Дела Космической полиции

      Вит Пайк считал себя очень везучим человеком. А что — к тридцати годам он командовал небольшим флотом, его знали и уважали на родной планете. А без везения — разве что-то получилось бы? Его звезда взошла на небосклон в тот момент, когда его родители, основатели секты «Потомки Ариев», решили эмигрировать с Земли. Это случилось в тот момент, когда Земля, получив доступ к гиперпространственным кораблям, разрешила создание колоний за пределами Солнечной Системы. Так как у секты деньги были, секта решила основать колонию — в радиусе двадцати световых лет от Земли. Им помогли подыскать планету (даже не земного типа, атмосфера там была не самая пригодная) с более-менее подходящей гравитацией, сектанты оплатили перелёт и технику, нужную для создания колонии — и улетели. И все вздохнули с облегчением — сектанты от того, что убрались с Земли, которая не стала развивать идеи Великого Человека, а земляне — от того, что, наконец-то смогли избавиться от этих ненормальных. Дело в том, что американская секта «Потомки Ариев» «взяла под своё крыло» очень много бывших нацистов, выживших во время Второй Мировой войны. И по закону сделать с ними было что-то весьма и весьма проблематично — ибо американское законодательство было столь запутанным, что «подкованный» человек мог вовсю пользоваться «дырами» в нём. У секты были хорошие юристы, так что сделать с ними что-то было весьма и весьма сложно…       Секта благополучно основала колонию — и стали эти люди жить и развиваться. Колонию они изначально «закладывали», как независящую от Земли, что полностью всех устраивало. Так что, колония начала развиваться. Так как атмосфера на планете была непригодной для дыхания (однако, при использовании некоторых реагентов, из неё можно было получать кислород), большая часть колонии находилась под поверхностью планеты, в поселении шахтного типа. Сначала проходческие машины вырыли несколько туннелей, потом всё это «накрыли» куполом, и продолжили проходку, заглубляясь всё ниже и ниже. За двадцать пять лет, что прошли с момента основания колонии, её размеры достигли больших размеров. У колонии даже появился свой флот, при помощи которого они могли вести кое-какую торговлю с близлежащими планетами. Конечно, на Землю они не летали, земная политика и жизнь их мало интересовала. Да, конечно, «Потомки Ариев» знали, что война с Империей завершилась подписанием мирного договора, но, всё это им было совершенно неинтересно — землян они презирали за то, что они предали Великого Человека, который хотел очистить планету от разного рода заразы, такой, как цыгане, евреи и какие-то «большевики», Империю они презирали за подписание мирного договора — и общего смягчения отношения к иным расам, а Республику — Республику они просто тихо ненавидели — как раз за слишком мягкое отношение к иным расам.       Разумеется, почти нет планет, на которых бы не было полезных ископаемых — и Новая Швабия, как «Потомки Ариев» назвали свой мир, не была исключением. Полезные ископаемые там были, а проходческая техника помогла их добыть. И тогда «Потомки» взяли кредит на покупку нескольких кораблей, в том числе и истребителей — для защиты системы. Разумеется, кредит им предоставили. Погасили «Арии» его быстро — сначала полезными ископаемыми (они нашли на своей планете и на паре соседних неплохие залежи редкоземельных и трансурановых элементов), а потом и настоящими деньгами. Разумеется, никто не спросил — а откуда деньги-то? А «Арии» отвечать и не собирались. Просто, поняв, что честно жить не получится, «Потомки Ариев» решили зарабатывать деньги так, как завещал им их Вдохновитель — отбирать их у разного рода «низших рас». А в Галактике таких было немало. Проще говоря, «Потомки Ариев» отправились пиратствовать.       Разумеется, совсем отбитыми отморозками они не были, нападая там, где им не могли дать отпора. «Клиентов» «Арии» тоже выбирали под стать –тех, кто не мог дать отпора. В самом-то деле, не станут же они с дюжиной «охотников за головами» лезть на большой корабль? Даже тот же круизный лайнер такими силами атаковать не особенно хорошо — пока выведешь ему из строя все двигатели, он уйти успеет, или на помощь позвать. Так что, первым делом «Арии» нападали на разного рода беззащитные корабли — рудовозы, танкеры, иногда небольшие яхты. Им удалось найти торговый маршрут «средней» оживлённости — и «работать» на нём. Разумеется, они соблюдали все правила безопасности для пиратов — «работать» не слишком активно, маскироваться на тот случай, если на маршруте будут военные, вести разведку и, по возможности, не беспредельничать.       Время шло. На «Ариев» уже лет десять работали их рабы — те, кого они считали «низшими расами». Разумеется, «Арии» не старались брать в плен таких существ, как вуки или шиставанен — и те и другие могли и сдачи дать. А вот тви’лекки, родианцы, суллустиане или кваррены с каламари — были у них излюбленной добычей. А что — мужчин— тви’лекков можно отправить в шахты, женщин — понятно, куда, суллустиане и в шахтах могут работать — и по технической части хороши, кваррены и каламари — тоже найдётся применение. В общем, секта процветала. Им удалось через третьи руки прикупить себе несколько нормальных кораблей — например, несколько эсминцев и корветов УРО земного производства. Эсминцы были более «заточены» под «ударную» работу, а корветы — под маскировку и для сброса десанта и абордажных команд. Имея такие силы, сектанты нападали уже не только на малые корабли и рудовозы, но и на большие корабли, такие, как пассажирские и круизные лайнеры. Собственно, с такими силами можно было уже не бояться нарваться и на военных — боевая группа, состоящая из эсминца и четырёх корветов, могла нанести повреждения и «Победе», а при необходимости, уйти и от «Имперского». Конечно, всё это не было гарантией того, что пиратов рано или поздно не поймают — рано или поздно заканчивается всё, даже везение. Особенно везение…       Вит Пайк, как сын основателей секты, привык жить, ни в чём себе не отказывая. Когда переезд на Новую Швабию состоялся, он ни дня не занимался физическим трудом — не царское это дело. Тем не менее, когда он подрос, то занимался военным делом. Конечно, он не учился ни в каких военных академиях, так как до совершеннолетия не покидал Новую Швабию, но ему постарались дать самые лучшие знания — особенно в плане того, что «белая человеческая раса» является самой лучшей и совершенной в мире. И Пайк охотно в это верил. Тактику пиратства он сначала, как и все прочие сектанты, изучал на тренажёрах и симуляторах. В конце концов, получить некоторые данные по космическим кораблям, по их классам — не так уж и сложно, а список торговых маршрутов есть в любой звёздной карте. Вот сектанты и сделали соответствующие выводы на предмет, где именно устраивать засады.       Пайк, получив образование, начинал, как простой боец-абордажник. И ничего особо серьёзного ему делать даже не приходилось — в самом-то деле, кто может оказать сопротивление вооружённым типам, когда они только что разнесли двигатели твоей посудине, пристыковались — и нагло расхаживают по кораблю, угрожая всем оружием? Да, стрелять Виту приходилось — и несколько раз даже на поражение. В первый раз его самого чуть не стошнило от запаха палёного мяса (он стрелял в человека), второй раз он просто не попал. Да, почти в упор — и не попал. На самом деле, Вит Пайк был трусоват. Он боялся, что кто-то будет стрелять в него, и поэтому старался самоутвердиться за счёт тех, кто сдачи дать не мог. Постепенно он понял, что зачастую стрелять в людей (и не-людей) даже не надо — хватало и одного вида бластера. Так любимым оружием Вита стал страх. Пайк запугивал всех. Людей брали в плен и пытали, чтобы те расстались со своими ценностями, не-людей пытали ещё более страшно — их было не так жалко. Отрезать кому-то ухо, палец, или что-то ещё — за запросто. Да, Вит получал удовольствие от пыток. Он и подругу себе нашёл именно на сеансе издевательств над суллустианином. Они медленно отрезали пальцы — сначала на ногах, а потом и на руках беззащитного существа — и их сексуальное желание нарастало…       И теперь Пайк командовал одним из флотов «Потомков Ариев». Сейчас его корабли находились в засаде — по данным разведки, скоро по этому маршруту должен был пройти большой пассажирский корабль. Разумеется, никакой охраны у него не было — зачем нужна охрана на маршруте, на котором пока что никто никого не грабил? Так что Пайк ждал. Маршрут должен был проходить через эту звёздную систему, но корабли не должны были выходить в нормальны космос. Именно для этого, «Арии» купили на чёрном рынке несколько гравипроекторов от списанного крейсера-тральщика. Для одного флота хватало одного проектора. Разумеется, держать проектор включенным постоянно — нельзя, включать наобум — тоже ничего хорошего не выйдет — можно случайно «выудить» из гиперпространства мирный лайнер, а можно и что-то другое, например, крейсер, или эскадрилью истребителей. Вот для этого и нужна была разведка — кто-то из людей Пайка отправлялся на перспективную планету, изучал расписание кораблей, потом просто пересылал данные Пайку — или любому другому командиру, ну а тот уже планировал свои действия, в зависимости от этого.       Итак, Пайк ждал. Его корветы были расставлены в ключевых точках системы, носитель проектора был готов — проектор включили, и теперь он прогревался. До назначенного срока оставалось не более пяти минут. Пайк кусал губы от нетерпения. Он знал, что, в принципе, у него пока всё идёт хорошо, он успешный и результативный командир. Теперь главным для него было — вовремя «соскочить». Всё же, он знал, что немало капитанов до него, слишком увлекались «охотой» — и нарывались на военных. Им хватало мужества поступить так же, как поступал их Великий Вдохновитель — они раскусывали капсулу с цианистым калием, которая была в зубе у каждого из них. Только вот, Пайк сомневался, хватит ли у него смелости на такой поступок...       Во вспышке света и радиации в систему вошёл корабль. Пайк облизнулся — это был большой пассажирский лайнер. Очень большой, очень красивый и очень комфортабельный. Значит, добычи с такого корабля можно было получить много. Он отдал приказ своим канонирам. Ракетные шахты были давно заряжены специальными ракетами с микроядерными зарядами — специально для дестабилизации работы двигателей и прочих защитных систем. Радиации от этих ракет было столь мало, что обшивка корабля отлично защищала от неё. Корветы и эсминец отстрелялись почти одновременно. Плазма от разрывов ракет на несколько секунд скрыла силуэт корабля. После того, как она рассеялась, корветы пошли на абордаж.       Разумеется, Пайк уже давно не участвовал ни в абордаже, ни в прямых нападениях на корабль. Он ждал, пока его люди с корветов отработают на корабле, после чего шёл на корабль. Так и сейчас — Вит дождался, пока его люди отрапортуют, что лайнер захвачен — потом отдал приказ пилотам вести корабль на стыковку с лайнером. Перевозить людей предполагалось на борту эсминца и транспорта, на котором был установлен гравипроектор. Собственно, в зависимости от того, что это был за пассажирский корабль, можно было оставить и его. В конце концов, угнанный корабль — это деньги, которые, как известно, не пахнут…       Несколькими днями ранее…       … Раздался свист рассекаемого воздуха — и в мишени появился нож. Через несколько секунд к нему присоединилась вилка. Потом — отвёртка. Затем — ложка, которая воткнулась в мишень рукояткой.       – Что дальше? — спросила Изабелла де Круа.       – Не знаю, — честно ответил я. — Я уже устал отдыхать. Скоро летим?       – Два дня. Как и было десять минут назад, когда ты спрашивал в прошлый раз.       – Я понимаю. Просто… мне не нравится здесь. Какое-то здесь всё официальное и лицемерное.       – Я понимаю, любимый. Но, ведь это тоже — часть нашей работы. Мы должны не только гоняться по Галактике за плохими парнями — но ещё и показывать, какие мы хорошие. А, учитывая особый статус «Синей Молнии»…       – Да понимаю я всё это. Но — скажи мне, почему шеф сам не пошёл на это мероприятие?       – Может, сам скажешь?       – Потому, что он адмирал — или потому, что все боятся его образа?       – Наверное, и то, и другое, — предположила Изабелла де Круа. — А так как у него были двое подчинённых — их он и отправил на это мероприятие. Расслабься, любимый, я сама это не больше твоего люблю.       – А как же — приёмы, турниры и прочее?       – Ты хоть раз турнир видел?       – Ну, «живьём» — нет. Только в кино — и когда рассказы писал.       – Так вот, по сравнению со всем этим — турнир очень красивая вещь. Да и зрелищная, кстати…       Мы находились на приёме в соседнем с нашим сектором. Там было какое-то мероприятие, посвящённое безопасности, и начальник обязал «лучший экипаж Солнечной» на нём присутствовать. Я сначала попытался изобразить искреннее непонимание — а кто это, но начальник, умудрявшийся терять чувство юмора в тот самый момент, когда оно было нужнее всего, посоветовал мне не выпендриваться, а просто лететь туда. Что же, так как «Синяя Молния» в самом деле, должна была в ближайшее время вылетать на патрулирование, мне оставалось только подчиниться.       Нет, поначалу всё было даже неплохо — на открытии выступила одна из наших, земных знаменитостей — и не из «попсы», которые мы с Изабеллой просто ненавидели, а очень даже приятная леди. Когда я узнал, что она будет ещё и на закрытии выступать, я искренне обрадовался и даже решил попробовать взять у неё автограф.       