Fake love

Я не знаю, почему ты грустишь, не знаю, Улыбнись и скажи, что любишь меня. Посмотри на меня, забывшего о самом себе. Ты говоришь, что я будто чужой, Говоришь, что я не тот, что прежде, Но почему ты так говоришь? Я этого не вижу, Тогда эта любовь — подделка.

Алек сидел в аудитории перед занятием, уткнувшись в свой конспект, когда студенты вокруг вдруг зашумели. Некоторые даже повскакивали с мест и куда-то умчались. Но ему было плевать — гораздо больше его сейчас интересовало то, что он нихрена не понимал эту тему, а преподаватель обещал проверку в конце. — Алек! — голос Изабель он узнал бы везде. Но что она делает в другом корпусе, когда занятие вот-вот начнется? — Алек, иди сюда, быстро, ты должен это видеть! — Должен видеть что? — огрызнулся он, захлопнув тетрадь. — Иззи, у меня учеба, неужели это не может подождать? — В том-то и дело, что не может! — сестра подлетела к нему и, вцепившись в плечо, подняла со стула. — Пошли, скорее, пока там не случилось ничего ужасного! Это просто ужас какой-то, боюсь представить, какие потом начнутся проблемы! — Ты о чем вообще? — тоскливо спросил Алек, провожая взглядом свою тетрадь и не надеясь на внятный ответ. — Если у меня будет что-то ниже C, то я прибью тебя, предупреждаю сразу. — Ты забудешь об оценках, как только увидишь то, что я хочу тебе показать, предупреждаю сразу, — передразнила его сестра. Они вышли в многострадальный двор университета, где галдящая толпа студентов окружила что-то, сформировав ровный круг. — Разойдитесь! — приказала Иззи, пробиваясь вперед с упорством танка, но народ внезапно начал расступаться сам, глядя на них с интересом и опаской. Оказавшись в первых рядах, Алек почувствовал невероятную благодарность к сестре, ведь иначе он бы так и просидел в аудитории, не узнав, во что опять ввязался его словно с цепи сорвавшийся в последнее время бойфренд. Магнус и Рафаэль стояли в центре круга, мрачно глядя друг на друга. Если бы Алек не знал этого точно, то ни за что не заподозрил бы в них лучших друзей. — Прекрати вести себя как идиот, — наконец, подал голос Рафаэль. — Он того не стоит. Магнус, не сказав ни слова, бросился на него. Толпа вскрикнула и зашумела. Кто-то снимал, несколько особо смелых вышли из круга, чтобы успокоить драчунов, но тут же вернулись обратно, не решаясь влезать в этот клубок мутузящих друг друга тел. — Что произошло? — спросил Алек, но голос потонул в шуме вокруг. Его это начинало злить — ну сколько можно уже? Наверняка и причина-то была какая-нибудь идиотская. «Он того не стоит» — речь явно шла именно о нем. Раньше Магнус ни разу не был замечен хоть в каких-то агрессивных действиях, но теперь бросался почти на каждого, кто хоть как-то не так отзовется об Алеке. Или, наоборот, отзовется о нем слишком хорошо. — Они вдруг начали ругаться тут, — пояснила девушка, стоящая рядом, комкая в руках подол платья. — Из-за тебя. — Из-за меня? — Ты же Алек Лайтвуд?.. Рафаэль сказал, что Магнус совсем на тебе помешался, ни о чем другом не думает, что ты тянешь его на дно… ну, что-то вроде того. А Магнус… в общем, сам видишь. Парочка на земле, наконец, расцепилась, поднимаясь на ноги, отходя друг от друга и сплевывая кровь. Рафаэль выглядел скорее удивленным и расстроенным, чем злым, зато его соперник разве что огнем не дышал. — Магнус, — Алек, поджав губы, вышел из круга, слыша за спиной что-то вроде «самоубийца что ли?» и «вот сумасшедший!». — Какого хрена ты делаешь? — О, — Рафаэль шевельнул челюстью на пробу, морщась, и сплюнул слюну с примесью крови. — Лайтвуд. Ты как раз вовремя. Угомони своего цербера, будь добр, пока он не начал кидаться на всех вокруг. Магнус на удивление промолчал, лишь показал ему средний палец. Он внимательно наблюдал за Алеком, не обращая внимания на свои разбитые в кровь губы. — Что ты ему сказал? — Что ты плохо на него влияешь. Прости, Лайтвуд, но это правда, сам же видишь. Он ведет себя как псих с тех пор, как сошелся с тобой. Эти отношения были внезапны для нас всех, не знаю, что ты сделал с ним, но если любишь — отпусти