Shot ... the muffled fall...

      Через несколько дней уже поздно вечером сижу на кухне и пью зелёный чай с ромашкой и мёдом. Никогда его не любила. Он плохо влияет на мой желудок, зато великолепно успокаивает нервы и укладывает спать. Невероятно, но уже завтра мне исполняется восемнадцать. — Чёрт!       Я широко открыла рот и часто задышала, при этом быстро помахивая рукой. Обожглась! Успокоившись, я поморщилась, теперь побаливать будет пару дней. Гневно посмотрев на чашку, я со звоном ставлю её на стол и ухожу спать. Завтра трудный день.       Но не успеваю я закутаться в тёплое одеяло, как телефон начинает вибрировать, а затем моя любимая песня играет. Я тянусь к тумбочке и провожу пальцем по дисплею. — Да… — Это Юля, ты ещё не спишь? Прости, просто я сама только что узнала. — Ничего, я ещё не скоро усну. Что случилось? Я решаю всё-таки лечь и прикрыть глаза. Пока спать хочется, надо этим пользоваться. — Нашу дискотеку переносят на завтра в десять, — ликующе говорит подруга. — Я так рада. Её решили перенести из-за того, что в нашу школу приезжают какие-то гости, и поэтому надо по-быстрому провести все праздники. Сначала будут седьмые и восьмые классы, а потом мы. Так что, можешь завтра поспать на два часа дольше. Кстати платье у тебя шик, не забудь надеть. Я это так, на всякий случай. Встретимся завтра на вахте, я тебе подарок приготовила?       Я недоверчиво хмурю брови. Она знает? Нет, быть такого не может. Я никому не говорила. Может, Эмиль сказал? Да нет, зачем ему это? — Какой подарок? — опасливо спрашиваю я. — Завтра увидишь!       Она явно довольно произведённым на меня эффектом. Бьюсь об заклад, что улыбается сейчас. — Сладких снов. — Спокойной ночи, — отвечаю я и сбрасываю трубку. — Желаю мне выспаться…       Тяжело вздохнув, я убираю телефон, выключаю светильник и тепло укутываюсь. Завтра ёлка. Идти или не идти? Определённо идти. Думать завтра не придётся, я только приду и уйду, а то ещё заподозрят неладное. К тому же Егору хотела показать своё новое платье. Пожевав губу, морщусь — никак не могу решиться, надеть платье или нет?       Внезапно я сильно рассердилась на саму себя. Что плохого в очень красивом платье, сидящем на мне так, словно на меня оно и было пошито? Ну, подумаешь, подвело один раз, с кем не бывало?! К тому же тот случай был один на миллион. Вероятность, что именно со мной произойдёт что-то, ещё меньше. А если я завтра его не надену, то, возможно, буду жалеть об этом всю свою оставшуюся жизнь, а она, между прочим, и так не ахти.       Всё! Решено! Завтра надену недавно купленное платье.       Поворочавшись ещё час, другой, я всё же заснула… … — Мам… Не могу никак уснуть.       Тишину прерывает мой звонкий голос и от того кажется слишком громким. За окном темно и дома тоже. В потёмках бреду к кровати мамы. Папа с сестрой приедут уже завтра! — Волнуешься?! — шепчет мама. Она приподнимается в постели и протягивает свои руки мне навстречу. — Нет, — быстро заверяю её я, — просто… да, — отчаянно выдыхаю я. — очень сильно волнуюсь. Я соскучилась.       Я ложусь рядом с ней, а её нежные руки обнимают меня, заботливо поглаживая по спине. Приятное тепло обволакивает всё моё тело и ласкает душу. Я закрываю глаза и не могу сдержать улыбки. Я счастлива. Я чувствую, что если захочу, смогу взлететь или обнять всю Землю или переплыть океан. Но зачем мне это, когда можно просто полежать рядом с источником наслаждения. — Понимаю, — мягко шепчет мама. — Она тоже волнуется. Завтра увидитесь. Потерпи немного, — она ласково целует меня в щёку, потом в лоб. Затем я чувствую её тёплое трепетное дыхание. Оно щекочет корни волос. — Я тоже очень скучаю по ней и по твоему папе. Я надеюсь, что скоро это всё закончится, и мы всегда будем вместе, а пока не забывай, что самое главное — наша любовь, жевёт в сердце, а любимые нами люди…       Громкий и надоедливый сигнал будильника. Не открывая глаз, прячу голову под подушку, молясь Богу, чтобы не проснуться. Но через мгновение понимаю, что всё потеряно. Навсегда.       Разъярённый и полный отчаяния рык вырывается из моей груди. На часах шесть утра! Я уже не усну, больше не увижу того сна. Руками изо всех сил бью по постели, словно пытаюсь выбить из неё всю «начинку». Какая я дура! Если б не моя флегматичность ко всему на свете, включая будильники, у меня была бы возможность ещё хоть немного побыть с родным мне человеком! Я хватаю подушку и кидаю её в стену. Не отключила будильник, сама всё себе испортила!       Мой крик боли проносится по всем комнатам, и, кажется, вот-вот всё стекло в квартире разлетится на тысячи осколков. Мне больно, меня пронзили самым опасным оружием — прошлым, я умираю. Прикоснуться к такому родному и понять, что это всё был сон, мираж, мечта. Воспоминание.       Это несправедливо! Слышите?! НЕСПРАВЕДЛИВО! Меня не пускают в будущее, мне нет места в настоящем, я застряла в прошлом. Оно дразнит, заманивает, показывает и… обрывает все связи. Я вынуждена вновь и вновь обращаться к нему. Я ЖИТЬ ТЕПЕРЬ БЕЗ НЕГО НЕ МОГУ! — … в воспоминаниях, — я громко всхлипываю. — Люди — в воспоминаниях… Конец POV Сьюзен