Но вот после открытия началась просто адская тягомотина. На эту конференцию было приглашено много делегаций Космической полиции — чуть ли не со всей обследованной части Галактики. Например, были несколько групп из Империи. Что касается разных не-людей, то их здесь тоже было немало. Я встретил представителей нескольких рас, которых худо-бедно знал, потом просто «завис» от новых впечатлений. И, как говорится, началось… Делегаты вставали, выходили на сцену, зачитывали доклады о состоянии безопасности в секторе, за который отвечали, потом отвечали на вопросы присутствующих — и всё повторялось по новой. Наверное, это было бы безумно интересно — не будь это таким официальным мероприятием. А что может быть хуже, чем офицер Космической полиции, выражающийся «казённым языком»? Правильно, хуже этого только военный, который выражается тем же «казённым языком». Вот честно, когда я пробовал прочесть доклад о состоянии безопасности в нашем секторе, который мне выдал шеф, я просто уснул. Сейчас же я слышал такие доклады буквально каждый час. И спать мне хотелось просто ужасно. А моё выступление было лишь завтра — так что, я изо всех сил боролся со сном…       На второй день всё же дошла очередь и до моего выступления. Целый вечер накануне Изабелла де Круа объясняла мне, что можно, и что нельзя говорить. Я изо всех сил старался это понять и запомнить. Нет, в принципе-то, всё было понятно — но как же мне не хотелось рассказывать всё именно таким «казённым языком». Но, работа есть работа, и когда меня вызвали на сцену, я совершенно спокойно вышел с планшетом, подключил его к проектору, вывел на экран презентацию, составленную аналитиками нашей Конторы — и начал рассказывать. И, вроде бы, получилось у меня неплохо — во всяком случае, я не видел, чтобы кто-то «клевал» носом или рисовал в блокноте.       – А теперь уважаемые коллеги могут задавать мне вопросы, — кротко сказал я.       – Делегат с Кореллии, КорБез. Уважаемый Алексей, а расскажите мне, как вы контролируете обстановку в этом вашем Поясе астероидов?       – Очень хороший вопрос, на самом деле, — улыбнулся я. — Дело в том, что для контроля такой территории мы восстановили службу шерифа и маршалов. И, как бы это анахронично не звучало — это работает. Шерифы и маршалы контролируют свои участки, а там, где они не справляются — они связываются непосредственно с нами. Это позволило оптимизировать службу, упрощая жизнь, как нам — нет нужды гонять крейсер по каждой жалобе, так и тем, кто живёт и работает в Поясе — им не надо ждать помощи по нескольку дней.       Было задано ещё несколько вопросов — но, уже так, больше для проформы. Потом кто-то попросил поделиться личным опытом — как у нас на Земле работают с личным составом. Я немного задумался, но, перехватив взгляд Изабеллы де Круа, которая смотрела на меня, ответил:       – Конечно, я могу ошибаться, всё же здесь есть и более опытные коллеги. Но, на мой взгляд, самое главное — команда, экипаж — это семья. И отношения должны быть, как в семье.       – То есть, у вас используются неформальные отношения? — спросил делегат с Мон-Каламари.       – Ну, скорее, у нас не используются формальные отношения, — улыбнулся я. — Точнее, не используются без большой необходимости. И дисциплину это совершенно не подрывает.       – Спасибо большое, Алексей, за Ваш доклад. Было приятно Вас выслушать, — сказал ведущий. — На сцену приглашается делегат с территории Империи…       – Ну, и как я выступил? — спросил я, усаживаясь рядом с Изабеллой де Круа.       – На самом деле, неожиданно, но — интересно. Я даже, в какой-то степени, слушая тебя, возбудилась. Особенно от слов про то, что экипаж — это семья.       – А разве это не так?       – Так. Именно, что одна семья. И, если мы сейчас не окажемся наедине…       – Намёк понял, — сказал я.       Может, это было и не особенно вежливо — уходить вот так, но и присутствовать здесь было уже выше моих сил… Мы довольно быстро покинули актовый зал, на лифте поднялись к нам на этаж и буквально ворвались в номер. Не говоря ни слова, я обнял Изабеллу де Круа и поцеловал её глубоким страстным поцелуем. Девушка ответила на него — и несколько минут мы просто целовались, будучи не в силах оторваться друг от дружки. Потом, после того, как жажда поцелуя была немного утолена, я всё так же, ничего не говоря, поднял подол форменного платья девушки и, с удовольствием расстегнув свои брюки, вошёл в неё…       Потом я сидел на валике дивана и кидал в самодельную мишень всё, что удавалось достать. Идти на конференцию не было никакого желания. Хотелось скорее вернуться на крейсер, стартовать уже — и больше не бывать ни на одном официальном мероприятии... Только вот, чувствую я, много в моей жизни ещё будет, этих официальных мероприятий…       Конечно, пришлось посетить ещё несколько докладов, хотя бы из вежливости, послушать своих коллег из других секторов, после чего нам показали концерт самодеятельности (на самом деле смотрелось неплохо), а закрывала его снова наша, земная исполнительница. Ну и вот, наконец, всё позади, я выстаиваю очередь, чтобы получить автограф, после чего, получив его, мы с Изабеллой, наконец-то, отправляемся на борт крейсера.       – Долго вас не было, — встретил нас Уилфред. — Мы даже соскучились.       – Ты даже не представляешь, как я по всему этому соскучился, — сказал я. — Есть предложение — стартовать сразу после лайнера «Леди Май».       – Это на котором Хелависа улетела? Ты, кстати, автограф раздобыл?       – Держи. Да, это он. Просто… хочется свалить отсюда как можно скорее. Слишком уж тут всё официально.       Мы в самом деле, стартовали сразу после лайнера. Разумеется, лёгкий крейсер всегда будет быстрее пассажирского корабля, пусть даже и элитного, так что, мы раньше набрали скорость прыжка, раньше ушли в гиперпространство, пробыли там гораздо меньше — и раньше прибыли на Землю. Дело в том, что Уилфред был фанатом «Мельницы», и хотел, чтобы я позволил ему встретить солистку на космодроме. А для меня помочь другу было хорошим делом. Разумеется, из-за скорости «Синей Молнии», мы должны были прибыть на Землю на три дня раньше «Леди Май». Только вот, не прибыла она и через пять дней. Тут уже рассматривать другие варианты, кроме нападения на корабль, не было никакого смысла.       – Но кто мог напасть на них? — спросила Изабелла де Круа.       – Напасть-то могли пираты, — ответил Уилфред. — Но, узнать бы теперь, в каком секторе они это сделали — и куда увезли всех, кто был на борту.       – Сектор узнать несложно, — сказала Изабелла де Круа. — Маршрут «Леди Май» у меня есть. Можно узнать, заходила ли она в один из промежуточных космопортов — и будем знать примерное место нападения пиратов. А потом уже и «танцевать» от этого…       Через несколько минут мы любовались звёздной картой, которую Изабелла де Круа вывела с голографического проектора.       – Вот, смотрите, ребята, это маршрут, по которому должны была следовать «Леди Май». Здесь, — лазерной указкой девушка активировала одну из планет. — была та самая конференция по безопасности. Далее, корабль должен был пройти этим курсом. — на голограмме появляется зелёная линия. — Он должен был зайти вот сюда и сюда, — две точки. — и только потом прибыть на Землю. Так как корабль на Землю не прибыл, его стоит искать где-то в этом пространстве. А чтобы сделать этот процесс проще, наш товарищ, Уилфред Айвенго, должен узнать, заходила ли «Леди Май» хотя бы в один из указанных мной космопортов.       – Сделаю, — ответил бывший рыцарь. — И сделаю, как можно скорее…       Через несколько минут Уилфред сообщился, что «Леди Май» не заходила ни в один порт после вылета из космопорта Денуво.       – Это очень сильно сокращает район поисков, — сказала Изабелла де Круа. — Если привлечь дополнительные силы, то мы сможем проверить те несколько систем гораздо быстрее.       – Хорошо, — согласился я. — Готовьте крейсер к вылету — а я займусь дополнительными силами.       Итак, первым делом, дальняя связь. Набрать несколько кодов, которые коллеги с конференции дали мне для связи. Думаю, пиратов не любит никто, так что имеет смысл пообщаться… Набираю первый код. На мониторе появляется лицо обычного человека в чёрной униформе имперского покроя. Имперцы, в отличие от нас, не выводили Космическую полицию из состава Флота, а просто сделали её отдельным подразделением — в составе Флота.       – Капитан Энвир Тримед на связи, — представился он. — А, здравствуйте, Алексей. Что-то быстро Вы…       – Такое дело. Пираты перехватили пассажирский лайнер. Хотите поучаствовать в охоте?       – Да не откажусь, пожалуй. Кто ещё в деле?       – Думаю, подписать ещё несколько кораблей из тех, командиры которых тоже были на конференции, ну, и Вы тоже посмотрите, кто захотел бы.       – Хорошо, посмотрю, кого удастся привлечь.       После беседы с имперским офицером, я пообщался ещё с несколькими коллегами, включая и офицеров нашего, Земного Филиала, чьи корабли сейчас стояли на космодроме. Через час в моём распоряжении было небольшое такое соединение — двадцать крейсеров Космической полиции. Много это — или мало? Ну, разгромить в честном бою какие-нибудь пиратскую флотилию с такими силами — как нечего делать, только вот, кто сказал, что пираты будут с нами драться честно? Взять штурмом базу пиратов с такими силами — как нечего делать, но сначала её надо найти — и именно для таких вещей крейсер Космической полиции подходит просто идеально — он несёт очень много беспилотников, «заточенных» под поиск разного рода тайных баз.       Через два часа мы стартовали. Крейсер шёл в составе соединения из наших, земных «тарелок», в системе Денуво нас ждали прочие корабли. Разгон до гиперскорости, прыжок, и, пока «Синяя Молния» рассекает вечное «ничто» гиперпространства, есть время поразмыслить над самим фактом современного пиратства. Для жителей «той» Земли, откуда меня «выдернула» Сила, пират XXI века — это джентльмен, незаконно распространяет программы, игры, фильмы и музыку в сети Интернет. Правда, чаще всего он не имеет с этого никакой особой выгоды — но делает так, что эту самую выгоду не получают правообладатели (и хорошо, так как они и так люди небедные). Ну, или пиратом XXI века можно назвать жителя какой-нибудь Сомали, который, «закусив» катом (это наркотик такой), пытается взять на абордаж корабль в Аденском заливе. Иногда получается — иногда нет. Но, в этом мире, пират — это нечто большее. Эти пираты ближе к тем самым обитателям Карибского моря, про которых когда-то сняли несколько приключенческих фильмов. Только, вот романтики там никакой нет. Пиратство и на Земле в те времена было достаточно жестоким делом — хотя, по сравнению с пиратством космическим, оно было весьма гуманным. Здесь же… Конечно, пираты не убивают ради самого процесса. Но — если во время сражения деревянных парусников, кто-то падал за борт — он вовсе не обязательно тонул. При сражении космических кораблей, если на человеке нет скафандра — он обязательно погибнет… Конечно, пираты старались не стрелять туда, где могли оказаться люди — их основными целями были двигатели, системы вооружения и связи — но иногда шальной выстрел мог пробить обшивку — со всеми вытекающими отсюда вещами. Да и потом, когда пираты брали корабль на абордаж — они могли убить кого-то, кто оказывал слишком сильное сопротивление. А торговля рабами? В общем, пиратство было изрядной мерзостью, и, как правило, пиратов даже не судили — их старались убивать, как только узнавали от них все «явки, пароли и прочее». Казнили пиратов, как правило, с выдумкой — самым «мягким» было выбросить пирата в шлюз, но чаще придумывали что-то более «зажигательное»…       За такими думами я отстоял свою вахту, после чего мы (я, Изабелла, Уилфред и Мёрфи) прошли в кают-компанию. Надо было придумать план, по которому нам предстояло бы работать.       – Итак, друзья мои, — начал я. — Какие будут предложения?       – Ну, я вижу, что ты уже что-то придумал, — сказала Изабелла. — Так что, излагай, а там видно будет.       – Ну, хорошо. Я предлагаю следующее. На Денуво соединяемся с прочими кораблями — и идём по маршруту, по которому летела «Леди Май». Скорее всего, её перехватили в одной из систем на прыжке. Достали при помощи гравипроектора — больше ни на что моего воображения просто не хватает.       – Гравипроектор, говоришь? — задумчиво спросил Уилфред. — Если это он — то, как минимум, мы имеем дело с небедными пиратами. Достать гравипроектор можно — но дорого. И нужны связи, без них его просто не найти.       – А без гравипроектора если? — решил уточнить я.       – А без него как заставить корабль выйти из гипера? Если только вариант «свой человек на борту»…       – Я думаю, что это тоже не стоит упускать из виду, — сказал я. — Но что-то подсказывает мне, что это был гравипроектор. Не знаю, что, но подсказывает.       – Хорошо, а потом? — это Уилфред.       – А вот потом, я пока не решил. Разумеется, потом надо будет как-то понять, куда именно они забрали людей — и корабль, если мы его не найдём в точке похищения. А вот, как узнаем, куда именно они людей забрали — вот тогда и будем планировать удар. Но, я так думаю, что удар нужен именно такой, чтобы застать пиратов врасплох — чтобы не дать им никаких шансов на убийство заложников.       – Намётки какие-нибудь есть? — деловито спросила Изабелла де Круа.       – Пока — никаких. Совершенно никаких. Если, например, мы выйдем сразу на их базу — план будет один, если случайно найдём планету, на которой они живут — другой.       – Ну, например, базу мы их найдём. Варианты?       – А что варианты — десант надо сбрасывать. Именно поэтому я попросил держать наготове роту десанта. Мы тихо обнаруживаем базу, посылаем запрос на десант, тихо ждём — а потом наслаждаемся шоу. Десант прекрасно делает свою работу, а мы потом только допрашиваем пиратов.       – А если мы найдём их основную планету?       – А на этот случай у меня есть одна совершенно безумная идея.       – Какая? — спросила Иза, знакомая уже с моими «безумными» идеями.       – Переговоры. Высадимся — втроём, и вежливо скажем, что мол, ребята, такие дела — у нас на орбите двадцать крейсеров, сдавайтесь, или будет хуже. И посмотрим, что к чему. Я не думаю, что кто-то захочет спорить со звёздным крейсером — пусть даже и с лёгким.       – Ну, а если они на нас отыграются? — осторожно спросил Уилфред.       – А Сила и меч у тебя для красоты? — немного резко спросил я. — Мы всё же Джедаи, а не просто погулять вышли. В ближнем бою нам, как бы равных нет. Да и крейсера прикроют. Новые пушки, страсть, какие точные.       – А не рискованно ли?       – Нет. Пираты — они смелые, да. Пока речь идёт о том, чтобы драться против тех, кто за себя постоять не может. А вот против армады крейсеров над головой…       – Да, но они окажутся загнаны в угол. Не проще ли им будет «продать жизнь подороже»?       – Ну и пусть. Организованно отступим на борт «Синей Молнии» — и ударим из наших пушек. Каждый из нас взвода стоит, а то и роты…       – Достал уже своими цитатами, — проворчала Изабелла.       – Так к месту же…       – Ладно, шутки — шутками, а если серьёзно?       – Да я и так серьёзнее некуда. Самая лучшая подготовка, самое лучшее вооружение — разве кто-то может с нами справиться?       – Ну, если такие и были, — начал Уилфред.       – То они уже мертвы? — предположил киборг.       – Точно, — согласился я. — Так — бравада, это хорошо. Но, тем не менее, надо обсудить план действий. После того, как мы встретимся с прочими кораблями на Денуво, ты, Изабелла, поставишь штурманам соединения задачу — рассчитать систему, в которой был произведён перехват «Леди Май». Намётки у тебя есть?       – Есть. Она стартовала из Денуво, разогналась и ушла в гипер. Корабль должен был выйти из гипера на границе системы Диармид. Тем не менее, там «Леди Май» не появлялась. Значит, её могли перехватить в любой из трёх систем, которые лежат между Денуво и Диармидом. Теперь если учесть некоторые правила расчёта курса, то можно рассчитать точки, в системах, где корабль можно было безопасно «выдернуть» из гиперпространства. На самом деле, обследовать придётся не так уж и много. По космическим меркам, конечно.       – Спасибо за экскурс, милая Иза. Тогда до нашей вахты осталось часов восемь, да? Предлагаю всем отдохнуть что ли… Работы скоро будет очень много, так что — всем отдыхать.       – Ты же не собираешься именно «отдыхать»? — спросила меня Изабелла, когда мы оказались в нашей каюте.       – Это зависит от наших с тобой планов. Чего хочет женщина…       – Лучше я скажу, чего я не хочу, чтобы было интереснее. А не хочу я пока что спать. Намёк понят?       – Намёк понят, — ответил я. — И понят он очень хорошо…       До Денуво мы добрались довольно быстро — Изабелла де Круа очень хорошо рассчитала курс. Нас ждали уже на орбите. И то, что я увидел, мне очень понравилось. Вообще, при оснащении даже полицейских сил, есть определённые стандарты. И наши (новореспубликанские) довольно сильно отличались от имперских. В Новой Республике, силу Космической полиции оснащались вполне неплохими крейсерами, которые у нас, на Земле, называли «Летающими тарелками» — из-за формы корпуса и лётных характеристик. Нет, на самом деле крейсер мог летать очень хорошо, и такое понятие, как «сверхманёвренность», не было для пилотов чем-то необычным. Крейсер для своих весьма скромных размеров был неплохо вооружён — ускорители частиц главного калибра были прекрасной вещью — точные, мощные и скорострельные, они на голову превосходили установленные ранее турболазеры. Были у нас и ионные пушки, и ракеты — в том числе и тяжёлые противокорабельные. Конечно, по ракетному вооружение «Синяя Молния», как и любой лёгкий крейсер, уступала специализированному эсминцу УРО, но, повторюсь, основным предназначением крейсера такого типа, был не эскадренный бой, а преследование кораблей противника. Причём, чаще всего, противниками этими были пираты и контрабандисты. Например, в войне против вонгов, которую я по вполне понятным причинам не застал, «Синяя Молния» выполняла функции разведчика… Империя же решила не заморачиваться со специальным кораблём для Космической полиции. У них был корабль, который мог решать те же задачи, что и «Летающие тарелки», только… немного другим способом. И их доктрина — работала.       Не для кого не секрет, что перед тем, как с верфей Куата и Фондора сошёл первый «Имперский-1», основным крейсером начинающейся Империи была «Победа», доставшаяся «в наследство» от Старой Республики. И, несмотря на довольно долгую жизнь, «Победы» не сильно хотели уступать своих позиций. Да, крейсеры в очередной раз прошли модернизацию, которая позволила сократить экипаж до минимума (всё, что только можно было, перевели на компьютерное и централизованное управление), на кораблях поставили более мощные двигатели («Победы» и так были быстрыми кораблями, но теперь стали ещё быстрее), и новые системы управления огнём (само вооружение «Побед» и так было неплохим, но новые СУО позволили операторам огневых систем просто творить чудеса). И такие корабли Империя передала своей Космической полиции…       В общем, помимо десяти «тарелок» Новой Республики, меня ждало и пять «Побед» Империи. И я понял, что с такими силами можно сделать многое…       Первый брифинг Объединённых Сил мы устроили прямо на орбите Денуво — совершать посадку нам как-то не хотелось, тем более, что все необходимые данные можно было запросить и с орбиты. Все старшие офицеры собрались в конференц-зале на борту одной из «Побед», которая носила гордое имя «Судия», после чего я, как тот, кто взвалил на себя командование миссией, начал говорить:       – Итак, леди и джентльмены, я имею сообщить вам, что мы собрались здесь, чтобы отыскать пропавший несколько дней назад лайнер «Леди Май», стартовавший отсюда, с Денуво, но не прибывший к следующей точке своего маршрута. Мой штурман, коммандер Изабелла де Круа, выдвинула версию, что лайнер был перехвачен пиратами, при помощи гравитационного проектора, или при помощи диверсанта, в радиусе трёх звёздных систем. от этой планеты. Я хотел бы провести поиск в этом радиусе. У кого-нибудь есть вопросы?       – Да. Я — коммодор Флинт из филиала Тайферры, — встал со своего кресла рослый широкоплечий блондин. — Я так понимаю, Вы склоняетесь к перехвату корабля с помощью проектора? Но почему?       – Потому, что кабина экипажа, как правило, весьма труднодоступный объект. Чужому человеку попасть туда довольно сложно. По сравнению с этим, «достать» на «чёрном» рынке несколько гравипроекторов гораздо проще… Так что, мы решили, что корабль «выдернули» из гиперпространства именно при помощи проектора. Также был спор на тему того, случилось это в системе, или в так называемом свободном космосе — между системами. Я склоняюсь именно к тому, что это произошло в одной из ненаселённых систем — а они все ненаселённые. Почему именно так? Потому, что в межзвёздном пространстве, конечно, проще организовать засаду — но там так же легче и затеряться. Навигация там осложнена из-за малого количества ориентиров, а пираты вовсе не такие профессионалы, как мы. Да, у них есть свои хитрости, но… В общем, я бы поставил на то, что перехват «Леди Май» произошёл в одной из систем. Двадцатью кораблями, разделившись, нам удастся проверить их все. Сейчас мой старший навигатор (Изабелла де Круа встала и поклонилась) перешлёт на Ваши корабли координаты предполагаемых мест перехвата — и, как говорится, и да пребудет с Вами Сила, леди и джентльмены!       Собственно, на этом брифинг был закончен. Мы разошлись по кораблям, после чего Изабелла посмотрела на меня.       – А куда отправимся мы? Может, Сила что-то подскажет тебе?       – Не знаю. А тебе она ничего не подсказывает?       – Тоже как-то всё запутано. Может, в среднюю систему? Есть у меня одна теория…       – Какая? — спросил я, рассматривая звёздную карту.       – Понимаешь, устраивать засады в системах, которые лежат вплотную к тем, откуда корабль стартовал — и куда направляется, это не самая лучшая идея. Может, конечно, у пиратов и есть свой расчёт — мол, «под фонарём темнее», но устраивать засады рядом с планетой, на которой сейчас конференция по галактической безопасности — не самая лучшая идея. Точно так же, можно сказать и о конечной точке прыжка «Леди Май» — там одна из местных полицейских академий то и дело учения проводит. А вот вторая система — оптимальный вариант. Так что — я за неё.       – Тогда — нам туда!       Я сам считал курс — решил, что неплохо было бы попрактиковаться. Разумеется, получилось. Иза его проверила — краем глаза (всё же, опыта у девушки было в разы больше), и «Синяя Молния» совершила прыжок. Разумеется, прыжок был коротким, длился он не более пары минут, и вскоре мы были в точке сбора. Крейсеры, развернув свои сенсоры, буквально «обшаривали» предполагаемое место перехвата «Леди Май». Только вот, Изабелла де Круа всё же ошибалась…       – Кэп, из соседней системы сигнал от «Памяти Алдераана». Они что-то нашли. Принято, дай их на мой экран.       На мониторе передо мной появился такой типичный алдераанец. Я сам не знаю, как я это делал, но я всегда мог отличить жителя этой погибшей планеты от другого человека. Так и теперь — даже, если бы я не знал, что сигнал с алдераанского корабля, я понял бы что этот молодой человек — житель той планеты.       – Алексей, — сказал он на безупречном «стандарте». — Мы обнаружили здесь следы множества ядерных взрывов. Остаточная радиация не настолько сильная, но пираты иногда используют малые ядерные заряды — для дестабилизации сенсоров и «глушения» связи. Так что — вполне может быть так, что нападение на лайнер произошло именно в этой системе.       – Вас понял, коллега. Вы в той системе, что прилегает к Денуво?       – Да. А что?       – Да так, просто…       После того, как алдераанец отключился, я быстро переделал курс на нужную систему, подтвердил его автопилоту и посмотрел на Изабеллу.       – А что я? — сделала она совершенно невинный вид. — Может, пираты не знали про конференцию?       – Может быть. Ладно, полетели туда…       Снова прыжок — но уже совершенно короткий — и вот, кокон гиперпространства «рассыпается» брызгами света. Мы входим в звёздную систему. Через несколько минут собирается всё моё соединение, и командир «Памяти Алдераана» начинает рассказывать.       Они обнаружили следы ядерных взрывов. Их было много — но они все были малой мощности, специально, чтобы «забить» сенсоры и прочее. Далее, на определённом расстоянии было обнаружено остаточное электромагнитное излучение какое бывает после использования гравитационного проектора — всё-таки, эта штука «жрёт» очень много энергии. Ну и сущие мелочи — следы работы двигателей нескольких кораблей. Предположительно — один типа «эсминец», и пять класса «корвет». Сам проектор был установлен на чём-то более крупном — но излучение от работы проектора полностью «забило» остаточное излучение от работы двигателей.       Мы устроили совещание — теперь уже по видеосвязи. Надо было определиться с планом дальнейших действий. Всё же, после перехвата корабля, пираты могли отправиться, куда угодно. Где теперь их искать? Вот и решили посовещаться…       – Коллеги, — встала Изабелла де Круа. — У меня есть одно предположение. Мне был известен остаток топлива на борту «Леди Май» на момент её старта с Денуво. И топлива там оставалось лишь на один прыжок. Они собирались заправляться на Диармиде. Но, так как на Диармиде они там и не появились, можно сделать вывод, что и дозаправки никакой не было. Так как обломков корабля в этой системе не обнаружено, есть вариант, что пираты взяли корабль с собой. Так как топлива на борту «Леди Май» оставалось лишь на один прыжок, её стоит искать в зоне радиуса этого прыжка. Это около десяти световых лет.       – Большая зона поиска, — протянул кто-то из капитанов.       – На самом деле, не такая уж и большая. Если мы возьмём сферу радиусом десять световых лет с центром в этой системе, то увидим, что систем, которые подходили бы пиратам, не так уж и много — всего четыре штуки. Вот они, — Изабелла показала лазерной указкой. — Конечно, звёздная система — это всё равно, очень и очень много, но… Это уже значительно сужает район поисков.       – Значит, — сказал я. — Поступим пока так, как рекомендует коммандер Изабелла де Круа. Навигатор она опытный, своё дело знает очень хорошо. Вопросы? Отлично, вопросов нет… Тогда делимся на четыре группы по пять кораблей. Одно условие — в каждой группе должна быть «Победа» — на всякий случай. Я ничуть не сомневаюсь в профессионализме ваших канониров, но, огневая мощь лишней никогда не бывает. А, как известно, «Победа» всё же строилась именно для эскадренного боя. В общем, все меня поняли, вперёд, и да пребудет с нами всеми Сила!       Разделение на группы, расчёт курса, разгон, прыжок — всё, как обычно. Час в гиперпространстве. Выход в нормальное пространство, начинаем сканирование системы. Дроны уходят по направлению к планетам. Всего их, кстати, десять — и, судя по местному светилу, своей жизни здесь нет. Ну, или она какая-то причудливая — по нашим меркам. Звезда в этой системе — красный карлик, ближайшая планета находится довольно далеко от «зоны Златовласки», следовательно, жидкой воды там быть не может. На самом деле, именно такие звёздные системы просто идеальны для баз разного рода пиратов или контрабандистов.       Так как наша вахта пробыла на ногах значительно больше положенного времени, передаём управление смене и уходим отдыхать. Мучаюсь трудным выбором — полноценный отдых, или близость с Изабеллой де Круа. Девушка снова решает за меня — она устала до такой степени, что мы просто вместе приняли душ и легли спать у меня в каюте. Уснул я почти мгновенно…       И почти через час вскочил на ноги от сработавшего личного сигнала. Браслет на моей правой руке сжался и завибрировал. Я скатился с кровати, достал комм и прошептал:       – Капитан слушает.       – Товарищ капитан, такое дело… При сканировании системы один из беспилотников обнаружил несколько объектов явно искусственного происхождения.       – Так, очень хорошо. Но что за спешка?       – Так это не пираты, это какое-то поселение. Вот и просим о консультации.       – Понял. Сейчас буду.       Бельё, футболка, комбез, ботинки. Плеснув на лицо немного холодной воды, иду на мостик. Там — организованный хаос, которого никогда не было при работе нашей вахты. Я уселся в своё кресло и вывел на дисплей результаты работы беспилотников. Да, в самом деле, на орбите второй планеты была некоторая инфраструктура — несколько спутников, терминал для приёма больших кораблей, что-то ещё. То есть, что же это — здесь есть какое-то поселение? Это какое же, интересно? Так, сейчас посмотрим…       Я вызвал подпрограмму навигационного вычислителя и проверил наши координаты. Ага, мы здесь, и планета, вокруг которой крутится всё, что обнаружил беспилотник, называется Новая Швабия. А название-то не самое приятное… Разговоры про Новую Швабию ходили и в моём мире, но там, в силу специфики, дальше Антарктиды дело не заходило. Здесь же, вон оно как… Разумеется, ни о каком великом плане нацистов говорить не приходится — так как в базе данных есть описание, что это за планета за такая, и что за колония. Так… А ведь, наверное, то, что эта планета оказалась в нужном нам радиусе — не просто так. Может, они и не пираты — но вполне что-то могут про них знать. Почему я так думаю? А ситх его знает. Разумеется, подсказки Силы выглядят не «эй, парень, смотри, вон на той планете — плохие дядьки!». Просто время от времени у таких, как я, бывают разного рода «озарения», «видения», или просто что-то в этом роде. Так что, если мне эта самая Новая Швабия не нравится, значит, это не просто так… Ну, а раз так — нечего тянуть кота за… «фаберже», надо разбираться. А для этого надо будить моих товарищей.       Собственно, будить особо никого не пришлось — через несколько минут на мостике появилась Изабелла де Круа. И, если я, придя на мостик, выглядел именно так, как должен выглядеть человек, который спал всего один час, то Изабелла де Круа выглядела, как после полноценного сна, СПА-салона и пары-тройки обязательных для любой девушки процедур. Да, был у неё, помимо всего прочего и такой талант.       – Итак, — сказал я. — Перед нами лежит планета Новая Швабия — и она мне не нравится. И дело тут не только в том, что она населена нацистами, дело ещё и в том, что эта планета уж очень “удачно” расположена — в зоне досягаемости запаса топлива “Леди Май”. Конечно, всегда есть один процент за то, что всё это — совпадение, включая и то, что я ощущаю в Силе. Ощущения вообще, к делу не пришьёшь. Только вот, я считаю, что эти парни, скорее всего, знают про пиратов и их дела. А может быть, они и есть пираты... Таким образом, исходя из вышесказанного, я думаю, что нам может потребоваться так называемая «разведка боем». Что это значит? Сейчас с «Синей Молнии» весь экипаж, кроме нашей вахты, переходит на борт «Судии». Объясняю причину этого решения — на этой операции надо будет действовать очень быстро, и надо будем импровизировать. Чем меньше народу будет на задании — тем лучше. Далее, уверен, что при посадке корабль просканируют. Меня спросят — сколько на борту жизненных форм, я отвечу — три, и это будет правдой, ведь в Мёрфи органики осталось так мало, что сканер её просто не заметит. Втроём нам будет проще провернуть всё. Вопросы?       – Товарищ капитан, но почему именно Ваша вахта? Ведь стрелять все умеют, сами с нами занимались. Да и боевыми скафандрами все владеют…       – Так как я сегодня очень добрый (раздались смешки), я отвечу на этот вопрос. Да, я рад, что все члены моего экипажа умеют пользоваться боевыми скафандрами и стрелять, что, кстати, предписано Уставом Космической полиции. Но, скажите мне, леди и джентльмены, сколько у нас на борту Джедаев? Объясню, почему это так важно. Это — миссия не «прилететь и разнести всё вдребезги и напополам», как всем, включая и меня, наверное, хотелось бы. Это — миссия «прибыть, собрать максимум данных — и тихо убыть». Так что, наша вахта, как состоящая из одних Джедаев, будем самым оптимальным вариантом. Тем более, что и «легенда» есть — и, если эти парни имеют отношение к пиратам — они сами нам всё расскажут.       – А если нет?       – А если нет… Три Джедая могут очень быстро добраться до крейсера — и продемонстрировать плохим парням, что такое «ускорители частиц» с близкого расстояния. Ну, а если уж всё будет настолько плохо, что нас отрежут от крейсера… Во-первых, Мёрфи останется на борту — и окажет нам посильную помощь, а во-вторых, с такой армадой, как у нас, на орбите — стоит только попросить о помощи через комлинк — и плохим парням будет очень сильно не до нас…       – И всё же, ты сильно рискуешь, — сказала Изабелла де Круа, когда мы остались на мостике вдвоём.       Уилфред и Мёрфи ушли с мостика, выполнять некоторые мои приказы, корабль на самой малой тяге шёл к Новой Швабии, а Изабелла и я разговаривали на мостике.       – Ну, вообще-то, нет, — сказал я. — Ты ведь сама видела, что всё просчитано до мелочей. Мы готовы ко всему — я даже не знаю, что может пойти не так.       – Ты же мне сам рассказывал, что всегда готовишься, изучаешь четыре сотни нештатных ситуаций — а случается всегда четыреста первая!       – Я знаю. Но здесь, в самом деле, всё учтено и просчитано. Мы втроём можем работать против кого угодно, Мёрфи может поддержать нас огнём орудий крейсера, а поблизости и вовсе целый флот будет. Можно даже с Земли шефа на «Защитнике» вызвонить…       – Нет, это будет уже перебор.       – Что именно — шеф, или «Защитник»?       – И то и другое. «Имперский-2» — это для данной ситуации уже перебор. А наш начальник… Ну, ты понимаешь… Эй, ты чего смеёшься?       – Ну, потому, что именно на такой эффект я и рассчитывал — ты стала настолько серьёзно рассказывать, на что способно сочетание «Начальник + его личный крейсер», и так забавно при этом выглядела…       – Значит, развлекаешься?       – Ага. Имею право.       – Имеешь право, значит? Ну, посмотрим, на что ты ещё имеешь право — но уже, в каюте — и наедине…       – Это угроза?       – Посмотрим, милый.       – Хорошо, любимая…       – Но всё же, расскажи ещё раз о своём плане.       – Хорошо. Первым делом — у тебя в госпитале спирт есть?       – Есть. Но, ведь ты не пьёшь!       – Разумеется. И даже не в мыслях не было пить это дело. Но — перед выходом из корабля надо будет побрызгать спиртом на форму, лицо и руки. И поведение — соответственно. И для входа в атмосферу — ты сможешь просчитать такой курс, чтобы я мог вести корабль по очень сложной траектории, чтобы выглядело, как будто пилот пьян?       – Смогу, конечно. То есть, твой план — выглядеть совершенно пьяными?       – Ну да. Расчёт будем делать на то, что с пьяными они будут не настолько серьёзны. А нам, соответственно, это будет только на руку… И форму одежды надо будет того… «модернизировать».       – Слушай, а почему ты не сказал всего этого сразу?       – Ты бы отказалась?       – Да нет, просто нельзя же так.       – Извини, это просто… отголоски моей прошлой жизни. За пять лет никак не отвыкну доверять кому-то ещё. Но… это пройдёт.       – Хорошо. Итак, мы «косим» под очень пьяных, что дальше?       – Легенда такая — мы не очень хорошие офицеры космофлота, решили, устав от такой жизни, угнать патрульный крейсер, продать его где-нибудь, а на полученные деньги, соответственно, жить безбедно на какой-нибудь спокойной планете. Что скажешь?       – О чём? Легенда неплоха, или о планете? Я слышала, на Кореллии неплохо…       – Я тоже слышал. Обязательно побываем там в отпуске.       – Ловлю на слове.       – Хорошо. Но, вернёмся к нашим баранам… Они видят в нас пьяных, поэтому воспринимать нас серьёзно они не будут. Нам это только сыграет на руку — можно отработать при помощи Силы, можно просто наблюдать, а можно будет и взять «языка». Разумеется, лишь в том случае, если мы будем совершенно точно уверены, что эти типы связаны с пиратами.       – А если дойдёт до силового варианта?       – Ну… Сколько у нас мечей?       – Три!       – А бластеров?       – Четыре! И крейсер с кучей пушек, — добавил Мёрфи, входя на мостик, вместе с Уилфредом.       – Вот именно. Так что — проблем не будет. У нас всё готово?       – Так точно, командир, — отсалютовал Уилфред. — Несколько бутылок готово, а нам больше и не надо.       Нет, конечно, я не собирался никого спаивать. Просто в этот рейс мы взяли несколько ящиков хорошего лимонада в стеклянных бутылках. Просто компания-производитель решила устроить тест своей продукции — при невесомости, при перегрузках, а заодно и протестировать сам продукт. Я не знаю, как они вышли на интенданта Космической полиции, но договор они заключили. Шеф потом этого интенданта ругал по полной программе, но несколько контейнеров лимонада всё же на склады Конторы попало. Вот и «употребляли» мы его. Нет, «Тархун» был хорош, да и «Барбарис» и прочие тоже. Просто шефу не понравилось, что всё это было «через его голову», вот он и устроил скандал. Просто «кульный хацкер» Уилфред по моему заказу, вместе с Мёрфи разработал дизайн этикеток «Мощного Виски», распечатал их на корабельном принтере (могучая «дура», стоящая в одном из отсеков крейсера), после чего они вместе с киборгом аккуратно (чему способствовали протезы Мёрфи) наклеили новые этикетки на бутылки «Колы». Ловкость рук — и никакого мошенничества!       Наконец, после того, как все приготовления были закончены, крейсер перешёл на нормальную тягу — и мы продолжили полёт к Новой Швабии. Нас до сих пор не заметили, и не только благодаря усилиям Уилфреда и прочих связистов импровизированного соединения. Просто системы обнаружения, что стояли на Новой Швабии были такой мощности, что не замечали ничего больше тяжёлого крейсера. Именно поэтому, «Судия» и другие «Победы» находились пока что на самой границе системы…       Где-то на расстоянии в полторы световых секунды нас всё же вызвал местный контроль.       – Неопознанный корабль, просьба идентифицироваться.       – Без проблем, ик, — сказал я настолько заплетающимся голосом, что аж самому стало противно. — Это крейсер «Поцелуй бритвы», и нам срочно нужна посадка, ик!       – Секундочку, «Поцелуй бритвы», я проверяю Вас по базе данных…       Разумеется, я перепрограммировал транспондер «Синей Молнии», этот приём использовали многие, начиная от агентов под прикрытием, и до контрабандистов. Разумеется, контрабандистов я не жаловал — но их методы работали, и их можно было использовать при необходимости. «Поцелуя бритвы» никогда не было в этом мире, зато это название фигурировало в базе данных. Его туда ввели — просто так, на всякий случай. Маскировка, так сказать…       – «Поцелуй бритвы», я Вас вижу в базе. Назовите цель Вашего визита на Новую Швабию.       – Цель у нас простая, ик. Нам надо сделать предложение, ик, Вашему начальству, ик. Уверен, оно им понравится, ик! Можно ли обеспечить разговор с Вашим начальством? Гарантирую — от этого разговора всем будет только лучше.       – «Поцелуй бритвы», я Вас поняла. Разрешаю Вам посадку в док номер шесть, он будет подсвечен. Активируйте Вашу систему автопосадки.       – Какая-такая автопосадка, ик! Милочка, ик, я водил корабли, ещё, когда Вы в школе учились! Сяду на ручном, ик!       – Но… это не положено…       – Не положено — не ешь, ик, — скаламбурил я. — Просто подсветите мне этот док — и я в него сяду, ик!       В общем, «Синяя Молния» «ухнула» на посадку. Не знаю, смог бы я сам вести корабль по такой траектории, без подсказок от навигационного компьютера, в который ввела курс Изабелла де Круа, но с подсказкой в виде силуэтов «тарелки» на дисплее, это было реально. Огромный звёздный крейсер (пусть и лёгкий) крутился в атмосфере, то и дело выписывая «бочки», «петли» и кореллианские спирали. Разумеется, у нас, на мостике, ничего не ощущалось — искусственная гравитация на корабле работала безупречно. Я искренне порадовался за неё — иначе пить лимонад было бы потом опасно для жизни…       Вот и атмосфера планеты. Здесь пришлось сбавить скорость — атмосфера была более плотной, чем на Земле — но, проход в стиле «метеора» я всё же устроил — за кормой «Синей Молнии» был просто шикарный шлейф пламени. Я намеренно прошёл мимо диспетчерской вышки (разумеется, она была не под куполом) так, что там всем стало крепко не по себе, но потом аккуратно снизил скорость — и плавно на репульсорной тяге загнал крейсер в ангар, который нам выделили. Ну, а теперь — «Шоу должно продолжаться», не так ли?       То, что мы сделали с запасными комплектами парадной формы, никак не выдавало в нас военных. Китель, у которого рукава отрезаны, аж по самые плечи, и брюки, превращённые, скорее в бриджи — на военную форму не похожи от слова «совсем». А уж, если добавить к этому делу некие фантазии на тему джедайского плаща — эффект получится просто убойный. Образ добавляла щетина — тёмная у меня и светлая у Айвенго, и сильный запах спиртного — от всех троих. Запах был весьма и весьма неприятным, но… на что не пойдёшь ради работы?       В доке к кораблю подали специальный «рукав», по которому мы прошли непосредственно в помещение космопорта. Там нас ждал «комитет» по встрече. Их было шестеро, и внешность двоих из них говорила о том, что это — не простые смертные. По крайней мере, золотого шитья на этих двоих было очень много. Совершенно не радовало то, на что это золотое шитьё было пришито. На одном был белый китель и белые брюки. Да, конечно, белую форму носят многие. Например, весьма уважаемый мной Траун — носит белую форму гранд-адмирала, причём, совершенно заслуженно. На Земле у флотских — тоже белая «парадка», Морская Пехота США — для офицеров парадная форма тоже белая. Но здесь… Покрой кителя, словно сошедший с германской кинохроники 1939-1942 годов, та же уверенность в собственном превосходстве, награды образца того же времени и той же страны (интересно, за что?), маршальский жезл в руке. На втором китель и брюки были чёрного цвета, но они навевали на некие мысли о смотренном в дни моей юности сериале «Семнадцать мгновений весны», и некоем Генрихе Мюллере, точнее, о той конторе, которой он руководил. Прочие были охранниками. Только вот... их форма и снаряжение выглядели, как дикая смесь снаряжения вермахта и брони имперских штурмовиков. Я совершенно отчётливо видел пластины брони, защищавшие жизненно важные органы, видел ранцы ПСЖО, но шлемы… Дизайн шлемов был явной отсылкой к шлемам вермахта. Вооружены же охранники были одной из последних модификаций «винтовки» Е11, прекрасно работавшей на дистанциях ближнего боя.       – Ненавижу нацистов, — очень тихо, но так, чтобы услышали мои друзья, пробормотал я.       – Я понимаю, — так же тихо ответила Иза. — Читала про них…       Мы подошли к встречающим. Тот, что с маршальским жезлом, вышел вперёд и торжественно произнёс:       – Я — рейхсмаршал Джон Пайк, это Максимилиан Шмидт, начальник Службы Безопасности. Прежде, чем вы расскажете, что у вас есть за дело ко мне, скажу, что, если бы вы были местными жителями, вас бы арестовали — за полёты в нетрезвом состоянии.       – Ик! Я прошу прощения за то, что летел вот так. Просто, извините, что так вышло, ик!       – Хорошо, что Вы нам можете предложить?       – Я имею предложить вам, ик, тот прекрасный корабль, на котором мы прилетели. Закупочная цена его составляет сто миллионов кредиток, ик, я уступлю за шестьдесят. Мне, как командиру — тридцать лямов, ребятам по пятнадцать, ик! Сделка выгодная, я бы согласился, ик!       – Секунду, Вы хотите продать нам — нашей планете, звёздный крейсер?       – Ну да, ик! Лёгкий крейсер класса «Синяя Молния», специально построенный для борьбы с пиратами и контрабандистами, ик! Самый быстрый кусок железа в этой Галактике, ик!       – А с чего Вы решили, что нам нужен такой корабль?       – Ну, с того, что на Диармиде, ик, ставят базу Космической, ик, полиции, собственно, оттуда мы корабль, ик, и увели. Раз здесь, ик, есть база — значит, есть и пираты. А раз, ик, есть пираты — значит, вам пригодится и специальный корабль, чтобы с ними, ик, бороться.       – А этого крейсера не хватятся? И где весь экипаж?       – А, с этим, ик, всё было, ик, просто. В очередном, ик, патрульном, ик, вылете мы включили системы, ик, предупреждения о взрыве, ик, реактора, все и эвакуировались. Так что, ик, — никто этой посудины, ик, не хватится.       – Ваше предложение, конечно, звучит заманчиво, — сказал Пайк. И мы его даже обдумаем. Минут так несколько. Хотя... зачем думать? Мы согласны. Только вот, цену вы “ломите” слишком высокую. Не проще ли забрать у вас корабль просто так, а вас... вас мы пока придержим тут у нас, в гостях. Уверен, что вы нам пригодитесь...       Сложно показывать крутизну, когда на тебя смотрят несколько стволов, а твой световой меч лежит на мостике, в специальном тайнике. Да, мы все были без оружия, и это тоже было частью моего плана. И уговорить на эту часть моих друзей было самым сложным...       Руки скованы за спиной, охрана смотрит на нас, как голодные собаки на мясо — в общем, Пайк и его люди сделали, казалось всё, чтобы деморализовать нас. Мы старательно им подыгрываем. Под прицелом нескольких Е11 нас конвоируют сначала к системе внутреннего сообщения, после чего буквально запихивают в багажное отделение одной из капсул. Хорошо, что внутренность этого отделения обита чем-то мягким — ускорение буквально через несколько секунд буквально «размазывает» нас по полу. Терпимо (зря нас, что ли, на центрифуге крутили?), но приятного, конечно, мало. Поездка длится несколько минут — багажное отделение открывается, и снова под конвоем нас куда-то ведут. А, вот куда — здесь что-то вроде камер, где они держат таких вот «гостей», как мы. Ну что же, а это ничего, что именно сюда я и рвался?       Нас запирают в одной камере (всех троих — вот молодцы!), выдав, напоследок, тюремную униформу. Ну что же — пока что всё идёт именно так, как я и рассчитывал… Неужели эти нацисты до такой степени тупые, что не могут понять, что люди, которые прилетели к ним добровольно — могут быть не теми, кем кажутся? Или они просто не слышали про Джедаев? Но ведь сейчас информация про нас есть везде… Странно…       Тем не менее, надо работать. Разумеется, наручники с нас сняли — перед тем, как бросить в камеру. На что же, переоденемся — тем более, что и самому не хочется ходить в остатках формы, над которой же сам и поиздевался. Так что… Стесняться мне некого — Уилфред мой старый друг, и я доверяю ему на все сто, а с Изабеллой я и вовсе живу, так что — я просто сбросил с себя всё, кроме белья и буквально ввинтился в тюремный комбинезон. Он, конечно, оранжевого цвета — но, в нём хотя бы, теплее, чем в бриджах и безрукавке. Изабелла тоже переодевается — специально на неё не смотрю, но вижу, что она сегодня в стрингах и сексуальном бюстгальтере. Да, жаль, что сейчас ничего не выйдет… Хотя, с другой стороны — чего жалеть-то? У нас с ней впереди ещё много и много времени, так что, жалеть не о чем. Ага, на девушку обращают внимание и охранники. Очень хорошо, на это тоже был расчёт — из кармана бриджей можно переложить в карман комбинезона кое-что важное — набор отмычек. Отмычки нам пригодятся — завтра нас отсюда выведут, но ночью надо будет немного прогуляться по этому месту, провести рекогносцировку…       Ну что же, будем готовы к тому, что ночка будет «горячей». А собственно — это ведь тоже часть нашей работы — запутать противника, показаться слабее, чем ты есть на самом деле — а потом отработать по полной программе. Я так делал уже — когда мы выкорчёвывали наркомафию, так что, сделаем и сейчас.       Пока охранники изо всех сил пытались не смотреть на Изабеллу де Круа, обмениваюсь знаками с Уилфредом. Тот кивает — мол, понял, командир, всё нормально. Уилфред притащил с собой ещё и комлинк, через который можно было связаться, как с Мёрфи на борту «Синей Молнии», так и с группировкой наших кораблей. Оружие? Да зачем нам оно — при таком раскладе? Связь — вот наше оружие. Связь и Сила.       Остаток дня Изабелла «копалась» в мозгах у охранников. Это было несложно — принять как можно более соблазнительную форму, изогнуться особым образом… Охранники смотрели на девушку, а девушка, тем временем, через Силу, «настраивалась» на их сознание. Нет, для того, чтобы использовать «контроль разума», ничего этого делать, конечно, было не надо — но нам требовалось от охранников значительно больше, чем «Вам не надо смотреть наши документы». Мы всё же, собрались всю «ночь» (а она уже скоро), ходить по этой тюрьме, открывать камеры и смотреть, кто там, Уилфред хотел «пошарить» в компьютерной сети… То есть, нужен был полный контроль сознания охранников, чтобы они даже не подумали помешать нам. И было два варианта, как это сделать — погрузить их в сон, или… погрузить их в очень глубокий сон. Сон со сновидениями, от которых им бы не захотелось просыпаться. И Изабелла де Круа, как очень сильный специалист по таким вещам, собиралась обеспечить этих деятелей такими сновидениями…       Наступил вечер. Принесли ужин. Не самый плохой, кстати — обычные армейские пайки. Как я люблю шутить, «напугали ёжика голой задницей» — просто кормить военного армейскими пайками — это всё равно, что… я не знаю — заставить нас жить в казарме. Так что, сытые, отдохнувшие и готовые к действиям, мы ждали…       А вот и «ночь» — освещение пригасили до «дежурного», охранники проверили все камеры — и мы стали ждать. Обычно, самая первая вахта — самая простая. Самая сложная — под утро. Но до утра охрана может и смениться, так что, действовать надо сейчас. Не «вот прям счас», конечно, но хотя бы через час-полтора. Охрана как раз уже немного расслабится — и будет наиболее уязвима к манипуляциям Силой. Мы честно подождали час, пока все, включая охрану, успокоятся — и начали действовать…       Изабелла поманила охранников к нашей камере.       – Чего надо? — спросил один из них, буквально пожирая девушку глазами.       – Да ничего, просто хотелось получше рассмотреть такого представительного джентльмена… — произнесла Изабелла очень томным голосом. — Нам тут долго сидеть, так что, думаю, надо узнать друг друга поближе…       – А что же, твой дружок тебя не удовлетворяет? — грубо пошутил охранник.       – Ну… Мне, может, мало… А, тут такая мощь, — тонкие пальцы прошлись по «молнии» на брюках охранника. — Наверняка, с этим можно получить хорошее удовольствие…       – Да, это так, — ухмыльнулся охранник, уже предвкушая хороший горячий секс. Только вот, мечтать — оно, конечно, не вредно, оно даже полезно — но не в этот раз.       Охранник был настолько уверен в себе, что даже открыл дверь нашей камеры. А Изабелла просто погладила воздух ладонью и сказала:       – Иди в комнату, я сразу за тобой.       И охранник пошёл. Пошёл, даже не оглядываясь. Хотя думаю, если бы он оглянулся, он не увидел бы, что девушка мало того, что не пошла за ним — она вместе с двумя своими товарищами идёт к пульту охраны, где, уронив голову на клавиатуру, дремал второй охранник. Ему повезло меньше — вместо чарующего голоса Изабеллы де Круа, ему достался мой удар сзади по шее — под каску. Бил я с таким расчётом, чтобы сон перешёл в потерю сознания — с гарантией. Убивать я не собирался — вообще я стараюсь не убивать без необходимости. Всё же, большая часть жизни, проведённая с книгами Гаррисона и Хайнлайна, многому меня научила…       Неделикатно отодвинув охранника от пульта, Уилфред сел на его место и пробежался пальцами по клавиатуре. Разумеется, сразу вспыхнуло окно ввода пароля. Молодой рыцарь усмехнулся и пошарил под столом. Там открылся какой-то ящик. Короткий взгляд туда, смешок — и вот уже в окне ввода пароля появляются точки, окно гаснет, и появляется надпись: «Доступ разрешён».       – Демон, ты как это сделал?       – Просто предположил, где такие люди, как эти охранники могут хранить пароль от системы.       – А запомнить не вариант?       – А ты посмотри на них — похожи они на людей, которые могут что-то запомнить?       – Твоя правда…       Пока Изабелла де Круа обматывала охранника скотчем, катушку которого она нашла на пульте, пока Уилфред общался с компьютером, я пробежался по камерам. Да, все они были заперты, а внутри было темно — но было видно, что внутри находятся люди. И людей было немало…       Так, конечно, это могут быть местные — те, кто, например, не согласен с местной политикой… Хотя, ерунда. Это на Земле такое может быть, а здесь — на тех, кто не работает и не приносит прибыли, расходовать воздух — бред. Значит, это могут быть те, кого они похищали. Может, кого-то ждёт подпольный рынок рабов, а кого-то и работа на благо этой колонии. Но, в любом случае, надо узнать, кто это. Всё же, мои умозаключения — это всего лишь умозаключения, основанные лишь на логике. А кто знает, какова логика у этих деятелей?       Я вернулся на пульт. Уилфред с видом победителя смотрел на монитор.       – Всё нормально? — спросил я.       – Да. Тут у них сеть, так что, можно просмотреть всё, что нужно.       – Очень хорошо. Что с взломом защитных систем в ангаре?       – Я взломал их ещё при посадке, теперь просто заблокировал. Слушать они будет только нас.       – Отлично. Можешь посмотреть, кто именно сидит в этих камерах? Хотя, вряд ли здесь настоящие имена будут…       – Я разберусь. Насчёт настоящих имён ты прав, наверное, но… Наверняка они какой-то учёт ведут на предмет того, кого и когда они взяли…       – Хорошо, друг. Работай.       – Принято, командир.       – Ого, как ты его обмотала, — сказал я, с уважением глядя на Изабеллу де Круа. Охранник был похож на кокон гусеницы.       – Просто одна идея возникла, — сказала девушка. — Можно оставить его здесь, так, чтобы виноват оказался второй охранник. И посмотреть, что из этого выйдет. Мол, коллективное сумасшествие.       – А знаешь, я тоже думаю, что эффект будет интересный…       Тем временем, Уилфред просто разошёлся — он открыл несколько окон, вошёл во все свои аккаунты в нескольких облаках Галактической Сети и увлечённо копировал файлы, что-то важное анализировал –в общем, было видно, что человек работает, и работает очень увлечённо. Я посмотрел, как он работает — и решил пока сам посмотреть по камерам, кто здесь.       В первой же камере, которая находилась рядом с нашей, явственно, кто-то был. Камера была, помимо решётки, закрыта ещё и матовым стеклом. Тем не менее, решётка переговорного устройства там присутствовала. «Переговорник» — и маленький монитор. Я включил его. Экран осветился, дав очень своеобразное изображение. «Картинка» была чёрно-белой и весьма контрастной. «Тепловизор», — понял я. — «Ну, логично, учитывая, что сейчас ночь»…       – Прошу прощения, — произнёс я в микрофон. — Но мне очень надо узнать, кто здесь.       – Меня Наталья зовут, — раздался смутно знакомый голос. — Но будить-то зачем? И так недосып от этих ваших условий.       – Прошу прощения ещё раз, но я — офицер Космической полиции. У нас тут… рекогносцировка. Готовим операцию по освобождению всех. Вы как сюда попали?       – Я летела на «Леди Май» после концерта. Корабль внезапно вышел из гиперпространства, а потом на борт ворвались пираты.       – Наталья… Вы — Хелависа? Я ещё на космодроме за автографом к Вам подходил. Мне, кстати, нравятся Ваши песни.       – Это хорошо, но когда меня освободят?       – Думаю, что скоро. В самое ближайшее время здесь высадятся наши силы — и тогда Вас вытащим отсюда. Сейчас просто здесь будет немного «горячо» — здесь безопаснее находиться…       – Хорошо…       Так, по крайней мере, кто-то из пассажиров «Леди Май» здесь. А пираты-то, не самые умные люди — давно придумали бы многоходовочку, как получить выкуп за Хелавису — и не попасться. Уверен, что за эту леди выкуп они получили бы знатный. Я не фанат, но даже мне известно, что она и сама по себе дама не бедная, и супруг у неё тоже… Так что, пираты совершили ошибку — а, скорее всего, или просто не поняли, кого именно они захватили, или просто не знают, что с ней делать. Ну что же, парни, за ошибки надо платить — вот вы и заплатите. Мне.       