Глава 4.
22 августа 2018 г., 20:38
11:23
Исходящее сообщение.
Кому: Стив
Тема: без темы.
«Меня ведет от того, как ты пахнешь ментолом»
11:25
Входящее сообщение.
От кого: Стив
«Тони»
11:25
Исходящее.
«Что?»
11:25
Входящее
«Ты знаешь, "что"»
11:26
Исходящее
«Возможно. Но меня действительно от этого ведет»
11:27
Входящее
«Боже. Ты издеваешься»
Тони хмыкнул, потому что издевался бы он по-другому. Хотя. Сейчас тоже, может быть, но только если самую капельку. И то, любя. Он бросил взгляд на что-то записывающую Пеппер и удобнее съехал в мягком кресле.
11:28
Исходящее
«Даже и не начинал»
11:29
Исходящее
«Просто я на совещании и мне ужасно скучно. Случайно вот вспомнил, как чудесно пахнут твои волосы, и тут же захотелось написать тебе. Как насчет секса по переписке?»
11:29
Исходящее
«Тебе понравится»
11:30
Входящее
«Твое счастье, что у меня сегодня ночная смена»
11:31
Исходящее
«Это воспринимать, как „да“?»
11:32
Входящее:
«Нет»
11:32
Исходящее:
« =(
И как я тебя терплю?»
11:32
Входящее:
«То есть, сейчас — нет. И это. Не слишком ли, Тони?»
11:33
Входящее:
«Действительно»
11:33
Исходящее
«Со мной „слишком“ не бывает»
11:34
Входящее
«Если тебе скучно, можешь рассказать мне, что у тебя там происходит. Я вот готовлю обед и завтрак, который буду есть, когда вернусь утром»
Тони прикусил кончик языка, представляя эту картину: Стив, в одном только фартуке, возле плиты жарит блинчики. У него сильная прямая спина, на которой четко выделяются лопатки и линия позвоночника. Округлые подтянутые ягодицы влекут своей ложбинкой, а несколько узковатые бедра словно созданы для того, чтобы Тони обхватывал их своими руками.
Представлять это было куда интереснее, чем сидеть в заполненном лишь наполовину зале и слушать речь директора какой-то нефтяной компании. Тони до сих пор не понимал, зачем он здесь, если даже по всем документам выслушивать это все — обязанность Пеппер.
11:35
Исходящее
«Что на тебе надето?»
11:36
Входящее
«Тони! Я ведь уже сказал тебе, что не хочу этой игры»
11:37
Исходящее
«Ладно-ладно. У меня тут зал примерно на пятьсот мест, но заполнено из них от силы 300. Какой-то нефтяной магнат вещает о количестве добытой в Африке нефти и строит прогнозы о будущем своей компании. Еще тут пара десятков журналистов. Я сижу на пятнадцатом ряду с краю, Пеп от меня через три сидения влево и на ряд впереди, не смотрит. А я вспоминаю тебя, нашу прогулку, твои губы и мне хочется оказаться с тобой где-нибудь в приватной обстановке»
11:39
Входящее
«Мне тоже»
Дождавшись ответа спустя почти три минуты, Тони ухмыльнулся. Судя по тому, как долго отвечал Стив, ему тоже этого действительно хочется, и все это время он боролся с желанием одернуть его за ту же самую попытку склонить все к интиму. В итоге, решил сделать все же по-человечески и признать собственные желания. Хороший мальчик.
В конце концов, они официально встречались уже две недели, а гуляли за этот период всего дважды, не считая ту прогулку по Центральному Парку. Тони один раз сводил Стива в ресторан итальянской кухни, а Стив все же вытянул его на каток, предварительно занеся ему на работу три красных и очень крупных розы. Это было хорошо и правильно. Потому что крупный букет Тони бы не понравился. Но эта их последняя встреча была аж пять дней назад. В остальное время они никак не могли уложиться с графиками, потому что босс у Стива был тот еще зараза. Старк уже серьезно стал думать о том, чтобы найти причину подать на него в суд, но Стив отговорил.
11:40
Исходящее
«Я соскучился»
11:40
Входящее
«А я-то как…»
11:40
Исходящее
«Давай я зайду к тебе сегодня?»
