Обреченные

Тепло прошлось приятными волнами по всему телу, когда я зашел в помещение, где играла мазурка. Несколько пар прекрасно исполняли танец в то время, как на них было направлено множество восхищенных взглядов. Гости образовали достаточно плотное кольцо, оствив место лишь для танца. В такой толпе пестрых нарядов найти Джина не представлялось возможным, зато каким-то чудесным образом мой прелестный друг Юнги бросился мне в глаза почти сразу же. Пытаясь преодолеть людей, которые наклоняли свои головы в знак приветствия, я шел по направлению к Юнги, рядом с которым стояла, словно красивая статуэтка, дама в красном платье. — Здравствуйте, ваше высочество, — поприветствовал меня Юнги с ухмылкой на лице, а незнакомка рядом с ним резко развернулась и поклонилась. — Надеюсь вы не будете мешать общаться мне с этим прелестным созданием? — Кстати, о прелестных созданиях. Не видел Джина? — Видел, но куда пошел не скажу, а то убежишь так и не узнав имя прекрасной леди, — ответил Мин, и девушка показала самодовольную улыбку. Она знала, что прекрасна. — Тогда представь мне эту прекрасную особу. — Это Диана, дочь графа Арагона. Передо мной стояла девушка с почти черными глазами, которые, словно омут, погружали тебя в темноту. Зеркала души обрамляли короткие, но многочисленные реснички, волосы черные, как смоль, были заплетены в необычную прическу с вплетенными красными атласными лентами под цвет платья, декольте и открытые плечи явно подчеркивали достоинства дамы, а именно мягкую бархатистую кожу и выдающееся декольте. — Рада, что имею честь познакомиться с вами, Ваше высочество, — произнес приторно сладкий голосок и дополнил эту великолепную картину. Великолепную картину того, что это полная противоположность той девушки, с которой Юнги хотел бы общаться, не то что подойти и отвоевать. Диана безусловно была хороша собой, но в ней не было той загадки, которую обычно ищут мужчины. Слишком откровенно и просто. — Я тоже рад познакомиться с вами, но могу я поговорить с графом, так сказать, тет-а-тет? — Ох, конечно, — немного грустно произнесла девушка и проводила наши удаляющиеся фигуры блестящим от выпитого шампанского взглядом. — Где Джин? — спросил я, надеясь, что сразу же получу ответ. Наивно. — Прости, но я не могу сказать. В любом случае он присоединится к тебе до вальса, за это не переживай, — попытался успокоить меня Мин. — Хорошо, я просто пойду скучать в одиночестве, — легко согласился я, ведь выбора все-равно не было. — Кстати, его зовут Тэхен. — Хах… Ну и как ты понял? — Он слишком сильно напомнил мне Розу. Судя по твоему лицу, не одному мне. — О чем вы говорили на террасе? — резко перевел тему разговора Юнги. — Прости, я не могу тебе сказать. Все разговоры под луной уходят в небытие после окончания, все это знают, — ответил я, лукаво улыбнувшись — Что-то я ни разу за всю свою сознательную жизнь не слышал ничего подобного, — театрально возмутился Мин. — Чтож, нам необходимо вернуться к общему торжеству, мой друг, —уже уходя, бросил я через плечо. — Встань ближе к роялю, — внезапно сказал мне в спину Юнги. — А намечается что-то интересное ради чего стоит пробиваться через такую толпу? — Да, думаю это того стоит.

