Червовый Валет

      Сразу после окончания беседы с братьями Габриэль вернулась в здание на Первом Небе, где проживали её Святые.       Прежде чем её новый Храбрый Святой очнётся, она хотела задать несколько вопросов дракону, запечатанному в нём…

***

      Как только Габриэль вошла в комнату, где без сознания лежал её Валет, её Королева поднялась и склонилась в формальном поклоне.       — Он всё ещё не проснулся, моя госпожа, — отчиталась Гризельда спокойным и полным достоинства голосом.       Габриэль жестом указала ей встать.       — Поднимись, Гризельда, и возвращайся наружу. Я сменю тебя на посту.       Встав, Гризельда сменила свой привычный элегантный тон на удивлённый:       — Так скоро, госпожа? Для меня не будет проблемой присмотреть за ним.       Габриэль покачала головой.       — Нет нужды, моя Королева. Он — мой Храбрый Святой, и я подожду здесь, покуда он не придёт в сознание. Я лишь просила тебя присмотреть за ним на случай, если он очнётся, пока я на Шестом Небе, — Червовый Король улыбнулась. — Теперь же, как я и говорила ранее, оставь его мне.       Её Королева кивнула, не совсем понимая мотивы своего Короля, но, тем не менее, принимая это, и вышла, оставив Габриэль наедине с её Вальтом.       Серафим подождала примерно полминуты, после чего развернулась, шагнула к двери и провела по ней своей рукой, медленно наложив едва слышным шёпотом слабое заклинание.       Мгновением позже дверь была запечатана как для звуков, так и для сущностей.       Спустя несколько секунд Серафим подошла к кровати, на которой без сознания лежал её новый Святой, и села рядом с ним.       — У меня есть к тебе несколько вопросов.       Единственным ответом, который она получила, была тишина, и Габриэль вздохнула.       — Ты знаешь, что я обращаюсь к тебе, Красный Император Драконов. Не делай вид, что не слышишь меня.       Тишина продлилась ещё нескольких секунд, а затем знакомый оглушающий голос ответил:       — Спрашивай что пожелаешь, но я не обещаю, что отвечу.       Ещё один вздох покинул губы Габриэль, прежде чем она заговорила вновь.       — Мальчик знает о твоём существовании?       — Нет.       Габриэль собралась было задать новый вопрос, но дракон внутри её Святого высказался прежде, чем она смогла, и голос его был полон презрения к Серафиму:       — Теперь мой черёд. Что ты сделала с моим носителем? Я знаю, что ты сделала нечто большее, чем просто лечение.       — Так и есть, — ответила Габриэль. — Теперь этот мальчик — Храбрый Святой, ангел на службе Небес.       — Как умно для тебя, Габриэль. Но, полагаю, не стоит удивляться тому, что у тебя был козырь в рукаве, — тон дракона был сухим, не оставляя сомнений, что он думал о её действиях на самом деле.       — Это не было козырем, — возразила Габриэль, нисколько не удивлённая лёгкой издевкой, сопровождавшей слова дракона. — Ты требовал, чтобы я спасла его. Ты не уточнил, как бы тебе хотелось, чтобы я сделала это.       Красный Император Драконов ничего не ответил.       — А теперь мой черёд. Как давно ты пробудился в этом мальчике?       Дракон, запечатанный внутри Вальта, ответил на этот вопрос немедленно:       — С того момента, когда он был атакован. И будучи той, кто откликнулся на его слова, ты должна была слышать его молитву. Он был довольно похотливым подростком, в этом я могу быть уверен. Как ты намереваешься удерживать его от падения, хм?       Габриэль пожала плечами.       — Рассматривай это как тест второй из систем Храбрых Святых. В теории, его разум должен быть очищен от грешных мыслей и желаний, когда он пробудится.       — Что это, как не промывка мозгов?       — Это не изменяет его воспоминаний и не заставляет быть лояльным к Небесам, — огрызнулась Габриэль. — Если мой Валет пожелает вновь открыть для себя грех и окрасить свои крылья в чёрный, ничто не остановит его.       — Ничто за исключением тебя.       — Ты говоришь так, словно я могла бы остановить его. Но у меня нет ни времени, ни желания контролировать каждые его мысль и действие, как нет их и у других моих Святых.       — На Небесах множество ангелов. И держать его здесь узником будет для тебя нелёгкой перспективой.       Червовый Король вопреки своему желанию пришла в ярость от колючих комментариев Валлийского Дракона, пусть и мастерски скрыла это.       — Говоришь так, будто я не забочусь о моих Свя…       — Избавь меня от нотаций, Габриэль. Ты спасла его лишь из-за меня. Это факт, и мы оба это знаем. Надеюсь, ты позаботишься о нём так, как ты, по твоим словам, заботишься о других своих так называемых «Святых». Но повторюсь, я не могу заставить тебя делать что-либо. Хорошего дня.       Габриэль сжала свои зубы, вынужденная принять невероятно грубое прощание дракона, запечатанного в её Святом.       Встав, она сделала несколько глубоких вдохов. Затем она подошла к шкафу, вытащила случайный томик, села на стол и раскрыла книгу. Мгновение спустя её глаза начали рассеянно скользить по страницам.       «Отдыхай, Червовый Валет. Я буду бдеть так долго, как должна».