Так как одно доказательство того, что жители Новой Швабии были причастны к перехвату «Леди Май» у меня теперь было, можно было спокойно возвращаться на крейсер и устраивать здесь всем «грандиозный шухер». Но… во-первых, возвращаясь сейчас на корабль, можно было нарваться на неприятности. Контроль разума — контролем разума, а вдруг не повезёт нарваться на кого-то с не такой слабой волей? То, что мы были Джедаями, вовсе не означало бессмертия, выстрел из бластера убивает Джедая так же, как и обычного человека. Так что — не лучше ли дождаться утра, когда нас так и так отведут на борт «Синей Молнии»? Конечно, отведут нас туда под неусыпной охраной, но, дома, как известно, и стены помогают, а уж про разного рода сюрпризы и туза рукаве, по имени Алекс Джей Мёрфи, я и вовсе промолчу…       Так что, после того, как мой друг Уилфред закончил свои компьютерные подвиги и почистил систему от своих дел, а Изабелла де Круа закончила «пеленать» охранника, мы совершенно спокойно вернулись в камеру, и я запер за собой дверь. Всё же, после честной и сложной работы, имеем мы право поспать? Я провалился в сон практически мгновенно, и разбудили меня лишь дикие крики под самое утро. Разумеется, я совершенно не выспался, но эти крики были мне просто бальзамом на душу — ведь это орал благим матом сам рейхсмаршал Джон Пайк. Нет, отчасти его эмоции понять было можно — приходишь ты такой, в блок заключения, узнать кое-что у тех, кого вчера самолично сюда заточил, а охраны нет. То есть, позже ты находишь одного охранника в каморке для санитарного инвентаря, а второго кто-то замотал скотчем, как египетскую мумию…       Разумеется, Пайк подскочил к нашей камере, ведь кого же ещё подозревать, как не тех, кто появился в блоке позднее всех? А вдруг они… сбежали! Но, каково же было удивление Пайка, когда он увидел, что те, на кого он думал, сидят на нарах в своей камере — и смотрят на него сонными глазами!       – Вы! Вы! Вы! — начал он, но каждый раз, никак не мог сформулировать дальше свою мысль.       – Да, мы, — спокойно и вежливо ответил я. — Но что — мы?       – Вы! Да как Вы посмели!       – Что — посмели? Мы, вроде бы, ничего плохого не сделали…       – Вы! Вы зачем с охраной такое сделали?       – Да, как бы, мы ничего и не делали. Я вот, например, спал. Да и товарищи мои тоже… А Вы, наверное, пришли из-за того, что в корабль попасть не можете? Я правильно говорю?       – Да! Что Вы сделали? Как в него попасть?       – Ну, согласитесь, что мы ведь не идиоты, чтобы идти к вам на поклон — и не подстраховаться? Ежу понятно, что никто не захочет платить деньги за вещь, если её можно получить за так. Вот мы и подстраховались. Просто ввели код блокировки корабля. Теперь без этого кода попасть на борт просто невозможно — если, конечно. Вы не имеете доступа к специалистам верфей. А они без документов на крейсер с Вами даже разговаривать не станут…       – И что Вы хотите сказать?       – Да ничего. Кроме того, что без нас — без всех нас — на борт «Поцелуя бритвы» никому из вас не попасть.       – И Вы хотите сказать, что я должен пустить вас всех на борт вашего крейсера?       – В точку. Вы всегда такой умный — или только по утрам?       – Но… Но… Но вы ведь тут же улетите!       – Какое блестящее умозаключение! Подруга, ты слышала, какие у нашего гостеприимного хозяина бывают озарения?       – Точно, — грубовато отозвалась Изабелла, нарочито цедя слова через губу.       – Слушай сюда, ты, рейхсмаршал, или как там тебя… Я же не говорю тебе, что ты должен «вотпрясшаз» отвести нас на корабль, после чего с открытым ртом смотреть, как мы улетаем. Ты пошлёшь с нами людей, которые будут смотреть, что и как мы делаем. А потом, когда мы передадим тебе все коды, ты дашь нам денег — столько, сколько я сказал, и небольшой корабль, на котором мы улетим. И только прибыв в более-менее приличный космопорт, я передам тебе Самый Главный MasterKey, без которого крейсер будет самопроизвольно глушить все системы каждые два дня. Тебе ведь это не надо?       – А губа не треснет? Может, мы вас просто продадим на рынке рабов, а с кораблём к производителю обратимся?       – Обращайтесь, — зевнул я. — Без документов с вами и разговаривать никто не станет. Скорее, даже наоборот, вызовут Службу Безопасности — и Вы, рейхсмаршал, расскажете им всё — и не только про троих офицеров, что хотели продать Вам корабль, но и про пиратство и всё такое прочее…       – Какое пиратство? — ой, как ненатурально… Нет, может, кого-то ты и обманул бы, но, не нас точно.       – Да обычное. По вашей колонии видно, что живёте не по доходам. Да, редкоземельные элементы, но на них так хорошо всё не организовать. Значит, есть дополнительные источники доходов. Обычно те колонии, которые занимаются чем-то легальным, не скрывают это. А скрывают те, кто делает что-то плохое. А чем можно заниматься, чтобы получать стабильный доход — и не бояться, что схватят за руку? Только пиратством. Наркотики — опасно и неактуально, с хаттами придётся делиться. Да и после тех событий в Солнечной, наркоторговца скорее пристрелят на месте, чем будут судить. Контрабанда — сложно подняться, так как безопасно возить можно далеко не всё — и опять же придётся делиться с хаттами. А пиратство и работорговля — хаттам в этом секторе неуютно, полиция сюда редко залетает, так что — хочешь, твори, хочешь — вытворяй, никто слова не скажет… Правильно я рассудил?       – Правильно, — у Пайка дёрнулся глаз. — И что же теперь с вами делать? Я не могу отпустить вас, ребята. Вы слишком много знаете. Может, проще убить вас, а корабль… Да чёрт с ним!       – Мужик, вот с виду ты такой умный, солидный и всё такое, а по факту — дурак дураком. Неужели я полетел бы сюда, не подстраховавшись? Неужели я не знал, что здесь будет такая «встреча»? Мы вон, с пани Моникой, — я показал на Изабеллу. — Лучшие аналитики Конторы. Просчитали вас, как первоклашек. На одном из наших серверов сейчас лежит пакет с моими умозаключениями. И, если каждые два дня я не буду отправлять подтверждение, что всё хорошо — он уйдёт в командование Космической Полиции Земного Филиала. А там начальник — зверь просто. Гарантирую веселье — до гроба… Так что — если не принимаете моё великодушное предложение, можете валить отсюда. Кстати, завтрак тут скоро дают?       Кажется, я довёл Пайка до самого белого каления. По крайней мере, теперь у него дёргались оба глаза. Я даже думал, что он сейчас достанет бластер и начнёт палить в меня, и уже прикидывал, как именно я буду его обезоруживать. Тем не менее, здешний Большой Босс справился с собой.       – Хорошо, я согласен. Только с вами на корабль пойдут люди из моей личной гвардии!       – Да хоть рота почётного караула и Девятый Легион из Древнего Рима. Мы, гуманоиды, друг друга не обманываем!       С нами на борт «Синей Молнии» отправили пятерых головорезов. Штурмовой брони, конечно, на них не было — просто бронежилеты и щитки, на коленях, локтях и запястьях. Ну правильно, кого бояться-то, не нас же? Мы ведь без оружия, ведём себя неагрессивно… Нас не надо бояться, нас надо любить! Обожать!       Снова капсула — но теперь уже не багажный отсек, а вполне себе пассажирский, где мягкая обивка салона и анатомические качающиеся кресла, полностью гасящие перегрузки. Сидеть, кстати, удобно и приятно. Несколько минут «полёта», и мы выходим на перрон под космопортом. Поднимаемся к ангару. Охранники, разумеется, глаз с нас не спускают. Вот и шлюз, ведущий к ангару, в котором стоит «Синяя Молния». Ну что же, «шоу начинается»…       Переход по «трубе» к крейсеру. Вот и его люк. Панель набора кода. Аккуратно, прикрывая её от взглядов охраны, ввожу свою часть кода. Уступаю место Изабелле — и девушка вводит свою часть, за ней — Уилфред. Разумеется, мы вводим вовсе не коды доступа на корабль, а кое-что очень «интересное», что, несомненно, очень сильно «обрадует» наших гостей. Поднимаемся на борт, проходим через шлюзовую камеру. Там тоже есть пара «сюрпризов», которые мы активировали. Ну, и скоро попадаем на мостик…       – Ого! А это что такое?       – Статуя одного земного киногероя, — отвечаю я. — Нравится этот персонаж мне.       – Но, у него вроде пистолет был, а тут — что за дрын?       – Ну, это я попросил, чтобы его с пушкой от истребителя изобразили. Думал, что хорошо смотреться будет.       – А хорошо сделано, как живой просто.       – Ну так, вы думаете, почему я корабль продавать хочу? Тут одна только статуя стоит, как малый чугунный мост… Это вы кают ещё не видели. Платиновая сантехника, элитная еда…       – Ладно, давай, активируй свою лайбу — и пойдём отсюда…       – Да с удовольствием, — ответил я, подходя к пульту капитана.       Так, вводим код, снизу, под пультом открывается потайная панель, и в подставленную ладонь падает, правильно, мой меч. Разумеется, стоящий рядом охранник этого не видит, так как руку я опустил вниз совершенно случайно — ногу почесать. Свою часть «кода» вводит Изабелла, потом Уилфред — а потом я закрываю глаза и стараюсь ничего не слышать. Да, помогает — но очень слабо. Вспышка бьёт по глазам сквозь веки, звуковой удар тоже никого не щадит. Но, мы хотя бы были готовы к этому — в отличие от охранников. Кто-то пытается стрелять. Зря. Кто-то — я не вижу, кто, но, скорее всего, Изабелла, как сидящая ближе, наносит колющий удар мечом. Запах палёной одежды и плоти, короткий вскрик — и мёртвое тело падает на пол. Четверо охранников пытаются, сбившись в кучу, что-то сделать. Нет, ребята, ваш поезд ушёл…       Конечно, пираты трусами не были, и то, что они оказались сейчас в ситуации, к которой готовы не были, смутило их не сильно. Они достали бластеры, готовясь, продать свои жизни подороже. У меня в глазах до сих пор плавали радужные пятна от большого количества взорванных светошумовых гранат, но я буквально наощупь достал из-под пульта свой бластер. Теперь бы ещё попасть в кого-то из пиратов, а не друзей. Ну, ничего, Сила поможет…       Силе помогать не пришлось. Раздался треск коротких очередей — звук, с которым стреляла Beretta 93R, самое любимое оружие Мёрфи. Разумеется, у него был хороший арсенал, но место в штатной «кобуре» киборга принадлежало именно этому пистолету. И сейчас он оказался, как нельзя кстати — бластером было слишком легко повредить что-то на мостике, лазерная пушка, с которой Мёрфи стоял в углу — это просто «оверкилл», а пистолет… Пистолет оказался самой удобной для таких дел вещью… К тому же, пистолет помог ещё и тем, что, в отличие от бластера, или наших мечей, оказался весьма гуманной вещью — оставшиеся четверо пиратов остались живы. Одному Мёрфи прострелил руку, и сейчас он громко матерился, зажимая рану, второму пуля прострелила ягодицу, и пират просто лежал на пузе, самостоятельно положив руки за голову. Из двоих оставшихся пиратов, один зажимал рану на животе другого. В общем, меткая стрельба в исполнении киборга, как всегда на «отлично». К раненым пиратам уже спешила Изабелла де Круа с аптечкой. Всё верно — пираты они, или нет, а профессиональный долг есть профессиональный долг.       Пока девушка оказывала первую помощь поверженным противникам, мы втроём держали их на мушке бластеров. И пираты не пытались ничего сделать — пистолет, это, конечно, болезненно, но выстрел из бластера, почти в упор… Это уже совершенно другая лига, а пираты, как и прочие люди, которые любили утверждаться за счёт тех, кто был слабее, очень ценили свою жизнь.       После перевязки ран, наведения порядка на мостике и общей уборки, я спросил:       – Нуте-с, леди и джентльмены, каковы теперь наши действия?       – Ты хочешь сказать, что дальше не планировал? — с ужасом посмотрела на меня Изабелла де Круа.       – Кто тебе такое сказал? — искренне удивился я. — Просто сейчас у нас есть такой хороший выбор — мы можем сейчас нарядиться в наши новые боевые скафандры — и попытаться разобраться с «плохими дядьками» сами, попутно наломав дров и положив кучу ни в чём не повинных людей, хоть мне и кажется, что здесь таковых нет, или отправить сигнал нашим парням, чтобы те сбросили сюда десант. Десантура прекрасно сделает здесь свою работу — и все будут довольно. Ну, за исключением этих «нациков». Так какие предложения будут, товарищи офицеры?       – Знаешь, командир, мне, конечно, безумно нравится такой стиль работы — как будто юность вспомнила, — сказала Изабелла. — Но, всё же, давай оставим десанту работу десанта.       – Хорошо, — ответил я. — Мне и самому этот вариант больше нравится. Тогда… Уилфред, свяжись с эскадрой. Передай им: «Стол накрыт, просим на ужин». И передай координаты всех установок ПКО, что мы успели обнаружить.       – Принято, командир.       – Ну, а мы пошли что ли на орбиту. Что-то неохота находиться почти на поверхности планеты, когда «Победы» начнут бомбардировку…       Так как Уилфред взял под контроль системы ангара, ничто не помешало нам стартовать. «Синяя Молния» изящно поднялась на репульсорной тяге, после чего я дал команду на ворота ангара. Они раскрылись и пропустили нас. Я издевательски провёл крейсер мимо диспетчерской башни, после чего сказал:       – Уилфред, дай-ка мне связь с ними. Хочу прикольнуться напоследок.       – Принято, шеф.       – Эй, на Новой Швабии. Если Вы сейчас видите красивый крейсер класса «Летающая тарелка», и пытаетесь понять, что, собственно, происходит, сообщаю — Вас только что «поимел» тот самый, капитан крейсера «Синяя Молния», Алексей Аряев. Так что — сдавайтесь! Ну, или не сдавайтесь — так даже интереснее… Ариведерчи!       