D

Недооценка двемерских автоматонов – могла дорого обойтись нашей команде. Мы зашли в Альфтанд – крупный подземный двемерский город. Я впервые попал в двемерские руины, шёл первым, рядом со мной – Эйла, и за ней – две дюжины бойцов. – Мы давненько не заглядывали в Двемерские руины. Здесь может быть крайне опасно, не дай бог нам попадётся Центурион. – Думаю, мы с ним сладим. – Возможно. А может быть и нет, – заметила Эйла, – кажется, я слышала какой-то звук оттуда. Попав впервые в двемерские руины, я немедля обратил свой взор на окружающее пространство. Меня интересовало буквально всё – то, как двемеры обрабатывали камень, то, как сохранились все детали интерьера… Внутри двемерских руин, неканон, было темно. Темно настолько, что только с помощью фонарей на броне мы могли более-менее хорошо видеть – ну и я запустил дальше по коридору светлячок. Эйла обернулась к своим подчинённым: – Берите оружие и будьте настороже. Не знаю, что нам попадётся. – Скорее всего фалмеры и автоматоны, – ответил ей я. У входа были какие-то большие, широкие трубы. Эти трубы были в отличном состоянии. Каменные стены, судя по всему, подвергались точной инструментальной обработке, хотя теперь, после стольких веков, трудно сказать точно – время не щадит даже камень. Я остановился и оглядел металлические сочленения внимательней. – Эйла, почему такие руины не используют местные? – О чём ты? – спросила Охотница, которая шла за мной. – Насколько я могу судить – здесь находится весьма удобное помещение, есть отопление… неужели за прошедшие века, а уж тем более – сразу после исчезновения расы двемеров, их города и постройки никак не использовались? – Люди их побаиваются, – ответила Эйла, – большинство боятся двемерских машин, к тому же подземелья кишат фалмерами и автоматонами. И если фалмеры не особенно опасны, то двемерские машины – могут уничтожить целый отряд магов и воинов. – Хм… логично, – кивнул я, – даже без самих двемеров, их машины могут отгонять желающих найти богатство и славу. Я бы хотел подробнее изучить местность. – Мы пойдём за тобой, – кивнула Охотница. Внутри работала вентиляция – судя по всему, двемеры имели вентиляционную систему своих городов и она была очень надёжной, ведь умереть всему городу в один момент из-за поломки – плохая идея. Лучи света выхватили дверь в другое помещение и мы перешли в крупный зал, в котором были столы, стулья, это место было похоже на большой зал, и уже отсюда начинались проблемы – я услышал звуки клацанья металла по камню и на нас вышел из-за поворота двемереский паучок. Окружающая действительность совсем не походила на те замечательные руины, которые я помнил по игре – уютные и светлые, хотя здесь было тепло и свежий воздух был. Но зато темно так, что без фонаря лучше не соваться – изредка попадались двемерские настенные светильники, но большинство из них давным-давно не работало, или светили они так слабо, что едва разгоняли мрака. Сорок ватт для уличного освещения – это даже не смешно. Я шёл впереди и воспользовался шёпотом ауры – и увидел наших противников. Автоматоны и фалмеры – после шёпота ауры они все выглядели так, словно подсвечивались красным цветом, и были видны даже сквозь стены. Руины кишели автоматами и я решил быть осторожнее. Первый же паучок, который нам встретился – был в большом двемерском зале с какими-то машинами. Он мгновенно повернулся в нашу сторону, стоило нам только зайти внутрь и соратники вытащили оружие. – Спрячьте оружие. Мне нужны целые машины. – Как скажешь, – сказала Эйла, но оружие – меч и щит, из рук не выпустила. Я вышел вперёд, а паучок… это в игре двемерские автоматоны – так себе противники и всерьёз довакина могут испугать только Центурионы – в реальности баланс сил совсем другой. Паук – это уже очень опасно – высотой он был по пояс, на спине имел гироскоп с ядром, дающим ему магию для работы, где у него сенсоры и есть ли такие – я не знаю. Паук передвигался намного быстрее, чем казалось – цокая по камню лапками, автоматон бросился ко мне и чуть было не сбил, прыгнув в мою сторону и выставив острые как бритва клещи. Я отпрыгнул в сторону, уклоняясь и паук приземлился на все свои лапки, повторив заход – на этот раз я успел крикнуть замедление времени и начал творить своё заклинание – кусок стены преобразовать в воду – раз, телекинезом покрыть водой паука – два, и магией холода заморозить – три. Можно ещё укрепляющей магией – конечно, не такой мощной, как сталгримовая, укрепить лёд, сделать его нетающим. Однако, это на словах легко – на деле поймать паука было сложно, я просто бросился на него и схватив за передние лапы, преобразовал часть пола в воду и бросил в неё паука, после чего заморозил, пока паук пытался выбраться. Вмороженный намертво в лёд паучок застыл и больше не подавал признаки жизни. Укрепил находку и поставил паука, вмороженного в ледяной цилиндр типа ведра, на стол. – И зачем это было нужно? – спросила Эйла. – Я хочу изучить паучка. – Хорошо. А что с остальными делать? – Остальных разнесём в пыль. Пошли. Оставим этого