его. — Еще одно слово — и ты труп, я не шучу, — тихо сказал Магнус. Это прозвучало так жутко, что народ вокруг отодвинулся подальше, а Алек непроизвольно вздрогнул, вспомнив тот разговор о Бейне-старшем и его маленькой тайне, связанной с неугодными ему и его семье людьми. — Он же твой друг, — Алек осторожно, словно к дикому зверю, подошел к нему и осторожно коснулся лица. Он знал, что Магнус ни за что его не тронет. — Успокойся, я с тобой, все хорошо. Рафаэль твой друг, он не желает тебе зла, просто заботится. — Он хочет отнять тебя у меня, — Магнус взял его руку и прижал к губам в отчаянном поцелуе. В глазах у него стыла тоска. — Я никогда и никому не позволю этого. — Никто не отнимет меня против моей же воли… Пожалуйста, послушай меня, — Алек взял в ладони его лицо, стараясь не задеть синяк на скуле. Рафаэль явно не хотел вредить ему, больше защищался. Пришло время использовать свою теперь уже вполне осознанную власть над этим человеком так, как давно следовало. Он тихо-тихо, чтобы слышал только один человек, зашептал: — Никогда больше никого не бей, если на тебя не напали первыми. Я прошу тебя, Магнус. Ради меня. Никто в мире не угроза нашей любви. Слышишь? «Все равно ты скоро отпустишь его» — напомнил он себе. Делать этого не хотелось до слез, но прямо перед ним был пример того, что вся эта чертовщина сделала с парнем, который обожал своих друзей и никогда не причинил бы им боли. Это становилось опасным не только для общего состояния и нервной системы Магнуса, но и для самого Алека. Вдруг тому придет в голову умереть в один миг, чтобы вечно быть вместе, и заколоть сначала его, а потом себя? Кто знает, что еще придет в его скоропостижно съехавшую крышу? — Да, — шепнул Магнус, прижимаясь к нему разбитыми губами, не обращая внимания на боль и людей вокруг. Алек отстранился, слизнув кровь со своих, и поцеловал его в щеку. — Для тебя — что угодно. — Спасибо. Пойдем, тебе нужно обработать ранки. Рафаэль, прости его, он… Он просто немного расстроен. И меня тоже прости. — Я прощу тебя, когда ты вернешь мне того друга, которого забрал, — процедил тот. Алек покрепче вцепился в ладонь дернувшегося Магнуса, шепча «ты обещал». Однако уйти им не дали. Круг в очередной раз расступился и мгновенно поредел ровно наполовину, ведь к ним шел сам ректор. Это был невысокий мужчина среднего возраста с жидкими светло-русыми волосами, маленькими глазами за стеклами очков и широким, но тонким ртом. Он двигался стремительно и, судя по выражению лица, то, что он видел, ему совершенно не нравилось. — Мне доложили о драке на территории учебного заведения, — сказал он, подойдя ближе и окидывая внимательным взглядом потрепанных парней и встревоженного Алека, непроизвольно прикрывшего Магнуса спиной. — Вижу, так и есть. Мистер Лайтвуд, я не знаю, какую роль во всем этом играли вы, но обязательно разберусь. Мистер Бейн, я от вас такого не ожидал, вы очень меня разочаровали. Мистер Сантьяго, к вам это тоже относится. Оба ко мне в кабинет через час, я вызову ваших родителей, будем обсуждать меры наказания и вероятность исключения. — Нет! — вскрикнул Алек, ужасаясь самой мысли, что Магнуса могут исключить из-за него, когда тот понятия об этом не имеет и даже собой не владеет в полной мере. — Пожалуйста, не исключайте их! Это было недоразумение, но все уже решилось и более такого не повторится, клянусь! — Не клянитесь в том, в чем не можете быть уверены, мистер Лайтвуд. Мистер Бейн уже второй раз за последнюю неделю ввязывается в драки и наносит студентам травмы. В первый раз мы обговорили это дело с родителями пострадавшего студента и отцом мистера Бейна, но в этот раз я обязан принять серьезные меры. А теперь будьте добры, умойтесь и приведите себя в порядок. Он исчез так же быстро, как и появился. Толпа вокруг редела, переговариваясь. Несколько ребят увели Рафаэля, Алек же взял под руку Магнуса и повел его в сторону главного корпуса, молясь, чтобы в туалете никого не было — им сейчас ни к чему лишнее внимание. — …таким образом, устав университета… — голос ректора