Глава 5.
15 сентября 2018 г., 19:23
— Я все равно не очень понимаю, зачем мы приехали к тебе домой? — несколько раздраженно спросил Тони, оглядывая с порога маленькую тусклую квартиру Роджерса.
Стив, который за пару последних дней, проведенных в больнице, уже привык к ворчанию Тони, тяжело выдохнул и попытался оставаться в хорошем расположении духа. В конце концов, Тони выписали, и они собирались поесть и пойти гулять, раз уж других дел все равно пока что не намечалось. Если не считать проблемы с судом. Но Старк словно всеми силами всю дорогу до дома Стива доводил его своим ворчанием и колкими фразами, выносить которые становилось раз за разом все сложнее.
— Потому что у тебя мы бы застряли надолго, да и приготовить что-нибудь я вряд ли бы смог. А здесь мне все знакомо и понятно.
Он убрал свою куртку в шкаф, а после помог Тони снять пальто. Возможно, получилось более грубо, чем он хотел, поэтому после он примирительно обнял Тони за плечи одной рукой и погладил по плечу, целуя в висок.
— Мы могли заказать что-нибудь на дом, — не унимался Тони, в четвертый раз говоря об этом, и Стив подавил стон.
— Тони. Мы зашли быстро пообедать!
— Да, но здесь даже нет для меня запасной одежды. Знал бы ты, как я устал от этой больничной рубашки! — Тони прошел в комнату Стива. — Как по-спартански: кровать да стол! Стив, у тебя совершенно нет вкуса!
Дверца холодильника едва не сломалась от того, с какой силой ее захлопнул Роджерс. Он поставил на стол молоко и быстро прошел в свою комнату, даже не глядя на присевшего на кровать Тони. Стив залез в свой шкаф, быстро перебирая висящие рубашки, а потом кинул ту, что была наименьшей по объему, утепленную и в красную клетку, на кровать. Еще спустя пару секунд туда же прилетели светлые потертые джинсы с ремнем.
— Можешь надеть, — раздраженно бросил он и снова пошел на кухню. — Я позову, когда приготовлю нам еду.
Тони ничего не ответил, и в квартире воцарилась относительная тишина. Стив же готовил им омлет и с тоской думал о том, что пару дней назад он даже и не думал о том, что Тони мог настолько его раздражать. Благо, в остальном его отношение к Старку ничуть не изменились. Он все еще хотел быть с ним, а это все — обычная ситуация в общении людей. Более того, Стив прекрасно понимал, что Тони просто нервничает. Вряд ли он раньше приходил в дом к кому-либо из своих «пар», да и чувствовал себя здесь неловко, но ехать к нему Стив не мог. Потому что там Тони сразу бы стал придумывать что-нибудь, болтать с Джарвисом или склонять все к постели. В любом случае, он не дал бы за собой ухаживать, хотя ему было это необходимо. Сидеть на кровати и ждать, пока ему принесут еду — это то, что доктор прописал. Так считал Стив.
Да и дни в больнице повлияли на настроение жутко скучавшего без «средств существования» Тони. Раздражение и сарказм копились в нем, потому что Стив запрещал ему выливать все это на бедных медсестер и доктора Йенсена. Вот теперь расплачивается, потому что Тони начал изливать негатив сразу, как только вышел из больницы. Первой причиной стали лужи на асфальте, ведь весь выпавший неделю назад снег растаял. Второй — такси, которое пришлось долго ждать. Третьей — плачущий ребенок. Четвертой — то, что Стив назвал адрес своей квартиры. Пятой — постоянные светофоры. И Стив еще долго мог бы продолжать этот список. А ведь они вышли из больницы всего 45 минут назад.
Омлет с кусочками колбасы и зелени был уже почти готов, когда на кухню тихо зашел Тони. Стив бросил на него короткий взгляд, а потом тут же снова уставился на него. Тони все же надел е г о рубашку, которая была чуть велика в плечах и по длине, и е г о джинсы, которые оказались, наоборот, малы для его бедер и потому сильно их обтягивали. В любом случае, Тони очень это все шло. И дело не только в том, что одежда была стивовская.
Стив прерывисто выдохнул, оглядывая Тони с головы до ног. Тот улыбнулся уголком рта и прислонился плечом к дверному косяку, засунув руки в карманы. Раздражение как рукой сняло. Из головы на несколько секунд вообще вылетели все мысли. Тони выглядел очень по-домашнему и словно предназначался для этой квартиры. Он должен вот так вот подниматься утром с кровати, надевать первую попавшуюся рубашку Стива, светлые джинсы и идти на кухню, где его уже ждал бы Стив.
Пришлось вспомнить об омлете и отвлечься от столь приятных ассоциаций, от которых едва голова не закружилась. Роджерс кивнул и вновь повернулся к плите, а Тони не спеша прошел к обеденному столу.