здесь, не сбежит. * * * И всё-таки двемеры – это великая техномагическая раса. Вот что я о них думаю – но они не такие, как мы. Да, они умели делать сложные механизмы, но чисто механическая их часть – была на уровне… ну, примерно семнадцатого-восемнадцатого века. То есть это довольно простая штука. Технологическую сложность им заменяла магия, служа заменителем сложных управляющих механизмов, электроники, и так далее. Так что двемерская техномагия – это как отдельное направление, школа магии, которая имеет что-то от каждой школы. Исследование двемерских руин – крайне интересное занятие, но без систематических знаний о двемерах оно бесполезно. * * * Ааай! Двемерский центурион – это настоящая имба Скайрима и всего Тамриэля. Я вообще не понимаю, как двемеры умудрились не завоевать Тамриэль, имея в своём распоряжении такие могущественные автоматоны! Если армию можно склепать на коленке – то весь тамриэль должен был лежать у их ног. Что же им помешало? Может быть – их сгубило собственное совершенство? Они не испытывали нужды в рабочих руках… На центуриона мы натолкнулись в глубине двемерских руин. Мне было страшновато в них спускаться – руины были нестабильны. Я не мог гарантировать, что они не обвалятся мне на голову. Но самое главное – это гигантский центурион. Высотой в два человеческих роста – три с гаком метра, он был внушительной машиной, и очень опасной. Настоящий шагающий танк – как только центурион активировался, Соратники, заметиавшие это, убежали быстрее ветра – их можно понять. Это в игре тыкая в металлическую кирасу центуриона его можно убить – на деле это чудовище оказалось куда страшнее. Стрелы ему не страшны, только магия. Я ждал его и хотел его встретить – Эйла крикнула "Бежим" и повела соратников к отступлению, я же остался с центурионом один на один. И он дыхнул на меня паром – перегретый пар под высоким давлением мог заживо сварить противника, но мой герметичный сталгримовый доспех имел одно хорошее свойство Сталгрима – это практически абсолютный термоизолятор и абсолютный диэлектрик, абсолютная защита от холода. Да, Сталгрим – есьм лёд, его нельзя разрушить заморозкой, а чистейшая дистиллированная вода не способна проводить электричество. Поэтому как только выдалась возможность – я заменил свой доспех на сталгримовый, тут вся соль была в полной защите – если сделать отдельные элементы экипировки – это будет хорошо, но не сравнится с герметичным полным доспехом. Меня чуть было не опрокинуло давлением пара, я задумался, как можно остановить Центуриона. Нужно было сделать что-то. Бесконечная мана или туум… первым был крик "Фус", который помешал центуриону – бежавший на меня анимункул тоже пошатнулся и чуть было не опрокинулся. Фус-ро – заставило его отлететь к стенке, но ударившись спиной, Центурион, разбрасывая какую-то двемерскую бытовую мелочь со столов, устоял и бросился, замахиваясь секирой, присоединённой к левой руке. Я прыгнул в сторону и избежал удара – пришло время магии. Заклятие невидимости – сделало меня оптически невидимым. Но центурион продолжил атаковать – видимо, его нельзя было обмануть невидимостью. Явно магический способ обнаружения, может быть – заклинание обнаружения жизни. Следующий удар я пропустил, так как слишком долго позволил себе думать – удар могучей секирой массой килограмм в сто снёс меня и впечатал в стену, но я поднялся после небольшой тряски. Доспех таким не пронять – я с места ударил его по ногам заклинанием холода – по ступням. Вложил как можно больше сил – на помещении вокруг появился иней, стены покрыли морозные узоры, а пол заблестел от кристалликов льда. Больше магии! Любой колосс стоит на глиняных ногах. И моя идея увенчалась успехом – центурион сделал шаг и его ступня под его собственным весом треснула, правая нога сломалась и из неё вырвался пар, мгновенно заполнивший помещение и превратившийся в самый настоящий снег, центурион начал заваливаться на бок и пришло моё время – я бросился к упавшему противнику. Нужно было забраться туда, где он меня не достанет – на спину. Оседлав центуриона, я тут же снял с него с помощью изменения спинную пластину, увидев под ней механизмы движения, тяги и генератор – заклинив шестерни сталгримовым кинжалом, провернул на три оборота верхний регулятор и центурион перестал брыкаться, он просто затих и остановился. Жарогенератор я тоже заглушил, но следующим по счёту. Ух, вот мне и попался центурион, немного разбитый, но это ничего – одну ногу я ему сохранил и введу в строй при необходимости. Слез с этого противника – адреналин в крови призывал к действию, жизнь казалась лёгкой и хотелось больше риска, это казалось не таким страшным. Даже весёлым! Однако, я задавил в себе приступ адреналиновой эйфории. Поднялся и потащил центуриона в главный зал, откуда был вход в Окулаторию. Эту технологию двемеров мне нужно исследовать. Соратники ждали меня там, обнажив оружие и готовясь сражаться. Их можно понять – ни мечи, ни стрелы, ни молоты центуриону нипочём – это чудовище можно остановить только магией, обвалом, или