Беллоуз, приглушенный закрытой дверью, был пропитан недовольством. Алек закусил губу, прижимаясь ухом к двери плотнее — он не собирался упускать ни единого слова из речи, решающей сейчас судьбу его любимого человека. — Таким образом, мистер Бейн, мистер Сантьяго, ваше поведение противоречит кодексу, принятому в нашем учебном заведении. Вы должны были ознакомиться с ним еще при поступлении сюда. Если вы сделали это в свое время, то прекрасно знаете, что наказанием за драку на территории, а, следовательно, за срыв занятий и нарушение учебного процесса в том числе, является исключение. Алек прикусил себе язык и тихо зашипел от боли. Хотелось ворваться внутрь и защищать Магнуса, но следовало сначала выслушать все до конца. — Но мой сын был жертвой, — послышался незнакомый женский голос. Видимо, решил Алек, это мать Рафаэля. — Я давно знаю Магнуса — прости, дорогой, — и уверена, что он никогда не стал бы вредить Рафаэлю без очень веской на то причины, но… все же не могу не заметить, что первым драку начал все же он. Мой сын просто защищался. В кодексе не написано, мистер Беллоуз, что делать, когда на вас нападают, чтобы в итоге не быть отчисленными за простую самозащиту? Алек почти ненавидел эту женщину, хоть и понимал, что она в чем-то права. Со своей стороны. Магнус пока молчал. Его родители тоже. — В таком случае, мистер Бейн, мистер и миссис Бейн, с сожалением… — начал было ректор, но тут голос подал Рафаэль. — Подождите. Я не подавал никаких жалоб, как пострадавшая сторона я прошу не отчислять Магнуса. Если вы желаете воспитательного процесса — накажите его, но не отчисляйте. Он был… он один из лучших студентов своего факультета, принят на стажировку в знаменитую компанию — вы не можете так просто забрать у него все, над чем он трудился столько лет! А вот Рафаэля Алек уже почти обожал. Несмотря на то, что это явно было невзаимно. Он затаил дыхание, прислушиваясь. «Помоги ему, пожалуйста, помоги ему!» — мысленно молил он, чувствуя, как внутри разрастается страх. Внутри слышалось какое-то невнятное бормотание. Наконец, ректор откашлялся. — В таком случае, в качестве наказания я аннулирую ваше участие в стажировке и… Этого Алек стерпеть не мог. — Вы не можете аннулировать это! — крикнул он яростно, влетая внутрь и только потом понимая, что именно сделал. Ректор подскочил на своем стуле, глядя на него круглыми глазами. Люди, сидящие на стульях перед ним, словно прилежные ученики, обернулись. Алек увидел решительного Рафаэля рядом со своей худенькой черноволосой мамой и выглядящего удивительно равнодушным Магнуса, который, опалив его удивленным взглядом, опустил его на свои руки, не сказав не слова. Стоящие за его спиной невысокая смуглая симпатичная женщина с темными забранными в пучок волосами и раскосыми глазами светло-коричневого, почти золотистого цвета, и высокий, полный какой-то властности бледнокожий и зеленоглазый мужчина в деловом костюме тут же смерили его рентгеновскими взглядами. — Это и есть тот молодой человек, из-за которого, по словам свидетелей, произошла ссора? — хрипловатым голосом спросила женщина. Алек сглотнул и осторожно прошел вперед, хотя ему все еще не разрешили находиться в данном помещении. «Хрен меня кто выгонит, — подумал он. — Пока Магнус тут, я буду тут тоже». Да уж, эпичное знакомства с родителями своего парня, ничего не скажешь. — Кхм… Да, это мистер Лайтвуд. — Лайтвуд? — переспросил мужчина, сверля Алека взглядом. — Знакомая фамилия. Роберт и Мариза Лайтвуд — твои родители? «Какая, господи, разница? Твоего сына собираются лишить его мечты, а ты спрашиваешь про моих родителей?». — Да. Почему вы не защищаете сына? — Алек сам поразился своей наглости. — Рафаэль прав, он очень старается, и это место он тоже получил лишь благодаря собственным силам, вы не можете отобрать его! — А вы, я смотрю, очень хорошо его защитили, — холодно отозвался мистер Бейн. Алек тут же вспомнил слова Магнуса про «неугодных людей» — интересно, он смотрел на них так же перед тем, как стереть их с лица земли? — Напомню, что именно по вашей