— Спасибо, Стив, — просто сказал Тони, когда перед ним опустилась тарелка с омлетом.
Сев рядом, Стив постарался не слишком надолго останавливать взгляд на Тони, но потом подумал, какого черта, и с ласкающим удовлетворением оглядел висящую на плечах Тони рубашку.
— Что? Хорош? — усмешка на губах уже была настолько знакомой, что Стив мог бы нарисовать её с закрытыми глазами.
— В моей-то одежде? — поднял одну бровь Роджерс, подражая, но тут же сорвался на улыбку. — Хотел бы видеть почаще.
Тони несколько секунд внимательно на него смотрел, а Стив отвечал на этот взгляд, понятия не имея, что это означает, но не желая уступать. В конце концов, давать Старку поблажку — себе хуже. Наверное. Тони вдруг поднялся со стула и решительно передвинул его ближе к Стиву. Тот даже непроизвольно отодвинулся назад в первую секунду, но сразу расслабился. Он улыбнулся и опустил взгляд на тарелку, ковыряясь в своём омлете.
— Стив, не строй из себя мачо. Ты мне нравишься простым парнем из Бруклина, — у самого уха урчащим голосом произнёс Тони, и Стив почувствовал смущение, прокатившееся по позвоночнику и ударившее по ушам.
— Только нравлюсь? — рискнул он, встречаясь взглядом и делая вид, что не происходит ничего особенного.
Сам он уже давно знал, что как минимум влюбился по уши. И ему не хотелось быть просто объектом симпатии. Ему, как творческому человеку, хотелось всего и сразу. Сделать своим, стать его. Много говорить и делать. Хотелось сильнее. Ярче. Горячее.
Он сглотнул, стискивая сильнее вилку. Тони взял его за подбородок, поглаживая большим пальцем, а потом улыбнулся и просто поцеловал его. Стив капитулировал, отвечая. Прикосновения обжигали, и он чувствовал поцелуй всем своим телом. Отзывалась каждая клетка его тела, каждый атом взрывался, словно фейерверк над Ист-Ривер в Новый год. Хотелось ещё. Хотелось большего.
Но Тони отстранился первым, остановив потянувшегося было следом Стива. Пальцы на губах не сильно успокаивали, потому что Стив знал, что с ними можно сделать, но спустя секунду исчезли и они.
— Ешь, Стив. Ты, кажется, этого хотел, — и как ни в чем ни бывало принялся за еду.
Стиву хотелось прямо сейчас развернуть его, впечатать в стенку и исцеловать всего. Полностью. Оставить засосы на шее и ключицах, сжимать упругие ягодицы до покраснения, а потом ударять по ним ладонью. Мог бы оставить на Тони только свою рубашку, которая свисала бы на нем до середины бедер.
Мог бы и хотел, но не стал. Вместо этого он кивнул и положил кусочек омлета к себе в рот, все же стараясь смотреть куда-нибудь не-на-Тони.
«Во-первых, я собираюсь сказать все, что думаю,
Во мне бушует пламя, и я устал от всего, что происходило, о-оо»
Стив подпрыгнул на стуле, услышав собственный рингтон, поставленный на чертового босса сразу после второй встречи с Тони, когда понял, насколько его бесил собственный начальник. Но сейчас это было слишком неожиданно и слишком не вовремя. И вообще, напоминать о том, чтобы Стив забрал документы — не слишком вежливо. Он и так собирался зайти сразу после выздоровления Тони, что случилось только сегодня.
«Во-вторых, не говори мне, как мне думать, и кем быть.
Я в одиночном плавании, я сам творю свою судьбу, о-оо.
Сам творю свою судьбу, о-оо»
О время второй части куплета Стив вскочил со стула так, что тот почти упал, и понесся в прихожую, выискивая телефон на небольшом столике для ключей, во внутреннем кармане куртки и во внешних карманах, где он его и нашел.
«Я был сломлен…»
— Да, сэр? — получилось не так, как он собирался. Слишком торопливо и обеспокоенно так, словно он до сих пор работал в том баре, и звонок босса для него был важнее всего.
— Роджерс! Почему ты до сих пор не на работе?! — Стив, мягко говоря, прифигел. — Ты сказал, что до тех пор, пока Старка не выпишут, ты будешь с ним. Тебя в это время заменяла Наташа, но сегодня твой любимый миллиардер, вроде как, уже здоров и полон сил, а я тебя на рабочем месте не наблюдаю!