***

      Когда мир в глазах Иссея Хёдо заволокло тьмой, он был полностью уверен в том, что никогда не придёт в сознание. Можно себе представить, насколько удивлён он был пробуждению, не говоря уже о самой комфортной кровати, на которой он когда-либо лежал, под ним.       Более того, он чувствовал себя здоровей и бодрей, чем когда бы то ни было, а оставшееся истощение стремительно утекало из его разума.       О, и сильнейшая головная боль. Она тоже.       Как только Иссей сел и протёр глаза, женский голос достиг его ушей.       — С возвращением.       Подняв глаза, он встретился взглядом с самой красивой девушкой, на которую когда-либо падал его взгляд. Её сладострастная фигура была спрятана под одеждами, но одежды эти не скрывали её идеальное лицо и длинные светлые волосы.       «Срань господня… никогда не думал, что буду столь близок к такой женщине!..»       И всё же, к его собственному шоку, следующими словами Иссея стали не комментарии относительно её внешности или фигуры. Вместо них была простая, довольно обыденная реакция.       — Г-где я? — спросил Иссей дрожащим и неуверенным голосом.       Женщина улыбнулась.       — Ты на Небесах, конечно же.       Глаза Иссея широко раскрылись на мгновение, прежде чем он похоронил своё лицо в руках, и его извращённые мысли сменились отчаянием.       «Вот и всё… Я истёк кровью там… Юма убила меня…»       Он не слышал её шагов, покуда они не зазвучали прямо возле его кровати.       Женщина села на кровать рядом с ним и положила руку на его плечо с озорной полуулыбкой на лице.       — Ну-ну, не нужно выглядеть таким подавленным, Храбрый Святой.       Иссей сильно покраснел от того, что она была столь близко к нему.       Его следующие слова прозвучали несколько неуклюже:       — Храбрый… Святой? Так мы зовёмся после смерти?       Улыбка женщины стала шире, в то время как одна её рука скользнула по спине Иссея, а вторая легла на его щёку.       Иссей был уверен, что сейчас его можно увидеть даже из космоса, если, конечно, таковой здесь существовал.       Габриэль, в свою очередь, полностью осознавала, какой эффект оказывает на Иссея подобной близостью, и была весьма позабавлена этим.       — Смерти, мой дорогой Святой? О нет-нет-нет, ни в коем случае. Ты очень даже жив.       — Н-но… — запинаясь, произнёс Иссей, стараясь сосредоточиться на её словах, а не теле. — Если я не умер, то как я оказался на Небесах?       Женщина усмехнулась:       — Разве не очевидно? Я принесла тебя сюда.       Иссей закрыл глаза, пытаясь осознать слова Габриэль, но терпя в этом поражение.       — Я… совершенно не понимаю.       Руки Габриэль покинули его, заставив Иссея открыть глаза, когда она встала и повернулась к нему лицом.       — Пожалуй, юный Святой, пришло время представиться.       И с этими словами дюжина белых крыльев возникла за её спиной.       Я — Габриэль, одна из четырёх Великих Серафимов Небес.       На мгновенье Иссей застыл в изумлении. Затем он невероятно неуклюже поклонился, оставаясь при этом на кровати.       — Оч-чень рад п-познакомиться! — сказал он, заикаясь.       Серафим хихикнула, развеселённая полным отсутствием грации у её Святого.       — Не стоит, молодой человек.       Иссей вновь сел на шёлковых простынях, скрестив ноги, и продолжил знакомство.       — Я… Иссей Хёдо… — сказал он, не совсем уверенный, как нужно обращаться к Серафиму. К счастью для него, она, похоже, не возражала.       — Иссей Хёдо, хм? — ответила Габриэль, приложив палец к губам. — Прекрасное имя. Мне тоже приятно познакомиться.       