***

      В украшенном спортивном зале уже почти все собрались. Ученики десятого класса постарались на славу. В конце зала стояла аппаратура, вместо обычных светильников включили диско-шар. Повсюду висели гирлянды из бумажных балерин со снежинками вместо пачек. Посредине стояла большая красиво украшенная ёлка.       Для танцев был специально выбран спортивный зал, чтобы вместилось как можно больше учеников и все смогли свободно веселиться. Для дискотеки девушки выбрали яркие и пышные платья, а парни надели в основном джинсы и весёлые рубашки.       Егор специально собрал всех пораньше. Вчера вечером директор школы, Павел Арсеньевич, позвонил ему и сообщил, что сегодня день рождения Сьюзен и её необходимо поздравить. Ведь девушка, переведясь в эту школу, принимает активное участие в подготовке к различным мероприятиям. Егор выходит вперёд, а затем уверенно и громко начинает: — Внимание! Сегодня у Сьюзен день рождения… — Это кто? — слышится из толпы голос парня из параллельного класса.       Не успевает Шёлков ответить, как с другого конца слово берёт Любаша. Егор успевает только скептически хмыкнуть. То она её на дух не переносит, то первая берётся её описывать остальным. И парень всем сердцем до последнего надеялся, что скажет она только добрые слова, особенно в этот день. — Брюнетка такая, в этом году только пришла. — Мы с ней ещё спектакль для мелких ставим, — поддерживает Любашу блондин из десятого. — Она кстати за физичку ещё перед комиссией нам тему объясняла! — воодушевлённо прибавляет Таня из нашего класса. — А ещё Сью на день учителя пригласила группу «Smile», да и сама там выступала, как потом оказалось! — Андрей выходит вперёд к Егору и кладёт тому на плечо свою руку, поддерживая лёгким похлопыванием и достаточно дружелюбной улыбкой. Шёлков проницательно смотрит на своего родственничка и выгибает бровь. Как понимать этот жест? Неужели намекает на то, что Сьюзен теперь не интересует его, как любовная жертва? — Она не просто выступила вместе с группой, но и давно встречается с солистом! — выкрикивает какая-то девушка.       Егор тут же обводит взглядом зал в поиске той. Его губы превратились в тонкую полоску, а глаза так и сверкали, да так враждебно, что никто не осмеливался признаться, чей только что прозвучал голос. Слышится гневный скрежет зубов. — Вернёмся к теме разговора! — Шёлков первый нарушает тишину. — Юля задержит Сьюзен на вахте, а как только они зайдут, я скажу: «Три, четыре», и все три раза должны прокричать «с днём рождения», а затем я… мы с Андреем вручим ей букет, — голос Егора смягчился и потеплел, взглядом он указывает на большой букет белых лилий, лежащий возле аппаратуры в красивой обёртке. — Потом Юля поздравит её и нашу дискотеку откроет песня «С днём рождения». Всё ясно?       Многие кивают в знак согласия, остальные добродушно улыбаются. Вслед за ними улыбнулся и Егор. Нежно и счастливо, в предвкушении благодарной улыбки девушки его мечты.       Андрей тоже рад, Егор, наконец, относится к нему снисходительнее. Колкер давно хотел начать дружелюбно общаться со своим братом, хоть и не родным, но постоянно что-то вставало у них на пути. Сначала та девушка, кажется, первая любовь Егора (на самом деле Андрей сильно сомневался в искренности и взаимности того чувства, иначе бы она не прибежала сама в дом Колкера, умоляя того начать встречаться). Потом ещё пару стычек, а теперь Сью. На этот раз парень решает отступить, потому что они любят друг друга, только слепой до сих пор этого не понимает.       