11:41
Входящее
«Я был бы рад, но, Тони, я буду на работе. Если меня увидят с тобой, то сразу поймут, что я отвлекаюсь»
11:41
Входящее
«К тому же, будет невыносимо смотреть на тебя, не имея возможности поцеловать»
Тони растаял, чувствуя, как уже знакомое тепло расползается во всему телу, начиная от сердца. Стив почти каждый раз заставлял его это ощущать. Рядом с ним и так было уютно и спокойно, но в какой-то момент он делал или говорил что-то, от чего проходила целая волна тепла, постепенно успокаивая и оставляя прежнее чувство. Так было, когда Стив сказал ему, что они будут вместе на Рождество. И так вышло сейчас.
Он начал было набирать новое сообщение, когда неожиданно услышал собственное имя и вскинул голову, с сомнением хмурясь. Они же могли ошибиться, правда? Потому что он совершенно ничего не готовил. Но имя повторили. Тони переглянулся с Пеппер, которая c незнанием пожала плечами и выглядела такой же встревоженной. Тони развел руки в стороны в безмолвном «Почему?», Пеппер поджала губы и покачала головой.
— Мистер Старк, не задерживайте конференцию, — раздался назойливый голос.
Это было странно. И у Тони засосало под ложечкой от нехорошего предчувствия. Пеппер поднялась было вместе с ним, но он жестом попросил ее остаться на месте.
— Я иду, раз вы жить без меня не можете, — повысив голос, чтобы его услышали на просторах зала, ответил он.
Забравшись на сцену, Старк встал перед трибуной и чуть наклонился к микрофону.
— Всем доброго утра. На самом деле, я не был готов к тому, что меня позовут сюда говорить, так что у меня нет никакого…
— Это касается ваших взаимоотношений со Стивом Роджерсом, мистер Старк, — с нажимом продолжил сенатор Стерн.
Тони опешил и перевел взгляд на Стерна, оценивая его как противника и готовясь отбиваться всем, что у него есть. Было у него не многое, но практически железное. А именно отличное чувство юмора и упрямость.
— Простите, вы хотите услышать сплетни из первых уст?
— Вы не поняли. Нас интересует не личная составляющая, а влияние этих отношений на вашу и нашу общую…
— Личная составляющая, которая как-то влияет на вас. Интересно. Я бы и сам это послушал.
— …влияние на вашу и нашу общую репутацию. Дослушивайте до конца.
В споре с сенатором, разумеется, был свой риск, но Тони уже завелся. Потому что не их чертово дело, что происходит между ним и Стивом. Они уже обсуждали это даже с Пеппер. Если они не будут приходить друг к другу во время работы, это не должно никак повлиять на что-либо. Конечно, они предполагали, что кого-то это будет не устраивать. Но чтобы вот так, на общем Заседании представителей ведущих компаний Америки… Это было наглостью, которую Тони не собирался спускать сенатору просто так.
— Конечно, я дослушаю до конца, когда услышу, что вы начали говорить что-то важное. Пока что не заметил. Или я где-то пропустил ваш рассказ о том, как вы скрываете от жены походы в элитные публичные дома?
Он оперся обеими руками на трибуну, чувствуя вибрацию в кармане пиджака. Стив наверняка встревожился, что он не отвечает. Особенно после такого сообщения, где он буквально выложил все свои чувства. И Тони их полностью разделял, но, к сожалению, не успел ответить и пока что тоже не мог. Отстаивал их шанс на будущее.
— Вы смеетесь надо мной? — сенатор сцепил пальцы, стараясь оставаться невозмутимым.
— Если ваши походы в публичный дом — это смешно, то да.
— Послушайте, Стив Роджерс — он… обычный парень. Слишком простой для человека вашего положения.
— В моем положении человек обычно уже женат и имеет детей.
— Так вы хотите лишить себя этой возможности?
— По крайней мере, сейчас я не одинок, — уже серьезнее продолжил Старк.
Для него это действительно было серьезно. Его тянуло к Стиву, а Стива тянуло к нему, и он пытался, но не смог найти причину отказываться от этой тяги. Поэтому больше и не хотел искать. Хотел жить так, как живет, и встречаться со Стивом до тех пор, пока отношения себя не изживут, если такое вообще случится.
