Против течения

      — Наверное, вам интересно, для чего я вас здесь собрала.       Ясу решила начать разговор с козырей, поэтому даже не поздоровалась. Фраза слетела с её губ сразу же, как девушка зашла в тренерскую. Пять третьегодок — Микошиба и отобранные для участия в командной эстафете члены клуба — оглянулись на менеджера.       — Думаю, не стоит говорить о том, как важно для всех нас не посрамить честь Самезуки и блестяще выступить на соревнованиях…       Минувшей ночью она долго ворочалась в постели, обдумывая план действий. После услышанного от Рина Ясу поняла, что костьми ляжет, но запихает Мацуоку в командный заплыв. Вот он какой, оказывается, фаворитизм…       «Отставить самоедство, — прерывала свою совесть в подобные моменты девушка. — Я делаю это на благо всех, а не ради него конкретно».       — Косака-сан, я вот сейчас правильно всё…       — Правильно.       Прервав капитана на полуслове, Ясу в ожидании уставилась на Хамаду и Ичикаву. Если она выйдет из этого помещения не оплёванной, то это уже станет её маленькой победой.       — Никогда не замечал за Мацуокой рвения работать в команде, — наконец промолвил Хамада.       — Он сам-то в курсе, что ты решила протолкнуть его в эстафету? — с недоверием подхватил Ичикава.       Ясу посмотрела на Сейджуро, мысленно взывая к тому о помощи. Стоило отдать должное Микошибе: он действительно пытался выбирать правильные слова.       — Парни, знаю, это звучит дико…       Если у неё не получится договориться о гипотетической замене с семпаями, то о том, чтобы довести дело до ума без скандалов и обид, можно будет смело забыть. Отец её даже слушать без поддержки старших не будет. У Рина было всего лишь одно преимущество, с которым можно было идти в атаку…       — Мацуока — отличный пловец кролем и баттерфляем, вы ведь в курсе.       …и с десяток недостатков, которые могли перечеркнуть любые положительные моменты.       — А ещё у него какие-то дикие проблемы с социализацией, если честно. Без обид, Косака.       Переговоры с командой каких-то ощутимых результатов не принесли, но окончились не так плохо, как Ясу ожидала. Так сказать, пятьдесят на пятьдесят.       — Не знаю, Косака-сан, — воспротивился Иношита, который в эстафете должен был плыть брассом. — Одних слов не хватит, чтобы убедить меня. Если сможет переплыть Ичикаву или Нииду — валяй. И если сработается с остальными.       Ясу с почтением кивнула. Она и не рассчитывала на лёгкую победу.       — Приходи завтра в бассейн пораньше, — попросила она Рина, когда закончилась вечерняя тренировка. — Я очень на тебя рассчитываю.       — Не подведу.       Косака переживала так, словно это ей предстояло сражаться за место в команде. Хотя она знала, что по времени заплывов Рину не было равных во всём клубе. Так оно и вышло: Мацуока обогнал Нииду на шесть секунд, а Ичикаву — почти на десять. Ясу записывала показатели в бланк, пытаясь сдерживать эмоции, чтобы не обидеть семпаев.       — Нам нужно обговорить это с консультантом, — заявила она, зажимая папку с данными подмышкой.       Этим же вечером они с Микошибой оказались в учительской. Косака-сенсей придирчиво осмотрел бланки и обратился к капитану:       — А ты что об этом думаешь?       Сейджуро вздохнул.       — Мацуока — настоящая находка для Самезуки, сенсей. Было бы странно растрачивать его талант.       — Спасибо, — поблагодарила его Ясу, когда они уже шли по коридору.       — За что? — удивился Микошиба.       — За Рина.       — Ну… Я действительно так считаю. Или уже забыла, как я возмущался, что он плавает только вольным?       Ясу остановилась и улыбнулась почти что со слезами на глазах.       — Знаешь, Микошиба… Ты совершенно не умеешь врать.       Сейджуро почесал затылок и криво усмехнулся.       — Твоя правда.       — Я знаю, что ты лучше бы отправил на эстафету третьегодок.       — У Мацуоки действительно проблемы с доверием. Он мог бы стать отличным командным игроком, но не сейчас. Прости, но сегодня я вижу его только как одиночку.       — Почему тогда поддержал?       — Потому что за него просишь ты, Косака-сан. А я знаю, что ты никогда не сделаешь зла нашей команде.       Девушка поёжилась, ощутив, как груз ответственности за эту перестановку упал на её плечи. Микошиба едва ли не прямо говорил: «Я делаю это, потому что доверяю тебе».       — Спасибо, — повторила она.       — Да не за что… Но учти, что я буду продолжать за ним приглядывать.       — Он будет очень стараться.       «Надеюсь».       На следующий день они в открытую объявили, что плыть эстафету вместо Ичикавы будет Рин. Семпай лично подошёл к Мацуоке и пожалел удачи. Тот промолчал, и Ясу почувствовала на себе неодобрительный взгляд Микошибы.       — Что? — нервно спросила она.       Капитан пожал плечами.       — Ничего.       Вопрос о весе командной игры в глазах Рина оставался открытым. А Ичикава, как и обещалось, числился на скамейке запасных. Ясу боялась, что к началу региональных окончательно сойдёт с ума.       В одну из финальных тренировок перед отбытием, Микошиба поймал Ясу у самого порога, зажал рот и отвёл в сторону.       — Скажи, пожалуйста, что ты видишь, — с этими словами капитан показал рукой в сторону крайней дорожки.       Ясу, уже приготовившаяся вырываться из неожиданно захвата, притихла и прищурилась. На дорожке плыл Рин, ничего необычного. На первый взгляд… Буквально на третьей секунде наблюдения Косака поняла, для чего именно Микошиба попросил её описать то, что она видела.       Скорость у баттерфляя не хромала. Но прослеживалось что-то нервозное, как будто бы рваное в движениях.       — Он переживает, — пробормотала Ясу, самостоятельно убирая ладонь Сейджуро от своих губ.       «Из-за того, что будет плыть на соседних дорожках с Хару».       — Это ведь не дело, Косака-сан.       Вместо ответа девушка отвела взгляд. Да тут каждый бы заметил, что что-то не так. Любой бы понял, что мыслями Мацуока далеко как от техники, так и от командного духа. Микошиба терпеливо выжидал реакцию, пока сам не пришёл к выводу, что оправдываться менеджеру нечем.       — Поговори с ним. Пусть хотя бы попытается сделать вид, что ему не всё равно на других.       И ушёл, оставив Ясу наедине с её мыслями. До конца тренировки Косака не отводила от Рина взгляд, попутно подбирая правильные слова. Легко же Микошибе: «Поговори с ним». А что нужно именно сказать?       «Хватит жаловаться, — возмутился внутренний голос. — Ты сама заварила эту кашу».       — Ты плаваешь просто прекрасно, — осторожно подбирая слова, заявила Ясу и сбросила Рину на голову сухое полотенце.       Парень неожиданному комплименту удивился, но как-то сухо, не слишком щедро показывая миру эмоции. Косака сдержала расстроенную гримасу и присела на краешек бортика, пока Мацуока обтирался.       — Ты меня перехваливаешь.       — Нет, — возразила Ясу, играясь висевшем на шее таймером. — У тебя улучшилось время. Я… Засекала.       Почему-то признаваться в том, что она обращала на Рина особо пристальное внимание на групповой тренировке, казалось чем-то постыдным.       — Но что-то не так, — откашлявшись, продолжила нащупывать нужные ниточки девушка. — Тебя что-то беспокоит? Может, надо…       — Нет, — отрывисто заявил Мацуока и отшвырнул полотенце.       — Я просто имею в виду, что, если нужно…       — Я же сказал: нет, — снова оборвал ее фразу Рин, поднимаясь на ноги.       В этот раз его голос оказался громче, и Косака поджала плечи с мыслями: «Всё, сейчас снова поругаемся». Она не хотела переходить черту, потому что знала — если с Рином испортятся отношения и у неё, то вся задумка с эстафетой окончательно пойдёт ко дну.       А ещё ей немного — совсем чуть-чуть — самой не хотелось с ним ссориться. Потому что при воспоминаниях о тех днях, полных тяжелого молчания и взаимного избегания, на душе становилось тяжело.       Но вдруг случилось чудо: Рин обернулся и присел на корточки рядом с Ясу. Косака так удивилась, что вылупилась на товарища без стеснения. А Мацуока наоборот, сначала долго смотрел в сторону, словно взглянуть на Ясу ему было подобно муке.       — Спасибо за все, что ты для меня делаешь, — наконец сказал он, всё-таки подняв на Косаку глаза. — Но это мой путь, понимаешь? Я не могу тебя им обременять и дальше.       Наверное, в любой другой ситуации Ясу бы воскликнула, что ничего не понимает и вообще Мацуока снова вёл себя законченный жертвенник. Но тогда, ощущая незримую связь, образовавшуюся между ними у бортика бассейна на каких-то пару минут, Ясу и слова промолвить не смогла. Тёплое чувство трепета одолело грудь, мешая не то что говорить — дышать.       «Бог мой, можно он проплывёт с ними эстафету, и это всё наконец-то закончится?» — взмолилась Косака, когда ступор прошёл, а Рина уже след простыл.       Последнюю тренировочную неделю всем, о чём она думала, были лишь мантры, которые помогали Ясу не утопиться в клубном бассейне после закрытия.