вине мы все находимся тут — и Магнус в первую очередь. — Не смей обвинять Александра! — Магнус впервые за все это время подал голос и зло глянул на отца. — Он ни в чем не виноват, это я не сумел себя контролировать и сорвался на Рафаэле. — Очаровательное зрелище — то, как вы трое защищаете друг друга, — неприятно усмехнулся тот. — Если бы я хотел посреди рабочего дня посмотреть на что-то подобное, то включил бы детский мультик. Так что сейчас я хочу убедиться, что виновные получат соответствующее наказание, и вернуться обратно на работу. У меня важное совещание через сорок минут. Нет, больше всех Алек сейчас ненавидел отца своего парня. Удивительно то, что с такими родителями он вырос замечательным человеком, а не мерзким снобом, погрязшим в чувстве собственной важности. — Магнус, — начал Алек, глядя на ректора, — никогда раньше не нарушал порядок. Он прекрасный студент, участвующий в общественных мероприятиях и повышающий этим статус университета. Его ждет большое будущее. Пожалуйста, не лишайте его этого шанса. Все в жизни могут ошибиться, но не все признать свою вину и исправиться, а Магнус готов сделать это. Неужели у вас самого не было какой-нибудь не слишком приятной истории за вашу жизнь? Повисла тишина. Магнус смотрел на него с такой любовью во взгляде, что у Алека сердце сжалось и забилось быстро-быстро. Мама Рафаэля прижала руку к губам, во взгляде ректора можно было заметить интерес и — о, чудо! — легкое уважение. Родители Магнуса переглянулись. — Если вы хотите кого-то наказать — накажите меня, — добавил Алек, чтобы закрепить эффект, и, заметив, как Магнус открывает рот, подал ему знак молчать и протянул: — Или же мы можем сделать иначе, еще лучше. Я слышал, что научный институт университета просит финансирования. Что медицинский центр тоже его просит. А я могу попросить отца. Если, разумеется, — он кинул взгляд на притихшую пару, — мистер и миссис Бейн не захотят помочь своему единственному и, несомненно, любимому сыну и не сделают этого сами, например. У отца Магнуса на лице не дернулся ни единый мускул. Алек почувствовал легкое разочарование. Таких людей даже приятно временами выводить из равновесия. — Разумеется, — ровно сказал он и положил руку на плечо чуть вздрогнувшего сына. — Я оставлю свою визитку, мистер Беллоуз, позвоните, когда вам будет удобно, и мы обговорим детали. Так же попрошу, чтобы данный инцидент не был занесен ни в чье личное дело. А теперь, надеюсь, обсуждение завершено, и я могу отправиться на свое совещание? — Конечно, конечно, мистер Бейн, — пробормотал ректор, явно сам не верящий своей удаче и уже думающий, на что бы еще вытянуть халявные денежки. — Благодарю вас, эээ, благодарю всех, что отозвались на мое приглашение. До свидания. Мистер Сантьяго, мистер Бейн, мистер Лайтвуд, вы тоже свободны. Они вышли в коридор следом за взрослыми. Рафаэль, проходя мимо, кивнул Алеку… с благодарностью? Алек решил, что ему просто показалось. Магнус быстро попрощался с родителями и, оглядевшись по сторонам, взял его за руку. — Я. Ужасно. Хочу. Тебя, — выдохнул он горячо, склонившись к уху. Алеку казалось, что он шагнул в костер — запылало все тело. — Ты был таким потрясающе сексуальным там, когда говорил все это, я едва с ума не сошел. «Да ты и так уже немного того» — чуть не сорвалось с языка Алека, но он сжал зубы, сдерживаясь. Магнус бы такого ответа не оценил точно. — Я знаю пустующую сейчас аудиторию, — сказал он вместо этого и, переплетя их пальцы, потянул своего парня в нужном направлении. В конце концов, он тоже понервничал, а хороший секс, как известно, является отличной психологической разрядкой. Алек огляделся вокруг. Проверил адрес. Потер глаза и вновь уставился на пустое и, судя по всему, давно заброшенное здание перед собой. Никакого намека на магазин сувениров, располагающийся тут всего несколько месяцев назад. — Простите, — он даже не поленился заглянуть в торговый центр рядом и подойти к охраннику. — Тут в соседнем здании магазин сувениров был, «Подарок мечты» или как-то так. Не знаете, куда они