— Значит, это одиночество заставило вас отправиться ночью в неприметный бар и пригласить там на свидание двадцатилетнего парня?
По залу прошел шепоток, а Тони невольно вспомнил, что эту отговорку придумал Стив. Все началось именно в тот момент. Как-то символично было вспомнить его сейчас.
— Прошу прощения, но мы договорились просто прогуляться и поболтать. Официальное первое свидание у нас было на следующий день.
— Тем не менее. Вы встречаетесь с не достигшим полного совершеннолетия, согласно закону штата Нью-Йорк, парнем.
— Но согласно закону Америки возраст согласия на вступление в брак наступает с пятнадцати лет. Ему уже даже не восемнадцать, а двадцать. Он, разве что, в президенты баллотироваться не может.
— Мистер Старк. Просто представьте, что скажут люди, видя, как управляющий директор одной из самых крупных компаний встречается с человеком, который на 14 лет младше него, да еще и мужского пола, — напряженно привстал со своего места Стерн.
Тони был слишком уверен в своих словах и зло обижен на сенатора, чтобы останавливаться. Телефон в кармане перестал вибрировать, и очень захотелось прямо сейчас уйти и набрать номер Стива, извиняясь за то, что он вот так исчез посреди разговора.
— Я слышал, что нас считают милыми, — он пожал плечами, не отводя взгляда.
— О, да. Считают. Девочки-подростки, помешанные на ЛГБТ-сообществе. Вы решили стать их лидером и иконой?
— Да пусть я хоть в клуб защитников розовых дельфинов запишусь. Это не ваше дело, пока я занимаюсь этим исключительно в свое свободное время.
— Вы публичный человек и должны понимать, что…
— Я не собираюсь расставаться со Стивом только потому, что вы так сказали, папочка.
В зале возник целый гул голосов, но у Тони руки едва не тряслись от желания врезать по лицу сенатора. Он обвел зал взглядом и пересекся с Пеппер. Та выглядела слишком взволнованной. Слишком. Тони нахмурился, не понимая, в чем дело. Взглядом он пытался спросить, что произошло, но Стерн снова подал голос, перекрывая поднявшийся шум.
— Вы можете игнорировать наши просьбы сколько угодно. Это была лишь попытка решить все мирным путем, но мы уже попросили судью Теренса вынести запрет Стиву Роджерсу видеться с вами лично или в чьем-то обществе. Через неделю, в худшем случае через две, он будет сделан, и тогда уже вам вряд ли будет куда-то….
Пока сенатор говорил это, Тони понял, что мир начинает расплываться перед глазами. Он попытался проморгаться и сглотнул, чувствуя появившееся головокружение. Он понятия не имел, что происходит, хотя ощущение было смутно знакомым. Было немного похоже на наркотическую передозировку. К концу фразы в ушах уже с грохотом стучала кровь в просто бешеном ритме. Тони схватился за трибуну одной рукой и попытался сойти со сцены, шатаясь, но стараясь держаться в сознании. Его скрутило от резкой боли в области сердца, а спустя секунду мир полностью перевернулся и пропал в темноте.
