Нити судьбы

      — Здравствуй, Эдит.       Она отрывает взгляд от экрана смартфона, так ярко мерцающего в вечерних сумерках, и смотрит прямо на него. Лицо девушки в миг озаряет легкая улыбка, даже несмотря на то, что в её глазах так и читалось легкое напряжение. Но почему? Она волнуется? Смущается? Разве они не «растопили лед», как однажды выразился Хэнк?       — Привет.       Он хочет в ответ подарить ей свою улыбку — знак того, как он рад её видеть, однако замечает дотлевающую сигарету в её левой руке. Коннор чувствует каждым сенсором и рецептором, как его выражение лица ожесточается, а руки сжимаются в кулаки. И для рыжеволосой это не остается незамеченным.       — Прости, — в одно движение она избавляется от сигареты, бросая её на сухой асфальт и притаптывая. Сразу же переводит тему. — Хоть в этот раз ты не в той идиотской футболке. И сразу в шапке.       Сегодня он был в легком светлом джемпере тонкой вязки, который ему, как и все предыдущие вещи, отдал Хэнк. Погода позволяла легко одеться, чем воспользовался не только он сам, но и Росс. На ней укороченные джинсы свободного кроя, массивные кроссовки, красная, будто обагренная кровью, футболка. Шея обнажена, впервые за долгое время не скрыта никакими шарфами. Синяки, совсем недавно уродующие её шею, сошли на нет, разве что несколько небольших желтых пятен все еще проглядывались на бледной коже, но это ничего. По сравнению с тем, что было.       Да и сам вид девушки был более… здоровым, чем несколько дней назад. Что-то поменялось за это время в её жизни в лучшую сторону?       — Лейтенант одолжил мне несколько своих вещей, которые он не носит, — отвечает он, пока они направляются ко второму входу. — Ты выглядишь гораздо лучше, чем в прошлую нашу встречу.       Эдит в миг зарделась, в смущении заправляя одну прядь волос за ухо.       — Не говори ерунды, Коннор. Это все та же я.       Внутри ожидаемо отсутствует охрана, турникет выключен. Незамеченные, они проходят к лифту. Коридоры пустуют — словно все в миг покинули здание, и они единственные, кто остался в университете. Семь тридцать вечера. Не так уж и поздно, чтобы у студентов уже не было занятий.       — Не удивляйся, что народу мало, — словно читая его мысли, сказала Эдит, пока лифт поднимался на 5 этаж. — Сегодня пятница, следующая неделя — зачетная. Занятий мало.       Снова аудитория 578. В этот раз, видимо, никто не решился совершать лишних манипуляций с партами: последние стояли, как и должны, в три ряда. За ними уже сидело несколько человек. Некоторые знакомые с прошлой встречи: Ким из отдела автоматизации, Хелен из колледжа естественных наук, Джоан с факультета философии. Остальные присутствующие были Коннору еще незнакомы. И он не стремился с кем-то знакомится. Он не совсем понимал, что сподвигло его прийти снова сюда. Возможность встречи с Эдит? Но ведь он и без всех этих собраний «Нового века» может встретиться с ней. Некое опасение, что это объединение может все еще представлять угрозу обществу? Вряд ли.       — Коннор, привет! — окликает его Ким, сидящая на одной из самых первых парт. Её губы, покрытые яркой алой помадой, расплылись в широкой открытой улыбке, а карие глаза горели огнем озорства. Он кивает в приветствии, отмечая, что рядом с девушкой неестественно сидит юноша. Юноша с внешностью модели WR600. Модели андроида-садовника.       Неужели? Нужно провести анализ объекта.       Модель WR600 - садовник.       Серийный номер #: 098 456 001       Статус: пропал без вести.       Да, он был прав. Юноша — не иначе как андроид. Значит, Коннор уже не единственный девиант здесь. Это уже становится более занимательным.       Они с Эдит присели в отдалении от всех: девушка сама прошла как можно дальше в аудиторию, присев около окна, сквозь которое лучи заката окрашивали помещение в яркий малиновый цвет. Он снова переводит взгляд на девушку. На её лице все еще отражается насторожённость и напряжение. Росс неотрывно смотрит вперед — прямо на Майкла Хостли, сидящего прямо за кафедральной стойкой. И который так же неотрывно следил за каждым движением Росс. В его взгляде читался гнев, выражение лица было переполнено недовольством.       Что-то случилось между этими двумя?       — Эдит, все в порядке? — решается спросить андроид, кладя ладонь на тонкое и узкое плечо рыжеволосой. Та от неожиданности чуть ли не подпрыгивает на стуле, но заметив обеспокоенность на его лице, смягчается.       — Д-да, все нормально, — отвечает она, хоть и голос её немного дрожит. — Кстати, забыла спросить еще в прошлую нашу встречу, ты сделал тот анализ? Ты понял какой.       Он бы мог сказать, что ему хватило одного только визуального анализа, чтобы понять, что за вещество нашла Эдит у «одного знакомого». Он мог бы сказать, что он отнес образец в лабораторию, где было проведено тщательное исследование. Но вместо этого он сказал:       — Да.       — И?       — Это было именно то, о чем ты думала.       Рыжеволосая лишь тяжело вздохнула и последние слова вымолвила практически шепотом:       — После собрания. Я все объясню. Ладно?       Ему оставалось лишь в очередной раз согласиться. Ведь действительно, где могла Эдит найти этот наркотик?       Собрание началось с представления новичков. Трое первокурсников из факультета искусственного интеллекта, а также молодой пары с биологического факультета. Затем перед всеми встала Ким с WR600 и Сэмюель Нильсон, вместе с WR400, моделью Трейси, что немало удивило Коннора.       Трейси — дорогая модель, сертифицированная только для сети клубов «Рай». Как она оказалась в обществе слабого, юного и совсем небогатого студента факультета журналистики — оставалось только догадываться.       Первой решила начать уверенная, всегда жизнерадостная, как успел заметить андроид, Ким:       — Всем привет, ребята, — девушка лучилась оптимизмом. — Знакомьтесь, это Мэтт, он еще немного стесняется в общении с людьми, но он славный парень, я вам гарантирую!       Андроид лишь в ответ смог выдавить из себя слабую нервную улыбку. Пальцы, постоянно теребившие мягкую ткань свитера на манжетах, выдавали андроида с головой — тот очень сильно нервничал. Если бы диод все еще был на виске андроида, то Коннор бы предположил, что он горел бы ярко-алым, как сегодняшний закат.       — Ким, ты скажи ради бога, где ты его нашла? — срывается с губ Джоан. Насмешливо, но без злобы.       — Не поверишь — в парке, — в ответ парирует брюнетка.       — А я-то думала, где я это лицо видела раньше, — отзывается Хелен, сидящая впереди них. — Ты ведь та еще домоседка, я думала, тебя будет проще похоронить в твоей же комнате в общежитии, чем вытащить хоть куда-то.       Девушка в ответ лишь зачем-то показала средний палец правой руки, от чего по аудитории прошлась легкая волна смешков. Несколько смельчаков все-таки позадавали WR600 несколько вопросов, в основном касающихся того, кем он был до того, как встретился с девушкой. На вопросы андроид отвечал с явной боязнью и неуверенностью, но загорелая ладонь на его плече, принадлежащая брюнетке, заметно придавала ему внутренних сил. Это показалось Коннору довольно милым. Это больше напоминало его ситуацию с Эдит, только наоборот: он помогает ей.       Затем дали о себе знать и Сэмюель с WR400.       — С Валери я встретился случайно, когда пришел забирать друга из ночного клуба. Тот нажрался тогда просто в хламину, — начал блондин, почесывая затылок. Коннор заметил, что Трейси следила за каждым движением парня и будто… любовалась. Её карие глаза так и светились странным блеском. — Ну в общем приехал я тогда в клуб и увидел, как к девушке пристают какие-то буржуи. Не знаю, что с подвигло меня тогда заступиться, я ведь сами видите какой убогий. Ну и в общем не знаю каким чудом, но мне удалось их прогнать. Я тогда и не мог подумать, что Валери окажется андроидом.       Тридцатисекундная пауза.       — И даже когда я узнал правду, я не испугался. Наоборот, я решил, что это шанс показать, что не только Эдит может везти.       — Ну скажешь тоже, Сэм, — в миг отзывается Росс, скрещивая руки на груди.       — Валери, — решил обратиться Коннор к WR400. Девушка поворачивается и смотрит прямо на него. То же лицо, что и у двух девианток из клуба «Рай». Те же глаза. Те же черты лица. Разве что волосы темно-каштанового цвета разливаются по плечам и груди. — Я так понимаю, ты была из клуба «Рай».       — Верно, — даже голос тот же. — Я помню тебя. Ты тогда был в подсобном помещении, когда обе Трейси напали на тебя. В тот момент, когда ты их отпустил, — она прерывается, некоторое время опускает глаза, будто что-то обдумывая, а затем продолжает, — во мне что-то пробудилось. Некоторое время я еще была в клубе, пока не сбежала.       — Воу-воу, это уже гораздо интереснее, — отзывается Хелен уже обращаясь к Коннору. — Ты был на задании в секс-клубе, серьезно?       — Это было в начале ноября того года.       — Как раз во время революции?       Кивает.       Еще некоторое время присутствующие осыпали Валери и Сэма вопросами, по сути, бесполезными и никчемными, которые больше утоляли внутреннее и неумеренное любопытство. Пока Джоан, та сама Джоан, которая осмелилась без грамма стеснения спросить его о наличии гениталий, вымолвила на всю аудиторию:       — А вы спали, ребят? А то Трейси — продвинутые модели, пожалуй, одни из единственных, у которых есть чем заниматься этим.       Эдит, молчавшая практически все это время, язвительно выдала:       — Джоан, черт, тебя только и интересуют такие вопросы, да?       — Росс, отъебись, мне просто интересно.       Рыжеволосая лишь в ответ закатила глаза и тяжело вздохнула.       Сэму не нашлось что ответить — юноша настолько быстро покраснел, что не смог и связать двух слов. Валери же, лишь загадочно растянула аккуратные губы в улыбке. Джоан, видимо, восприняла такую реакцию как за утвердительный ответ.       — Все понятно с вами, ребят.       Легкий смех прошелся по всей аудитории. Даже Коннор не удержался от легкой улыбки, пусть и не совсем понимал, почему они все смеются.       Собрание закончилось довольно быстро — гораздо быстрее, чем он предполагал. Уже через несколько минут Майкл, поспешил оповестить, что им уже нужно закругляться и что новое собрание, возможно, будет через две недели. Народ активно начал расходиться, Эдит одной из первых подорвалась к выходу. Коннор последовал за ней, не понимая, к чему такая спешка.       Уже около выхода из аудитории, они услышали:       — Эдит, нам нужно поговорить.       Оборачиваются, Майкл направлялся прямо к ним, активно пробиваясь сквозь уходящих членов клуба. Андроид заметил, как рыжеволосая в миг напряглась, но виду не подала, расправив плечи.       Эдит лишь сухо отвечает:       — Как-нибудь потом, Майкл.       Брюнет, в несогласии, хватает её за запястье. Коннор в миг чувствует, как внутри тириум будто вскипает, нагрузка на центральный биокомпонент возросла с пугающей скоростью. Он понимает, что начинает испытывать отнюдь даже не недовольство, а что-то гораздо более худшее. Что-то, что можно назвать злостью или даже гневом. Как он смеет так грубо с ней обращаться?       — Ты же понимаешь, что я не упрашиваю тебя, — практически шипит Хостли, грубо дергая девушку за руку к себе. Эдит в ответ лишь стискивает зубы, её лицо окрашивается пренебрежением.       — Майкл, ты что творишь-то? — изумлено и даже чуть испугано спрашивает Сэм.       Теперь никто не уходит. Все внимание приковано к ним.       — Мистер Хостли, вынужден Вас попросить отпустить Эдит.       Юноша нарочито медленно поворачивается лицом к Коннору. Все его лицо так и кричит о презрении к нему.       — Слушай ты, кусок пластика, все, что происходит между нами, тебя не касается.       — Майкл, отпусти меня, черт тебя возьми, — теперь и Эдит начала выходить из себя. Она с силой дернула рукой, вырываясь из хватки брюнета. Окинув его отнюдь не благосклонным взглядом, она направилась к выходу из аудитории. Коннор последовал за ней, надеясь избавиться от общества этого нелицеприятного человека, как услышал в ответ ехидные и полные ядом слова:       — Это был я. Она была со мной. Со мной, а не с тобой, ты, чертов кусок пластика, ни на что не годный, кроме как выполнять свои чертовы функции копа.       — Майкл, почему ты говоришь такие ужасные вещи? — сквозь внутренний шум слышит он возглас Ким. — Что на тебя нашло?       Внутри все закоротило, а перед глазами лихорадочно мелькал выбор: проигнорировать или же ударить.       Умоляющий взгляд глаз цвета свинца так и кричал «Пойдем скорее, пожалуйста». Рыжеволосая скрылась за дверным проемом, Коннор, глубоко вздохнув, хоть и в дыхании он совершенно не нуждался, поправил шапку, которую он почему-то не снял раньше, и уже собрался последовать за девушкой. Но то, что он услышал далее, перевернуло все его планы и мысли с ног на голову.       — Эдит — моя. И всегда была, есть и будет.       Миллисекунда. Выбор сделан.