переехали? Мужчина, нахмурив брови, странно уставился на него. — Там уже лет пять ничего нет, молодой человек. Никто с этим домом связываться не хочет, в нем вечно что-то случается. Алек чудом удержал на лице спокойное выражение. — Но… Вы уверены? Я точно помню, что несколько месяцев назад там был магазин! — Я прохожу мимо него на работу каждый день, уж поверьте, там точно ничего не было. Может, показалось? — Да какого черта, — прошептал парень, ничего не понимая. Этот магазин точно был! И он точно заходил внутрь и говорил с той женщиной! Охранник продолжал смотреть на него со смесью опасения и сочувствия. — Спасибо, — пробормотал Алек и, на всякий случай, зашел в первый попавшийся отдел, чтобы спросить консультантку о том же. — Там нет никакого магазина, и не было давно, — заявила та, глядя на него точно так же, как охранник. Алек вновь поблагодарил и вышел из торгового центра полностью обескураженный. Решив дойти до конца, раз уж такое дело — вдруг та комната какая-то зачарованная, уже черт знает что вокруг творится, он бы даже не удивился, — Алек, оглянувшись по сторонам, приоткрыл дверь и шмыгнул внутрь, стараясь действовать как можно незаметнее. Его тут же окутал полумрак — свет шел только из двух узких окон рядом с дверью. Включив на телефоне фонарик, он пошел вглубь совершенно пустого помещения. Никаких стеллажей, ничего. Вторая комната, где его принимала та женщина, тоже оказалась полностью пустой и покрытой пылью. В свете фонарика мелькнул какой-то рисунок на пыльном полу. Алек тут же уставился туда, подсвечивая, но это был не рисунок, а неровные буквы. «Слова». — Чего? — пробормотал он. — Какие слова? Никто ему, разумеется, не ответил. Он внимательно вчитался в слово еще раз и на всякий случай сфотал его, после чего оглядел весь остальной пол, но, кажется, там больше не было ничего интересного, поэтому он выбрался наружу, щурясь от яркого солнечного света, и побрел домой, размышляя о смысле найденной им фразы. «Приворот на любовь женщина нью-йорк» — напечатал он вечером, уютно устроившись в широком кресле на колесиках перед монитором. Пришлось отказаться от встречи с Магнусом, но Алек старался терпеть. Неважно, какую он чувствует боль, самое главное сейчас — спасти того, пока он совсем не потерял себя. Результаты поиска не показали ничего нужного. Куча подобной рекламы его мало интересовала. Спасибо, повелся уже на одну. «Женщина нью-йорк магазин сувениров любовь» — попробовал он еще раз. Поисковик выдал кучу магазина сувениров с какими-то подарками своей второй половине. Убедившись, что и тут ничего, Алек вновь изменил запрос. «Магазин мечты женщина любовь ревность». И тут ему внезапно улыбнулась удача — нашлась целая куча результатов. Первый — что-то вроде интернет-дневника, где люди пишут о событиях своей жизни в надежде, что кто-то их читает, а последующие… Алек глубоко вздохнул. «Мужчина покончил с собой после отъезда своей девушки, оставив прощальную записку». «Пара найдена мертвой в собственном доме после скандала из-за ревности. Соседи дают показания». «Мужчина убил свою жену, чтобы не дать ей уйти, и покончил с собой». «Девушка выбросилась из окна после расставания со своим молодым человеком». «Не сумел выдержать расставания и покончил с собой». «Женщина отрицает самоубийство мужа и обвиняет во всем магический магазин». Десятки статей со схожими названиями, отличающиеся лишь датами и городами. Оставалась надежда, что их случайно показали на данный набор слов, но все же слишком много совпадений. Алек задумался о том, как же Магнус мог бы отреагировать на его попытки расстаться. С этой магией шутки плохи, он уже понял — вдруг тоже решит убить его или с собой покончить? — Нет уж, — вслух сказал он, щелкая первую ссылку. — Не позволю. Он немного пролистал посты в дневнике, понимая, что это именно то, что он искал. Сначала девушка Андреа, довольная симпатичная, судя по фотографиям, разглагольствовала о своей любви к какому-то человеку по имени Генри, потом написала огромный пост о том, что магия любви существует и теперь