***
Стив закончил готовку и читал книгу, ожидая, пока ему снова напишет или позвонит Тони, которого явно позвала работа. Это было вполне ожидаемо, потому что, не зря ведь он присутствовал на том собрании, о котором упоминал. Чарли Гордон как раз начал осознавать, что становится умнее Алисы, и та снова перестает его понимать, отдаляясь, когда раздался звонок телефона. Посмотрев на экран, Стив сел прямее на кровати и ответил. — Наташа? — Стив. Включи телевизор, — голос Романофф был очень напряженным, а ведь она сейчас была на смене, причем в самый ее разгар. — У меня его нет. Стив положил в книгу закладку и в два шага оказался возле ноутбука, придерживая телефон плечом. — Что за человек, у которого нет телевизора?! — Стив поморщился, не считая это каким-то упущением. Интернет ему все заменял. — Стив. Старка увезли в реанимацию. Руки, вводившие пароль, замерли. В реанимацию. Грудную клетку Роджерса сдавило страхом, и он сделал глубокий вдох, как его учил Тони. Эмоции нужно было держать под контролем, иначе он никак не мог бы помочь. Но. Тони. В реанимации. Стив заставил себя снова вернуться к кровати и сесть. — Что произошло? — Что-то на общем Заседании. Говорят, что-то про двухстворчатый клапан, будто кровь вылилась не туда из-за приобретенного порока сердца. В горле у Стива образовался комок. Звучало очень не хорошо, и он боялся, что может потерять Тони. Он не мог этого допустить. Они так мало провели времени вместе. Он обещал ему, что они встретят вместе Рождество! По-настоящему! Все, чтобы Тони был счастливым. Он обещал и должен был выполнить обещание! — Куда? — выдавил он из себя. — Леннокс-Хилл на 77-й восточной. — Прикроешь? — Конечно. — Спасибо, Наташа, — искренне поблагодарил Стив и закончил разговор. Несколько секунд он просто сидел на кровати, бегая глазами и пытаясь сообразить, что теперь делать. На ум приходило только одно — ехать в больницу и ждать. Пускай его не пустят, пускай там будет туча журналистов, он должен быть там. Он должен быть рядом. Уже через десять минут он вылетел на улицу, не будучи уверенным даже в том, закрыл ли он за собой дверь, и затормозил первое попавшееся такси, просто встав у машины на дороге. Не обращая внимания на пронзительные гудки и ругань водителя, он сел внутрь и назвал адрес. Сердце стучало умеренно, но сильно, и Роджерс думал, что у Тони оно очень часто ускорялось и билось так быстро и сильно, что он чувствовал его, когда обнимал. Все было хорошо. Почему вдруг сейчас Тони увезли в реанимацию? Что такого произошло, как должно было стучать его сердце, чтобы произошло такое? Рождественские украшения улиц, которые они проезжали сейчас раздражали, а не радовали. Стив едва не подгонял водителя, вцепившись в дверной подлокотник. В голову упрямо лезли мысли о том, что именно сейчас, пока он стоит в пробке, Тони, возможно, сражается за жизнь. Он добрался до больницы только спустя долгих сорок минут после того, как выбежал из дома. И то, последние кварталы он, не дождавшись, пробежал сам, оставив водителю деньги за всю поездку. Возле дверей действительно стояли журналисты, но внутрь их не пускали, слава Богу. Охрана в черных костюмах сурово загораживала собою проход, когда к ним подбежал Стив. — Я посетитель, — пробормотал он и попытался пройти, но его не пустили. Черт. Нет уж, он пройдет внутрь, чего бы ему это не стоило. — Пропустите его, — раздался женский голос, и Стив с удивлением посмотрел за спины охранников. Воспользовавшись шансом, он тут же прошел через крутящиеся двери, оказываясь в просторном холле. Главная помощница Тони была здесь и выглядела очень собранной, хотя и тоже взволнованной не на шутку. — Здравствуйте, мисс Поттс, — вежливо поздоровался Роджерс, стараясь держаться как можно более достойно. — Спасибо. Пеппер махнула рукой, растерянно озираясь по сторонам, а потом отвела Стива чуть дальше от дверей. Наверняка, чтобы никто из журналистов точно не мог бы услышать. — Не за что. Тони хотел бы этого… Но что ты тут делаешь?! — в