И, «Синяя Молния», повинуясь моей руке на ручке управления, по красивой спирали, пронизав атмосферу, ушла на орбиту. Я «завесил» корабль на геостационарной орбите, над космодромом, и, активировав все системы защиты, стал ждать эскадру, которая на максимальной скорости шла сейчас к нам. Ждать пришлось не так уж и долго. Хотя, и этого времени Уилфреду хватило, чтобы проанализировать всё, что он «стянул» с серверов пиратов.       – Командир, я теперь знаю, где именно находятся их боевые корабли — и куда они девают то, что угнали и не успели пока продать.       – И куда?       – У них есть ещё один космодром. Только замаскированный. На другом полушарии. Эти деятели соединили его со своим поселением туннелем.       – Ну, это логично. Пробиться с поверхности?       – Практически нереально. Им даже система защиты от сканирования не нужна — там слой базальта полтора километра. А потом только начинается броня. Ворота без кодов открыть нереально, пробить — тоже.       – Очень хорошо. Я так думаю, верхушка попробует там отсидеться, а потом уйти на кораблях, что там стоят. Что там, кстати?       – Несколько дюжин корветов и эсминцев. Два транспорта с установленными гравипроекторами, три захваченных корабля, включая и «Леди Май».       – Ничего себе, пираты. Ну, все они навряд ли уйти смогут, но кто-то может и попытаться. Так… «Синяя Молния», конечно, прекрасный корабль, но, он один. Так что, уравняем шансы… Дай мне «Кардинал» и «Буревестник».       – Принято.       – Парни, вас Аряев беспокоит. Такое дело, я передаю координаты замаскированного космодрома пиратов. Встаём в ордер с активированной защитой рядом с этим местом и ждём. Вскоре отсюда пираты стартовать будут. Стараемся обездвиживать — и брать на абордаж.       – Так точно, командир.       Три крейсера, включив защиту, переместились к южному полюсу планеты. Теперь нам надо было только ждать… Ждать, пока прочие корабли моей эскадры отрабатывают сброс десанта, ждать, пока десант не наведёт на Новой Швабии наш порядок, ждать, пока пираты не решат смыться…       Вит Пайк искренне благодарил судьбу за то, что его люди решили не уходить с территории космодрома. Да, отец звал его в город — там ожидалось какое-то мероприятие насчёт доставшегося на халяву крейсера, но один из офицеров Пайка сказал, что надо что-то настроить на «Хищнике» — флагмане Вита, потом возникли ещё какие-то дела, а потом Вит просто решил остаться со своими бойцами на космодроме. Предчувствие какое-то у него возникло. Он даже связался с отцом, рейхсмаршалом колонии, и просил его убрать экипаж того крейсера, но тот был непреклонен — такой корабль, мол, на дороге не валяется, пользы от него много будет…       А теперь Вит проклинал отца, из-за которого они все попали в ловушку. Сейчас последние комплексы бессмысленно гибли под огнём турболазеров невесть откуда взявшихся на орбите «Побед». И одна-то «Победа» могла натворить много дел — а пять? Несколько уцелевших сенсоров показывали, что в систему идёт что-то очень большое. Сильно больше «Победы» — а значит, с большим количеством орудий на борту. Вит догадывался, что это за корабль. Это мог быть только «Звёздный Разрушитель», неважно, «единичка», или «двойка», потому что с такой вещью, как планетарная осада прекрасно справляются оба этих типа. Но, до прибытия «Разрушителя» время ещё было, а атака уже началась. «Тарелки» Космическо полиции пикировали в атмосферу планеты — и сбрасывали капсулы с десантом. Как и многие, кто не служил в армии Новой Республики, Пайк лишь слышал о Мобильной Пехоте, но сталкиваться ему с ними не приходилось. Он слышал лишь, что каждый боец закован в сверхмощную броню, которую очень сложно пробить, каждый боец вооружён до зубов, и опасен и без своего скафандра. А ещё Пайк слышал о том, что земные инструкторы начали активную подготовку спецназа Новой Республики — именно по программе Мобильной Пехоты. И Вит не имел никаких иллюзий насчёт того, КТО спускается сейчас в тех капсулах, которые сбрасывали с крейсеров…       Немного позже десантники ворвались в комплекс. Они пробили шлюзы при помощи встроенного вооружения и сейчас вели бои против Сил Самообороны Новой Швабии. Конечно, Силы Самообороны были хорошо обучены — среди них было много головорезов «в отставке», но они не могли ничего противопоставить элитным войскам — и их снаряжению. Так что, целью самооборонщиков было не остановить атаку десанта — а хотя бы задержать их, чтобы рейхсмаршал смог эвакуироваться. И это они смогли…       Джон Пайк прибыл буквально с погоней на хвосте — от преследователей его отделяли буквально полчаса. Этого времени хватило, чтобы Пайк смог прорваться к секретной линии метро, ведущей до военного космодрома, сесть в вагон — а потом, отъехав от города, взорвать туннель за собой. Конечно, рано или поздно эту линию найдут, завал расчистят, но Джон Пайк и его сын будут уже далеко…       Вит Пайк смотрел на отца. Да, иногда отношения между ними были не самыми лучшими, но, именно Джон Пайк стоял за переселением на Новую Швабию — и это именно благодаря ему Вит Пайк был одним из командующих флотом Новой Швабии. Так что, хотя, по мнению Вита, в атаке на Новую Швабию и был виноват его отец, но без него, Вит не имел бы ничего из того, что у него было. Тем не менее, всему этому настал конец — было понятно, что Новая Швабия больше не сможет существовать на тех же условиях. Было неясно — будет ли Новая Швабия существовать, в принципе, потому, что от грабежей жили все.       – Что делать теперь будем? — спросил Вит.       – Рвать когти, что ещё, — ответил Джон. — Сюда они не доберутся?       – Им долго добираться придётся. Ты взорвал туннель за собой?       – Да.       – Вот. Туннель залегал на большой глубине, так что с поверхности они его не отследят. Это место они тоже не сразу найдут — здесь идеальная защита от сканирования. Над ангаром полтора километра брони, скальной породы и прочего. Пробить они это тоже не смогут — сразу, во всяком случае. Так что, пока что мы в полной безопасности.       – А что потом?       – А потом подождём, пока всё немного утихнет — и улетим. Здесь «Хищник», «Ястреб», «Проныра» и «Убийца» — флагманы наших флотов, плюс корветы и транспортники с генераторами. Уйти сможем.       – А потом?       – Рано думать про «потом». Сначала надо уйти из этой системы. У меня есть капиталы в нескольких банках, вряд ли полиция про них знает. А там — можно будет и планы строить.       – Хорошо. Будем ждать…       И Пайки ждали. Они просидели на базе кораблей три дня. Всё это время, Вит наблюдал через уцелевшие камеры, как десант и полицейские методично уничтожают всё, что составляло колонию на Новой Швабии. При поддержке десанта полицейские проводили аресты, допрашивали, допрашивали и снова допрашивали тех, с кем Пайк вместе ходил в набеги, тех, кто прикрывал его корабль при очередной атаке на мирный лайнер или грузовик… Хуже всего было то, что на форме многих полицейских и военных были эмблемы Земли. А землян до их пор коробило от идеологии нацизма, которой поклонялись на Новой Швабии. Ещё «радовали» и законы, касаемо тех, кто избрал для себя тот же путь, что и Пайк. По негласному кодексу, военные и Космическая полиция, старались пиратов живыми не брать. А, если учесть то, что почти всё мужское население колонии поклонялось Великому Фюреру, в каждой квартире был его портрет и культовая Книга… В общем, для Новой Швабии всё было очень и очень печально… Усугубляло ситуацию ещё и то, что почти все мужчины пытались оказать сопротивление.       «Ну нет, меня они так не возьмут», — думал он. — «Мы вырвемся отсюда, а потом… Потом я найду способ отомстить…».       – Что у нас со спец-БЧ? — обратился Вит к своему старшему оружейнику.       – Ракет шесть наберу.       – Негусто, — ответил Пайк. — Но, надеюсь, что и они не понадобятся. Если всё будет хорошо, наш старт они просто не заметят, а потом будет уже поздно.       – Шеф, есть одна тема, — оружейник вернулся к Пайку. — Один из операторов этой штуки, — он показал на транспортник с установленным гравипроектором. — предложил следующее. Можно вывести транспортник на автопилоте, после чего запустить проектор на таймере. Он включится аккурат, когда мы уже свалим в гипер, и копам придётся довольно долго разбираться, куда именно мы делись.       – Хорошо. Сделайте это. Только мне надо, чтобы в конус не попали мы. Потому, что в бою со всеми кораблями, что здесь собрались, мы не продержимся и минуты.       – ОК, шеф, всё будет в самом лучшем виде. А насчёт всех кораблей не беспокойся — пока они обогнут планету, мы уже далеко будем…       – Ну что же, в таком случае, готовимся, джентльмены. Завтра пойдём на прорыв…       Последняя ночь на базе пиратов прошла максимально спокойно — никто не лапал женщин, не напивался до «поросячьего визга», не делал прочих непотребств. Собственно, пиратам современности было не до такого — тем более, когда наутро надо лететь — и быть при этом максимально собранным. Уж кем-кем, но идиотами люди Вита не были…       И вот оно, «утро». Разумеется, отличить «утро» от «вечера» здесь, на базе, было технически невозможно. В ангаре царила та самая суета, которая, наверное, там есть в любое время. Тем не менее, в этом организованном броуновском движении был заметен порядок. Корабли готовились стартовать, на них грузили припасы, боезапас и всё нужное и ненужное. Вот техники, разобрав какой-то узел, спешно его проверяют — обнаружилась какая-то проблема, которой не было буквально вчера. Вот, оператор погрузчика, при помощи своей «машинки» грузит на «Хищник» контейнер с ракетами.       Техники в этом время готовили к работе проектор на «Тральщике» — так назывался один из транспортников. За напускным спокойствием скрывался отчаянный страх — пираты прекрасно понимали, что всем им не уйти — кто-то обязательно останется здесь, около Новой Швабии. В Космическую полицию, кого попало не брали, так что, вся надежда была лишь на то, что полицейские крейсеры погонятся за кем-то другим. Отбиться от полицейских? Это было даже не смешно — пиратские корветы, хоть и имели у себя на вооружении такие вещи, как пониженная заметность и много ракет, не могли тягаться со специализированными кораблями, предназначенными специально для поиска и уничтожения всего этого. А если учесть, что в системе были ещё и «Победы»… Многие имперские капитаны «собаку съели» как раз на охоте на пиратов и контрабандистов, так что уйти от их кораблей было почти нереально. А пиратов брать живыми не любили… И сейчас каждый пиратский капитан очень сильно хотел продать свою жизнь как можно дороже…       Пришло время, когда все работы по подготовке побега были завершены. Постепенно люди оказались на борту кораблей. Как оказалось, не все. Часть техников внезапно обнаружила, что они стоят рядом со стойками шасси «Хищника», его люки запечатаны, а сам корабль уже прогревает двигатели. Техники бросились к выходу из ангара, но тот был заперт.       Направленный ядерный взрыв буквально испарил створки люка, закрывавшего выход из ангара. Эсминцы, корветы и транспорт стартовали. Точнее, сначала, в клубах пыли и конденсата, возникшего от столкновения двух атмосферных потоков, взлетели корветы, за ними пошли эсминцы — и лишь потом от пола ангара оторвалась тяжёлая туша «Тральщика». Пираты пошли на прорыв…       – Капитан, вот это бахнуло! — восторженно произнёс Уилфред.       Я решил согласиться с бывшим рыцарем — внизу в самом деле, расцветал прекрасный и зловещий «гриб» ядерного взрыва, а из-под него на очень высокой скорости стартовали корабли.       – Так, народ, — обратился я, помимо всего прочего и к двум другим кораблям. — Открывать огонь по своему усмотрению. Основные цели — эсминцы, так как их начальство, скорее всего, пойдёт на них. Перед стрельбой проверить телеметрию — на предмет каких-нибудь заложников на борту. Скорее всего, их там не будет, но всё же…       Два командира подтвердили получение приказа, после чего три «тарелки» атаковали противника. Насчёт основных целей — сказать было легче, чем выполнить — корветы совершенно точно шли на прикрытие эсминцев, что, в общем-то, было логичным. А отмахнуться от их атак было бы не самым умным поступком — конечно, корвет не имеет столь мощного вооружения, чтобы серьёзно навредить той же «Синей Молнии», но, когда их много — они могут и что-то сделать. Тем более, что корвет УРО — имеет это самое УРО, которое весьма ограничено на борту той же «Синей Молнии». Так что, прежде чем идти на перехват эсминцев, надо было справиться с корветами…       Идею с «атаковать противников на взлёте» пришлось отбросить сразу — по причине того «абзаца», что творился сейчас в атмосфере планеты. Да, ядерный заряд, которым пираты пробивали себе путь, был, наверное, не самым мощным, но даже он сделал полёты в этой атмосфере занятием, скажем так, не для средних пилотов. Да, конечно, пираты стартовали сейчас именно в таких условиях, но старт, когда корабль идёт на максимальной тяге — это одно, а манёвренный полёт в тех же совершенно непредсказуемых условиях — это совершенно другое. Конечно, был неплохой шанс, навязав пиратам манёвренный бой, просто всех их посбивать, но этот же шанс граничил с тем, что мы и сами бы там просто «легли»…       Корабли пиратов вышли из гравитационного колодца. Теперь они были в своей стихии, но и мы тоже. И теперь началась погоня. Вообще, в том, чтобы дать кому-то возможность уйти, была своя логика — должен же кто-то рассказать другим пиратам, что есть такая Космическая полиция, бойцы которой столь беспощадны, что даже пленных не берут? А эти, если кому-то повезёт уйти, наверняка расскажут об этой операции всем, кому только можно. Самое интересное, что в «демократическом обществе» Новой Республики кто-то из пиратов после такой акции Космической полиции попробовал обратиться к правозащитникам. Те, разумеется, тут же попробовали начать говорить о том, что варвары в форме напали на мирных колонистов, разнесли всё вдребезги без суда и следствия — только вот власть Новой Республики очень быстро этих «правозащитников» заткнула. Мол, демократия — демократией, а пиратов покрывать больше не будет никто.       