Бедняжка в мантии

20.08.2013г. Так как завтра Гранту предстояло вернуться обратно в Вернас, мы решили последний раз прогуляться вместе. За эти две недели я вновь привык к другу, который большую часть моей жизни находился рядом. Я словно вернулся в прошлое, где не было старшей школы и нас с Грантом терпели, скрежеща зубами (а мы всего лишь любили розыгрыши). По этим причинам на душе моей было тоскливо, а внутри скребли не просто кошки, а целый прайд львов. Погода, казалось, полностью переняла отсутствие у меня веселого настроения, затянув небо во все оттенки серого. Дома, деревья и улицы поблекли вместе с небом, словно то высасывало из природы весь колорит. Всё вокруг походило на унылый черно-белый фильм. Люди растеряли свои улыбки и куда-то спешили, ни на что толком не обращая внимания. – Точно не хочешь добить Тома? Грант всё ещё пытался наставить меня на путь мести. Видимо, он не меньше меня желал скрасить серость дня, используя для этого обычные наши способы: розыгрыши, подтрунивания, шутки и беззлобные издевательства. И я бы согласился, честное слово, если бы объектом, на которого будут направлены наши с Грантом силы, не был Том. А я по-прежнему считал, что это неправильно. Даже несмотря на то, что он сам предпринял всё возможное, дабы вывести меня из равновесия и заставить использовать магию. Но, впервые на своём веку, я сдержался. Я думал о том, что мне жаль Дильса. Жаль, что единственная его защита – нападение. Странная форма самоутверждения, которую я никогда не пойму. Но если я скажу, что вся моя злость ушла, помахав ручкой, то солгу. Я злился по причине, что своей жертвой недомаг избрал именно меня. Неужели я похож на слабого забитого мальчонку, не умеющего давать отпор? – Нет, – неуверенно отозвался я, продолжая тонуть в собственных противоречиях. Ближе под вечер начал накрапывать мелкий дождик, и мы с Грантом зашли в ближайшее кафе, где сейчас и проводили своё время, наблюдая за ливнем, в который этот мелкий дождь превратился. За серой пеленой дождя совершенно ничего не было видно, и я блаженно вздохнул, радуясь тому, что мы сидим в теплом и сухом месте и пьем горячий чай с булочками. – Дело твоё, – только и ответил Грант, после чего громко хлебнул из своей кружки чай. Кажется, мы уничтожали уже по третьему или четвертому бокалу, когда дождь, наконец, прекратился и перестал барабанить по окнам кафе. Лишь где-то вдалеке ещё громыхал гром, как будто чем-то недовольный, да свинцовые тучи никак не хотели менять свой цвет. Мы расплатились с официантом за булочки с чаем, поблагодарили его и быстро засеменили к выходу, в надежде успеть вернуться домой до того, как тучи вновь решат всех намочить. 21.08.2013г. Поезд Гранта только что уехал, и одиночество накатило на меня в полной мере. А мне сейчас и не хотелось потеряться в какой-нибудь компании. Я не искал общения, но обещал Джею прийти к нему. Целую неделю он пытался выманить меня из дома и, если раньше я мог ссылаться на Гранта, которого не могу оставить одного, то теперь все отмазки звучали бы глупо и неубедительно. За какой такой целью Джей уже неделю зовет меня к себе? Наверняка, не в нарды поиграть. Судя по тому, как предательски ноет задница – ничего хорошего ожидать не стоит. Любой посчитает меня идиотом, если узнает, что я отказываюсь провести время с тем, с кем встречаюсь. И убедится в этом, когда я скажу, что, ко всему прочему, внутри меня растет неведомый ком отвращения, направленный на несчастного и ни в чем не повинного Джея. Но, как сказал Грант, сердцу не прикажешь. Главное не забыть сказать это Джею таким же высокопарным и задушевным тоном, как мой друг. Да, я решил прекратить эти отношения. Не вижу смысла водить за нос человека, к которому ничего не испытываешь. И пока это всё не опротивело мне окончательно и не стало поздно, надо прикрыть лавочку. – Без средневековых декораций твой дом выглядит…странно, – дал я весьма непонятную оценку дому Джея. Но обстановка и в самом деле была необычная. В каждой комнате присутствовал свой интерьер, дизайн и стиль. Справа от меня была комната, выдержанная в стиле Англии начала XX века, рядом с ней гостиная, словно бы времен правления Генриха VIII. Такое разнообразие резало