они полностью счастливы благодаря чудесной ворожее мадам Севил из чудесного магазинчика «Подарок мечты». «Вот оно!». Так Алек впервые узнал ее имя. Поискав в интернете, он понял только, что это имя переводится как «будь любимой». Довольно иронично, если учесть то, что делает эта женщина. Он вновь погрузился в чужую историю. Андреа была счастлива еще несколько постов, а затем начала замечать, что ее молодой человек ведет себя странно и она его боится. В последнем посте она просила совета, что ей делать, если он хочет запереть ее в доме, чтобы она вечно была с ним, и на этом повествование обрывалось. Большинство советов были одинаковыми — «беги». Алек, хмурясь, вернулся назад и открыл вторую ссылку. Молодого человека, Генри Бредфорта, сообщала статья, нашли мертвым в собственной квартире — он перерезал себе горло. Комната была оклеена фотографиями девушки — Андреа, тут же узнал ее Алек на фото, — а лист бумаги на столе полностью исписан словами «я люблю тебя не уходи от меня». Судя по этой истории, девушку нашли в гостинице в другом городе. Узнав новость, она была убита горем и рассказала о том, как Генри постепенно становился все более неуправляемым и диким, бросался на каждого, кто на нее посмотрит, подрался с кучей народа и вел себя совсем неадекватно, а потом умолял о прощении. «Он едва не зарезал дядю, который просто меня обнял, — сообщила девушка корреспондентам, — и еще поджег квартиру, чтобы вынудить меня переехать к себе, я знаю, что это был он! А потом он запер меня в комнате, требуя, чтобы я никогда его не покидала, и мне пришлось бежать через окно. Я спустилась на веревке из простыней, словно в книге. В итоге я уехала из города, спряталась у подруги и больше с ним на связь не выходила». Алек, обмахиваясь воротом футболки, откатился от стола в полной прострации. Рассказ Андреа очень напоминал его собственный. Неужели и Магнуса ждет подобное? — Что же я, блять, наделал? — прошептал он, сдерживая желание прямо сейчас позвонить ему и спросить, как дела. — Какой же я придурок, черт возьми… Все последующие статьи лишь укрепляли его уверенность в том, что он ввязался в полную хрень. Везде фигурировала странная женщина — кто-то называл ее мадам Севил, для кого-то она была безымянной, — и магазинчик с сувенирами, название которого иногда менялось, но слово «мечты» оставалось неизменным. «Вещи мечты», «Сувениры мечты», «Вещички мечты», «Чудеса мечты»… В каждой истории находился кто-то, загадавший любовь и после пожалевший об этом, но концовка их всегда ждала одна — чья-то смерть. «Таинственную женщину объявили в розыск в девятнадцати штатах, но пока безуспешно» — гласила одна из статей. Алек поежился. Она несла за собой смерть и перемещалась из штата в штат, неуловимая и неузнаваемая. Человек ли она вообще? Действительно ли существует, или это просто плод их воображения? Он встал со стула и прошелся от стены до стены, мучаясь от тревоги и чувства вины за то, что ради своего счастья он почти разрушил не только счастье и рассудок Магнуса, но и поставил под угрозу его жизнь. «Я так счастлив рядом с тобой» — говорил ему Магнус не единожды. «Это все ложное счастье. Он был по-настоящему счастлив лишь до встречи со мной» — подумал Алек, кусая губу и задаваясь самым важным сейчас вопросом. Как же ему наиболее безопасно отпустить Магнуса? Где все эти люди допустили ошибку? На следующий день, проснувшись, он обнаружил тридцать пропущенных от своего парня. После обнаруженных статей общаться с ним стало почти жутко, однако не отвечать было еще страшнее и опаснее. Мало ли, решит, что Алек его покинул, и покончит с собой, как Генри. Все эти его постоянные «я умру без тебя» обрели новый смысл. — Александр! — воскликнул Магнус, как только принял вызов. — Где ты был, почему не отвечал? Я весь вечер тебе звонил, чуть с ума не сошел, даже до дома добежал! Какого черта ты меня так пугаешь? — Прости, — повинился Алек, вслушиваясь в родной голос и запоминая его. — Послушай… Если я вдруг, ну, уеду, что ты будешь делать? — Уедешь? Почему? Что случилось? — голос