В это время Данил стоял в углу зала и сомневался, стоит ли сообщить Егору или нет. С одной стороны промолчать будет издевательством над бедной девушкой, да и его любимой достанется часть печали. И сияющая красавица превратится в огорчённую. Но с другой, отец один раз уже простил его, и подводить вновь не сулило ничего приятного. Такова правда: другого выхода нет. К тому же, вдруг это окажется не она. Данил же не знает наверняка, он здесь как раз-таки для того, чтобы либо подтвердить догадки отца, либо нет, и продолжить искать дальше.       Наконец дверь раскрываются, в зал входят Сьюзен и Юля. Они о чём-то увлечённо разговаривают. На Вальтер прекрасное белое платье в чёрный горошек. Именинница тоже надела платье длиной до колен, с пышной юбкой, без лямок. Лицо Сью чернее тучи, складывается впечатление, что она вообще здесь не присутствует. Задумалась так глубоко, что не замечает происходящего. Лишь изредка кивает, односложно отвечая на вопросы.       К сожалению, этого никто не хотел замечать, кроме Данила.       Егор, не растерявшись, тут же скомандовал. Зал наполняется единым и громким «С днём рождения». Все широко улыбаются и аплодируют. Андрей и Егор уже подходят ближе к Сьюзен с букетом лилий и коробкой конфет. Юля стояла рядом с именинницей и ласково обнимала её за плечи. Только Данил внимательно наблюдал со стороны и следил за каждым движением Сью.       Когда все затихает, слышится поздравление Юли, а затем… громкий всхлип. Цветы падают из рук Егора, лицо хмурится, а губы застывают в безмолвном вопросе: «Что не так?»       Её руки нервно теребят подол платья. Такого прекрасного. Её бледность плохо контрастирует с насыщенным глубоким синим цветом. Голубой пояс, подчёркивающий талию, дивная заколка с красивым голубоватым камнем, удерживающая прядь чёрных волос сбоку, блестящие тени на глазах — абсолютно всё делает её настоящей принцессой. Но что-то заставляет Егора беспокоиться, вместо радостной улыбки на его лице виноватый взгляд. Сьюзен белее снега. По её щекам текут слёзы, прочерчивая мокрую дорожку по контуру подбородка и капая на ткань платья. Её губу часто дрожат. Порой слышатся рваные всхлипы.       Не так она планировала встретить свой день рождения. В душе девушки разыгралась настоящая буря эмоций. Из последних сил она сдерживала рыдания. Больно стоять рядом с Егором. Не тем Егором. Сердце разрывается на части от вида Юли, двойником моей сестры. Горе Сьюзен словно имело физическую силу, оно зажало её, как порой зажимает мышцу. Она практически не могла дышать под её тяжестью. Ноги, казалось, вот-вот сломаются, лишь бы не держать никого. Неожиданно в груди Сьюзен вспыхнул огонь, словно хотел сжечь девушку заживо. В горле что-то зарождалось, немой стон, переходящий в рыдание, а потом в долгий бессловный вопль отчаяния. Тихой мольбы о помощи. Понимая, что сдержать его больше не получится, она еле заметно дёрнулась и… бросилась прочь из зала. Всё дальше и дальше, быстрее и быстрее. Словно кто-то преследовал её. А Сьюзен всё бежала и бежала, подальше от всех проблем, от всех напоминаний, от всего, что теребило прошлое и не давало жить в настоящем. Девушка трусливо отступала, как делала это всегда. Даже если бы Эмиль не удержал её в тот день, смогла бы она спасти свою семью? Хватило бы ей смелости хоть как-то помешать им?