глаз и не позволяло остановиться на чем-то одном. Выглядело так, будто бедняк внезапно разбогател и скупил всё, что стоит дороже трехсот долларов. Но, вот беда, не знал, как правильно и со вкусом это распределить. Я не претендую на звание «Дизайнер года», просто не считаю, что вся эта вычурность – показатель богатства и власти. Это всего лишь вещи. И когда-нибудь они обесценятся. – Мама скупает весь антиквар, какой только зацепит её взгляд, – произнес Джей, беспричинно улыбаясь. – Мне это нравится, но наш дом скоро превратится в музей. – Да уж, – не стал спорить я. – Пойдем, – Блэйк по-хозяйски вцепился в моё запястье и потащил за собой. Куда мы пошли, я не имел ни малейшего понятия. Мы плутали по прихожим и гостиным, и вскоре я просто-напросто запутался в лабиринте комнат. Решив пустить всё на самотек, я просто позволил Джею меня вести. – О, ты привел меня в свою комнату, – мой дурацкий комментарий разрезал тишину, в которой мы находились примерно пару минут. Как я понял, что эта комната принадлежит именно Джею? Да проще простого. На двери была табличка с его именем. Ха. Прям как в кабинете какого-нибудь министра. Со шкафа, нам навстречу, вспорхнула птица. Не успел я даже испугаться, как она приземлилась на плечо к Джею и ласково потерлась клювом о его шею. Птица была синевато-красной окраски, и только это позволило мне опознать её вид. – Ого! У тебя есть канра!* Видимо, в моём голосе слишком явно звучала восторженность, так как Джей на моё восклицание рассмеялся и погладил крыло своей птицы. Я не виноват, что вижу канру впервые. Я читал о них только в книгах. Это очень редкие существа и найти их не так просто. Но, когда у тебя есть деньги и ты чего-то хочешь, невозможного не существует. – Её зовут Нэрия, – сказал Джей, усевшись на кровать. Канра вяло взмахнула крыльями. Но с плеча Блэйка не слетела. – Попроси её сказать что-нибудь, – тут же приказал я, наплевав на возможный повод, по которому Джей меня позвал. Уголком сознания я понимал, что причина наверняка крылась не в том, чтобы показать мне свою птичку. – Нэрия, поприветствуй Билла, – обратился к своей питомице Джей. – Привет, Билл, – певуче отозвалась канра моим собственным голосом. Я аж обомлел. Не каждый раз услышишь себя со стороны. – Обалдеть, – ликующе выдохнул я. Птица повторила и эту реплику. Точь-в-точь копируя мою интонацию. – Ладно, Нэрия, лети к себе, – Джей приоткрыл дверь комнаты, и птица послушно улетела, бесшумно расправив крылья. Я ощутил разочарование, ведь канру увели прямо у меня из-под носа, а я так и не успел насладиться её присутствием. Может, мне продолжить встречаться с Джеем? Сложно мне, что ли, вынести пару поцелуев ради канры? Это во имя благих целей. «Когда-нибудь Джею станет мало одних поцелуев» – мерзкий голосок в голове разрушил все мечты и надежды. – Наконец-то мы одни, – весело произнес Блэйк и уголки губ едва дрогнули. Эта перспектива показалась мне не такой радужной и заманчивой, как Джею. Я знал, что за этим последует и, как мог, стал оттягивать момент с поцелуями. Задавал вопросы о канре, занимал его дурацкими повествованиями об учебе, просил рассказать о своих родителях. Но вскоре вопросы кончились, а Джей находился уже так близко, что я ощущал на себе его дыхание с привкусом то ли клубники, то ли малины. Кажется, он основательно подготовился к встрече. Стало немного стыдно за то, что я такой бесчувственный и вот-вот попрошу его расстаться друзьями. Может, всё-таки, дать Блэйку шанс? Нет, Вильгельм Вальзер, ты выбрал ни то время и ни то место, чтобы внезапно стать добрым. Как и стоило предполагать, я так далеко ушел в своих размышлениях, что перестал обращать внимание на сидящего возле меня Джея. А когда очнулся, было уже поздно. Он накрыл своими губами мои, настойчиво надавливая на подбородок и, тем самым, приоткрывая рот. Я собрался возразить, но Блэйк счел это за предложение продолжить начатое, и проворно облизнув мои губы, легко проскользнул языком в мой рот. И снова это безразличие и холод. Ничего не чувствую. В голове нет каши и я не схожу с ума. Земля на месте, сердце не бьется чаще и всё, что я слышу – это омерзительное причмокивание нашего поцелуя. Не ощущаю никакой связи между нами. Ни