Червовый Валет

      Зайдя в главный зал собраний Первого Неба после полудня, Иссей заметил Гризельду, сидящую за одним из столов и разговаривающую с другим ангелом, которого он не знал. Однако когда она заметила его, то попрощалась с ангелом и помахала парню.       — Добрый день, Иссей, — небрежно поприветствовала она его, когда он присел. — Как ты?       Иссей хрустнул пальцами.       — Я в порядке. А ты?       — Тоже, спасибо.       Опёршись головой на руку, Иссей слегка ухмыльнулся.       — Что, сегодня собираешься обойтись со мной полегче?       Лицо Гризельды исказилось, великолепно сымитировав озорную улыбку Габриэль.       — Быть может, моё намерение заключается в том, чтобы заставить тебя почувствовать себя непринуждённо, а затем сделать тренировку куда трудней?       Иссей тихо фыркнул.       — Это было бы весьма похоже на тебя. Но серьёзно, что происходит? Обычно к этому времени ты уже готова низвергнуть меня с Небес в пучины Ада.       Гризельда откинулась назад, и такое расслабленное поведение резко контрастировало с её обычной невозмутимостью серьёзного человека.       — Дулио попросил предоставить тебя ему на сегодня и завтра. Он думает, что в последние несколько дней я тебя монополизировала.       Иссей наградил её саркастичным взглядом.       — Он думает?       — Ну, скорее «считает железобетонным фактом», — признала Гризельда, — но я пытаюсь быть вежливой.       В следующий миг фокус внимания Гризельды внезапно изменился.       — Итак, Иссей, я уже давно хотела спросить, но мысль всё время ускользала. Как идут твои дела в Куо?       Веселье покинуло лицо парня, сменившись задумчивым выражением.       — Иссей?       Он пожал плечами.       — Зависит от того, что ты имеешь в виду. С одной стороны, после того, как мы узнали друг друга, демоны стали вести себя довольно расслабленно в моём присутствии. С другой, наши взаимоотношения довольно… дистанцированные, если ты понимаешь о чём я. Я стараюсь держаться от их дел так далеко, как только возможно, и они отвечают мне тем же.       Гризельда кивнула в ответ.       Валет тоже кивнул, прежде чем кое-что пришло ему в голову.       — Гризельда, могу я спросить кое о чём?       — Конечно, — ответила она.       — Есть… э… — сказал Иссей, пытаясь не запинаться на каждом слове, — есть ли какая-либо причина, по которой я мог бы не чувствовать себя нормально рядом с церковью?       Гризельда вскинула бровь.       — Что ты имеешь в виду?       Иссей прикусил губу.       — Ну… есть одна старая церковь в моём городе… когда я оказался рядом с ней, то почувствовал себя ужасно. И я не имею в виду неловкость или нервозность, я буквально ощутил, что меня вот-вот вырвет прямо там. Это место прямо-таки ощущается… злым…       Глаза Гризельды расширились.       — Что? — потрясла она головой. — Есть максимум пара причин, почему ты мог почувствовать себя так, — Червовая Королева на секунду прикрыла рот сжатой рукой. — Хм… не знаешь, есть ли в твоём городе падшие ангелы?       Иссей стиснул зубы.       — Была по крайней мере одна. Не знаю, там ли она всё ещё.       Гризельда кивнула.       — Тебе известно, кем она была?       Парень покачал головой.       — Я знаю лишь имя, которое она назвала мне, но оно, вероятно, не настоящее. Юма Амано, думаю, оно звучало так.       Гризельда забарабанила пальцами по столу.       — Когда ты в последний раз видел этого падшего ангела?       Лицо обладателя следующей за ней в колоде карты помрачнело.       — Когда она засадила копьём мне в кишки…       — Понятно, — вздохнула Гризельда. — Думаю, эта падшая может использовать церковь в качестве базы, — она подняла руку. — Не предпринимай ничего в отношении этой церкви, пока так или иначе не узнаешь наверняка…       — Я не могу этого сделать! — внезапно рявкнул Иссей, удивив Гризельду. — Пару дней назад я привёл в эту церковь потерявшуюся монашку! Я думал, что просто это просто паранойя, но…       Червовая Королева вновь покачала головой.       — Моё мнение не изменилось. Если ты не уверен, что она в опасности, предпринимать что-либо в отношении церкви — нежелательно.

***

      Иссей надеялся, что Дулио поймёт его точку зрения и согласится, но Джокер встал на сторону Гризельды.       — Леди права. Если эта церковь на самом деле не база и просто используется верующими, то вмешиваться будет плохой идеей.       — Дулио, ты не помогаешь, — сказал Иссей, и в его голосе его ощутимо сквозило разочарование.       Молодой мужчина пожал плечами.       — Это не моя работа, Иссей. Моя работа — защищать Небеса и церковь, — ответил он, и улыбка посетила его лицо. — А сейчас, полагаю, нам пора наверстать упущенное в твоём обучении магии, не так ли?       Лицо Иссея отразило удручённость.       — Ладно, погнали.