ее голосе появились скандальные интонации, словно у железной леди Америки начали сдавать нервы. Неудивительно. Стив опустил голову и шумно выдохнул, не зная, как ответить. Из коридора раздавался разговор врачей, и ему очень сильно хотелось знать, что случилось, и каковы шансы. Он был с Тони. Они были вместе. Они были влюблены. Неужели нужно объяснять, почему он здесь? Неужели это нужно объяснять именно Пеппер Поттс? — Я приехал сразу, как только узнал, — сдержанно ответил он и посмотрел на Пеппер, стараясь убедить ее в своих словах. — Мне тоже важен Тони, мисс Поттс. Я тоже волнуюсь за него. Не только вы. Пеппер закрыла глаза на несколько секунд. Стив ожидал, когда она примет решение, потому что она — важный человек для Тони, и она должна понять. — Ладно, — наконец произнесла Поттс. — Хорошо, но только никому ни слова о том, что здесь услышишь или увидишь, понял? — Разумеется, — Стив кивнул, переминаясь с ноги на ногу. — Так… как он? — Ты же знаешь, что у Тони была травма сердца? — Стив снова серьезно кивнул. — С тех пор у него серьезная аритмия. Он пьет таблетки каждое утро и когда у него слишком сильно ускоряется пульс. Для этого он встроил в свои часы датчик. И сейчас на Заседании кое-что случилось… его пульс очень сильно ускорился, но он не заметил сигнала на часах. И случился пролапс двустворчатого клапана. Кровь вылилась в желудочек. Сердце сбилось с ритма и уже в машине скорой на несколько секунд остановилось. Стива едва не трясло от волнения. Он все слышал, но слова переходили сразу в зрительную картинку, минуя словесный анализ. Он видел, как сердце Тони останавливалось, как наступала временная смерть, как оно снова забилось, спустя долгие несколько секунд. — Сейчас у него убирают кровь, попавшую не в те части сердца. Говорят, что справятся. Фраза «но я все равно волнуюсь» осталась невысказанной, но все и так было понятно по внешнему виду Пеппер. Когда Стив осторожно взял ее за плечо, она вздрогнула и подняла на него покрасневшие глаза. — Скажите мне, где он и идите туда. Я куплю для вас кофе и тоже приду. Мне кажется, он вам сейчас необходим. Пеппер растерянно кивнула и назвала номер операционной на четвертом этаже, а потом позволила чуть подтолкнуть себя в сторону лифта. Стив же направился, как и обещал к кофейному аппарату. Выбрав американо, он отошел к противоположной стенке и несильно стукнулся о нее затылком, запрокидывая голову. В голове билось только имя Тони. Больше ничего. Все остальное словно вылетело из головы и больше не существовало. Он ужасно сильно боялся того, что может случиться, хотя такие мысли тоже не приходили в голову. Он просто боялся и хотел, чтобы это скорее закончилось. Чтобы он снова мог обнять Тони, поцеловать его, сводить хотя бы в парк. Он бы всегда держал его за руку и никогда не отпускал, чтобы вновь не оказаться на грани потери. Когда приготовились две порции американо, он поднялся к операционной, из которой раздавалось пиканье и голоса, и молча протянул один стаканчик Поттс. Та благодарно кивнула, беря протянутый напиток. Стив сел рядом и поставил свой на подлокотник со специальной выемкой. Коридор был совершенно пустым. И все, что им оставалось — ждать.***
Когда Тони открыл глаза, то первое, что он увидел — белый навесной потолок и маленькие лампочки, бьющие светом прямо в глаза. Он поморщился и прикрыл глаза рукой, тут же понимая, что к его руке прицеплены какие-то медицинские присоски. Он не был медиком, чтобы в них разбираться, но не надо быть гением, чтобы понять, что они считывали его пульс. Тони сел и привычно прислушался к своему телу, с шумом выдохнув. Голову немного кружило, а значит ему вкололи кучу успокоительных. В пальцах покалывало от еще не до конца восстановившегося кровообращения или это были какие-то последствия лекарств. Под ребрами все еще болело, но уже не резало. И пульс. Пульс был в порядке. С раздражением отклеив от рук датчики, Тони потер глаза тыльной стороной руки и зажмурился. Мир перед глазами был