***

Вернувшись к общему веселью, я решил послушаться совету Юнги и встал около белокаменной колонны, ближайшей к фортепиано. Оставалось лишь ждать начала и почтительно здороваться с людьми, которые ко мне подходили. — Итак, дамы и господа! Сейчас для вас выступит принц Джин под аккомпонимент непревзойденного Ким Тэхена. Прошу все ваше внимание, дорогие гости, — сказал неизвестный мне человек и растворился в толпе. А дальше лишь бархатный голос, звук клавиш и карамельные глаза смотрящие с неиссякаемой тоской прямо в душу… Нежность я в себе убивал тихо по ночам, Недосказанность засыпала на моих плечах. А теперь, я хочу кричать; я хочу тонуть в твоей любви; Я хочу, чтобы верили такой; хочу, чтобы видели! Моё новое небо соткано из звёзд, из букв души моей. Новое небо после тысячи ночей всё прозрачнее. Там, где ты не был, ловить в себе ноты и снова пускать В это новое небо, моё новое небо. Сказать, что Джин прекрасен, это не выразить и десятой доли тех чувств, которые я испытываю при взгляде на этого человека. Нет, это не влюбленность. Мне просто хочется украсть его туда, где только я смогу наслаждаться его голосом, его взглядом. Пусть мы и скреплены узами брака и принадлежим друг другу по закону, но, даже украв его тело, навряд ли смогу обладать душой. Бессмысленно, что-то делать в моем положении… В той девушке не было загадок, а в нем их слишком много. Громкие аплодисменты вернули меня из белого вакуума, в котором я просуществовал всю песню. — Можно пригласить вас на танец? — неожиданно произнёс рядом со мной Джин, протягивая свою руку в пригласительном жесте. — Это должен был сделать я. — Если ты так считаешь, то спешу тебя уверить, что я не кисейная барышня, — немного раздраженно произнес принц и отдернул руку. — Я не это имел ввиду. Просто я веду, так что должен первым пригласить, — попытался реабилитироваться я, — Кхм… Так, можно пригласить вас? — протянув руку и приподняв бровь, перезадал вопрос. В ответ лишь тяжело вздохнули, прикусили нижнюю губу, и я почувствовал приятное тепло чужой ладони в своей. Дальше был лишь танец, который я постараюсь оставить в своей памяти на долгие годы. Хочу помнить, как мы были близки именно в тот момент, когда кружились в беспрестанном вальсе. — Выйдем на свежий воздух? — попросил Джин после танца. В зале явно было слишком душно, да и громко — заиграла полька, так что я был только «за» такое предложение. — По-моему у нас получилось неплохо, — произнес Джин, уйдя немного вперед по дорожке, которую освещал лишь лунный свет и одинокий фонарь. — Согласен. Тебе не холодно? — все еще погруженный в свои собственные мысли спросил я. — Нет, не беспокойтесь. — Еще десять минут назад ты обратился ко мне на «ты». Я думал, что это прогресс. — О чем ты! Вы. Да, вы… — стушевался принц. — Обращайся неформально, мы все-таки женаты, хоть в нашей паре и нет жены, — произнес я, а Джин глухо засмеялся, что заставило и меня улыбнуться. — Стой, ты слышишь? — прислушавшись, я услышал голоса, которые говорили буквально в нескольких метрах от нас. — Оу, тут кто-то еще кроме нас… Это разве не голос Чонгука? — полушёпотом спросил принц. — У тебя хорошая память на голоса. Давай послушаем. — Вы… Ты серьезно? Нам по сколько лет? Пойдем, — сказал, как отрезал, Джин, потянул меня за руку и мы вновь оказались в горизонтальном положении, только с тем изменением, что теперь я ударился затылком о землю. — Ты нормально стоять умеешь?! — накричал на меня шепотом Джин, а сам был похож на маленького злого хомячка. — Ладно, раз уж мы в таком удобном положении, то можно и подслушать, — «нехотя» предложил принц и поднялся с локтей на колени, приблизившись к огромному кусту, чтобы разглядеть обладателей голосов получше. К моему великому удивлению, девушкой, которая мило общалась с Чонгуком была вовсе не Кён Мин, а Сюин Лю. С такого расстояния было не очень понятно, рад ли ее компании Чон или же нет, но беседовать с девушкой, которая является, пусть и невольно, но твоей будущей невестой в саду, это явно то, что наталкивает на определенные мысли. И наталкивает на них не только меня, но и мою сестру, которая спряталась в тени одной из стен дворца. Разговор этой пары сразу стал общественным достоянием, к которому были прикованы взгляды одних из самых важных персон дворца. — Ты слышишь о чем они говорят? — тихо спросил я у Джина. — Нет, слишком далеко. — Зато Кён Мин, наверняка, все слышит, — немного шелестя травой, приподнялся я. — О, господи… — прошептал принц. — Что там? — подсев поближе, спросил, но ответа так и не последовало за ненадобностью. Они целовались. Было видно расплывчато из-за темноты, но это уж точно разобрать было можно. К сожалению. — Кён Мин, ушла. — Вставай, Джин. Нам нечего здесь больше делать. Так и закончился этот холодный летний вечер: звездами на спокойном ночном небе, недосказанностью и тихими рыданиями в подушку.