Наши корабли сделали «роспуск», уходя за пиратами. Те, хоть и не имели никакой военной подготовки, всё же пошли очень грамотно — эсминец под прикрытием корветов, пять групп, все по разным траекториям. Две группы, кажется, решили обогнуть планету и уйти мимо её прикрытия. Нет, определённый резон в этом несомненно был — «тарелки» стоят на поверхности планеты, на них сейчас грузят арестованных и бывших пленников, на орбите «висят» только пять «Побед». «Победа», конечно, очень хороший корабль, но, пока он наберёт скорость, быстрый эсминец уже проскочит мимо. Конечно, не факт, что всё именно так и будет — зная имперцев, можно ожидать, что корабли у них в постоянной боевой готовности. Может, быстро уйти с орбиты «Победа» и не сможет, но начать палить по всему, что пролетает мимо и не является «своим» — они точно смогут. А ещё на «Победах» москитный флот есть…       Наша цель — эсминец под прикрытием корветов, понеслась куда-то, перпендикулярно плоскости эклиптики. Ну что же — поиграем в кошки-мышки. «Синяя Молния», повинуясь моей руке, начала разгон. Собственно, такое количество целей мне никак не надо, так что…       – Корветы. Они мне не нравятся.       – Принято, командир, — ответила Изабелла.       Так как управление орудиями главного калибра было у Изабеллу де Круа, отдала приказ своему орудийному комплексу на поражение одного из корветов. Дважды ударили ускорители частиц — и один из корветов окутался атмосферой, утекавшей из пробоин. Ход он потерял, так как первый же залп был по двигателям. Тем не менее, корвет попробовал открыть ответный огонь. Ну что же, милости просим — два турболазера не самой высокой мощности, против крейсерского щита — шоу будет ещё то. Выстрелы корвета бессмысленно разукрасили щиты нашего крейсера — пробить их, разумеется, не удалось.       – Огонь на поражение, — приказал я.       – Так точно, — ответила Изабелла де Круа.       Снова с борта «Синей Молнии» ударили ускорители частиц. Щиты корвета, изрядно пострадавшие ещё при первой стрельбе, схлопнулись окончательно, и пучки заряженных частиц ударили прямо по корпусу. Конечно, корвет имел какую-никакую броню, но… её возможностей категорически не хватило для отражения нашей стрельбы. Заряженные частицы буквально прошили вражеский корвет насквозь. Скорее всего, на пути пучков оказался и реакторный отсек — так как через полсекунды на месте корвета оказался лишь шар плазмы.       Три оставшихся корвета, отвлекая наше внимание от эсминца, бросились в разные стороны. Теперь они, используя современный аналог системы «Aegis», ударили по нам ракетами. В нас, с разных ракурсов, понеслась буквально туча ракет. Как я понял, с корветов запустили всё, что у них было на борту…       – Уилфред, что у нас с ПРО?       – Всё хорошо у нас с ПРО, — ответил мой друг. — Активирую.       Теперь в космосе началась «война машин». Системы «Aegis» на корветах запускали по нам ракеты в автоматическом режиме. Наша система ПРО тоже работала в полностью автоматическом режиме. Теперь «Синяя Молния» сама «окуталась» облаком ложных целей, она сама взламывала системы ракет, летящих в нас, перехватывала контроль над ними и всё такое. Корветы противника, тем временем, изо всех сил пытались этому противостоять. Два корветы выпустили по нам две сотни ракет. Это было много — ведь корветы УРО как раз строились в расчёте на то, чтобы перенасытить системы ПРО, после чего цель полностью переставала сопротивляться. Системы ПРО «Синей Молнии» сейчас трудились на все 120% от своих возможностей. Ракеты с корветов непрерывно маневрировали, отстреливали ложные цели и посылали в нашу сторону просто огромное количество разных помех. Бортовые компьютеры «Синей Молнии» трудолюбиво отсеивали всё это, отправляя противоракеты по тем целям, которые совершенно точно были ракетами. Также, ПРО «Синей Молнии» могла сама брать управление крейсером, чтобы выполнить манёвр уклонения от ракеты, если её не удавалось сбить.       Конечно, помимо всего прочего, была и солидная разница в технической «начинке» кораблей. Да, «Синяя Молния» была уже не девочкой, но крейсер регулярно проходил всё обслуживание и модернизации. Будучи превосходным кораблям на момент своего схода со стапелей, он, всё ещё им оставался. Играли свою роль и более современные ракеты, и системы противодействия. В общем, так уж вышло, что у пиратов не было почти ни единого шанса…       Первый корвет мы «достали» в тот момент, когда наш крейсер перехватил почти всё, что летело в нашу сторону. Несколько ракет были подорваны системами точечной обороны в зоне ближнего действия — и их осколки пробарабанили по броне корпуса. А потом в черноте, что царила вокруг нас, вспыхнуло ещё одно «солнце» — это ракеты с «Синей Молнии» буквально порвали на части вражеский корабль. Второй корвет, расстреляв всё ракетное вооружение, но не преуспев, решил попытать счастья в артиллерийской дуэли. Разумеется, ему ничего не «светило», но… приказ, полученный перед началом прорыва, гласил — «любой ценой избавиться от возможного преследования». А «Синяя Молния» до сих пор была в порядке — ну, не считать же проблемами несколько царапин на броне нашего крейсера? И пираты пошли в атаку…       Нет, на самом деле, корвет — «упакован» довольно хорошо. Его суммарная огневая мощь, может, и не способна уничтожить крейсер такого типа, как наш — но может его повредить, вывести из строя, или сделать что-то ещё. Правда, есть один нюанс — этой мощью надо уметь пользоваться. Мы как-то играли в тактическом симуляторе против нескольких корветов нашей, земной группировки — и те парни заставили нас попотеть. Пираты же, увы, на это оказались неспособны… Экипаж второго корвета очень быстро присоединился к своим предшественникам… Третий корабль просто рванул в сторону от нашего курса. Так как Уилфред «захватил» сигнатуры его двигателей, далеко он бы просто не ушёл — лишь до ближайшего патруля. Наша цель была более интересной — эсминец.       Было понятно, что на эсминце эвакуируется кто-то важный. Конечно, эсминец был не один — но можно было спорить, что на борту этого корабля, как и прочих эсминцев, уходил кто-то важный для пиратов. А раз так — можно было узнать про другие пропажи кораблей в секторе, закрыть ещё несколько дел — да и просто отправить в места, не столь отдалённые несколько пиратов. Конечно, мало кто любил брать их живыми, но устроить для пиратов показательный суд — дорогого стоило.       – Командир, эсминец резко ускоряется, — сказала Изабелла де Круа. — Есть мнение, что мы не успеем перехватить его до того, как он уйдёт в прыжок.       – Сможем достать его?       – Ускорителями, на самом пределе. Ракеты слишком долго летят.       – А микропрыжок?       – Слишком долго.       – Тогда достань его — пусть на пределе, но можно попробовать повредить двигатели.       – Принято!       Изабелла де Круа выстрелила из главного калибра. И, как ни малы были шансы на то, что этот выстрел что-то сможет, ей удалось — потоки заряженных частиц, разогнанных до скорости света, смогли пробить защиту (а пираты до предела усилили кормовой щит) — и ударили по двигательному отсеку эсминца.       – Кэп, поздравляю, мы достали их! — сказал Уилфред. — Удалось снизить им ускорение, судя по всему, Изабелла повредила им системы управления двигателями.       – Ну, значит, теперь точно не уйдут, — усмехнулся я.       …Борт «Хищника».       – Чёрт, Вит, они достали нас! Мы теперь не успеем уйти в прыжок до активации проектора! Что-то надо делать!       – Успокойся, отец. Да, уйти в прыжок мы пока не сможем. Но оторваться — сможем. Зигрфрид, готовь ракеты!       – Принято, командир!       – Значит, так, народ, мы забьём их ракетами. Сейчас мы совершим разворот, вкупе с противоракетным манёвром. Ганс, постарайся вести нас так, чтобы им было как можно сложнее в нас прицелиться. Не давай им зафиксировать на нас прицельные маркеры больше, чем на полсекунды. Настрой рандомизатор, чтобы прогонять через него команд на маневрирование. Далее, Зигфрид, тебе такое задание — первую кассету с ракетами выстреливаешь одним залпом, вторую — двумя залпами по полкассеты, этого должно хватить для того, чтобы понять, как работает их ПРО. Начиная с третьей кассеты ты уже будешь это знать. Старайся обойти их ПРО, обмануть или перенасытить её. Как только тебе это удастся — снаряжай ракеты из спецхранилища. У нас там на три кассеты осталось — используй эти ракеты по максимуму!       – Яволь, майн фюрер!       – Вит, а ты уверен? Всё же, ракеты со спец-БЧ — это, как-то перебор…       – Отец, ты знаешь, что это за крейсер?       – Наверное, тот «Поцелуй Бритвы»…       – Нет никакого «Поцелуя Бритвы». Смотри — это телеметрия с «Ястреба» и «Кречета» — видишь их крейсер на максимальном приближении?       – Ну. Это «тарелка»…       – Блестящая наблюдательность, отец. Ты их эмблему видишь?       – Плохо, честно говоря. Что-то похожее на молнию. Что-то типа руны?       – Ты помешался на этом всём. Нет, это не руна. Это эмблема их корабля. Он называется «Синяя Молния» — и они так просто от нас не отстанут. Там самый упёртый и упрямый экипаж во всей их Космической полиции.       Борт «Синей Молнии».       – Командир, они заходят для атаки, — доложил Уилфред.       – Значит, они решили драться? Ну что же, это, конечно, печально, но… Прищучим их!       И снова «Синяя Молния» готовилась к бою. Система ПРО снова была активирована, ожидая массивной ракетной атаки. Я даже подумал, что, наверное, надо сделать активацию ПРО автоматической — для большей оперативности.       – Ракеты от корабля противника. Двадцать штук, — доложил Уилфред.       – Очень хорошо. Пора нам с ним познакомиться. Ты уже получил по нему данные?       – Получаю. Сейчас перешлю.       – Хорошо. Ага, вижу. Итак, что это такое? Так, эсминец УРО, тип «Сметливый», строился на верфях на Луне, одна из первых моделей УРО с первой моделью «Aegis». Корабль опасный, да, несмотря на то, что уже довольно сильно устаревший. Может нести до двадцати — сорока ракет с ядерной спец-БЧ. Правда, не тандемной, обычного типа. Уже хорошо…       На планетах с атмосферой, ядерное и термоядерное оружие считается чуть ли не ультимативным — мощный взрыв, большие разрушения, заражение местности… В море ядерное оружие уже не настолько страшно — американская операция «Перекрёсток» это показала очень хорошо. В космосе… В космосе ядерное оружие может быть эффективным лишь при прямом попадании. И то — смотря в кого попадёшь. То, что могло уничтожить какую-нибудь мирную посудину с одной ракеты, привело бы к замене пары пластин внешней брони на корпусе «Синей Молнии». А на каком-нибудь «Защитнике», или «Химере» — всего лишь к покраске и полировке корпуса. Конечно, потребовалась бы дезактивация места попадания, но… это настолько просто, что даже говорить не хочется. Поэтому, для того, чтобы с гарантией уничтожить звёздный крейсер — или линкор, были сделаны так называемые «тандемные БЧ». Это, когда перед контактом с бронёй внешнего корпуса, сначала активируется так называемый «плазменный факел», который буквально «прожигает» броню с большой скоростью. А потом в отверстие, которое оставил факел, влетает сама боеголовка — и делает «бабах!». Разумеется, состязание «броня — снаряд» вышло на новый уровень. Теперь те, кто разрабатывал новую броню, старались изо всех сил сделать её как можно более защищённой от плазменного «факела», а разработчики боеголовок, напротив, старались сделать «факелы» как можно более мощными. Разумеется, «Синяя Молния» несла, в том числе, и ракеты с тандемными спец-БЧ, как раз последней модификации.       Первые ракеты ПРО «Синей Молнии» ликвидировала, даже не напрягаясь. Всё же, несмотря на то, что пираты как-то смогли прикупить даже не самые старые ракеты, обновить БИУС они не могли. А даже самые новые ракеты со старой БИУС не могут использовать все свои возможности. Пираты «бросили» вторую волну ракет — два залпа, по половине кассеты каждый. Ну что же — это тоже не проблема для нас. Затем эсминец начал палить ракетами с очень большой скоростью, буквально опустошая свои ракетные погреба. Разумеется, при такой стрельбе его боезапаса надолго просто не хватит. Нам, правда, от этого было не легче, так как плотность огня пирата уже немного превысила возможности нашей ПРО — некоторые ракеты уже не перехватывались на дальних дистанциях, а прорывались в зону действия точечной обороны...       – Командир, радиационная опасность! — буквально заорал Уилфред.       – Они зарядили спец-БЧ? — быстро догадался я.       – Так точно!       – Что же… Они решили играть грязно? Ну ладно… Код капитана — 01101979Альфа!       – Код штурмана — 15031442Браво! — произнесла Изабелла де Круа.       – Код инженера по связи — 18021645Чарли, — сказал Уилфред.       – Код оружейника — 19051975Дельта, — с некоторым облегчением сказал Мёрфи.       – Распечатать хранилище спецсредств, — приказал я. — Атаковать противника ракетами, шахты со второй по пятую. Огонь!       «Синяя Молния» выпустила четыре ракеты. Это были новые ракеты, ракеты от которых уйти было бы весьма и весьма проблематично. Там стоял какой-то совершенно новый двигатель, позволявшей ей маневрировать не хуже истребителя в атмосфере. И это — почти на скорости света. Это было именно что ультимативное оружие. И оно было только со спец-БЧ…       Ракеты ушли — и тут же, буквально в ту же секунду, пиратский эсминец получил от нас четыре «гостинца». Боеголовки сделали своё очень чёрное дело — и «пират» просто испарился в суммарном взрыве четырёх термоядерных боеголовок. Да, этим пиратам суд уже не грозил…       Потом было воссоединение с экипажем на борту «Судии», и концерт Хелависы — для тех, кто спас её от пиратов. Что же, это было достойное завершение миссии…