слишком белым и ярким, что действовало на нервы, а сами глаза начинали слезиться. Подействовало, и через несколько секунд все пришло в норму. Он огляделся. То, что он в больнице, он и так уже понял. Как и то, что у него опять произошел какой-то сбой сердца на том Заседании. Впрочем, Заседание и было последним, что Старк помнил. Дальше в цепочке воспоминаний шел потолок больницы. Он устало помотал головой и сел на кровати, свешивая ноги вниз. Движения практически не отзывались болью, значит его хорошо подлатали. Но это не изменяло того, что он терпеть не мог больницы, и собирался сбежать отсюда при первой же возможности. Тони поднял голову и уставился на входную дверь, ожидая, когда в нее войдет врач. Конечно, они уже знали, что он пришел в себя и отключил датчики. — Мистер Старк, здравствуйте, — буквально спустя пять секунд сказал вошедший мужчина в возрасте. - Меня зовут доктор Йенсен, и я слежу за тем, чтобы вы поправились и могли поскорее отсюда уйти. Следом за ним зашла взволнованная Пеппер, а потом в закрывающихся дверях мелькнула светловолосая макушка. Тони удивленно моргнул. Неужели? Стив здесь. Это более, чем неожиданно, потому что… Как его вообще сюда пустили? — У вас случился пролапс двустворчатого клапана, и боль, которую вы испытывали была вызвана резким сбоем кровообращения, а также тем, что кровь пошла совершенно не в ту часть сердца. Мисс Поттс рассказала мне, что вы очень нервничали, когда это произошло, но если вы принимали таблетки, у вас не должно было случится такого. Сколько, мистер Старк? Тони, получивший от Пеппер негласное подтверждение того, что за дверью действительно Стив, перевел взгляд на Йенсена, который вызывал у него странную симпатию. Наверное оттого, что док сразу пообещал его выпустить при первой возможности. Последние слова заставили усмехнуться и на секунду отвести взгляд. Догадливый док оказался. — Две недели, — ответил он. — Вы не принимали таблетки две недели… Все ясно. — Что? — Пеппер невольно шагнула вперед, переводя взгляд с доктора на Тони и обратно, а Тони решил, что с ней об этом лучше не говорить. — Причина? — Стабильный пульс во время сна, — покорно ответил он, сам удивляясь своей сговорчивости, но Йенсен действовал на него успокаивающе. Тот отметил данный факт в медицинской карте, которая была у него в руках, а после подошел к Тони и поправил очки. Старк недоверчиво посмотрел на него, тут же напрягаясь, потому что не любил, когда к нему приближались слишком близко, нарушая его личное пространство. Мало ли, что они могут сделать, а его и так постоянно упрекали в неосторожности. — Мистер Старк, я хочу посмотреть, насколько в норме ваше сердце в бодрствующем состоянии. Позвольте поставить датчики, — подняв одну бровь, произнес док, и Тони счел это разумным, а также, что в случае чего, Пеппер долбанет его по голове своей сумочкой. Она у нее тяжелая, Тони знал. Пока ему на грудь прицепляли маленькие липучки, а на экране бежал белый угловатый узор на зеленом фоне, он смотрел на тень, ходящую за дверью. Стив. Неужели он действительно волновался? Да так, что приехал сюда, сидел здесь, ждал, пока он очнется. Кстати, сколько прошло времени? — Какой сегодня день? — Вечер 17 декабря, — спокойно ответил док. — Вы были без сознания всего лишь в течение полутора суток. Тони вздохнул. Ну, хоть не неделю. Уже хорошо, а то все могло быть и хуже. Например, у него вообще могло остановиться сердце. А ведь у него всего лишь чертова аритмия. И это не важно, что возникла она из-за того, что сердце задело пулей, что не могло не вызвать осложнений. — И когда меня отпустят? — Самое скорое — через два дня. Если будете хорошо себя вести. — А могу я выходить гулять, пользоваться телефоном, компьютером и все подобное? — решил уточнить Тони, чтобы понимать границы своих возможностей и насколько их можно растянуть. Йенсен бросил на него короткий взгляд. — Вы можете ходить по больнице, но общение с техникой у вас будет строго ограниченным, а также строгий режим