желания, ни возбуждения. Пустой безэмоциональный вакуум. Умею ли я вообще любить? Что это такое? Что должно происходить внутри или снаружи, когда любишь кого-то? Каким ты подвергаешься изменениям?.. Вдохнуть. Я хочу втянуть в себя хоть толику воздуха, но Джей не позволяет мне это сделать. Он мягко опускает меня на кровать, не отвлекаясь от мокрого поцелуя. А на душе становится ещё отвратительнее. Я не люблю. Я ведь его не люблю. И Джей мне даже не нравится, как раньше. Признаюсь, началось всё с его глупых высказываний в парке аттракционов, а потом, как-то само по себе, всё просто ушло в минус и стало неважно, как Джей выглядит, насколько он красив и как долго я пускал на него слюни. Похоже, что если найдешь хоть одну причину, по которой не следует любить человека, то найдутся ещё тысячи таких же. Мы находим минусы быстрее плюсов и ничего с этим не поделаешь… Только когда Джей пытается расправиться с пуговицами и завязками моей мантии, я осознаю, как далеко зашел. Отчетливо слышу бьющую в голове тревогу и панику. Мне, наконец, позволили дышать. – Нет, я так не могу, – слышу собственный затравленный голос и давлю Джею на грудь, отстраняя его. – Прости, – спохватился он и вновь принял сидячее положение. – Я тороплюсь, да? Он взъерошил волосы на затылке, а взгляд его блуждал где-то в стороне окна. Это было мне на руку. Расставался я в своей жизни впервые, к тому же, я трус. Честно говоря, намного легче было бы послать Джею сообщение в интернете. Но отчего-то я посчитал, что так делать неправильно и надо обо всём поговорить с глазу на глаз. Меня никогда не волновали чужие чувства, а тут, впервые, я не хочу причинить боль. Неужели я меняюсь? Превращаюсь в размазню, которая всех жалеет и забывает про себя? Я не хочу таким быть. – Не в этом дело, – сказал я напрямик, решив больше не уклоняться от темы. – Понимаешь… А, да горгулья меня разорви! Будь, что будет! – Я не люблю тебя, Джей. Я ничего к тебе не чувствую. Вообще ничего. Прости, – поспешил я добавить извинение, когда увидел, как понуро опустил свою голову Блэйк. Слова извинений ведь ничего не изменят, правда? Только дураки считают иначе. – Тогда зачем согласился со мной встречаться? – я слышал в его голосе злость и не винил его, ведь она была вполне оправдана. – Не знаю, - признался я. Я размышлял над этим вопросом уже долгие дни и так и не нашел ответа. Так зачем что-то выдумывать? Джею итак больно и от моего вранья ему не станет лучше. – Может, верил, что это изменится, – отчасти, это было правдой. – Понятно, – бесцветным тоном промолвил Джей. Наверное, я странный, но хотелось, чтобы он хотя бы наорал на меня. Только не это умиротворяющее спокойствие, которое заставляет мой груз вины увеличиваться в размерах. – Мы можем остаться друзьями? – идиотская фраза. Ежедневно её произносят миллионы людей во всем мире. Но ведь никто до конца не верит в эти сказки о дружбе после отношений? Один обязательно всё ещё любит, а другой позволяет себя любить, неосознанно причиняя страдания первому. Разве это – друзья? Так хочу ли я услышать от Джея «да»? Тогда придется следить за своими словами и действиями, когда он находится рядом. Не болтать лишнего и…словом, заморочек будет предостаточно. – Конечно, – всё на той же одной ноте пробубнил Блэйк. – Можешь оставить меня одного? – Эээ…да, – удивленный его поспешным решением, я удалился за дверь. Радует, что он не потребовал никаких объяснений. Лгать я не мастак, а сказать прямо, насчет омерзения, было бы не очень уместно, правда? Едва я захлопнул дверь в комнату Джея, как передо мной встала проблема иного свойства. Как мне найти выход в этом лабиринте коридоров? От одной мысли, что придется возвращаться назад и просить о помощи, меня воротило, поэтому, проплутав в огромной домине полчаса, я-таки выбрался из логова Блэйков. Надеюсь, бывать мне здесь больше не придется… 22.08.2013г. Джей всячески избегал со мной любого контакта, будто я прокаженный. Впрочем, я и сам не старался первым начать разговор. Он подойдет, когда посчитает нужным – вот, что я решил. Немного обидно видеть такую реакцию, но, если пораскинуть мозгами, то она вполне ожидаема. После второй пары все толпой ринулись в столовую, а я, Король