В первый момент хотелось разозлиться, потому что его уволили, и он не собирался даже выходить ни на какую работу. Речи об этом не шло, а если босс тогда так «пошутил», то это было очень некрасиво с его стороны, и Роджерс сам бы тогда подал заявление на уход. Но после мелькнула мысль, которую он уже успел обдумать, сидя в больнице: он остался без заработка, а значит ни денег на жилье, ни на дальнейшее обучение в Институте Искусств. В баре «Stars and Stripes» он, как ни крути, зарабатывал неплохо благодаря большому объему работы.
— Простите, сэр, я думал, что вы меня уволили? — немного раздраженно все же выдал он, тут же быстро оглядывая квартиру и прикидывая, насколько быстро он сможет собраться. — Сколько я должен сегодня отработать?
— Две смены подряд, как минимум! Я должен отпустить Наташу, которая уже с ног валится от усталости, — спокойнее продолжил Шеггенс, и Стив нахмурился, потому что перед подругой было совестно. — И ты должен отработать свои часы за нее.
— Я понимаю, — ответил он, рванувшись в свою комнату и быстро собирая необходимые вещи в портфель. Тони подошел тоже и замер в дверном проеме, смотря за ним. — Я скоро буду.
— Поскорее.
Звонок прервался, и Стив быстро засунул телефон в задний карман. Он сложил свою форму в рюкзак и быстро застегнул его, быстро направляясь к выходу из комнаты. Но Тони так и не ушел с места, упрямо преграждая путь и с упреком смотря прямо в глаза.
— Куда собрался? — в голосе был хорошо различимый нажим, потому что не понять, с кем Стив разговаривал было сложно.
Тони явно не одобрял его действий, но почему? Это работа, и Стив рад, что на самом деле его не уволили. Тони тоже следовало бы. К тому же, он мог бы остаться здесь, у Стива дома, он бы даже оставил ключи. Было бы приятно вернуться домой и встретить здесь столь важного человека. Но, похоже, Старк был другого мнения.
— На работу. Меня не уволили и срочно вызвали на две смены подряд. Это справедливо, — заметил Стив, пока что не пытаясь силой отодвинуть Тони, но давая понять, что может это сделать при необходимости.
В ответ ему была скептически поднятая бровь.
— Мы вроде как собирались погулять.
— У меня работа, Тони! Прости.
— Тебя с нее уволили!
— Оказывается, нет! И я хочу этим воспользоваться!
— Ты говорил, что я важнее!
— Я и сидел с тобой три дня, наплевав на единственный заработок! А теперь, когда с тобой все хорошо, я рад, что и на работе меня не уволили! — выделив последние слова паузами почти выкрикнул Роджерс.
Воцарилась тишина. Стиву казалось, что было слышно, как сильно и быстро бьется его сердце. Было больно кричать на Тони, но он ведь действительно ради него бросил все! Почти что лишил себя будущего, потому что найти хорошую работу человеку без образования не так уж и просто. Особенно на Манхэттене! Почему Тони не может сейчас просто улыбнуться и порадоваться за него, пожелать удачи и пообещать, что они сходят погулять после. Потому что Стив ведь действительно хочет снова пойти на свидание, но не мог предсказать, что работа подвернется вот так неожиданно.
Тони отвел взгляд, крепко сжимая челюсти, и Стив почувствовал, как в его сердце ломается какой-то механизм. Появилось чувство вины перед Тони за то, что он повысил голос, а ведь тому нельзя было нервничать, но ведь он был прав. Тони должен был это понять.
— Тони… — поникшим голосом позвал Стив. — Я должен…
— Ни черта ты не должен! — буквально сплюнул Тони, и лицо Стива тут же приобрело нейтральное каменное выражение. — Но если хочешь — иди. Раз у тебя такое благородное начальство, которое просто пошутило, что уволило тебя.
Он отступил в сторону, пропуская Стива, и, когда тот вышел в коридор, сам зашел в комнату.
— Только подожди, пока я оденусь обратно. Закажу такси, чтобы доехать к себе, — раздалось следом, и Стив кивнул, предпочтя полностью контролировать свои эмоции и собираться.
Было больно. И Стив не был дураком: понимал, что больно и ему, и Тони. Не понимал только — почему? Почему это случилось? Из-за какого-то графика и нарушенных планов? Это же глупо. Ничего не менялось в том, что он сидел с Тони в больнице, в том, что пару минут назад отвечал на поцелуй на кухне, в том, что даже сейчас хотел обнимать, целовать, дарить цветы и оберегать. А также всего остального, до чего они еще не добрались. Было больно, но он не знал, ссора это или просто легкое разногласие. Лучше бы второе…
Он быстро доел свой омлет и вышел обратно в комнату, где Тони уже застегивал свою рубашку.
— Ты бы доел свою порцию, — мягко проговорил он, не подходя ближе.
Тони посмотрел на него каким-то равнодушно веселым взглядом.