сна. — Что, неужели отбой ровно в десять, а в семь уже завтрак? — Как вы догадались? Тони хмыкнул и снова посмотрел на Пеппер, которая стояла возле стенки, сложив руки на груди. Она неодобрительно покачала головой, и Тони просто пожал плечами, зная, что Пеп поймет все и без слов. Слишком уж хорошо они знали друг друга, из-за чего и накрылся их, некогда так и не начавшийся, роман. Через минуту проверка закончилась, и Тони вновь стал свободен от неприятных липучек. — Жить буду, док? — Будете. Если продолжите принимать таблетки. Я зайду через три часа, чтобы дать вам их. Йенсен вышел за двери, и Тони тут же приготовился отражать лавину. — Что значит, ты не принимал таблетки?! — а вот и она. — Ты сменила прическу? — попытка не пытка. — То есть, это все было только из-за того, что ты вбил в свою дурную голову, что можешь отказаться от таблеток, поддерживающих твою жизнь?! — Пеп, это не совсем так… — Ты мог умереть! Ты просто взял и упал посреди Заседания, напугав всех присутствующих и еще половину страны, потому что все происходящее транслировали в прямом эфире. Ты понимаешь, как я перепугалась? Тебя увезли в реанимацию, и я… — Пеп… —...я не находила себе места. Я едва не свихнулась, когда у тебя снова остановилось сердце. Снова, Тони! Это уже второй раз, когда ты встречаешься со смертью! Вот как. Значит, он снова умер и воскрес. — Пеппер, — сказал он строже и поднялся на ноги. — И все это из-за таблеток и из-за сенатора, из-за твоего Стива. Ты снова едва не умер. Что будет, если в следующий раз тебя не смогут спасти? Что, если в третий раз не повезет, Тони?! — Пеппер, дай мне уже сказать! — рявкнул Старк, и Поттс наконец-то замолчала. Тони подошел и обнял ее, успокаивающе гладя по волосам. — Я здесь, и я жив, слышишь? Мое сердце бьется, и бьется хорошо. Пеппер кивнула и отстранилась почти сразу, смотря на Тони. — Ты меня такими темпами до могилы доведешь, Тони Старк. Тони засмеялся, и сделал несколько шагов назад, обратно к своей кровати, потому что его голова закружилась от резкого подъема и повышения голоса. Все же, он лишь пару минут назад в сознание пришел. — Постараюсь уйти туда раньше, — ослепительно улыбнулся он через плечо. Несколько секунд царило молчание. Тони сел на кровать и снова заметил тень Стива, маячущую за дверью. Он хмыкнул и кивнул в ее сторону. — Как он тебе? Одобряешь выбор? — спросил он у Пеппер, хотя не то, чтобы его это серьезно волновало. Каким бы ни был ответ, он отказываться от Стива не собирался. Если он кому-то не нравился, значит этот кто-то его совершенно не знал. Было почти очевидно, как в Поттс словно сдвинулся переключатель, и она, наконец-то, отвлеклась от мыслей об едва не умершем Тони и переключилась на более безобидное. — Оказался гораздо более приятным и разумным человеком, чем ты, — съязвила Пеппер, но тут же смягчилась. — Он приносил мне кофе и даже уговорил съездить домой отдохнуть в конце дня. Я думала, что он тоже поедет, но он провел всю ночь здесь, уснув сидя, прямо на диване в коридоре. Улыбка появилась сама по себе. Волновался. Ждал. Был рядом. Стив. От мысли об этом все тело наполнилось светом. Пришлось закрыть глаза, чтобы не было так сильно заметно, насколько сильно Тони был сейчас счастлив. Нет, Стив, конечно, был тем еще дураком, что лишил себя нормального отдыха, но было очень приятно, что сделал он это, боясь оставить Тони. — Ты хочешь его увидеть? — догадалась Пеппер, и в ее голосе прозвучала улыбка. Тони кивнул и снова открыл глаза. — Я выгляжу, как придурок, да? — Как влюбленный придурок, — поправила его Пеп, улыбаясь. — Он и правда хорошо на тебя влияет. Даже не буду ворчать на вас двоих. — О, это достойный подарок на воскрешение. — Потом поблагодаришь, — Пеппер открыла дверь, впуская Роджерса внутрь. — Я, наверное, поеду на работу. Если что, у Стива теперь есть мой номер. Она ушла, а Тони остался вдвоем со Стивом. Тот тут же пересек палату, оказываясь рядом и обнимая его. Сердце у Тони снова усиленно забилось от близости