Габриэль убрала свои крылья, пытаясь заставить своего Святого чувствовать себя чуть менее застенчиво.       — Итак, Иссей, полагаю, ты разрываешься от вопросов…       Иссей молча кивнул.       — Ну что ж, — сказала Габриэль, пожимая плечами, — спрашивай.       — Эм… — промямлил Иссей, первым делом остановившись на самом очевидном вопросе: — Каким образом я выжил? — он пробежался пальцами по торсу. — И куда делась дыра в моей груди?        Улыбка Габриэль исчезла, и её голос почти незаметно напрягся.       — Иссей… когда ты умирал, ты помнишь, как молился?       Иссей закусил губу.       — Ох… на самом деле нет… всё после того, как я получил удар, размыто…       — Что ж, ты это сделал, — сказала Габриэль, и в глазах её показалась небольшая печаль. — Ты начал со слов «Если кто-нибудь слушает…», если я помню верно. Говоря коротко, этим кем-то была я. В то время как обычно я бы послала ангела рангом пониже, в этот раз я лично спустилась, дабы принести тебе покой, когда ты умирал. В конечном счёте, меня заставили вмешаться и спасти твою жизнь. Процесс же перерождения вылечил все раны.       — Так… — произнёс Иссей неуверенным тоном, — почему ты пришла именно ко мне?       Ответ Габриэль был быстрым, а тон вернулся к нормальному:       — Я слышала твою молитву, Иссей, и твои слова были достаточно интересными для меня. Ты не просил нас спасти тебя. Скорее, ты извинялся за свои грехи и раскаивался в своих жизненных деяниях перед тем как твоя душа предстала бы перед судом. Я признаю, что, возможно, я слишком мало колебалась, но я дала твоей душе благословение, — она улыбнулась. — Если тебе нужно знать, Иссей, то ты можешь думать об этом как о… знаке одобрения. Он дал бы тем, кто судил твою душу, знать, что я ручаюсь за то, что ты достоин взойти на Небеса.       Иссей сглотнул.       — Ты… ты думаешь, я мог бы это сделать?       Улыбка слегка расширилась.       — Я думаю, что на то были хорошие шансы, — пожала плечами Серафим. — Сейчас это, разумеется, не имеет значения. Как Храбрый Святой, ты можешь свободно здесь пребывать.       Иссей кивнул.       — Ты назвала меня так несколько раз. Что именно значит «Храбрый Святой»?       — Храбрый Святой — это человек или другое существо, которое было перерождено как ангел в услужении ангела, переродившего его, — объяснила Габриэль.       Она подняла руку, удержав его от попытки заговорить.       — Позволь мне уточнить. Фактически, правильней будет думать о Храбром Святом как о карте в колоде. Мне, например, присвоен ранг Короля, и я командую всеми Святыми, которых воскресила. Они, в свою очередь, все принадлежат к моей масти, Червям. Как ты уже мог понять, Король командует другими картами: от Королевы до Туза и всеми картами между ними. Также есть Джокеры, но тебе нет нужды беспокоиться о них, пока ты не один из них.       Очевидный вопрос не пришёл ему в голову. Напротив, мысли Иссея зацепились за кое-что, сказанное Габриэль перед тем, как объяснить систему.       «Перерождён как ангел?!»       Очевидно, шок отразился на его лице, поскольку Габриэль обеспокоенно нахмурилась.       — Что-то не так, Иссей?       Он нервно сглотнул.       — Ты… ты сказала, что переродила меня в Храброго Святого… и что Храбрые Святые — ангелы… значит ли это…       Габриэль кивнула, и улыбка вернулась на её лицо при виде шока, перекосившего лицо Иссея.       — Н-не может… не может быть… я не могу… я… я не могу быть… это, должно быть, сон… — начал бессвязно бормотать Иссей, обращаясь больше к себе, нежели к Габриэль.       Позабавленная, она покачала своей головой.       — Позволь мне заверить тебя, Иссей, это не сон.       С этими словами Габриэль использовала крошечную часть своей силы, чтобы заставить Иссея измениться.       — Ай! — вскрикнул парень от внезапной боли. К счастью для него, она исчезла спустя мгновение, оставив его полностью сосредоточенным на том, что только что появилось из его спины.       — Я… — пробормотал Иссей, совершенно потеряв дар речи при виде пары пернатых белых крыльев, что сейчас простирались из его лопаток. Учащённо дыша, он, совершенно ошеломлённый, сейчас мог разве что вытянуть руку, чтобы прикоснуться к его собственным крыльям, дабы подтвердить, что они реальны.       Чувство прикосновения пальцев к крыльям, являющимся продолжением его тела, и было тем подтверждением, в котором он нуждался.       — Это… это потрясающе! — воскликнул наконец Иссей с выражением огромнейшего счастья.       Тут он вспомнил, что перед ним стоит одна из Великих Серафимов, и с крайним огорчением переборол себя.       Габриэль же тихо посмеивалась, прикрыв губы рукой.       — Я рада, что ты так думаешь, мой юный Святой.       — Эм… Габриэль? — промямлил Иссей, стараясь казаться спокойным и отстранённым и терпя в этом полный крах.       Всё ещё скрывая рот рукой, Габриэль ответила:       — Да, Иссей?       — Ты сказала, что командуешь всеми картами между Королевой и Тузом Червей… верно?       Габриэль кивнула, не совсем уверенная, к чему ведёт её Святой.       — Значит, это делает меня твоим слугой? — спросил Иссей, отчаянно надеясь, что не оскорбит её этим вопросом.       Габриэль покачала головой.       — Не совсем так. Ты едва ли сравним со слугой и скорее являешься тем, кто порой получает от меня прямые приказы. Это ближе к отношениям между высокопоставленным офицером и низкоранговым служащим.       Иссей моментально переваривал этот ответ, чтобы тут же выпалить следующий вопрос.       — И… какую карту ты использовала для меня? — нервно спросил он, покусывая свою нижнюю губу.       Рука Габриэль опустилась, но улыбка осталась на её лице.       — А я всё думала, сколько же времени тебе потребуется, чтобы задать этот вопрос. Посмотри на тыльную сторону своей правой руки.       Лишь после этого Иссей заметил огромную, светящуюся красным букву «J», запечатлённую на тыльной стороне его ладони.       — Эта буква на твоей руке, Иссей, отмечает тебя как Вальта.

***

      После нескольких минут практики, за которые Иссей научился проявлять свои крылья и нимб так, что смог призывать их одной мыслью, Габриэль позволила ему продолжить задавать вопросы.       Эта сессия вопросов-ответов продолжалась в течение нескольких часов. Иссей забросал Серафима сотнями вопросов обо всём сверхъестественном мире, о работе Небес и истинной природе демонов и падших ангелов, в то же время достигнув поразительных успехов (по его собственной шкале) в деле избегания смотреть на что-нибудь кроме лица его Короля.       По шкале среднего человека, половину времени он бесстыдно пялился на грудь.       Как и следовало ожидать, особый интерес для Иссея представляла концепция «падения».       — Не пойми меня сейчас неправильно, но одно лишь наличие греховных мыслей или желаний не заставит тебя пасть, — попыталась убедить его Габриэль. — Если бы это было так, то, уверяю тебя, в данный момент на Небесах не было бы ни одного ангела. Однако ты не можешь поддаться искушению и потворствовать этим желаниям — именно это и приводит к падению. Теперь ты понимаешь?       Иссей кивнул, чувствуя небольшое облегчение.       