— Нет желания, Стив, — пожал плечами. — Просто хочу домой, — добавил он.
Стив тупо уставился в дальний угол комнаты, не зная, как воспринимать эту фразу. Он был в замешательстве и стоял перед выбором: уйти на работу или остаться с Тони выяснять отношения. Притом, что вполне могло оказаться, что Тони ничего плохого не подразумевает и даже не обижается. Но самого Роджерса сильно ранили эти слова «просто хочу домой». Потому что он хотел, чтобы дом Тони был рядом с ним. Упрямо хотел.
Неожиданно Тони приблизился к нему, и Стив ожидал, что его сейчас грубо отодвинут, но Тони обнял его, положив одну руку на затылок и крепко прижимая к себе.
— Мой упрямый мальчик… — у Стива свело что-то в голове от такого обращения, и он, закрыв глаза, спрятал лицо на плече Тони, обнимая его в ответ. — Мне, конечно, хочется дать тебе по зубам, но лишь потому, что я видеть не могу, как ты унижаешься перед этим придурком.
— Тони, — предупреждающе проговорил Стив, тут же крепче прижимая к себе Старка, чтобы тот случайно снова не отвернулся от него.
— Стив. Я спорил ради тебя с советом директоров. Ради тебя я почти готов пожертвовать компанией, но уверен, что до этого не дойдет. А у тебя всего лишь бар, в котором тобой помыкает ужасный босс. Ты достоин лучшего.
Тони говорил ласково, но сдержанно. Стиву казалось, что он стал ребенком, которому объясняют, что такое хорошо, а что такое плохо. Вот только ребенком он не был и прекрасно понимал всю двоякость ситуации. Он понимал, что чувствует Тони, но не мог не уйти сейчас на работу. Уже хотя бы потому, что он был обязан Наташе.
Стив со всей нежностью, на которую только был способен, убрал со своего затылка руку Тони, и сам сжал его ладони в своих, стоя так близко, что они соприкасались плечами, и упираясь лбом в его лоб.
— Тони. Я должен пойти. Но я обязательно вернусь к тебе.
Тони молчал несколько долгих секунд, а потом покачал головой и тут же кивнул.
— Хорошо. Иди. Если хочешь, я могу даже остаться здесь, — он отстранился, натянуто улыбаясь Стиву. От этого снова резануло сердце.
— Очень хочу, Тони. И давай ты не будешь притворяться, хорошо?
Тони не перестал улыбаться. Только улыбка стала чуть грустнее.
— Не могу этого обещать.
Стив ушел через пять минут. И он чувствовал себя предателем, закрывая за собой дверь, хотя знал, что ничего плохого он не делает. Тони должен это понять. Стив очень надеялся, что поймет.
***
— Стиви, ты же познакомишь нас со своим знаменитым бойфрендом? — голос в телефоне прервался на смех и женское ворчание на заднем плане. — Баки, я сейчас на работе, — Стив понял, что немного покраснел. Еще чего не хватало, ведь он прямо на рабочем месте. — Я серьезно, Стив, я… — Мне не терпится с ним познакомиться, Стиви, — он покачал головой, слыша голос матери. — Приводи его к нам на Рождество. Одиннадцать часов вечера. В бар зашли парень и девушка и прошли к свободному столику, собираясь сначала устроиться, а потом заказать что-нибудь. Это давало Роджерсу еще немного времени. — Мам, я не могу ничего обещать… — Баки подозрительно затих. — Нет, я приеду к вам, как и обещал, — он очень постарается, — но я должен спросить у Тони, хочет ли он. Все же это что-то вроде знакомства с родителями, понимаете? — Конечно. Только не затягивай с этим, хорошо. Мне ведь нужно будет приготовить для него подарок, если он будет праздновать. Посетители уже устроились, и парень, кажется, готов был идти к барной стойке делать заказ. Он что-то еще спрашивал у своей спутницы, будто уточняя у нее: красное или белое вино она предпочитает. Стиву почему-то подумалось, что белое. — Ладно, мам. Мне на самом деле пора… Я сейчас буду занят. — Иди, дорогой. Спокойной ночи. Баки что-то крикнул еще, но Стив уже отнял телефон от уха, слушая парня, чуть старше его самого. И он не ошибся, девушка действительно предпочитала белое. Плюс они еще заказали набор закусок и мороженое двух вкусов. Остаток вечера Стив невольно наблюдал за этим свиданием. Взгляд постоянно к ним возвращался. Отчасти потому, что посетителей было крайне мало, что расстраивало его, как работника, и радовало, как уставшего человека. Мысли постоянно возвращались к Тони. Как он там? Спит ли уже? Остался ли у него дома или уехал? Кроме того, он никак не мог выкинуть из головы их небольшую размолвку. Несмотря на то, что все улеглось, на душе остался осадок, который хотелось как-нибудь убрать. Восстановить ту