Нити судьбы

      Её губы были сухими, потрескавшимися, но одновременно такими мягкими и манящими. Он не понимал, почему заостряет на таких мелочах внимание. Раньше Коннор не замечал за собой тягу к тактильным прикосновениям к людям. Особенно такого характера.       Однако, он заметил, что именно к Эдит хотел бы прикасаться каждую минуту, каждую секунду, каждый миг. В нем словно проснулся зверь, желавший каждую миллисекунду ощущать под сенсорами тепло и мягкость её кожи. Почувствовать дрожь, появляющуюся каждый раз, когда они касаются друг друга. Языком и сенсорами на его кончике улавливать привкус обычного бальзама для губ, которым она изредка пользуется. Коннор чувствует, как её ладони сильнее обвиваются вокруг его шеи, как её тело сильнее и теснее прижимается к нему. Одна ладонь сильнее обвивает стройную талию, скрытую тканью красной футболки, а пальцы другой руки зарываются в рыжие пряди на затылке.       Он не видит и не слышит ничего вокруг. Ни шумов реки, ни поток информации, поступающих через сенсоры. Ничего. В этот момент он чувствует лишь её.       До того момента, пока он не услышал голос лейтенанта, пропитанный неподдельным удивлением и неким конфузом:       — Не ожидал вас увидеть здесь, ребята.       Эдит первая разорвала поцелуй. Открыв глаза, Коннор заметил на её лице лишь покрасневшие щеки, освещаемые холодным светом от автомобильных фар. Он оборачивается и видит машину и самого Хэнка, который скрестил руки на груди. Но не в недовольном жесте, а в скованном, словно ему было неловко. Яркие фары не слепили андроиду глаза, но сенсоры на автомате велели прищурить глаза. Запрограммированная в подкорку человеческая мимика давала о себе знать.       — А вы здесь как оказались? — голос Эдит раздается в стоявшей тишине. Андроид заметил, что она тоже в ответ скрестила руки на груди, поджав губы. От неё так и исходит неловкость: неужели от того, что их застал лейтенант?       — Порой прихожу сюда, но в этот раз я здесь случайно оказался, — ответил лейтенант. И ведь действительно, в ноябре того года во время восстания девиантов произошел первый личный разговор с Хэнком, благодаря которому они хоть и негласно, но наладили более дружеские отношения. — Кстати, Коннор, только собирался набрать тебя.       — Что-то случилось?       — Да. Извиняюсь, что отвлек вас от свидания, но нам с Коннором поручили дело, –мужчина многообещающе повел бровями, а на его губах проскользнула ухмылка. — Оно предназначалось Риду, но у него появились более важные дела.       Рыжеволосая еще больше насупилась и закусила нижнюю губу. Андерсон больше ничего не сказал, лишь кивнул андроиду, чтобы тот поторапливался, а сам направился к машине, яркие фары которой до сих пор освещали их.       Коннор осторожно поворачивается к девушке.       — Мне нужно идти, — внутри так и разрастается что-то непонятное. Первая ассоциация с виноватостью. Он не думал, что так выйдет, но он не может отказать напарнику. Работа есть работа.       Эдит лишь сильнее закусывает губу и кивает головой. Её поза все так же скованна, а в глазах плещется печаль. Частые моргания, трепещущие ресницы, язык нервно проходится по тонким обветренным губам. Смотрит куда угодно, но только не на него.       Коннор в одно мгновение аккуратным движением поддел острый подбородок, невольно заставляя поднять рыжую макушку и посмотреть прямо на него. Серые глаза отливались легким блеском. Неужели…?       — Эдит, — начал он.       — Я не плачу, все нормально, — отнекивается она, — просто жаль, что ты уже уходишь.       — Прости, но я должен.       — Да, я понимаю, — она неуверенно заглядывает в его глаза оттенка теплого шоколада и пытается улыбнуться. Почти что искренне.       — Может, мы тебя подвезем?       — Нет-нет, не нужно, я доберусь сама, — она неуверенным движением привстает на носочки и аккуратно касается губами его желанной щеки. По всем биокомпонентам словно прошелся разряд тока.       — Не пропадай, Коннор, — на прощание кидает она, прежде чем стремительной походкой покинуть набережную и уйти в сторону ближайшей остановки общественного транспорта. Он провожал ее фигуру взглядом до самого последнего момента, пока Хэнк в нетерпении не посигналил ему из машины.       Уже сев в автомобиль, который сразу же тронулся, Коннор стянул с головы шапку, скрывающую до этого момента диод, и положил ее в бардачок.       — Извини, парень, что отвлек тебя от свидания, — внезапно начал Хэнк.       Андроид в миг перевел взгляд на напарника.       — Я понимаю, Вы бы не сделали этого, если бы был иной выбор, — отчеканил Коннор. — Вы обмолвились, что это задание предназначалось детективу Риду.       Андерсон неохотно цокнул языком, что выдавало явное раздражение.       — Да, но к этому говнюку приставили каких-то двух новых андроидов, и теперь он с ними таскается на испытательном сроке. По словам Джеффри, их отправили на более важное задание, — смешок. — Я бы все отдал, чтобы посмотреть рожу Рида, когда он узнал, что теперь у него двое твоих собратьев-подопечных.       — Думаю, он был не в восторге, — осторожно отвечает Коннор. — Как и Вы, когда мы только начали работать вместе.       Мужчина долго смотрел на дорогу, прежде чем легко улыбнуться.       — Однако, я все равно рад, что тебя приставили ко мне.       Лейтенант как обычно был немногословен, но андроид его понял и без лишних слов и сантиментов. Мужчина был благодарен за то, что он изменил его жизнь своим внезапным появлением в судьбе Андерсона.       — Что-нибудь известно о преступлении?       — Немного. Проникновение со взломом с целью кражи, но в итоге все закончилось серьезным избиением владельца квартиры.       — Мы сейчас едем на место?       — Да, скоро уже будем.       1550 Парк Авеню. Однокомнатная квартира под номером 448 в 40-этажной новостройке. Центр города — иметь жилье именно здесь недешевое предложение. Значит пострадавший имеет неплохое состояние, или, по крайней мере, его родители. Только перейдя порог квартиры, отцепленной жёлтой голографической лентой, Коннор сделал вывод, что квартира малообжита. Даже несмотря на очевидный погром, он отметил лишь основную мебель, несколько предметов декора и… все. Никаких идентификаторов для того, чтобы определить, кто именно здесь проживает.       Никакого уюта, никакой атмосферы жилой квартиры он здесь не видел. И это настораживало.       — Не ожидал вас обоих здесь видеть, — окликнул их детектив Коллинз, — я думал, это дело предназначено для Гэвина.       — У него сейчас дела поважнее, — с ухмылкой отвечает лейтенант, — осваивается с новыми напарниками.       — Неужели и до него андроиды добрались? — со смешком отзывается мужчина, проходя вглубь небольшой квартиры.       — Да, и думаю, он не в особом восторге. Но да ладно, что тут у нас?       Заглянув в планшет, детектив Коллинз начал брифинг:       — Чуть больше часу назад по заявлению отца пострадавшего некто проник в квартиру, видимо с целью совершить кражу. Но вовремя вернулся владелец квартиры, и преступник избил мальца. Последний сейчас в больнице с сотрясением мозга и переломами ребер и обеих ног.       — Неужели Риду дают настолько слабые дела? — удивился Хэнк.       — Не будьте настолько уверенным, лейтенант, — андроид решил встрять в разговор, осматривая входную дверь. Никаких повреждений. Взгляд цепляется за замочную скважину и дверную ручку. Модель самая новая. Наиболее защищена от взлома. Тоже никаких повреждений с внешней стороны. Наклон, осматривает внутреннюю часть. Тоже все в порядке. — На двери нет никаких признаков взлома, учитывая, что данный вид замка не взломать простой отмычкой. Открыть дверь возможно либо только с помощью ключа, либо применив большую физическую силу.       