***

      Никогда не говорите, что Храбрые Святые не могут увидеть того, что происходит прямо у них под носом. И Гризельда, и Дулио прекрасно видели, что их юный Святой был рассеян во время тренировок в тот день, на следующий день и в день после него, и не нужно было быть гением, чтобы понять причину.       — Он всё ещё беспокоится о той монахине… — сказал Дулио Гризельде после того, как Иссей ушёл от них в субботний день.       — Мы мало что можем с этим поделать, — ответила Королева. — Всё, что мы действительно можем, так это надеяться, что он воздержится от необдуманных поступков.       Дулио в ответ вскинул бровь.       — Он-то? Может, ты не заметила, но он не вполне усвоил добродетель сдержанности.       — Это прозрачно как стеклянный дом, — невозмутимо откликнулась Гризельда.       Джокер Михаэля лишь усмехнулся.

***

      В ночь субботы Иссей спал урывками — его сны заполонили кошмары о тёмных пернатых крыльях и окровавленных телах. Несколько раз он просыпался в холодном поту, а примерно в пять утра уже не смог снова заснуть. И не сказать, чтобы он в действительности этого хотел.       После столь ужасной ночи у подростка не было настроения что-либо делать, и он потратил большую часть утра читая или играя в видеоигры. И лишь после полудня он выбрался из дому, направившись к церкви.       «Я должен проверить Асию… Пожалуйста, будь в порядке…»       Он не стал молиться, но если бы сделал это, то мог бы подумать, что его молитвы были услышаны.

***

      Проходя неподалёку от торгового центра, который ему нужно было пройти, чтобы добраться до церкви, парень услышал голос, зовущий его:       — Иссей!       Его голова резко повернулась. Там, сидя на парковой скамейке, будто это было самым обычным в мире делом, находилась девушка, которую он стремился найти.       — Асия!       Бедная монашка внезапно обнаружила себя стиснутой в крепких объятьях и способной разве что произнести приглушённое приветствие.       — Асия… — пробормотал Иссей. — Слава Богу…       Ещё больше глухих слов послышалось в ответ, и Иссей отпустил её, внезапно смутившись от своего проявления крайней привязанности.       — Так… — неловко произнёс Иссей, с трудом преодолевая смущение, — как твои дела?       — Э-э… хорошо, Иссей… — ответила монахиня, и голос её всё ещё звучал удивлённо.       «Хорошо постарался, идиот. Хочешь заставить её чувствовать себя ещё более неловко?»       — Отлично… — подросток отчаянно ломал голову, пытаясь найти способ перевести разговор во что-то большее нежели нерешительное заикание.       В этот момент он вспомнил о близлежащем торговом центре, и в отсутствие других вариантов Валет коршуном вцепился в этот.       — Эй, Асия, ты когда-нибудь бывала в торговом центре?       Монашка покачала головой, и её глаза опустились к тротуару.       — Нет… у меня нет денег, и даже если бы были, я не знаю языка…       Иссей пожал плечами.       — Ну, сейчас здесь я. Хочешь узнать, на что это похоже?       Взгляд Асии уперся в него.       — Ты… ты не против?       Иссей позволил полуулыбке выползти на лицо.       — Конечно! Пошли!       Асия соскочила со скамейки и последовала за ним к зданию.

***

      Следующие несколько часов для ангела и монашки стали чистым блаженством.       Иссею пришлось объяснять ей, как именно нужно есть гамбургер — приём пищи без посуды оказался совершенно чуждой Асии концепцией. Но единожды осознав идею поедания пищи при помощи одних лишь рук, она с большим наслаждением скушала жирный кусок говядины на хлебе.       Её спутник не задумываясь просадил половину своих денег, чтобы выигрывать для неё мягкую игрушку — счастье в её глазах и на её лице было куда ценнее тех денег, которыми он обогатил торговый центр.       И даже когда её роба не-так-уж-и-добровольно сменилась на костюм кошкодевочки, она — после того как переборола первоначальное и вполне понятное смущение — с удовольствием сфотографировалась с ним в фотобудке, хотя и очень быстро начала настаивать на том, чтобы получить свою одежду назад.       Однако, как и всё в этом мире, это попросту не могло длиться вечно.