легкость их отношений, которая была сначала. Конечно, кризис однажды должен был начаться, но он не ожидал, что так быстро. В любом случае, в кризисе надо как никогда поддерживать друг друга. И у него была идея, что теперь делать. Какое вино предпочитал Тони? В их первую встречу Тони заказывал граппу, но для романтического свидания этот алкоголь подходил не слишком хорошо. Тони любил виски, но его оно сильно пьянило, а провести время хотелось бы без чего-то, за что на утро будет стыдно. Поэтому: белое или красное? Кроме того, такое свидание было бы хорошим моментом для того, чтобы предложить провести Рождество в Бруклине. Нет, Стив, конечно, помнил свое обещание провести его вместе с Тони, но ранее он думал, что он сходит на концерт Баки, а потом вернется к Тони, чтобы вместе поужинать и погулять по городу. Кроме того, Тони собирался устроить вечеринку в честь праздника, так что можно было бы и туда заглянуть. Они могли бы потанцевать вместе. Но Тони был официально приглашен отпраздновать Рождество вместе с семьей Роджерса. И это ставило необходимость хотя бы обсудить идею с ним. Но Стив почему-то был уверен, что Тони это не придется по вкусу. Ведь он потерял своих родителей… ему может быть это тяжело. В шесть утра, когда заканчивалась его смена, Стив зашел по дороге домой в магазин и возвращался с двумя бутылкой хорошего, как ему казалось, красного полусладкого французского вина и еще одной бутылкой ирландского виски. В пакете также лежали уже наборы свежих фруктов, сыров и колбас. А также роллы, яблочный и мясной пироги. Он долго думал, будет ли разумным устраивать романтический «ужин» утром, но решил, что сможет создать необходимую атмосферу и растянуть ее до самого вечера. Возле самого дома он также быстро купил небольшой гиацинт синего цвета и несколько горячих круассанов с ванильным вкусом. Он надеялся, что если бы Тони все же решил уехать к себе, он бы предупредил его, но предупреждения не было. Значит, скорее всего, он у него дома, и Стив чувствовал себя счастливым, продумывая, как принесет завтрак в постель, как сядет рядом, как поцелует. Тепло поднималось из самой глубины его души, и он уже мысленно видел счастливую, немного смущенную улыбку в ответ. Квартира встретила его тишиной, прерываемой стуком часов. На вешалке до сих пор висело пальто Тони, и Стив улыбнулся, сдерживаясь от того, чтобы не затрястись от счастья. Он снял обувь и куртку, а затем прошел на кухню, чтобы оставить продукты. Стив едва успел остановиться, когда рука уже привычно потянулась к выключателю, потому что в последний момент он разглядел в сумраке очертания спящего на столе человека и блюда, разложенные вокруг. Тони ждал его. Настолько ждал, что собирался сделать ему тот же ужин, что задумал и сам Стив, что уснул прямо на столе. Но почему? Неужели он не знал, во сколько он освобождается после ночной смены? В груди защемило от нежности, а на глаза едва не навернулись слезы от испытываемой бури эмоций. Стив оперся спиной о стенку, съехал по ней вниз и через несколько секунд счастливо беззвучно рассмеялся. Тони ждал его до последнего. И это должно было расстраивать, потому что Старку явно было неудобно, и он ждал, и не дождался, но вместо этого Стив был счастлив. Потому что это было очень мило и приятно осознавать, что кто-то готов был ждать тебя всю ночь. Дурашка, который не захотел спросить, когда он заканчивает. И Стив очень сильно любил его. И нет, он не считал такой вывод поспешным. Готовка отменялась, потому что любым шумом Стив мог разбудить спящего Тони. Поэтому вывод был лишь один. Он подошел к Тони со спины, опираясь руками на спинку стула и стараясь никак не касаться его тела, и несильно подул на лоб, на который упала темная челка. Тот совершенно никак не отреагировал. Стив усмехнулся, оглядывая темную макушку. Зрение уже привыкло к темноте, и он спокойно мог разглядеть все завитки волос. Он коснулся некоторых чуть растрепанных прядей сначала почти невесомо, а после смелее закопал пальцы в них, чуть массируя кожу головы Тони подушечками. Размеренное глубокое дыхание прекратилось, но Тони не пошевелился. Стив плавно съехал пальцами по правой стороне головы и лица, спускаясь к аккуратно выбритой эспаньолке поглаживая ее большим. Одновременно он склонился с левой стороны и потерся носом о щеку Старка, от чего тот вздрогнул и втянул в себя воздух. Вдохновившись, Роджерс подушечками