Габриэль, однако, должна была знать это, говоря следующие слова:       — О, и Иссей, если ты беспокоишься о своём довольно… развратном мышлении, то знай: не стоит.       Иссей уставился на неё, растеряв все слова и покраснев сильней чем помидор.       Габриэль усмехнулась.       — Для предполагаемого извращенца… ты поразительно сдержанный. Я полагаю, это лишь доказывает, что система работает.       В этот момент Иссею стукнуло в голову, что в действительности он должен был бы быть всецело увлечённым женщиной и никак не способным поддерживать хоть сколь-нибудь осмысленный диалог.       Тем не менее, он мог удержать язык за зубами, а свой взгляд — хоть отчасти сфокусированным на чём-то ином.       — Какого… — прошептал Иссей самому себе, глядя на свои руки. — Какого чёрта?.. Что произошло со мной?       Габриэль пожала плечами, всё ещё улыбаясь.       — Побочный эффект перерождения при помощи системы Храбрых Святых, нечто вроде… очистки твоего сознания от грехов. Это ничто иное как формальность, однако в ином случае, я полагаю, ты пал бы в тот же момент, когда прошёл перерождение, — она усмехнулась. — У тебя есть чистый лист, на котором ты можешь написать новую историю своей жизни, Иссей. Воспользуйся этим правильно… или, по крайней мере, постарайся не столь откровенно таращиться на женскую грудь.       Серафим с удовлетворением отметила, насколько же просто взволновать её Святого, в то время как лицо Иссея в очередной раз окрасилось в малиновый.       Но миг спустя улыбка исчезла с лица Габриэль.       — А теперь, Иссей, если у тебя больше не осталось вопросов, я хочу задать несколько тебе.       От её слов разум Иссея выдернуло обратно в реальность.       — Да! Что угодно!       — Опиши того, кто атаковал тебя.       Иссей почесал свою голову.       — Ну… — произнёс он, не совсем уверенный, откуда начать. — Она… эм… она имела крылья, подобные моим. Но они были чёрными, так что, полагаю, она была падшим ангелом. Что касается остального… ну, имя, которое она назвала мне, было «Юма Амано», но я предполагаю, что оно поддельное…       Габриэль вздохнула.       — Полагаю, это будет трудно. С другой стороны, ты ведь живёшь в Куо, где и был атакован?       Иссей кивнул, не уверенный, в чём кроется проблема.       Серафим, стоящая перед ним, нахмурилась.       — Хм… Это всё осложняет, Иссей.       Иссей уставился на неё, ничего не понимая.       — Место, которое ты зовёшь домом, является территорией даже не одного, а двух демонов Высшего класса. Оба — ближайшие родственники Четырёх Королей демонов. Если ты войдёшь на их территорию без разрешения, то можешь спровоцировать войну.       Взгляд Иссея опустился к кровати.       — О… я понимаю эту проблему… — он моргнул, а затем посмотрел вверх. — Погоди, если это их территория, то как же ты смогла прийти туда, не вызвав проблем?       — Технически, Иссей, я не могла. Хоть большинство демонов не столь жестоки, чтобы отказать умирающему в ангельской заботе, это может вызвать проблемы в будущем. Я надеюсь, в будущем ты выступишь на моей стороне в вопросе о моих действиях?       Иссей молча кивнул.       Габриэль шагнула к кровати и утешающе положила руку на плечо Иссея.       — Кроме того, не пойми меня неправильно, Иссей. Я не говорю, что ты никогда не сможешь вернуться, просто ты не можешь вернуться прямо сейчас. Я свяжусь с обоими Королями демонов, чтобы обсудить этот вопрос. Они достаточно разумны и должны понять ситуацию.       Серафим внезапно улыбнулась ему.       — Закончим это обсуждение. Думаю, самое время тебе и моей Королеве познакомиться должным образом.

