тихоновых. А точнее, если кто-то и знал, то не распространялся об этом другим (скорее всего, это были как раз преподаватели).        Мещеряков тоже не подавал никаких вестей. Голова Германа шла кругом. Друг уже около пяти суток не выходит с ним на связь. Его даже дома нет. А это Готти знал, ведь сразу после признания Киры он отправился к Арту, чтобы известить его об этом, но наткнулся лишь на недалёкую девушку Алекса.        Виктор тоже не пребывал в хорошем настроении. Фил даже шутил, что угрюмый настрой друга сказывается и на самом валькере, однако, юному вампиру было совсем не до подобных шуток. Сейчас, ожидая ужин в мрачной столовой, которая, казалось, просто вымерла за отсутствием главного шалопая, мысли Никнемса занимало всё, что угодно. Но совсем не влияние собственных чувств на Филиппа.        — Чувак, я не шучу! — возмутился в который раз Черных, что наконец-то заставило Вика обратить на него внимание. — Посмотри на себя! Ты такой… никакой, что даже меня уже все стороной обходят. Посмотри! — он воскликнул ещё громче и указал руками на себя. — Из-за твоего равнодушия даже я выгляжу не так классно как всегда. Прическа не укладывается, улыбка не сверкает… А красавицы-девчонки вообще обходят меня стороной!        — Фил, — негромко протянул друг, кидая строгий взгляд на блондина. — У меня не так всё гладко, как у тебя. Оказалось, что у меня есть сестра и брат. А ещё выяснилось, что по вине моих родителей пострадает семья ни в чём неповинных троллей.        — Да когда тебя волновало то, что происходит с другими? — недовольно скривил брови Филя. — Друг, прекращай! Натянул улыбку до ушей и гордо встречаешь все сложности! Разве ты из тех, кто впадает в хандру?        — Хандра, свойственна только людям, — возразила в ответ Вик, обезоруживая замечание валькера. — Я просто меланхоличен время от времени. Что, между прочим, свойственно некоторым вампирам.        — О, идут, — скрестил руки на груди Черных и откинулся на спинку стула.        Виктор обернулся и увидел всю нечисть Мещерякова, без него самого. Кира как всегда тихо уселась на своё место, ожидая когда Муромов принесёт ей на ужин что-то из разряда «на своё усмотрение».        — Этот тролль не понимает, что ей не по вкусу, — закатил глаза Вик и пошёл к раздаче. За ним поспешил и валькер. К слову, до появления своих недругов ни один из них так и не подумал о своих ужинах. — Фил, зацепи Готти. Пусть подойдёт ко мне.        Друг понимающе кивнул и отправился к началу раздачи, дожидаясь прихода вампира. Хоть ему и не нравилось взаимодействовать с компанией Мещерякова, он послушно исполнял просьбы Вика. И то, наверное, только потому что будь бы у него сестра, он бы тоже так переживал.        Юный Никнемс тем временем собирал ужин для своей сестрёнки. Признаться честно, и он сам плохо знал, что она любит. Поэтому решил положиться на вкус Мещерякова (он часто наблюдал за своим главным соперником и даже успел запомнить некоторые моменты). Тот всегда попадал в яблочко и Кира всегда приятно ему улыбалась. А что самое главное, она всегда съедала всё, что он приносил. И сейчас это было самое главное для вампира, ведь аппетита у сестры не было.        Вдруг Вика незаметно одернул Готти, делая вид, что он выбирает напиток. Несмотря на их общие разногласия, в данный момент парням приходится работать сообща. И всё это на благо Киры. Вик знал о том, что Герман знает тайну их семьи, и видел в нём какого-никакого, а помощника в общении с сестрой. А сам Герман обещал Арту, что ни с кем из компании ничего не случится. В том числе с его человеком.        Юные вампиры незаметно обменялись подносами. Теперь Гера нёс ужин для Сменкиной, а Вику придётся довольствоваться тем, что пришлось по вкусу недругу.        — Илья, бери ужин себе, — негромко, но строго попросил Готти, проходя мимо тролля. — Ужин для Киры я собрал.        — А почему последние три дня тебя заботит, что она ест? — недовольно хмыкнул Муромов.        — Потому что Арт попросил меня следить за нашими, — равнодушно пожал плечами Герман. — И Киру это тоже касалось. Ей важно хорошо питаться, она не такая как мы. Но она не ест всё то, что приносишь ей ты. Поэтому я стараюсь собирать ей такие блюда, которые она точно съест.        Вампир на пятках повернулся к другу спиной и размеренно зашагал к столу. Илья недовольно на него покосился. Ответственным за Киру Арт оставил его. Потому что Мещеряков больше всех доверяет именно ему. А этот Готти лезет куда не надо.        — Слышь, рыжий, — негромко огрызнулся кто-то рядом с троллем, пихаясь локтем в бок. — Не видишь куда прёшь?        — Черных, — злобно прошипел Илюша, обращая взгляд на валькера. Только сейчас понял, что пока он находился в раздумьях, то успел чуть ли не на шею недруга забраться. — Иди куда шёл.        — Вообще-то, Муромов… — уже начал было Филя, как товарищ дёрнул его за руку. — Смотреть надо по сторонам.        Тролль и валькер разошлись. Последний ещё в добавок легонько хлопнул крыльями над подносом недруга, злобно сверкнув лазурными глазами. Тогда Муромов недовольно откинул пару опавших перьев на пол, недовольно пробурчав что-то о линьке у нечисти.        Виктор разглядывал свой поднос. На удивление вкусы двух вампирёнышей совпадали во время ужина. Оба предпочитали съесть что-то лёгкое и запить это гранатовым соком, чтобы легче спалось.        — Фил, не быкуй на них лишний раз, — садясь за свой стол, попросил Никнемс. — В данный момент передряги нам ни к чему.        — Он бы мне на голову ещё залез, — возмущённо пробормотал Черных, небрежно отправляя свой поднос на стол и также небрежно плюхаясь на место. — Ты видел вообще? Он точно с Готти чё-то не поделил. Глазёнки свои на него так таращил.        — Не наше дело, Фил, — размеренно протянул Вик, оглядывая сестру. Она спокойно принялась за ужин, а значит, что ей всё понравилось и внешний вид еды всё-таки вызвал у неё аппетит. Его губы растянулись в лёгкой улыбке. — Это надо разруливать Мещерякову. Или же им самим. Но точно не нам.        — Но отрицать тот факт, что тебя в последнее время интересует настроение в его компании, ты не станешь, — хитро улыбаясь, протянул Филипп, надрезая свой ужин. — Так ведь?        — Конечно, там ведь моя сестра, — пропуская лукавые интонации друга мимо ушей, кивнул головой Витя. А потом также хитро усмехнулся. — А не слишком ли роскошен твой ужин, Фил?        — Могу себе позволить порцию тортика на ночь, — деловито отмахнулся Черных и показательно, как будто в людской рекламе, поднёс ко рту сладкий кусочек с белым кремом.        — Дура-а-ак, — смеясь с поведения валькера, растягивал буквы Никнемс. — Как можно быть таким ужасным сладкоежкой?        — Просто вы, вампиры, не понимаете нашей тонкой валькерской души! — он театрально приложил тыльную сторону ладони ко лбу. — Вы дикие хищники! Ваше тело так и требует растерзать какой-нибудь стейк средней прожарки за ужином, запив это всё кровью своей очередной жертвы…        — Харэ дурить, Фил, — искренне (что бывает ну очень редко) улыбался Виктор. Да, он не любил баловства, особенно при других, но сейчас не мог сдержать улыбки. — И тем более, глянь на мой ужин. Предпочитаю на ночь съесть что-то лёгкое, чтобы хорошо спалось.        — Ну ладно-ладно, — игриво усмехнулся друг, махая рукой. — Так уж и быть, ты не такой как все вампиры, мой нежный друг!        — Фил! — с наигранной долей возмущения воскликнул Вик, но вдруг замер и устремил свой взгляд куда-то вдаль, в начало столовой. — Хватит…        Крылатый обернулся и тоже застыл в недоумении. На пороге столовой стояла та самая рыжая троллиха из компании Мещерякова. Вид у неё был немного не такой как обычно. Красивые кудряшки были собраны в очень небрежный пучок и торчали во все стороны. Глаза были красные, будто бы заплаканные. А вместо привычных чёрных джинсов с какой-нибудь обязательно зелёной кофточкой, на ней был тёплый красный комбинезон, по типу того, в котором люди катаются на лыжах.        Девушка машинально быстро, даже не задумываясь, пошла к столу, за которым сидели все её друзья. Вампирёныш Готти тоже её заметил, но насторожился, вместо того, чтобы обрадоваться появлению подруги.        — Ну привет, — злобно бросила Злата, садясь ровно напротив Киры. Это как раз было её место. — Как дела?        — Привет, — растерянно сказала Сменкина, тяжело глотая то, что сейчас жевала. — Злата, что случилось? Тебя так долго не было и мы…        — Судя по всему твои дела очень даже хороши, — ядовито перебила троллиха подругу, когда не услышала ответа на свой вопрос. — На щеках румянец, на губах улыбка. Всё в твоей жизни просто замечательно.        — Слушай, Злата, не трогай Киру, — вдруг подскочил со своего места Вик и направился в сторону компании недруга. Фил сделал то же самое. — Поговори лучше со мной.        — Да кто ты такой, чтобы я с тобой разговаривала? — злобно прошипела Тихонова, сжимая свои руки в кулаки. — Ты просто ничтожество! — она тоже резко подскочила со своего места, задевая стоящий рядом поднос Снежки. С него с грохотом упали столовые приборы, но шум не остановил её. — Вы оба так ничтожны! Но из-за вас моего отца ждёт суд самого Темнейшего!        — Я не понимаю о чём ты, — растерянно и тихо возразила ей Кира, медленно вставая со своего место. Рядом с ней быстро появились настороженные Муромов и Готти.        — Не прикидывайся идиоткой, Никнемс! — все, кто сидели за столом, удивлённо переглянулись. Заметив их реакцию, Злата поспешила уведомить всех о недавно узнанных новостях. — Да-да! Вам не послышалось! Она Никнемс! Она сестра вот этого!        — Меня зовут Виктор, — очень сдержано ответил вампир, на ходу ловя руку троллихи, которой та резко на него указала. Тогда противница дёрнулась, но Вик не отступил от своей позиции. — И что с того? Ты перестанешь с ней от этого дружить? Вот какова твоя друж…        — Речь сейчас не о дружбе! — Злата всё-таки выдернула свою руку из его железной хватки. — И ты это прекрасно понимаешь! По крайней мере намного лучше своей бракованной сестрички!        — Злата, прекрати скандал! — возмутился Герман. — Что с тобой случилось?        — Что со мной случилось? — с некой истерической усмешкой спросила рыжеволосая и бросилась в сторону друга. — Своей «безумной любовью», что бывает только в человеческих сказках, Андрей и Татьяны Никнемс породили их! Вот что случилось!        — Это никак не связывает твоего отца, суд Темнейшего и вину Киры во всём этом, — строго возмутился Илья.        — Ещё как связывает, Муромов! — Тихонова дёрнула тролля за руку и он оказался рядом с ней. — Ты же мой самый лучший друг! С самого раннего детства! А сейчас стоишь и защищаешь эту…        — Кира тоже моя подруга! — возразил ей Илюша. — И, между прочим, пока что ты не обосновано на неё кричишь.        — Мой папа помог скрыть её! — троллиха указала рукой в сторону перепуганно Киры, рядом с которой уже стоял не кто-то из Мещеряковской компании, а только её брат. — Скрыть факт её рождения! Папа сделал так, чтобы их никто не мог обвинить их отца в коварном преступлении, которое он совершил против нечисти. А теперь всё тайное стало явным! — она всплеснула руками и повернулась к своим «зрителям», которыми сейчас были её же друзья. Едко ухмыльнулась. — Всё это время Утёсумом правил не сам Андрей Петрович! Да-да! Не наш директор… А его клон! Сухой и безжизненный! Мы итак не особо живые, но клон нашего директора был самым мёртвым из всех нас!        — Твоя семья является побратимами нашей семьи! — возразил троллихе Виктор. — И то, что твой отец помог нашему отцу, говорит о нём как о порядочном тролле, для которого долг превыше всего!        — Он помог вашей семье ценою своего существования! — на глазах разозлённой Златы выступили слёзы. — Хотя ваше существование этого не достойно! А твоё так вообще опасно! — она кинулась к Кире, но Вик встал на защиту расплаканной сестры, от чего Злате пришлось отпрянуть.        — Но разве я в этом виновата? — непонимающе развела руками Кира, тяжело глотая воздух из-за мешавших ей слёз. — Это был выбор твоего папы. И только ему нести ответственность за всё совершенное. Он мог бы не помогать нашим родителям.        — Прекрати! — чуть ли не завизжала Тихонова, хватая Никнемса за рукав рубашки, ведь не могла ухватить его сестру. — Ты ничего не понимаешь в нашем мире! Тебе здесь не место! Ты виновата в том, что вообще появилась на свет! — заглядывая за плечо сопротивляющегося вампира она тихо и злобно прошипела. — Таких как ты надо убивать…        — Злата! — на пороге столовой появились Ядвига Петровна и Владимир Владимирович. За их спинами мелькнули чёрные крылья Фила. — Твоё поведение неприемлемо!        — Да, Злата, — согласно с коллегой кивнул головой Кощей и сдержано продолжил. — Твоё поведение и вправду оставляет желать лучшего. Извини, но как временно исполняющий обязанности директора, я вынужден отстранить тебя от занятий.        — С радостью… — прошипела Тихонова.        Напоследок девушка толкнула плечом Муромова и бросила едкий взгляд зелёных глаз на двойняшек Никнемсов. А совсем скоро её рыжая макушка скрылась вслед за величественной фигурой Владимира Владимировича.        — А вы все чего так на меня уставились? — по-привычному строго спросила Ядвига Петровна и кивнула головой в сторону раздаточного стола. — У вас ужин! Поэтому попрошу вас, студенты Носферона, вернуться к своим тарелкам!        И преподаватель поспешила вслед за новым директором, круто махнув своим длинным хвостом. В столовой воцарилась кромешная тишина. Компания Мещерякова растерянно оглядывала необычную картину: их человек прижался к груди главного врага, а тот, одной рукой прижав Киру к себе, испепелял взглядом то место, где совсем недавно стояла Злата.        В это время за спиной Виктора появился неугомонный Черных и что-то прошептал ему на ухо. В этот момент из оцепенения вышел и Герман, повернувшись к своим друзьям, что-то объясняя. Но для двойняшек тишину нарушил удивленный голос Ильи Муромова:        — Кира, это правда?