Заучка, решил провести время в библиотеке. Тем более, я давно хотел взять почитать новую книгу Миракла Дюринга. Вот и настало время воплотить задуманное в жизнь. Библиотека наша старшей школы была непомерно громадная и занимала целый корпус. Даже если проводить в библиотеке 24 часа в сутки, за всю жизнь не успеешь прочитать находящиеся здесь книги. Кажется, если все их собрать в кучу и поджечь, можно ненароком спалить всю планету. Я уверенно направился к шкафчикам с буквой «Д» и принялся корешок за корешком изучать книги, усердно выискивая то, что хотел почитать ещё полгода назад. – Чего это ты не в столовой? – и здесь мне нет покоя. В конце концов, вы издеваетесь?! Библиотека занимает чуть ли не целый километр, а я встретил Тома именно здесь? – Решил себя голодом заморить? – кажется, его настроение пришло в норму. – Ты же итак весишь не больше моей руки, а то и меньше. – Какую часть фразы «не подходи ко мне» ты не усвоил? – процедил я сквозь зубы, чувствуя как зудит левая щека от его пристального взгляда. – Никакую, – немного поразмыслив, простодушно отозвался Том. – Ты только сыплешь угрозами, а сделать-то мне ничего не сможешь. – Ты уверен? – вопросительно вскинул я брови и прибавил голосу враждебности. Мысленно я уже сломал ему указательные пальцы обеих рук. И гнев немного притупился, удовлетворенный моим садизмом. – Более чем, – проклятая усмешка всезнайки. Я так её ненавижу. – А ты чего тут, собственно, забыл? – накинулся я на Тома, хоть раз в жизни пытаясь его довести до состояния эпилептика первым. – За мной следишь? – Ты не единственная звезда в школе, – опустил меня недомаг с пьедестала и заставил почувствовать себя неловко. – Я пришел взять книгу. Как и все остальные, кто приходит в библиотеку. – Ты читаешь!? – растерянно спросил я. Вальзер, какой тупой вопрос. Он ведь только что сказал, что пришел за книгой. И всё-таки мне казалось неправдоподобным, что Томас Дильс читает книги. Вот этот, тронутый мозгами, умеет читать. Я испытал реальный шок. И, по-моему, Том даже обиделся на это. – А чего такой удивленный тон? – оскорбленный недомаг поставил свою руку на полку, прямо передо мной, перекрывая доступ к нужной литературе. То, что он стоял позади меня, признаться, напрягало. Я протяжно вздохнул, проигнорировав этот выпад. Мои истерики не помогут. Они раньше не действовали, а сейчас тем более. – Не думал, что мозг, размером с хлебный сухарик, умеет читать, – небрежно бросил я, сосредоточив своё внимание на книгах, которые мой взгляд мог ещё зацепить. – А ты представь! Я прочитал двести пятьдесят шесть книг и сейчас возьмусь за двести пятьдесят седьмую, – с этими словами он потянулся вверх и достал над моей головой книгу Келли Десседи. Как назло, Том выбрал автора, который мне нравился. Мало того, что я прочитал сто восемдесят пять книг, вместо 256, так он ещё и моих любимых писателей отбирает. Дегенерат! Ничтожество! Убогая горгулья! – О, Богиня! Ты ещё и Келли Десседи читаешь. Ты точно Том? – однако, издеваться я не перестал. – Хочешь проверить? – его рука согнулась в локте, и он всем телом прижался к моей спине. Другая рука, с зажатой в ладони книгой, обняла меня, а затылок защипало от жаркого дыхания. Меня словно током ударило. Лишь немногим позже я осознал, что действительно наслал электрический импульс на Тома, но не подумал, что он прижат ко мне и потому током прошибет не только его. – Да что же ты за человек такой? – взвился я, нарочно наступив Дильсу на ногу и резко обернулся. – Что с тобой не так? Он отскочил от меня на сантиметр, гадко улыбнулся и склонил голову набок. – Может, посоветуешь мне что-нибудь почитать? – не дав мне никакого ответа, он перескочил с одной темы на другую. – А ты меня за это будешь называть королем? – в свою очередь спросил я, вновь повернувшись к стеллажу. – Нет. – А господином? – Нет. – Тогда обломайся и прощай! – сняв с полки книгу Дюринга, которую, наконец, отыскал, я решил удалиться на этой самой ноте. Но не тут-то было. – Стой, – Том схватил меня за руку, но тут же отпустил, когда услышал моё недовольное шипение. – Чего тебе? – грубо спросил я, приготовившись бить его по почкам увесистым томом Дюринга. – Ты извини, что я на тебе сорвался