Звёздная пыль

      Вот он! Новый чудесный день настал! И Блу ожидает от него только лучшего.       Столько всего нужно совершить и свершить сегодня, хоть список составляй. Однако эта идея сразу же отлетает в сторону. Пусть Голубика и живёт по-довольно строгому распорядку дня, но не проходит и вечера без случайных встреч, неотложных дел или внезапно вспыхнувших, словно спичка, моментов минувших дней…       Подобное частенько случается, бывает и по несколько раз на дню, сваливается, как снег на голову, забивает голову мыслями, а душу чувствами. И как тут не уличить минутку и не окинуть бегло книжную полку, которая под отвязку забита разного рода познавательной литературой. В основном это были сказки, но встречались и научные издания, ими заваливала стажёра Альфис, которая, в свою очередь, принимала их от какого-то королевского учёного. На вопрос какого именно, она либо скомкано отнекивалась, либо отмахивалась валунами. И Блу не оставалось ничего, кроме как принять внезапную тренировку, как факт и отбиваться полученными книгами.       В такие моменты Капитан королевской стражи, в свойственной ей манере, объясняла, как важно доблестным хранителям порядка во всём подземелье не только мастерски владеть навыками кулинарии и ведения боя, но и уметь поддержать любую беседу во время сражения. Без этого в стражу не попасть. Никак!       Воспоминания имеют свойство поселяться в самых разнообразных предметах или местах. Эту закономерность Голубика уже давно приметил, но всё равно радовался, находя подобные «дома», как в первый раз, когда заметил, что носит на шее воспоминание о том, как брат подарил ему чудесный голубой шарфик. С тех пор он ответственно подходит к сохранению памятных вещей.       В руках скелета лежала слегка помятая книга с незамысловатым названием: «Поверхность как она есть: мифы и реальность» — неизвестного авторства. Пробежав глазами по содержанию, Блу быстро нашёл, что искал в разделе «смена дня и ночи», а именно детальное описание заката, пусть и немного сухим научным языком, но всё предельно ясно. Небо — синее, зарево — красное. Полыхает в глазницах ярким живым пламенем…       Со всей силы мотнув головой, Голубика закрыл книгу и вернул её на прежнее место. Он просто хотел удостовериться, что это именно та книга, которую он искал, освежить в памяти написанное в ней можно и позже, не сейчас.       Сейчас необходимо нагнать утраченное время.       Выполнив все «мыльно-рыльные» процедуры на скорую руку, Блу подрулил к двери брата и начал громко барабанить по ней кулаками, что в состоянии старшего было крайне жестоким наказанием за вчерашнюю выходку. Каждый удар в дверь отдавался звенящим скрежетом пёсьих когтей по, уже давно ставшей всеобщим достоянием, доске личного счёта в баре Маффет, который он когда-нибудь обязательно оплатит, но не сейчас, сейчас как бы ему не развалиться на шутки и липовый мёд.       — Вставай, братец! — кричал Блу до треска в черепушке Папируса. — Этот день будет грандиозным! Я это точно знаю!       Не теряя больше ни секунды, Голубика ураганчиком ворвался в комнату, сметая со своего пути другой, более локальный ураган с мусором и тако. Неудержимый вихрь подхватил сначала подушку, под которой прятался Папс, держась всеми руками за голову, а потом и его самого стащил с матраса.       Папирус представлял собой большую неповоротливую игрушку, дотолкать которую до кухни и усадить за стол вроде и было просто, но не задеть ею все углы оказалось куда сложнее, чем казалось на первый взгляд. Но эта задача, как и многие другие, была безупречно выполнена когда-нибудь-точно-королевским-стражником.       — Живее, Папи, ты еле шевелишься! У нас сегодня так много дел, мы должны быть в идеальной форме!       — Ягодка, сжалься, будь потише, — Папирусу казалось, что если он оторвет руки от головы, то та попросту развалится на мелкие кусочки.       — Стакан воды, тако. — Выставил Блу перечисленное на стол перед братом. — Наслаждайся, нам ещё на пост идти. — Широкая улыбка ослепила и так страдающего от повышенной чувствительности к свету монстра.       Папирус застонал в голос от безысходности, но препираться с братом не стал. Хоть Блу и не злился ни на кого дольше секунды, чувство вины не отпустит старшего из братьев до тех пор, пока не пройдёт головная боль. Всё же он вчера выкинул ещё тот трюк, за который ему сейчас до чёртиков стыдно.       Этот день с самого начала как-то не задался, и ожидать от него что-то хорошее, дело неблагодарное, да к тому же ещё и бесполезное. Хорошее приходит тогда, когда этого меньше всего ждешь, либо не приходит вообще. Тут уж как повезёт, а везёт Папирусу крайне неохотно, не сказать конечно, что везение его вообще стороной за километр обходит, нет. У него есть любящий брат, его шуточки, лень, какая-никакая работа, дом, но есть и то, что не даёт ему спокойно жить настоящим. То, что осталось от прошлого: пара истрёпанных дневников, сломанная машина в подвале, да белые пятна в памяти.       Он уже столько раз говорил себе: «чем хвататься за прошлое, лучше сосредоточься на настоящем». Это сложно, когда в любой момент может статься так, что зыбкое настоящее растает, как снег в Хотленде. И единственное, что всегда останется при нём это именно прошлое, и отказываться от него он не намерен. Но сейчас ему лучше оставить эту больную тему и постараться загладить свою вину, пусть даже для этого придётся не лениться.       Через не-хочу Папирус послушно глотает воду и тако и умоляет богов, чтобы человек не заявился в подземелье этим «чудесным» днём.       Напрасно.       Все звезды сошлись сегодня и из дверей в Руины вышел человек в помятом зелёном свитере.       Счастью Голубики не было предела, его давняя мечта встретиться с человеком, наконец, осуществилась! Однако за радостью пришло и беспокойство. Блу обещал Дасту встретиться сегодня и обещание это никак не хотел нарушать. Но в подземелье появился человек, и он требует внимания, за ним нужно присматривать, помогать ему, оберегать от потенциальной опасности, развлекать головоломками, подкармливать тако и обязательно быть рядом во избежание несчастных случаев и запутанных ситуаций. Именно это необходимо делать будущему Королевскому стражнику и другу.       Долго метаться из стороны в сторону Голубика не стал, а обратился за советом к брату. «Как быть одновременно в двух местах?» — Папирус сказал, что важнее сейчас человек, а остальное может подождать.       Сможет ли подождать Даст? Блу надеялся что да. Он потом всё ему обязательно объяснит, и он поймет, а потом они вместе устроят пижамную вечеринку с тако и какао. Да, всё будет именно так, он сможет стать другом и человеку и Дасту. Ну, а пока:       — Я, Великолепный Санс, Приветствую тебя, Человек!

