Your blood is red, isn't it?

Коннор пришел в чувство, ощутив что-то шершавое и мокрое на щеке. Парень с трудом разлепил веки, ожидая, пока отступит непроглядная пелена. Наконец зрение слегка прояснилось, и Коннор увидел перед собой размытое мохнатое пятно. – Хэнк? – спросил тот, едва ворочая языком. – Совсем долбанулся? – раздалось где-то позади. – Уже не можешь отличить человека от собаки? “Сумо, фу! Отойди от него”, – сказал всё тот же голос. Парень слегка приподнялся на локте, наконец различая собачью морду. Это был сенбернар довольно внушительных даже для своей породы размеров, с бело-коричневым окрасом шерсти. С него Коннор перевел взгляд на помещение, в котором находился. Он лежал на диване в тесной комнате, совмещенной со столовой. Этой квартире требовалась хорошая уборка. Об этом красноречиво говорили стол, заваленный алкоголем и коробками из-под еды, всевозможные пятна на коврах и мебели и прочий мусор, разбросанный по всей комнате. – Где я? Что это за бомжатник? – спросил парень, закончив осмотр. – Эй, следи за языком, сопляк! Это моя квартира. Я привез тебя сюда и перевязал раны, так что жду благодарности. Коннор только сейчас обратил внимание на наложенную на рану тугую повязку. – Спасибо! – кивнул он. – Не ожидал, что вы способны оказать первую помощь. При таком количестве алкоголя вообще удивительно, что руки вас ещё слушаются. – Завали свой рот! – рявкнул мужчина, а потом добавил чуть спокойнее: – не ожидал, что скажу это, но, пока ты изображал из себя андроида, с тобой и то было приятней иметь дело, – произнеся это, лейтенант встрепенулся. – Точно, забыл спросить о самом важном! Может, объяснишь мне, что значит вся эта хуйня? Он кивнул на рану парня, который, в свою очередь, кряхтя и морщась, принял положение сидя. От всех этих телодвижений по боку вновь прошлась острая жгучая боль, и тот невольно заскрежетал зубами. Когда она слегка улеглась, Коннор начал более-менее ровным голосом: – Думаю, вы слишком многое видели, чтобы я смог отвертеться. Так что у меня нет особого выбора. Я – спецагент под прикрытием. Меня направили с инспекцией в ваше отделение для проверки эффективности сотрудничества человека и андроида. – Бред какой-то, – покачал головой Хэнк. – Почему они не прислали очередную пластиковую куклу? Она бы прекрасно справилась с инспекцией – следила бы за всем и под шумок отправляла протоколы. Никто бы и не узнал даже. На кой им понадобилось отправлять на это дело человека? – За последнее время участились случаи девиации андроидов. Поэтому решили, что на эту роль больше подойдет человек. – Проебались они со своими расчетами. Ты прокололся, и теперь я легко могу сдать тебя начальству. – Не сдадите. Вы ведь могли сразу доложить, но вместо этого притащили меня к себе. – Я уже тысячу раз пожалел об этом. Завтра же сообщу Фаулеру, что ты засланная крыса, и освобожусь, наконец, от гребаного прицепа в твоём лице. – Тогда моё место займет настоящий андроид, а с ним вы уже никак не договоритесь. – Договорюсь о чём? – спросил Хэнк с ноткой заинтересованности. – Скажем, я не буду цепляться к вам вне рабочего времени и выискивать по барам, а ещё возьму на себя большую часть работы. – Ну не знаю, – протянул лейтенант, задумчиво скребя щетину ногтями. – Я не задержусь здесь надолго. Для того чтобы составить подробный протокол, мне нужно около двух месяцев. Повисла долгая пауза, следом за которой послышался голос Хэнка, звучавший так, словно он делает парню величайшее одолжение: – Ладно, валяй, но не больше двух месяцев. Если твоя задница хотя бы на день задержится в нашем отделении, лично сдам, – он что-то прикинул и добавил: – и, да, вот ещё что: если ты где-то проебёшься и выдашь