Он перевел взгляд на Хэнка, заметив в голубых глазах удивление.       — Вот это уже интересно, — скрестил он руки на груди. — Коннор, осмотрись здесь внимательней, я пойду с Беном изучу все имеющиеся материалы дела на данный момент.       Андроиду оставалось лишь согласиться.       Снова беглый взгляд по имеющейся обстановке. Сдвинутый диван, поваленный журнальный стол, большой ковер из микрофибры согнут пополам, телевизор повален и от удара тонким экраном об паркет покрылся трещинами. Небольшая кухня, смежная с основной комнатой, не тронута. Никакого погрома.       Тревожный сигнал прозвучал внутри системы.       На кухне с высокой долей вероятности имеется дорогая техника. Там должен быть такой же кавардак, как и в гостиной. Или преступник просто не успел?       Визуально в квартире был лишь бардак и небольшой погром, больше похожий на последствия драки, но никак не поиска грабителем имущества, которое можно украсть. Проходя мимо поваленного журнального столика, Коннор ловким движением подхватывает за край столешницы и ставит столик на ножки, он уже хочет пройти в спальню, откуда доносились голоса Андерсона и детектива Коллинза, как замирает.       На самом краю стола виднелись едва заметные, даже оптическому сенсору, мелкие брызги тириума. Двумя пальцами проводит по гладкой поверхности стола, проводит анализ. Перед глазами ярко высвечивается «Голубая кровь. Модель WR400. Серийный номер #429 671 901. Присутствует примесь C17H21NO4».       Примесь UR150, схожего по формуле с усовершенствованным красным льдом.       Здесь был андроид. Причем модели Трейси. Коннор ухмыльнулся. И почему ему так везет именно на них? За все недолгое время работы и своего существования он уже в третий раз сталкивается с данной моделью. Но зачем андроиду проникать в квартиру? Еще и с целью кражи, под влиянием наркотического вещества?       Поваленная мебель свидетельствовала о драке, это очевидно. По крайней мере, это он мог утверждать с уверенностью. Но целый замок не подтверждает версию незаконного проникновения. Возможно, пострадавший что-то скрывает?       — Лейтенант, я выяснил важный момент, — дает о себе знать Коннор, заходя в спальню, в которой Хэнк и детектив Коллинз проводили осмотр.       — Да? — отзывается Андерсон, с любопытством переводя взгляд на напарника. — Что ты узнал?       — Я обнаружил следы тириума на журнальном столике. Голубая кровь принадлежала модели Трейси. С уверенностью могу сказать, что в деле замешан андроид.       Хэнк тяжело вздохнул.       — Хреново дело.       — Это еще не все, — он видел, как Андерсон напрягся, как в его голубых глазах мелькнула настороженность. — В голубой крови был обнаружен…       — Та самая наркота?       Утвердительный кивок. С губ лейтенанта срывается прерывистых вдох, одна рука зарывается в седые пряди волос.       — Просто прекрасно. Бен, зафиксируй это в деле.       — Уже, Хэнк, — отозвался детектив Коллинз, водя по экрану планшета. — Кстати, буквально минуту назад пришло оповещение об обновлении информации о деле. Мистер Хостли, отец пострадавшего, заявил, что его сын пришел в сознание.       Коннор застыл, словно все его тело отключилось. Ему не послышалось?       — Простите, детектив Коллинз, можно узнать фамилию и имя подавшего заявление?       — Конечно, Коннор, — с легкостью ответил мужчина. — Джастин Хостли.       — А пострадавшего?       — Майкл Хостли. А в чем дело?       — Ничего, — он сам не заметил, как его губы растянулись в ухмылке. — Простое любопытство.