указательного и среднего пальцев погладил по нижней губе, а сам опустил голову ниже, опаляя дыханием шею Тони. — И я рад тебя видеть, — вдруг раздался хриплый голос Тони, и Стив тихонько засмеялся, тут же обнимая того за плечи и просто прижимаясь щекой к шее. Тони тоже улыбнулся. Кстати говоря, он снова был в стивовской одежде. — И это самое лучшее пробуждение в моей жизни, — он чуть наклонил голову, почти по-кошачьи потираясь виском о его волосы. Стив отстранился и сам запрокинул Тони голову, чтобы поцеловать его. Он чуть прикусывал нижнюю губу Старка, постоянно затрагивая кончиком языка чуть колючую бородку. Тот с желанием отвечал ему. Несмотря на то, что в этом поцелуе вел Стив, он ясно ощущал, что именно Тони контролирует всю ситуацию. Это казалось нормальным и правильным. — Ты ждал меня, — с благодарностью в голосе сказал Стив, когда, наконец, оторвался от желанных мягких губ и отошел. — Ты не против, если я включу свет? Прикрой глаза. — Не против, — Тони прикрыл глаза рукой, защищая их от тут же вспыхнувшей яркой лампы. Стив вытащил на столик для готовки пироги и круассаны. Тони с интересом покосился на все это. Первым желанием было желание попросить его не смотреть, чтобы хотя бы немного оставить эффект приятного сюрприза, но это показалось глупым. Однако Стив все же попытался немного закрыть процесс подготовки завтрака свой спиной. — Семь утра, — простонал за его спиной Тони. — Как ты выжил на двух сменах без перерыва, еще и всю ночную? — А как ты можешь уйти в проект так, что тебя четыре дня из мастерской не вытащить? — спросил в ответит Стив, не оборачиваясь. Тони явно переполнился подозрительностью. — Пеппер рассказала? — Ага. — Вот же… — Стив даже посочувствовал Тони, потому что в его голосе сквозило столько досады. — Тебе не следовало этого знать. — Тони. Почему? — Потому что ты будешь вести себя… — взгляд, окидывавший его даже чувствовался, — вот так. Сразу начнешь упрекать, заботиться. К тому же, для меня такие проекты — не работа, а хобби. Я люблю это. Стив, понимая, что разговор обостряется, развернулся лицом к Тони и мягко покачал головой. Потому что у него и в мыслях не было осуждать. И Тони был гением, он понимал, что порой процесс создания чего-то нового и гениального прерывать нельзя. Мысли крутятся, напрыгивая друг на дружку, и стоит отвлечься, как все, что было сделано, может обернуться крахом. — Конечно, я беспокоюсь за тебя. Уверен, четыре дня беспрерывного занятия твоим «хобби»», — Стив показал в воздухе кавычки, а Старк хмыкнул, — сильно тебя изматывают. Но я готов позволять тебе такое, если после ты обещаешь мне хорошо отоспаться. А еще не забывать о еде во время своих периодов вдохновения. Несколько секунд Тони с легкой улыбкой смотрел на него странным взглядом, от которого Стив почувствовал себя голым, но постарался стойко это выдержать, а потом кивнул. — Замечательно, — поставил точку Роджерс и снова вернулся к намазыванию хлебцев шоколадным маслом, потому что именно с них должен был начаться их завтрак. И это помогало скрыть румянец, появившийся на лице. Позади раздался шорох, но Стив заставил себя не обернуться, потому что нужно было уже, наконец, закончить этот завтрак. Однако, когда позади прижалось теплое и сильное тело, а шею обдало горячим дыханием, игнорировать было трудно. Стив резко положил обе руки на столешницу, так и не выпустив нож из одной, и закрыл глаза. Руки Тони оглаживали его живот через футболку, и от этой незамысловатой ласки возле паха становилось жарко. — Тони, — предупреждающе выдохнул он. Вместо ответа нахальные губы прошлись по краю его уха, и Стив дернул головой в сторону, уходя от этого слишком неловкого ощущения. Губы спустились на шею, чуть покусывая и оттягивая нежную и чувствительную кожу. — Не волнуйся, я не зайду за рамки того, что тебе будет нравиться, — Тони погладил его по бедру. Роджерс подозревал, что это должен был быть успокаивающий жест, но ему так не показалось. — Расслабься. — Я не закончил завтрак, — выдохнул он, постепенно сдаваясь на милость Тони. От ощущений тяжелело в паху. И Стив не назвал бы их приятными. Они были именно возбуждающими. По всему телу бегали мурашки, в голову ударяли все новые и новые электрические разряды, а все тело словно одеревенело, боясь пошевелиться. Дышать было тоже тяжело, словно воздух вокруг неожиданно сгустился, стал душнее и горячее. Тони погладил его