в прошлый понедельник, – у меня аж рука опустилась, так умоляюще-жалобно это прозвучало. – Поздновато извиняешься, не находишь? – ворчливо отозвался я. – Собственные ошибки всегда признаешь дольше, – с видом человека, который прожил уже лет пятьдесят, сказал Том. – Понятно. – Так ты меня прощаешь? – Ты всегда на мне срываешься, двиб. Мне плевать, – в этот раз мне позволили уйти. Почему-то губы мои расползлись в довольной улыбке, которая никакими усилиями сходить не хотела. Чего это я, в самом деле? Ну, извинился этот идиот, так теперь розами его осыпать что ли? Всё равно я его ненавижу. Какие бы скорбные и обиженные глазки он не строил. 03.09.2013г. Третьим предметом в расписании стояла дуэль, на которой, мы сейчас всей аудиторией и присутствовали. Вел этот предмет профессор Абигор. Мрачный тип, с которым бы я предпочел никогда не связываться в темном переулке. Вот кто действительно разберет вас по косточкам так, что потом ни один целитель не соберет. Длинные белесые волосы преподавателя были собраны в конский хвост. Гардероб его составлял тот, у кого явный фетиш на черный цвет. А на скуластом лице преподавателя я ещё ни разу не видел улыбки. Он бы прослыл совершенно невозмутимым, если бы меж бровей не поселилась грозная складка. По-моему, та никогда не покидала лица своего хозяина. Она-то и заставляла так нервно реагировать на профессора. Всего лишь складка, а в страхе держит всю аудиторию. М-да, смешно. Но только не нам. – Студенты! Вы знаете, что делать! Разбейтесь на пары и приступайте! – дал нам обычные указания профессор Абигор, а сам удалился в комнатку, что была пристроена к дуэльной площадке. Если так подумать, то уроки дуэли мне нравились. Мы не сидели за партами и отрабатывали друг на друге свою магию. Естественно, пользоваться Тёмной магией строго воспрещалось правилами школы. Это удручало, конечно, но уйти в отрыв можно и при помощи Светлой магии. – Эй! Вальзер! – окликнул меня Том и тут же, собственной персоной, передо мной возник. – Слушаю тебя, убогий, – со скучающим видом отозвался я. – Не хочешь заключить пари? Моя азартная душонка тут же настропалила уши и приготовилась к атаке. Какой? Я и сам ещё не знал. – Что за пари? – с напускным равнодушием поинтересовался я, мол, игры для детей дошкольного возраста. – Вызываю тебя на дуэль. На спор. Какие у тебя условия, в случае моего проигрыша? А это мне уже нравится. Что бы такое придумать, да пожестче? – Если выиграю я, то ты будешь неделю ходить в мантиях, – я улыбнулся, как самый отъявленный злодей, предвкушая победу, в которой не сомневался. – Отлично, – принял Том мои условия, без всяческих возражений. – А если выиграю я, то ты сочинишь для меня любовное стихотворение и зачитаешь его в столовой, когда там будут все студенты. Идет? Мне даже стало страшно от того, что я могу проиграть. Но отклонить условия пари…я лучше отгрызу себе руку. – Идет, – мы обменялись церемонным рукопожатием и направились к площадке для дуэлей. – Я проиграл! Нет! Не может быть! – сокрушенно вопил Том, хватаясь за голову. – Я никогда не проигрывал! Моя самодовольная улыбка только еще больше распылила недомага. – Да ты жульничал! – попытался он спихнуть всю вину на меня. Знаем таких, пытаются избежать условий спора, свалив всё на мухлеж. – Ещё чего! – возмутился я. – Признай, что владеешь магией на уровне середнячка. Ах, этот вкус победы… - Кстати, мантию носишь с завтрашнего дня, – заявил я приказным тоном, в знак солидарности хлопнув Тома по плечу. – Куда бы ни пошел. Снимать её можешь только дома. – Я отыграюсь, – обнадеживающе объявил мне Дильс. В глазах его всё еще мерцало неверие и растерянность. – Но не на этой неделе, двиб, – я в простительном жесте раскинул руки. – Извини, есть дела поважнее твоей уязвленной гордости. Но ты был хорошим противником. Как же приятно выбить первенство в битве за звание лучшего. Ещё и обыграть своего врага. Двойное удовольствие. Верх блаженства: любоваться целую неделю Томом в мантии. Это будет занимательно. Мне не удалось ему отомстить, но кто бы мог подумать, что Богиня встанет на мою защиту и подарит мне такой шанс, как этот? Сокрушенный и униженный Том в мантии…теперь мы посмотрим, кто из нас бедняжка…