этого парня. — Тише-тише, большой мальчик, — он успокаивающе погладил Стива по спине и прижался щекой к его шее. — Все обошлось. И ты не представляешь, как я рад, что ты здесь, даже не смотря на то, как ты себя измотал. Стив оторвался от него и осторожно сел рядом на кровать. Выглядел он действительно очень уставшим. Под глазами появились синяки, волосы и одежда были просто в безобразном состоянии, губы потрескались, а кожа побледнела. — Господи, ты вообще ел? Пеппер сказала, что ты никуда не уходил, пока я лежал здесь, — поджав губы, упрекнул Тони. — Это мне уже не нравится. — Я ел в здешней столовой, — покачал головой Стив, сжимая его руку в своей. — Я так волновался. — Я заметил, — Тони улыбнулся и погладил Стива по щеке. — Спасибо. Стив кивнул, и Тони, наклонившись, поцеловал его в губы, не углубляя поцелуй. Стив тут же подался к нему ближе, рвясь к теплу и ласке. Поочередно посасывая губы друг друга, они пытались наверстать упущенное. Неожиданно вспомнилось и то, что они не виделись пять дней, и то, что не закончили переписку. Первым разорвал поцелуй Старк, останавливая Стива рукой. — Я тоже скучал, — на пределе слышимости проговорил он. — И тоже не хочу не иметь возможности поцеловать тебя, когда ты рядом. И я хочу иметь такую возможность постоянно. — Я тоже. Глаза Стива снова блестели, чего не было, когда он только зашел в палату, и это воодушевляло Тони. Он лег на кровать и потянул Роджерса за собой. Наткнувшись на неуверенный взгляд, Тони просто похлопал на свободное место рядом. Спустя несколько секунд Стив с сомнением, но все же лег рядом, устраивая голову на плечо Тони. Наверняка это немного смущало его, но вот Тони ничуть. Они встречались, в конце концов, почему они не могут лежать вместе? Они вполне могли бы уже даже и переспать, если бы Стив был готов, но он не был — Тони понимал. Но все будет, главное, подождать. — Надеюсь, пока я был тут без сознания в твоей жизни не успело произойти каких-нибудь кардинальных изменений? Вдруг тебя замуж кто-то позвал, не знаю, — пожав одним плечом и смотря в потолок, спросил Тони. — Меня уволили, — просто ответил Стив, и Тони нахмурился. — Что значит уволили? Роджерс чуть приподнялся, и Тони увидел его смущенную улыбку. Смущенный Роджерс был его любимым, поэтому он не постеснялся ожидающе поднять одну бровь. — Я пропустил две смены. Вернее, вторую пропускаю прямо сейчас. И два часа назад мне позвонил босс, сказал, что могу забирать документы, что я у него больше не работаю, — Стив хмыкнул и погладил Старка по волосам, чуть передвинувшись. — Но я об этом не жалею. — Почему? — Потому что я был с тобой. И теперь я знаю, что был тебе нужен. Это мне важнее всего. Тони подавил неверящий вздох и уставился на Стива, который… не может быть такого! Не может. Он тут валяется в страшном виде, в белых больничных штанах и белой рубахе, а Стив выглядит еще хуже и почти что признается в любви. Ему. Тони Старку. Серьезно? Хотя, наверное, ему только показалось это нечто в глазах Стива. — Я же старик, еще и больной, я могу умереть в любой момент. Движения длинных пальцев, путающихся в его волосах, сильно отвлекали, но Тони все равно пытался сконцентрироваться на их разговоре. Потому что не мог в это поверить. — Ты совершенно не старик, не говори так. И я буду заботиться о тебе, чтобы ничего подобного не произошло. — Докажи, — Тони положил руки на поясницу Стива. — Прямо сейчас. — А разве я уже не доказал? Тони отрицательно мотнул головой. То, что Стив был все это время в больнице, конечно, дорогого стоило, но после слов нужно было заново их доказать. — Хорошо, и что я должен сделать? — Стив усмехнулся и тоже поднял одну бровь, копируя жест. — Сгоняй за бургером для меня, приведи себя в порядок и возвращайся сюда, - уверенно сказал Тони. — Но сначала. Поцелуй меня. Сейчас и когда придет Йенсен. — Тони, это не очень прилично. — Плевать я хотел. Пусть завидует. Последовавший за этим поцелуй был самым лучшим согласием в жизни Тони. И он почти поверил.