того сразу стал серьезным. — Алек, что происходит, я не понимаю. Ты ведешь себя странно. «Кто бы говорил». — Со мной все в порядке, просто интересно. Ответь, пожалуйста. Магнус помолчал немного, после чего уверенно ответил: — Поеду за тобой, разумеется. Как я могу жить без тебя? Алек рухнул на постель, прикрывая рукой глаза. Черт возьми! — Нет, Магнус, — сказал он как можно убедительнее. — Ты можешь жить без меня. Без меня твоя жизнь будет только лучше, понимаешь? Пожалуйста, послушай, ты не зависишь от меня, как и я от тебя не завишу. Мы можешь жить отдельно друг от друга, и в этом нет ничего ужасного, никто никого не покидает. Ладно? — Ты сошел с ума? — спросили его в ответ вкрадчиво. — Знаешь что, дорогой, у меня сейчас дела, но я приду к тебе часам к четырем, меня пугают твои речи. И, к тому же, я очень соскучился, я не видел тебя два дня! Мы должны их компенсировать, не так ли? — Разумеется, — пробормотал Алек, мысленно ругая себя последними словами за то, что мгновенно возбудился от слов своего парня. «Как ты собираешься отпускать его, если течешь от одного только голоса?». — Увидимся. — Люблю тебя! — Я… я тебя тоже. Люблю. Зачем он снова явился к бывшему магазину — и сам не понимал. Просто было такое ощущение, будто что-то он явно упустил. К тому же, что означало «Слова»? Ответ должен быть где-то здесь, определенно. Эта женщина точно существовала, и кто-то не просто так написал это на пыли, зная, что надпись прочитает нужный человек. — Ты ищешь тот магазин? — вдруг прозвучал хриплый голос сзади, когда он стоял и задумчиво смотрел на обветшалый фасад. Алек, вздрогнув, резко обернулся. Позади него стояла темнокожая полная женщина в годах и глядела на него с подозрением сквозь линзы огромных очков. — Да, — с облегчением ответил Алек, в полном восторге от того, что хоть кто-то знает, что тут когда-то вообще был магазин. — Вы в курсе, что он тут был? Не знаете, где он сейчас? Или хотя бы где хозяйка? — Заставила эта змея взять грех на душу своим колдовством? — протянула женщина и перекрестилась, сначала сама, а потом перекрестила его, дотянувшись, правда, лишь до груди, и воздух перед бывшим магазином. Алек наблюдал за этим, приподняв бровь. — Ведьма она. Или еще кто похуже. Нечистые дела творила, люди везде умирали, а никто и не видел ничего, только вот я знаю обо всем. Слежу. Наблюдаю. Алек внимательно слушал, не перебивая. — Все эти смерти — не просто так, я уверена! Думаю, она ими питается. — Питается?.. Женщина кивнула и почесала подбородок. — Либо эмоциями людей, пока они любят, либо энергией после их смерти. Что у тебя случилось? -Эээ… — Алек замялся, не решаясь рассказывать постороннему человеку свою историю. — Нужно, чтобы она… Ну, кое-что исправила. Точнее, отменила. — Ты ее теперь не найдешь, — заявила ему собеседница. — А отменить и сам можешь попытаться. Не знаю, выйдет ли, но хуже точно не станет. — Каким образом? Я же не маг какой-нибудь. Та кашлянула. — Слушай, — шепнула она так, будто их мог кто-то подслушать. — Дам тебе совет по своему опыту. Смотри на слова. Вспомни слово в слово, что она сказала после того, как ты согласился на ее предложение. Может оказаться так, что в этом и содержится подсказка. Формулировки должны быть точны, это любой дурак знает, а мы этим можем воспользоваться. Жаль, что я слишком поздно это поняла. Алек задумался, пытаясь вспомнить. Она говорила очень много до его согласия, а вот после… Буквально несколько предложений перед тем, как выпроводить его вон. Что же там было? — Вы тоже были ее жертвой? — внезапно озарило его, но когда он поднял взгляд, женщины рядом уже не было. Смотри на слова. Чуть позже, когда он пил кофе на кухне, память внезапно подкинула ему то, что он так старательно пытался вспомнить. «Иди домой, юноша» — сказала женщина тогда. Она даже не спрашивала его имени ни разу. «Завтра твоя жизнь изменится. Ты будешь любить его — и он будет любить тебя в ответ». — Ты будешь любить его — и он будет любить тебя в ответ… — пробормотал он медленно. — А если… если я не буду его любить?