себя, из этого дерьма выпутывайся сам. Я тебя покрывать не собираюсь. Усёк? Коннор кивнул, показывая, что его устраивает подобный расклад. Он выдохнул спокойнее, понимая, что угроза устранена и заданию ничто не помешает. Затем потрепал по шерсти Сумо и вновь откинулся на диване, погружаясь в дремоту. Следующим утром парень проснулся, отмечая, что чувствует себя немного лучше. Он наложил новую тугую повязку и отправился в полицейский департамент в сопровождении Хэнка. Их одновременное появление вызвало удивление у окружающих. Ладно Коннор – он всегда вовремя появлялся в участке, но Хэнк, да ещё и в компании напарника. Это был почти нонсенс. Ещё больше всех удивило, что привычные перебранки если не сошли на нет, то значительно снизились. Для Коннора этот день выдался непростым. Рана давала о себе знать, и держаться прямо и невозмутимо оказалось довольно сложно. Хэнк, изредка бросавший на того взгляды, отметил, как сильно напряжено лицо парня, который старался, чтобы ни один мускул не дрогнул, выдавая боль. В какой-то момент лейтенанта позвал к себе в кабинет капитан Фаулер, а Коннор остался на рабочем месте, дожидаясь напарника. В это время на горизонте замаячил Гэвин Рид – второй по счету раздражитель после Хэнка. Его колкие фразочки и дерьмовые шутки выводили парня из себя ничуть не меньше, чем постная рожа лейтенанта. Вот и сегодня, проходя мимо Коннора, он не смог удержаться от словоблудия: – С дороги, мудила пластиковый. Вы, сучки Киберлайфовские, только место занимаете и под ногами путаетесь. – Не соглашусь. Андроиды как минимум выполняют свою работу, а не просто просиживают штаны в офисе, – не выдержав, отпарировал Коннор. Ноющая рана не давала до конца подавить раздражение. – Работу? И как ж мы, блять, без вас справлялись всё это время? – хмыкнул Гэвин, губы которого расползлись в подобии улыбки. – Если хочешь сделать что-то действительно полезное, можешь принести мне кофе. – Вынужден вас разочаровать. Я следую только приказам Хэнка, ваши прихоти меня не касаются. После этих слов натянутая улыбочка сползла с лица Рида, а ей на смену пришёл нервный тик. Он злобно почти прорычал: “Ублюдочная жестянка”, - а затем заехал кулаком в живот собеседнику. Удар пришёлся как раз в район раны, отчего несчастный чуть слышно охнул, закусив губу, чтобы не завыть. Однако продолжения не последовало – от капитана вышел Андерсон. Его появление пришлось как раз на момент удара. Гэвин, успевший немного остыть, бросил приблизившемуся к ним Хэнку: “О, блистательный лейтенант Андерсон! Надеюсь, вы заберёте свою заводную куклу и сгинете из участка. Здесь и без вашего перегара нечем дышать”. Хэнк пропустил это мимо ушей, хватая за руку напарника, ощущая при этом, как подгибаются ноги последнего. Он вытащил его на лестницу со словами “топай за мной, нам поступил срочный вызов!”. Подождав, пока Коннор немного оправится от боли, они наконец добрались до машины. Старенький lincoln continental ждал их у полицейского участка. – Что за вызов? – поинтересовался Коннор, устраиваясь на пассажирском сиденье. – Очередное дело, в котором засветились девианты. Придержи свои вопросы до прибытия на место, там всё узнаешь, - он отъехал на почтительное расстояние от участка, неожиданно тормозя и задирая рубашку парня. – Как я и думал, – бросил мужчина, глядя на бинты перевязки, постепенно окрашивающиеся в красный, – рана опять открылась. Сделай с этим что-нибудь, если не хочешь снова проколоться. Аптечка валяется на заднем сиденье, возможно, там есть чистые бинты. – А говорили, что не будете покрывать меня, – усмехнулся Коннор и потянулся к аптечке. – Я и не думал помогать тебе. Просто не хочу давать Гэвину повод для радости.