***

      В зале каждый встал в ступор, подбородок буквально поздоровался с полом. После ухода Сьюзен, прошло ещё пару мгновений, и только тогда Юля и Егор сообразили и побежали за девушкой. Остальные начали танцевать: ди-джей включил музыку.       Данил печально опускает глаза, достаёт телефон и отправляет короткое, сухое смс: «Я нашёл её». А затем выходит из зала, чтобы проследить.       В момент, когда Юля и Егор, запыхавшиеся, выбегают на улицу, Сьюзен уже сидит в такси, машина быстро выезжает из двора. — Твою ж… — громко кричит Егор. — Ты запомнила номер машины?       Чтобы отдышаться и успокоиться, Егор глубоко вдохнул и тут же закашлялся, на улице мороз стоял сумасшедший. — Да, звони скорей и спроси, куда её везут, — отвечает Юля, застёгивая куртку и закрывая нос варежкой.       Сердце в груди быстро колотится, мышцы колет, они словно вибрируют, как телефон на беззвучном. Холодный колючий ветер щиплет щёки и нос. Хоть бы успеть.       По дороге в аэропорт, Юля пытается дозвониться до Сьюзен. Но каждый раз из трубки слышится свистящие гудки и голос молоденькой девушки: «Аппарат абонента выключен или находится вне зоны действия сети». Девушка грустно смотрит на Егора и отрицательно мотает головой. «Не отвечает». Парень тихо чертыхнулся и отвернулся к окну.       Он не понимает, почему в аэропорт, куда она собралась лететь. «А может она просто поехала встречать своего парня?» — грустно, но в то же время с надеждой подумал Шёлков. «Или сама отправляется к нему». В его груди рождается резкая боль, ещё один удар по рёбрам. Хоть бы успеть.       По приезде они забегают внутрь в надежде, что легко найдут Сьюзен, что девушка не успела никуда улететь. Но вместо этого молодая женщина нашла их: — Доброе утро, Сьюзен, всё готово, позвольте, я вас провожу — обращается она к Юле.       Девушка озадаченно смотрит на Егора. Тот — на неё. Парень хмурит брови. Значит, Сью заранее планировала куда-то отправиться. И никому ничего не сказала. Сердце разочарованно и как-то грустно колет. Она не доверяет нам. В глазах Юли видна та же борьба чувств.       Молодая женщина по-своему понимает нашу долгую встречу взглядов: — Этот молодой человек летит с вами? Что ж, в таком случае, следуйте за мной, я вас провожу, а вы, — она смотрит на Егора, — должны будите сообщить некоторые данные пилоту.       Затем женщина отправляется вглубь здания. Юля тревожно смотрит вслед и несмело следует за ней. Егор не отстаёт. Их проводят по узкому, но светлому и длинному коридору и заводят на борт небольшого частного самолёта. Егор и Юля ещё раз удивлённо переглядываются. Что делать? Лететь неизвестно куда? У них даже нет денег, чтобы, если что, вернуться обратно.       Внезапно они слышат приближающиеся шаги и голос Сьюзен.       Егор колеблется всего мгновение, а затем проходит в глубь салона и прячется за шторку. Кто знает, как отреагирует Сьюзен на их появление. Может, она заставит их покинуть борт самолёта, и тогда Егор не сможет себе этого простить. Лучше знать наверняка, что Сьюзен всё-таки предпочитает того парня, а не Егора, чем мучиться терзаниями.       Через пару секунд Юля присоединяется к Егору и прячется за шторкой вместе с ним.

***

Полчаса назад       Чёртовы пробки, да и водитель попался никудышный. Такое ощущение, что он специально выбрал самую длинную дорогу.       Сьюзен решительным шагом направилась ко входу в аэропорт. Толкнув дверь в коридор, ведущий на борт самолёта Эмиля, девушка быстро шла к бортпроводнице, встречавшей её.       Одинокий звонкий стук высоких каблуков проносился по маленькому помещению. Расстегнув несколько пуговиц своей чёрной шубы, Сьюзен опустила капюшон. —  Здравствуйте, самолёт готов взлетать?       Женщина недоумённо смотрит на неё и растерянно хлопает ресницами: — Д-да, то есть пока нет, подождите, пожалуйста, минуту.       Бортпроводница входит в салон. Сьюзен раздражённо морщится, но остаётся на месте. Через некоторое время женщина возвращается, значительно приободрившись. Она облегчённо улыбается и ведёт Сьюзен внутрь.