      Заселения в отель Ясу ненавидела практически так же сильно, как и длинные лестницы. А не любить длинные лестницы у Косаки причины были весомые: треклятый страх высоты кружил голову и смазывал картинку перед глазами. Каждый неосторожный шаг грозился стать последним, и Ясу отчётливо видела в этом аналогию с перспективой найти крышу над головой своим пловцам.       Бумажная волокита Золотой Недели ни в какое сравнение не шла с бюрократией относительно другого города. В спортивном комплексе Самезуку ждали с распростёртыми объятиями, как постояльцев и дорогих гостей. Гостиницы для временного проживания на период соревнований же постоянно менялись, поэтому Ясу то и дело ловила себя на беспочвенном волнении, как бы не остаться на улице.       Ответственно проследив за тем, чтобы каждый из команды получил ключ от своих номеров, Косака расписалась в своём листе заселения и радостная поскакала к лифту. В толпе незнакомых лиц замаячила шапка тёмно-красных волос.       — Тебе на какой этаж? — спросил Рин, когда Ясу залетела в закрывающие двери.       — Третий, — ответила девушка, глядя, как друг нажимает нужную кнопку на панели. — Спасибо.       Двери у неё за спиной окончательно сомкнулись, и кабина дёрнулась, начав подниматься. В толкучке лоб Косаки оказался вплотную прижатым к плечу Мацуоки.       — Почти весь клуб живёт на девятом, — сварливо заметил Рин. — Снова сбежала?       — С третьего падать приятнее, — ввернула Ясу. — Живи я на девятом, меня бы пришлось каждое утро успокаивать.       — Ты боишься высоты?       — Справедливо опасаюсь.       Они поднялись ещё на этаж, когда Косака подняла голову и посмотрела на Рина со всей серьёзностью, которая только нашлась в её теле.       — Комната номер 306. Приходите вечером с Нитори, мы с парнями хотим поиграть в настолки.       — А консультант одобряет?       Косака лукаво улыбнулась.       — Он приедет только завтра, и мы ему не расскажем.       Лифт остановился, и Ясу попятилась к выходу, но взгляда от Мацуоки не отвела.       — Приходи, — настойчиво повторила она. — Ребята будут очень рады тебя видеть. Особенно состав эстафеты.       Мацуока проводил её с каким-то слишком отстранённым выражением лица. Они не отводили глаза, пока двери лифта не отделили их друг от друга. Рин поехал дальше, а Ясу побрела в сторону своего номера, искренне надеясь, что парень понял: приглашение носило строго добровольно-принудительный характер.       — Итак, я молодая невыдуманная женщина-японка не старше двадцати лет с длинными волосами, громким голосом и неумением ждать. А ещё я саму себя знаю, да?       — Ага, — подтвердил Ниида, ко лбу которого был приклеен лист бумаги с корявой подписью «Косака-сенсей».       — Придурки, признайтесь уже, что загадали мне меня.       Хамада убрал от лица банку с газировкой и усмехнулся.       — Ты очень близка, но нет.       Скрипнула входная дверь, и на пороге появился Микошиба. Взглянув на бумажку Ясу, на которой чьей-то спешащей рукой было выведено «Накахара Риса» через катакану, он фыркнул.       — Она всё ещё не угадала?       — Не-а, — протянул Ичикава, переворачиваясь со спины на бок.       — Да чтоб вас… — проворчала Ясу.       В её небольшом номере собрался десяток парней. Пришлось даже открыть окно, потому что воздуха в помещении катастрофически не хватало. Если бы это увидел отец Косаки, то отчитал бы так, что уши загорелись бы. Но сегодня, без чуткого родительского надзора, можно было практически что угодно.       — Ниида тоже не преуспел? — осведомился Сейджуро, садясь по-турецки прямо на пол.       — Сорокалетний мужик-тиран с ужасной прической? Это может быть кто угодно.       — Это очевидно, — хмыкнула Ясу.       — Молчала бы.       — Единственное, что меня останавливает о того, чтобы разбить тебе нос, это завтрашние соревнования.       Участники клуба принялись давить хилые смешки. В подтверждение самых серьёзных намерений, Косака схватила лежавшую под рукой подушку и замахнулась ею на Нииду.       — Дра-ка, дра-ка! — хлопая в ладоши, проскандировал Ичикава.       Нешуточный мордобой и правда имел бы место, если бы со стороны выхода снова не раздался шум. На этот раз кто-то скромно постучал.       — Заходите! — отозвалась Ясу, мигом забыв про злость на семпая.       Теперь в комнату зашёл Иношита, едва ли не за шиворот тащивший за собой Нитори.       — Чего так долго, Нитори-кун? — со звенящим в голосе весельем спросила Косака, вытягивая шею; она очень надеялась увидеть рядом с первогодкой кое-кого ещё. — Одних вас с Рином ждали.       Услышав замечание, Айичиро быстро отвёл взгляд и постарался оправдаться:       — Просто Мацуока-семпай…       — Не сказал ничего, — ответил за него хмурый, как туча, Иношита.       У Ясу по спине холодок пробежал.       — В смысле?       — Мацуока-семпай, наверное, просто забыл! — воскликнул Нитори. — Он куда-то ушёл, поэтому…       — Ушёл? — недоверчиво уточнил Микошиба.       Ему ответил Иношита:       — Час, как пропал из номера без следа. Хотя его приглашали на собрание с командой. Верно, Косака?       Ясу очень хотелось опровергнуть эти слова, и она прокручивала в голове их с Рином беглый разговор. Но каждый раз напарывалась на суровую реальность: она не забыла сказать, сказала предельно прямо и сделала акцент на эстафетном составе.       Неужели он правда решил, что ему это неинтересно? Просто взял и ушёл по каким-то своим делам…       — Понятно, — вздохнул Сейджуро, заметив смятение менеджера. — Хоть бы предупредил, что не придёт.       — Возможно, у него случилось что-то, — возразила Ясу. — Никто из нас не застрахован от несчастных случаев…       — Умоляю, Косака, замолчи, — не выдержал Иношита. — Я вообще не понимаю, чего ты носишься с Мацуокой. Видно ведь, что ему абсолютно фиолетово. А после той стычки, я вообще сомневаюсь…       — Стычки? — непонимающе прошептала Косака.       Иношита вылупился на неё так, словно девушка у него на глазах с луны свалилась. И с острой претензией обратился к Микошибе:       — Ты что, ей не похвастался?       — Похвастался? — продолжила путаться Ясу. — О чём вы вообще говорите?!       Парни захлебнулись в неловком молчании, словно перебрасывая один другому перспективу открыть менеджеру глаза на правду. Не выдержал Ичикава:       — Пару дней назад к нам в бассейн пацан пришёл из Иватоби… Ну тот, который камнем плавает. Мацуоку спрашивал. Так они там чуть морды друг другу не набили.       — Что?! — ужаснулась Ясу и повернулась к Сейджуро. — И ты знал и молчал?!       — А смысл был говорить? — неожиданно ощетинился Микошиба. — Ты бы продолжила его оправдывать. Ты даже сейчас это делаешь.       — Я менеджер, я должна о таком…       — Слушай, давай без обид, — снова встрял Иношита, — но я тебя совсем не узнаю, Косака. Раньше ты никогда не шла против интересов команды, а теперь в лепёшку разбиваешься перед неадекватом, который ни во что товарищей не ставит. Без понятия, кто он тебе там, друг или парень, но включай мозг. Раз он тебя напрямую не слушает, то может пора остановиться?       Вслушиваясь в тираду семпая, Ясу только и могла, что беззвучно шевелить губами. Каждая фраза поражала прямо в сердце, и девушке хотелось спрятаться, сжаться в комок, чтобы отгородиться от жуткого чувства вины. Иношита ведь во всём был прав, во всём был прав…       — Мне надо сделать звонок, — вдруг заявил Микошиба. — Доигрывайте и расходитесь, завтра рано вставать.       — Не обижайся, менеджер, — уже более спокойным тоном добавил Иношита, когда дверь за капитаном захлопнулась. — Просто… Мацуока не стоит твоих усилий, забей. Тебе, кстати, загадали Накахару.       Видимо, не сдюжив с отяжелевшей атмосферой, третьегодка тоже решил удалиться. За ним потянулись остальные. Когда в комнате осталось всего три человека, Ясу потянулась за телефоном и набрала номер Рина.       Ей не хотелось на него кричать. Косака устала от постоянных скандалов и надеялась получить хотя бы какие-нибудь ответы. Например, на вопрос, куда Мацуоку унесло на ночь глядя.       Но трубку Рин не взял. Ясу подождала, пока длинные гудки в динамике не стихнут, после чего сорвала со лба бумажку, подтянула к себе колени и уткнулась в них носом.       — Косака-сан… — успокаивающе окликнул её Ичикава.       Ниида, который тоже распрощался с табличкой, провозгласившей его строгим консультантом, проявил больше уверенности: похлопал расстроенную девушку по плечу.       — Не переживай, тут нет твоей вины. Всё образуется.       — Менеджер… — пробормотал потупивший взгляд Нитори, так и оставшийся стоять у входа.       Ни в один другой вечер Косака Ясу не чувствовала такое же бессилие, как в этот.