одной рукой под футболкой, забираясь выше, а вторая уверенно опустилась на ширинку. Стив шарахнулся назад, но тем самым лишь сильнее вжался в Тони, чувствуя, что и у того в джинсах уже довольно ощутимый бугорок. Возле уха Тони резко выдохнул. — Тшш… Не бойся. Я просто хочу, чтобы ты расслабился, — горячий шепот заставил Стива с силой зажмуриться. Он почти до боли сжимал свои кулаки. — И забыл про этот завтрак. Жарко становилось до невыносимости. Стив выдохнул и обхватил своей рукой ту, что лежала на паху. Тони тут же чуть сжал уже возбужденный член через плотную ткань джинс и погладил его вверх и вниз. Стиву захотелось развернуться и поцеловать Старка, делясь всем своим желанием, а потом сесть на стул и заставить сделать ему минет, но это все были лишь фантазии, которым он не позволял сбываться, четко отделяя их от реального положения вещей. Он выдохнул через зубы и открыл рот, стараясь вдохнуть не разгоряченного воздуха. Такого он не нашел и пришлось довольствоваться тем, что было. Он все также одной рукой вцеплялся в столешницу, а другой в руку Тони. Губы все еще шарили по шее, язык Тони слизывал уже выступившие капельки пота. И Тони был, казалось, повсюду, и от этого основательно сносило крышу и все разумные мысли. Прикосновения к шее чувствовались особенно остро. Также как и к паху. Стив ахнул, когда Тони втянул кожу, чуть прикусывая и отстраняясь. Засос был почти болезненным, но ему лишь хотелось продолжать. Все мысли наполнились ощущениями, чего-то связного там не было. А последние слова, еще появлявшиеся в мозгу вылетели, когда Тони залез рукой ему прямо в штаны и обхватил возбужденный член рукой. На сухую. Довольно грубо вытаскивая его наружу. Стив застонал и тут же до крови закусил нижнюю губу. Вцепляясь в запястье Старка. — Тихо, мой мальчик. Расслабься, доверяй мне, — ворчащим тоном пробормотал Тони. Тони вытащил руку из-под рубашки Роджерса и отцепил его пальцы от своего запястья. Это дало необходимую паузу, чтобы Стив хоть немного смог прийти в себя. Он открыл глаза и сделал большой глоток воздуха. — Тони, ты… тоже должен получить удовольствие, — еле сформулировав фразу, проговорил он и под конец снова закрыл глаза, почти стекая на Тони. Услышав бархатистый смех, Стив чуть улыбнулся, но выпрямиться не смог. Тони, недолго думая, взял шоколадное масло и вымазал в ней свою руку, а потом вновь опустил ее на член Стива, сразу же делая быстрое движение вниз, оттягивая крайнюю плоть. Стив застонал от пошлости всего происходящего. Ища, куда пристроить руки, он все же решился схватиться за Тони. За локоть, но стараясь контролировать силу, чтобы не сделать больно. Второй он сжал собственное бедро. — Не волнуйся. После тебя я отдрочу себе сам. У тебя на глазах. Обещание Тони огнем выжглось перед закрытыми глазами Стива. Он нервно сглотнул, чувствуя невероятное желание, и тут же закашлялся, когда слюна пошла не в то горло. Свободной рукой Старк погладил его по кадыку, и это волшебным образом то ли помогло, то ли просто отвлекло от неприятного ощущения. Спустя пять секунд уже снова существовали только руки Тони, его губы и тепло тела, прижимающегося со спины. Рука, измазанная в шоколаде легко двигалась по напряженному члену, требующему разрядки. Стив чувствовал, как в нем прокатываются волны наслаждения и напряжения, как его член вздрагивает, если Тони вдруг останавливается. И это все было. Происходило прямо сейчас. В какой-то момент Тони скользнул рукой ниже, глубже обратно в штаны и погладил потяжелевшие яички, также обмазывая их нагревшимся шоколадом, который застывал и лип, стоило ему только убрать руку. Но все равно, от самих прикосновений уверенных мужских рук Стив буквально умирал. Ему действительно казалось, что еще чуть-чуть, и он умрет от возбуждения. Ему на ухо Тони шептал какие-то пошлые нежности и, кажется, говорил, что Стив весь красный, как помидор. Совсем весь. Даже внизу. Но Стив не был уверен, что распознает слова, что это не его собственные мысли, смешивающиеся с хрипящим «Ты такой красивый, Стив». Вот Тони снова вернулся к его члену. Несколько раз проведя вверх и вниз, он отдельным движением прошелся по уздечке большим пальцем, надавливая на нее и чуть виляя из стороны в сторону. Жар мурашками прокатился снизу к ушам Роджерса, и через секунду он понял, что кончает, частями выплескиваясь в руку Старка. Тот еще несколько раз провел по его уже