Фантасмагории

Положение было отчаянным. Во-первых, каменные големы, управляемые волшебником в красно-белой маске, гнались за Висмунтом по городу добрых полчаса и все никак не отставали. Во-вторых, свиток огненной магии, заговоренный на прикосновения чужаков, неприятно жег ладони, так что мужчине приходилось перебрасывать его туда-сюда, чтобы кожу не обуглило к чертям собачьим. Со стороны, наверное, выглядело комично, но самому Висмунту было не до смеха. Вот совсем. Он чувствовал, что выбивается из сил, а расстояние между ним и преследователями понемногу сокращалось. — АЛЬСИО-О-ОН! — наконец, заорал Висмунт, не выдержав. — АЛЬСИОН, ТВОЮ МАТЬ! Куда запропастился этот мерзавец, доподлинно известно не было. Согласно первоначальному плану, он должен был всячески прикрывать Висмунта, покуда тот брал на себя труднейшую часть вероломной миссии — кражу магического свитка из закромов Сообщества Магов. Однако в самый ответственный момент всеобещающего Альсиона поблизости не оказывается, и Висмунт яро обругивает на бегу и его, и големов, и этот дурацкий свиток, зачем-то понадобившийся умникам из Гвардии Света... Уклоняясь от безобразной лапищи голема, Висмунт резко уходит в сторону, сворачивает за угол и упирается лицом в деревянную стену. Тупик. — Матушки-батюшки, — ужасается он и оглядывается через плечо. Каменное трио неумолимо подступает, безмолвно покачивая головами, а где-то далеко позади торжествует таинственный маг. Заприметив, что его подопечные загнали беглеца в угол, он точно спустится со своей смотровой площадки — крыши городской ратуши — и направится в их сторону. «Мне конец, — подумал Висмунт. В его ушах гулко отстукивало. — Теперь мне точно конец. Проклятый Альсион!» Едва он успевает закончить мысль, проклятый Альсион спрыгивает откуда-то сверху, бесшумно приземляется и направляет боевой посох в голову ближайшему голему. Вырвавшийся из хрустального наконечника луч тотчас разносит ее на куски, а прекрасное лицо напарника при этом остается совершенно безэмоциональным, будто бы он крошит хлеб, а не магических чудовищ. Праведный гнев Висмунта мгновенно сменяется восхищением. — Альсио-о-он... — трепетно стонет он. По его лицу катятся слезы-сопли облегчения. — Вытрись, — грозно говорит спаситель. Полы его плаща плавно опускаются к земле. — И приди в себя. Бой только начинается... Поверженный голем рассыпался в прах, однако на его место тут же ступили двое таких же здоровенных. Висмунт послушно утерся рукавом и сунул свиток за пазуху, чтобы не мешался. — Он тебе куртку прожжет, — заметила Элизабет, плавно опуская кольца своего тела — нескончаемого, нестерпимо сверкающего стальной чешуей — с крыши соседнего здания. — И ты здесь, — Висмунт заметно воспрял духом. — Знаешь, я тут подумал, что меня, может быть, и не убьют сегодня. — Дай сюда, олух, — ламия метнулась вперед, ловко выхватила у него свиток и заткнула за пояс. Пояс, перехватывавший основание хвоста, был не простым — тоже заговоренным, а сам хвост покрывался настоящей сталью, потому-то Элизабет защитного пламени совсем не боялась. Впрочем, Элизабет вообще редко чего-нибудь боялась. Как сейчас, например — вокруг толпятся враги, а она ворчит себе не то как оскорбленная мать, не то как мачеха: — Ничего сделать нормально не можешь. Говорила же, возьми для него сосуд, но нет, наш Висмунт не любит брать с собой много вещей! — Это не было бы проблемой, если вот этот... — Висмунт обиженно поджал губы и ткнул пальцем в спину Альсиона. — Если бы этот мерзавец предупредил, что на охране будут големы, то я... — Прекратите! — рявкает Альсион. В наконечнике его посоха вновь скапливается мана. — Нашли время. Вы хоть понимаете, каким опасным может быть волшебник, раз уж он способен создавать големов? Сфокусируйтесь! По закоулку прокатился смех — квакающий и безумный, такой, что кровь в жилах стыла. Низкорослый маг, разодетый под шута, неспешно приближался к ним, поигрывая своим посохом. Кажется, он чувствовал себя совершенно расслабленным... Нервно переминающемуся Висмунту этой расслабленности оставалось только позавидовать. — Вы же псы Гвардий, не так ли? — спрашивает маг, чуть склоняя голову набок. Бубенчики, венчающие концы шляпы, отзываются игривым звоном. — Не так! — убежденно вскричал Висмунт. — Ничьи мы не псы, сами пришли. — Да, сами, — в тон заверещала Элизабет. — Сами с Альсионом! Альсион поморщился и закрыл лицо рукой, повелитель големов снова зашелся смехом, и Висмунт понял, что им, возможно, не стоило так резко реагировать на это обвинение. — Любопытно, — протянул шут, отсмеявшись. — Гвардии решили пойти на такую подлость... впрочем, неважно. Вы умрете в любом случае. — Приготовились, — Альсион выставил вперед посох, намереваясь отбивать магические атаки. — Элизабет, Висмунт, на вас големы. Мы обязаны прорваться, чего бы это не стоило. — Да! — хором отозвались они. Положение было отчаянным. Во-первых, каменные големы, во-вторых, волшебник в красно-белой маске, явившийся за чертовым свитком огненной магии. Тупиковая безлюдная улица, неравная сила. Со стороны, наверное, выглядело безнадежно, но сдаваться никто из них не привык, верно? Положение было отчаянным, как, впрочем, и все остальные, из которых они выбирались с почти акробатической ловкостью. И Элизабет, и Висмунт, и даже Альсион, пытавшийся убедить всех вокруг, что живет исключительно по правилам. Когда опасность начинала возвышаться над горизонтом, никто из них не предавался страху, не сомневался, не раздумывал о смерти, зато возможность выжить вопреки всему придавала жизни в этом мире особый вкус, сладкий и пряный, как цветочный мед. Висмунт улыбнулся приосанившемуся Альсиону, подмигнул Элизабет и решительно обнажил лезвие меча.