***

~Тем временем на базе плохишей.~

      — Сегодня мы разрушим одну бесполезную альтернативу, и вы все будете принимать в этом участие. Мы должны выкурить моего брата и предателя из их норы. — Тон Кошмара был как всегда приказной и не терпящий отлагательств. — Ау, в которую мы заберёмся, довольно тихая и мирная, так сразу мне туда будет не попасть, так что вам, бездельники, придется там хорошенько пошуметь. Ну, как обычно, не сдерживайте себя.       Без Кросса сеять хаос и разрушения стало сложнее, найти подходящую беззащитную альтернативу не так-то просто, когда в команде не осталось того, кто мог бы создавать порталы. Но Найтмера этому неудобству не остановить.       — Киллер проведет вас туда. И ещё кое-что. Даст, подойди, есть разговор.       Любой подобный «разговор» предполагал собой ни что иное, как ряд приказов, предполагающих исключительно утвердительные ответы и безотлагательное исполнение. Даста раньше не парило сколько жизней обрывалось после подобных разговоров по воле чёрной кляксы, не больше чем по его собственному желанию, уж точно.       Хмурясь дурным мыслям, он поплёлся, шаркая тапками по каменной плитке, а остальные, чтобы не мешаться, исчезли с глаз босса.       — У меня для тебя есть особое задание, как раз по твоим способностям. — Манипулирование было одной из его основных черт характера, которой он с особым удовольствием пользовался. — Ты лично избавишься от местных братьев-скелетов, чтобы не мешались.       Найтмер всегда был говнюком, таким его знали все, включая Даста, пусть и именно этот говнюк высвободил свихнувшегося монстра из его же пустого мира, ставшего клеткой, чести Кошмару это не прибавляло, только наоборот. К тому, кто осознанно выпустил во вселенные обезумевшего убийцу, Даст особой благодарности не испытывал, но именно сейчас он его просто возненавидел.       — Ага.       — И принеси мне то, что от них останется.       — Ага.       — Я жду от вас только «хороших» вестей.       У Даста от подавляющей ярости руки сжимались в кулаки, благо, он держал их в карманах, не выдавая своей злости. Не хватало ещё сорваться в драку с почти бессмертным монстром, хоть эта битва и отлично бы подытожила его жизнь, как и все предыдущие попытки грохнуть Кошмар…       Ну да, не всё так гладко, как хотелось бы, и вспышки бесконтрольной ярости никто не отменял. За такие выходки его, конечно, никто по головке не гладил, но и отчитать по полной программе поехавшего в первый подобный случай у Найтмера попросту не осталось сил. Пусть Даст и не смог его убить, но вымотал только в путь, да и самому ему досталось тогда знатно. Как наказание сойдёт. А в последующие разы Кошмар даже не заморачивался, а просто стравливал психопата с Киллером.       Справедливости ради стоит отметить, что подобные припадки случались с ним в первое время его вступления в банду и освобождения из заточения своего мира, позднее он научился сдерживать свои убийственные порывы.       Как он сдерживает сейчас свою злость, не очень успешно, но пока ещё крышу совсем не снесло и можно обдумать случившееся.       Зачем весь этот спектакль? Чего Найтмер хочет этим добиться? Решил проверить Даста на вшивость, после предательства одного из своих подчиненных? Только ли его или он и с остальными такой трюк проделал, а его просто оставил на последок, ввиду того, что он не часто торчит в дыре, которую все величают базой? Разницы нет, из этого дерьма придется как-то выкручиваться, и Даст пока не знает как именно.