опадающему члену, выжимая остатки, потом замер возле головки, погладив ее и стерев капли, и отпустил. — Облизни, — Стив думал, что пропал в небытие, но оказалось, что не совсем, потому что эти слова он услышал. Еле открыв глаза, он увидел руку Тони, измазанную в шоколадном масле и сперме одновременно. В первые секунды поднялось чувство отвращения, но поняв, что Тони ждет, и вспомнив, что тот только что сделал для него, он подался вперед и, сначала просто на пробу, лизнул кончиком языка испачканные пальцы. Больше попалось шоколада, но и горьковато-соленый вкус семени тоже примешивался. И это, в принципе, было сносно. Стив уже смелее взял Тони за руку и направил ее себе в рот, обхватывая пальцы губами и посасывая их. Он почувствовал, как они чуть двинулись во рту, намекая облизать еще и с внутренней стороны. Стив так и сделал, чувствуя, как постепенно на него накатывает сильная усталость. Он работал языком во рту, вылизывая пальцы, но все медленнее и медленнее. Тони, кажется, тоже это понял, потому что в какой-то момент он отступил назад, и Стив едва не упал, понимая, что почти полностью опирался на стоящего позади Старка все это время. Тот успел схватить его. — Постой, Стиви, — это обращение, так его называют лишь самые родные. — Помнишь? Мне тоже нужно получить свою порцию наслаждения. Он поставил Стива возле столешницы и сделал несколько шагов назад. Роджерс же моргал, приходя в себя. Кухня постепенно возвращалась. Или, вернее, он возвращался в мир, где эта кухня существовала. В горле першило от стонов и сдерживаемых криков, а в штанах было жутко липко. К тому же голова нереально кружилась от усталости. Стив был почти готов сесть прямо здесь на пол и уснуть. Тони в какой-то момент успел заправить ему член обратно в штаны. Или он сам. Перед ним же разворачивалась другая горячая картина. Которая, хотя и не перебивала свинец в голове, приковывала внимание точно. Тони вытащил собственный набухший член с хорошо заметными венками и стал надрачивать себе, запрокинув голову и опираясь другой рукой на стол. Его дыхание было негромким и прерывистым. Стив откровенно залипал, смотря на это. Пожирал глазами, понимая, что захочет увидеть это еще раз, когда у него будет больше сил. — Тони, ты прекрасен, — произнес он, не узнавая свой охрипший голос. — И невероятно сексуален. — Продолжай, — тут же послышался ответ, и Стив заметил, что губы у Тони подрагивают. Он оттолкнулся от столика для готовки и стал медленно подходить к Тони. — Красивый Тони. Такой умный, сексуальный, сильный. Мой Тони. Слышишь? Мой. Никому тебя не отдам. Никогда. Даже не проси. Подойдя ближе, он наклонился и поцеловал Тони, одновременно складывая свою руку поверх его, лежащей на члене, и быстро подстроился под ритм. Тони замычал ему в губы, а Стив обхватил его затылок, прижимая ближе. — Мой, — повторил он, на секунду разорвав поцелуй и снова впиваясь в красные губы. В тот же момент Старк кончил, дергаясь под Стивом и тут же расслабляясь, словно отключающийся механизм. Спустя пятнадцать минут они уже были в спальне Роджерса. Стив лежал на коленях сидящего Тони, и тот перебирал его мягкие светлые волосы. Они оба успели отмыться от шоколада, доделать те хлебцы и съесть их с глупыми улыбками. Правда, когда Стиву на бутерброде попался вкус собственной спермы, он едва не поперхнулся, а Тони засмеялся в голос. Но сейчас они оба были более чем спокойны и умиротворены. Старк вздохнул и медленно опустился спиной на кровать. Стив перелег ему на грудь, решаясь наконец спросить. — Тони? — Мм? — не открывая взгляда от простого натяжного потолка, вопрошающе промычал Тони. — Поедешь на Рождество со мной в Бруклин? Руки в его волосах замерли, и Стив внутренне сжался, готовясь получить отказ. Это бы его расстроило, хотя и не сильно. После того, что только что произошло на кухне, он был почему-то уверен, что все в любом случае будет хорошо. Но через несколько секунд успокаивающий приятные поглаживания снова появились. — Если ты хочешь, — в голосе Тони был вопрос. Стив поднялся на руках, чтобы заглянуть в карие глаза цвета виски, улыбнулся и снова убрал со лба Старка темную прядку шелковистых волос. — Я был бы счастлив. Тони улыбнулся ему и кивнул. Стив тоже кивнул и наклонился, невесомо целуя его. Потом он снова устроил голову на груди Тони и очень скоро уснул, убаюканный ритмичным стуком сердца и рукой, запутавшейся в его волосах.