***

      Когда Иссей сменил порванную рубашку, Король развеяла печать и покинула комнату, вернувшись через несколько минут в сопровождении другой женщины.       — Ведите себя хорошо, — сказала Габриэль, подмигнув Иссею, прежде чем вновь исчезнуть, оставив парня рассматривать женщину, наедине с которой он остался. Она была немного ниже Габриэль, но имела с той сверхъестественное сходство, за исключением того, что её волосы были прямыми, а не кудрявыми.       Иссей смог не пялиться на её довольно хорошо сложенную фигуру благодаря более закрытым одеяниям, а также куда более строгому лицу.       — Меня зовут Гризельда Кватра, — произнесла женщина приятным тоном. — Я — Королева Габриэль. А ты?..       — Эм… меня зовут Иссей Хёдо… я её Валет, полагаю… — ответил Иссей с запинками.       «О да, воистину спокойно, Иссей. Отличное первое впечатление».       — Что ж, Иссей, — продолжила Гризельда, полностью проигнорировав довольно неловкие слова парня, — сколько тебе лет?       — Эм… семнадцать.       Червовая Королева кивнула.       — Хм… довольно молод для Храброго Святого, но, полагаю, в системе нет ограничений по возрасту. Итак, в роли кого ты служил церкви?       Иссей сконфуженно склонил свою голову в сторону.       — Я… э…       Гризельда нахмурилась.       — Ну, я вот была экзорцистом. А чем занимался ты?       Иссей беспомощно пожал плечами.       — Если по правде, ничем… Я не уверен даже, заходил ли вообще когда-либо в церковь, пока был человеком…       Гризельда уронила челюсть, и простояла в таком положении столь долго, что Иссей уверился в том, что она начнёт привлекать мух.       Когда её рот наконец закрылся, в раздавшемся голосе Гризелды сквозило чистейшее неверие:       — Почему же Габриэль из всех людей выбрала для перерождения именно тебя?       Иссей вновь пожал плечами.       — Спроси её, — ответил он, и небольшое раздражение послышалось в его голосе, несмотря на все его усилия скрыть это чувство. — Я был без сознания, когда она обратила меня в её Вальта, любезно избавив от дыры в кишках.       Как только Иссей закончил, дверь немного приоткрылась. Полмгновенья спустя сквозь получившуюся щель в комнату заглянула блондинистая голова.       — Она ушла? Отлично!       Дверь распахнулась шире, и персона, оказавшаяся молодым мужчиной, смогла войти, занося три пенопластовых коробки. Из последних доносился запах карри.       Гризельда зажала нос и вздохнула.       — Дулио, кто сказал тебе, что ты можешь сюда прийти?       Молодой человек, очевидно, носящий имя Дулио, пожал плечами, а на его лице всплыла проказливая полуулыбка.       — Никто. Я просто подумывал прийти познакомиться с новым Храбрым Святым. Всё Первое Небо уже в курсе о нём, знаешь ли.       Его голова повернулась к Иссею, который уже несколько часов как не слезал с кровати.       — Дулио Гезальдо, бывший экзорцист и Джокер господина Михаэля, к вашим услугам!       Иссей представился в третий раз за день.       — Ну что ж, Иссей, — его беззаботный тон резко контрастировал с тоном Гризельды. — ты как вообще, голоден?       — А… да, пожалуй.       Миг спустя коробка с карри и палочки для еды оказались в его руках, и Иссей забурился внутрь. До сего момента он не осознавал этого, но он был голоден.       Дулио усмехнулся и предложил коробку Гризельде. Пожав плечами, когда та отказалась, он уселся за стол и начал поглощать карри из обеих коробок.       Гризельда накрыла лицо ладонью.       — Напомни мне ещё раз, почему тебя до сих пор не вышвырнули с Небес за обжорство?       Дулио вновь пожал плечами.       — Серафимы меня любят, — произнёс он с набитым ртом.       Пока они ели, Дулио задал Иссею тот же вопрос о проведённом в церкви времени, что и Гризельда. Однако когда Иссей дал тот же самый ответ, реакция Дулио была совершенно иной.       — А, ну даже если ты не был особо верующим, у госпожи Габриэль, должны быть, имелись какие-то свои причины. Я уверен, что это к лучшему.       Гризельда провела несколько секунд, шокировано уставившись на Дулио, прежде чем тот заметил. Его ответом стало простое невозмутимое:       — Что?       — Как ты можешь так легкомысленно относиться к этому? — прошипела Гризельда. — Какая польза Небесам от Святого, который даже не открывал Библию?       Впервые с момента, как Дулио вошёл комнату, его улыбка исчезла.       — Гризельда, ты абсолютно не честна по отношению к нему, — сказал он, кивнув в сторону Иссея. — То, что он не был верующим человеком, не значит, что он не желает служить в качестве Храброго Святого так же, как любой верующий.       Взгляд Дулио перескочил на Иссея.       — Ты желаешь этого, ведь так?       Иссей немедленно кивнул, ни секунды не колеблясь.       Улыбка Дулио вернулась.       — Ну тогда, Иссей Хёдо, добро пожаловать в колоду Храбрых Святых!       И впервые с тех пор, как он проснулся на Небесах, Иссей не чувствовал себя ужасно неловко.