найдя узкую дверь, в которую Центурион не пройдёт. Я вышел и все вздохнули с облегчением. – Валок, как я рада, что ты справился, – Эйла была действительно рада. – А уж как я то… – я кивнул на центуриона – захватить его не повреждая уникальные части было непросто. Пришлось заморозить зал, я не знаю, может быть – это приведёт к его нестабильности и там может случиться обвал. На всякий случай не ходите в ту часть руин. – Хорошо, предвестник, – Эйла спрятала меч, – что мы будем делать дальше? – А дальше… Наш путь лежит в Собор. Руины зачищены от Фалмеров и Анимункулов, но это не значит, что про них все забыли. Мне нужно сделать здесь освещение и я займусь исследованием этого центуриона. Эйла не возмущалась. Сделать свет было несложно – в последней комнате нашёлся один сердечник генератора с половиной заряда, я создал небольшой аппарат, провода и небольшие мачты освещения. Итак… Что можно сказать об этой удивительной машине двемеров? Генератор обеспечивал ему большой запас пара – около ведра воды и котёл. Блок обработки прерываний – это понятно, это всё, даже в более совершенном виде я скопировал на броню, в которую одеты все мои люди. Блок управления мне удалось миниатюризировать, так как делал я его магией, а не инструментами, как двемеры. Самое сложное – это источник его интеллекта. Мои исследования пауков пришли к выводу, что двемеры использовали для создания автоматонов души живых существ, они служили своеобразным призраком, заключённым в камне душ и соединённым с ним воедино. Центурион был похож на человека, его маска была в форме лица – но это обычная практика, у двемеров эта морда лица везде, где только можно – какой-то их особенный фетиш… Если мои выводы верны – двемеры использовали в качестве мозгов для центурионов души порабощённых существ. Рабов, врагов, преступников. Это серьёзная проблема – ведь я не мог повторить двемерского центуриона – это противоречило моей природе – заключать душу в камень и делать рабом. Это отвратительно! Поэтому я задумался – ближайшим аналогом человеческой души была душа Тролля. Тролли были глупы, и вполне возможно, могли бы выступать в роли танков. Стража рассвета так и поступала. А что если взять для центуриона души троллей? Проблема в том, что тролли слишком тупы, а центурионы нужны покладистые и не нападающие на всех подряд. Мечта о обзаведении собственной армией центурионов рассыпалась как разбитое стекло, в дребезги. И тем не менее, кое-что полезное из целого центуриона я узнал. Методы борьбы с ним, а так же в случае чего – можно будет сделать более простой паросиловой доспех на технологиях центуриона, заменив управляющие сигналы от души. * * * Для чего двемеры использовали пауков? Это уникальные анимункулы. Они использовались буквально для всего – пауки следили за двемерскими руинами, были роботами-уборщиками, могли нести груз в несколько килограмм с места на место, таким образом выполняя роль курьеров внутри двемерских городов. Причём, как я выяснил – пауки умели выполнять приказы и были достаточно умны. Ну, относительно – магия разума двемеров позволяла им программировать пауков, причём, делать это весьма точно и главное – аналогово. То есть невеликий разум паучка позволял ему хоть и хреново, но реагировать на обстановку и выполнять работы. У всех двемеров была одна расовая способность – она называлась Зов, и я полагал, что именно с помощью такой способности Двемеры могли ментально управлять своими анимункулами. Руины были огромными и тёмными, но мои Соратники оказались не лыком шиты – пока я около Собора изучал Центуриона, они сходили и притащили целую гору двемерских механизмов и интересных находок. Это в игре двемерские руины были завалены однообразными вещами – Эйла и её ребята нашли двемерские головоломки – ничего примечательного, обычные физические головоломки на базовых принципах геометрии и оптических иллюзий. Соратники развлекались тем, что пытались их решить, я же пришёл и согрешил – несколько головоломок решил прямо сходу, потому что их конструкция была мне знакома. Оставил Эйлу и её друзей недоумённо хлопать глазами. Остальные двемерские головоломки были мне не знакомы, да и незачем забивать себе голову – у меня тут есть головоломка, с которой не сравнится ничто в Альфтанде. Я пришёл сюда, так как точно знал, что тут находится Древний Свиток и машина для чтения свитков. Я жаждал её изучить – внутри машины было огромное количество зеркал и фокусирующих кристаллов – нужно было понять, как это работает. И вот тут уже был затык, поскольку огромный сферообразный механизм, использующий словарь – я нашёл, нашёл. Он был таким же, как его собрат – окулатория. Судя по всему, этот механизм действовал как своеобразная линза, камера-обскура, только для магии. Оно могло чрезвычайно точно, чрезвычайно научно, принимать сигнал с древнего свитка. Это было нечто вроде магической фотографии. Почему люди слепли при взгляде на свиток? Я не хотел открывать его и смотреть в него. Вместо этого я попытался изучить механизм, который построили двемеры.