***

      — Сегодняшний день был фантастическим, Иссей! — радостно воскликнула Асия, когда они присели на уединённую скамейку в парке, наблюдая за заходом солнца.       Парень улыбнулся в ответ.       — Спасибо, Асия. Тебе было весело?       Асия кивнула с восторгом на лице.       Улыбка Иссея расширилась, и он укусил свой второй за этот день гамбургер.       «Возможно, у меня и вправду разыгралась паранойя… в конце концов, она в порядке…»       На миг они погрузились в тишину, глядя на оранжевое сияние угасающего дня.       А затем Асия нарушила её, с дрожью в голосе произнеся:       — Иссей?       Он повернулся, удивлённый не её тоном, но её лицом — молодая монашка выглядела так, словно вот-вот расплачется.       — Да?       — Я… я должна признаться…       Парень пожал плечами.       — В чём?       Асия изо всех сил старалась сдержать слёзы, пока следующие слова покидали её губы:       — Я… на самом деле я больше не являюсь частью церкви…       Иссей вскинул бровь, но и только.       — И?       Асия недоверчиво взглянула на него, но, тем не менее, продолжила.       — Я была… отлучена… — сказала она, подчёркивая голосом последнее слово, словно этот секрет был ужасен достаточно, чтобы она посчитала, что он отскочит от неё в страхе и отвращении.       Выражение лица подростка не изменилось, как и его ответ, лишь его тон стал насмешливей.       — И?       — Ты ведь являешься частью церкви, не должно ли это быть важным для тебя?       Иссей пожал плечами.       — Нет, — сказал он безразлично. — Меня это не волнует. В церкви или вне её, но ты, Асия, всё равно моя подруга.       — Ты… и вправду так считаешь?       — Конечно, — легко ответил парень, не совсем понимая, почему монашка так реагирует.       Однако это было ничто по сравнению с его замешательством, возникшим, когда Асия внезапно заплакала и прижалась головой к его боку, обхватив тело руками. Впрочем, мгновение спустя Иссей ответил на объятия.       — Асия? — спросил он, обеспокоенный неожиданными изменениями в юной монахине. — Что случилось? Ты в порядке?       Ещё несколько секунд Асия позволяла слезам впитываться его рубашку, прежде чем отступить, чтобы взглянуть на него глазами, которые уже успели опухнуть.       — Это всегда было моей мечтой — иметь друзей, Иссей! Спасибо тебе!       Теперь настала очередь парня быть недоверчивым.       — Хочешь сказать, что у тебя никогда раньше не было друзей?       Асия покачала головой.       — Я… я выросла в церкви, — сказала она в перерывах между всхлипами. — Мне было восемь, когда они обнаружили, что я могу лечить людей. После этого… они… они сделали меня Святой…       Её голова вновь нашла его рубашку, и когда девушка оторвалась от ткани, то даже не пыталась сдержать слёзы.       — После этого все стали относиться ко мне иначе… Меня почитали, но я была одна… Я исцелила так много людей, однако у меня никогда не было настоящих друзей…       Маленькие ручки монашки стиснули его ещё крепче.       — Но сейчас… у меня есть ты, Иссей! Пожалуйста, никогда не покидай меня!       Иссей тоже усилил свою хватку, когда монашка в очередной раз спряталась в его рубашке, и на несколько минут они замерли в таком положении.       Когда же они наконец отцепились друг от друга, Иссей сказал ей лишь одно:       — Никогда, Асия.       Взглянув вниз, на свои колени, он осознал, что гамбургер упал на землю и теперь покрыт грязью. Застенчивую улыбнувшись монашке, парень подобрал фастфуд и подошёл к мусорке, стоящей примерно в шести от него.       — Трогательно.       Иссей застыл, и еда вновь выпала из его рук.       «Этот голос…»       Подросток развернулся.       На скамейке возле Асии сидела падший ангел, прежде пронзившая его копьём. Одна её рука обнимала монашку за плечи, подбородок покоился на ключице Асии, а на лице виднелась садистская улыбка.       Асия выглядела так, словно мир вокруг неё только что рухнул.       — Что ж, — сказала падший ангел небрежно, — это удивляет. Ты всё ещё жив, а?       — Какого чёрта тебе надо? — огрызнулся Иссей, инстинктивно сформировав в руке меч магией света.       Противница, тем не менее, ничуть не смутилась и просто сформировала копьё в своей руке. И оно указывало не на него.       Оно было наставлено на Асию.       — Подойдёшь ко мне с этим, и монашка потеряет голову.       — Рейналь… — произнесла Асия, испуганная действиями падшей и шокированная видом меча, что призвал парень. — Пожалуйста, оставь Иссея в покое!       — Отпусти её, иначе умрёшь, — прорычал Иссей.       Однако Рейналь, очевидно, осознавая, что все козыри у неё на руках, встала, грубо поставив монашку на ноги.       — Пожалуйста, Иссей… — тихо сказала Асия. — Я пойду с ней… Забудь обо мне, спасай себя!       — Асия, нет! — вскричал Иссей.       — Нет, Иссей, — ответила Рейналь, подбирая каждое слово так, чтобы как можно больнее ранить ангела, зная, что из-за заложницы он не может сделать ей что-либо. — Делай как она говорит. Беги, и я не убью тебя.       Иссей был пойман между очень, очень тяжёлым молотом и очень, очень крепкой наковальней и не мог ничего сделать, когда Рейналь чуть крепче сжала монашку.       — Пойдём, Асия, — успокаивающе сказала она на ухо девушке. — Давай вернёмся в церковь. В конце концов, после сегодняшнего ритуала все твои проблемы закончатся…       Копьё из её рук, тем не менее, не исчезло, и Иссей не мог сделать ничего, чтобы остановить падшего ангела, пока она улетала с монахиней, которую он назвал своей подругой.