***

      Как и было сказано Киллер перенес их в Сноудинский лес той самой альтернативы, где сразу, оставив своих соратников, Даст телепорировался к посту. Никого. К головоломкам, тоже пусто. Отправился в Сноудин и заглянул к Гриллби, не найдя и там скелетов, монстр вломился в их дом, вынося с петель дверь.       — Где Папс? — с порога прорычал в помещение Даст замечая, лежащего на диване скелета.       — Наверху, он малость приболел сегодня, — немного удивился грубости их незваного гостя, но на вопрос ответил житель этой альтернативы.       — Чудно, а теперь слушай меня внимательно, — в два шага преодолев разделяющее двух скелетов расстояние, Даст за грудки оторвал местного Санса от дивана и просмотра МТТ передач по телевизору. — Бери Папируса и всех кого только сможешь, и убирайтесь из Сноудина. Скоро сюда явятся убийцы, и вы хрен, что сможете противопоставить им. — Выдавливал из себя каждое слово Даст, еле сдерживая свою убийственную натуру.       — Хей, по-легче, дружище, успокойся, что бы там не произ…       — Да нет, блять, у вас времени на эту херню! Я помочь пытаюсь! — сорвался на крик Даст, его глазница сама по себе вспыхнула фиолетовым.       — Тише, приятель.       — Брат, что случилось? Я слышал крики… — Со второго этажа на них смотрел Папирус в неизменном красном шарфе и пижаме со звездами.       Даст отшатнулся в сторону и зарычал от бессилия. Как ему их уговорить? Они ему ни за что не поверят. Выдохнув раздражение с воздухом, он вцепился в плечи местного Санса, заставляя того смотреть себе прямо в глазницы.       — Эвакуируй этот чертов город, пока вы все здесь не стали пылью.       — Сааанс! — протянул альтернативный Папирус обеспокоенный тем, что не в состоянии лично уладить назревающий конфликт.       — Все в порядке, бро. — Санс уже всерьёз заволновался, этот скелет, что как две капли похож на него, не внушал никакого доверия.       — Сука, нихрена, не в порядке. Мы всех здесь убьем! Ты понимаешь это?! Всех и каждого! Твоего брата, тебя, старую леди, Гриллби, всех. Снова. — Даст отстранился от ошарашенного скелета, через силу вдыхая и выдыхая предательски тяжёлый воздух. — Я просто хочу сдержать одно гребаное обещание, поэтому прошу, сделай хоть что-то в своей жизни правильно с первого раза. И эвакуируй, блять, этот город.

***

      Весь день на пролет Голубика веселился с человеком. Оказывается, их звали Чара, и у них была тяга к прекрасному, а именно к тако.       Во время их шуточного сражения человек флиртовал с Блу, чем сильно его смущал. Но на свидании они признались, что просто шутили, пусть это и был своего рода розыгрыш, который Блу по многим причинам недолюбливал, но в этот момент он почему-то почувствовал облегчение. Человек был безусловно хорош, однако что-то мешало Голубике принять его чувства. Хорошо, что это всё же была шутка. Благодаря этому, они смогли стать лучшими друзьями; Звёздочка был счастлив, Человек был счастлив, Папирус, ну Папирус как всегда, всё было прекрасно, до тех пор, пока из портала не вывалился запыхавшийся Инк.       — Блу! — крикнул он. — У нас чп, Ау в опасности, нам нужна помощь.       По спине Голубики пробежал холодок, очень нехорошее предчувствие поселилось в его душе.       А Художник, наконец, разглядев за спиной друга человека, тут же изменился в лице, надевая беззаботную улыбку.       — Ох, привет, Дитя, я — Инк, приятно познакомиться. — Он протянул руку Чаре, и они пожали её. — Жаль, что в столь недобрый час.       — Я… — Блу с мольбой в глазах обернулся к сидевшему на диване Папирусу, и тот всё понял без слов.       — Не волнуйся, Ягодка, я посижу с человеком, пока тебя не будет. Поверь, я не спущу с них своих ГЛАЗНИЦ. — Акцентируя на последнем слове внимание и указывая на таковые, проговорил Папс, поднимаясь с насиженного места.       — Спасибо, Папи. — Блу чуть не растрогался, даже очередной каламбур брата не испортил момента. Но долг зовет!       — Иди, спасай вселенную! — подбодрил его братец напоследок.       Помахав на прощание, Блу скрылся из виду с Инком в портале, оставляя брата и нового друга, надеясь, что к его приходу они не успеют заскучать.