Сага о Поттерах

О невидимках с благотворительного вечера говорили еще долго. Люди строили догадки, кто это может быть. Заголовки светской хроники пестрели фотографиями псевдо-невесты и недо-девушки Малфоя, где писали о том, что на нее напали и о том, что она напилась. Я осталась в стороне. Малфою младшему устроили головомойку за эту выходку. Однако наши встречи стали происходить чаще. Не два раза в неделю, а три, порой и четыре. Первые встречи после приема, я запомнила, как процесс знакомства. Оно длилось больше месяца. Моя псевдо-психотерапия пациента превратилась в долгие психологические беседы. Для колдомедика важна любая информация, неважно в каком виде ее преподносят. Любое общение между людьми — это взаимный обмен информацией, с конкретной целью. Бессмысленного общения не бывает, даже если с виду оно кажется таковым, каждый из собеседников имеет определенную цель. Бессмысленность общения сводится к значимости этой цели. Чем цель выше, тем общение более конструктивное и осмысленное, направленное на достижение своих целей. Самое главное, что следует учесть в общении с другими людьми, это то, что каждый хочет быть услышанным. И весь секрет успешного общения, сводится именно к правильному пониманию позиции собеседника. Скорпиус Малфой хотел друга-психолога. Ему не нужны были механические, выученные фразы. Ему нужен был друг, который бы слушал его, и при этом общался с ним на равных, без риска выдачи информации или ее использования в корыстных целях. Отношения без жалости или подобострастия. Кроме всего, я колдомедик, я не имею права разглашать то, что говорит пациент в моем кабинете. Я была идеальным кандидатом. Закончился второй месяц. Обязательные двенадцать посещений тоже. Скорпиус продолжал ходить ко мне. Однако наши отношения изменились, не возьмусь судить куда подул ветер, но скажу два факта. Первый — иногда он приносил вино, когда записывался на последние часы рабочего дня. Факт второй — иногда он мог часами молчать. Первый факт был в пользу лечения, и означал, что если есть вино на столе, у Малфоя хорошее настроение. Второй факт говорил об обратном, в такие дни, я тоже молчала, изредка, нарушая его своими рассказами или обычными ничего не значащими вопросами. Близилось Рождество, я не успела закупить все подарки и хотела уйти пораньше, но планы разрушились из-за срочной отчетности и я уходила последней. Семья Поттер-Уизли — самый большой клан в магическом обществе Британии. Шотландцы не в счет, у них и лавандовый брак часто на ходу. Закупаться я ездила с огромным списком, боясь забыть кого-нибудь из нашего клана. В Косом в это время много людей, зато безопасно. Хотя там всегда безопасно. Потом планировала в Хогсмид, прошвырнуться там в магазинчиках, снять там комнату в Трех Метлах, чтобы все подарки упаковать и положить под елку, когда придет время. Только я взяла свою изумрудную мантию и перчатки, как в дверь вошел Скорпиус. В руках он держал две бутылки вина. Я без вопросов обратно повесила вещи, достала из из-под стазисных чар остатки ланча, который прислала бабушка и поставила на стол. Сегодня настроения у него не было, но вино он принес. Этот день я запомню надолго, и именно он откроет завесу тайны личности Скорпиуса Гипериона Малфоя. Сидели мы второй час. Молчали. Я думала о своем, и была достаточно далеко мыслями, когда он заговорил: — Быть наследником фамилии Малфой не просто. Меня с детства готовили быть сильным и гордо нести эту фамилию. В детстве я не понимал, почему мне запрещено иметь друзей и играть без присмотра домовых эльфов. Я был двадцать четыре часа в сутки под присмотром, даже при сне возле моей кровати дежурили домовики. Когда я поступил в Слизерин, я жил под тяжестью репутации своего деда и отца. Меня ненавидели за то, что я сын и внук Пожирателей смерти. За мной следили пристальней, чем за другими детьми. Родители не могли позволить мне учиться дома или за рубежом, по нашим меркам это было бы признанием своей слабости. Я должен был быть в форме двадцать четыре часа в сутки. Одежда, манеры, даже поворот головы учитывался, — при этих словах он горько усмехнулся, и тихо продолжил, — а самое главное, я должен был вновь обелить нашу фамилию. Я старался изо всех сил до третьего курса. Ради этого, я стал самым молодым ловцом команды после Гарри Поттера, в учебе всегда был на голову выше своих сверстников. Летом после третьего курса заболел дед, это не было последствием Азкабана, нет. Это была обычная депрессия. Дед ушел в себя, за ошибки свои и за то, что он не приносил пользу Роду. Это была очень глубокая депрессия. Он целыми дня в темноте кабинета и пил, пил, пил. Не помогло ничего. В какой-то момент бабушка начала прятать алкоголь. В детстве я часто сбегал от своих гувернеров к дедушке. Он часто рассказывал мне историю Магической Британии. Он часто повторял, что история учит не совершать ошибки. Тогда я понял, я повторяю историю. Я повторяю отца, его поведение, я был замкнутым, мало кого к себе подпускал. Друзей у меня не было. Вернувшись осенью в Хогвартс я подружился с твоим братом и Ноттом, я стал вести себя не так как прежде. Я писал письма, много писем. Все они были деду. Я рассказывал о всех своих проделках, о дружбе с Алом и с Ли. Не было недели, чтоб отец не злился на меня, а дед наоборот радовался. Он выздоровел, стал мне подсказывать и помогать через письма, что делать и как не попасться при очередной шалости. Думаю, дед через меня проживал свою жизнь вновь. Переписывал свою историю. Но увы, всему приходит конец, на пятом курсе отец поставил мне условие. Либо я сдаю на Превосходно Зелье, и становлюсь зельеваром, либо они изгоняет меня из Рода. Его не пугало, что в нашей семье всегда один наследник. Был грандиозный скандал. Вот тогда я понял: «тот, кто, получает корону, должен выдержать ее вес». Я сдал зелья на превосходно, получил ЖАБА и успешно окончил школу, и стал зельеваром. Но я вновь вернулся в тюрьму своей фамилии, — грустно завершил он. Резко повернув ко мне голову, он спросил: — Знаешь в чем разница фамилии Поттер и Малфой?! — не ожидая от меня ответа, он сам ответил на свой вопрос, — У Поттера есть выбор, а Малфоя его нет. Закончив свой спич, он залпом выпил весь стакан виски. Я тихо пододвинула ему свой. В обществе есть негласное правило, если тебе открывают секрет, нужно в ответ тоже рассказать свой секрет. В тот вечер, в атмосфере легкого алкогольного тумана, когда мы оба сидели на полу, прислонившись к дивану, вдыхая воздух пропахший свечным воском, я без этого правила захотела рассказать свои страхи и сомнения именно ему. — Фамилия Поттер не несет явных обязательств, не регламентирована строгими правилами и требованиями. Однако и я ношу бремя своей фамилии. Мой отец герой Британии, Победитель Волдеморта, Глава единственной крупной больницы страны. Его слово не обсуждают и с ним не спорят. Он — Гарри Поттер. Моя мама — Джинни Уизли, пример всем женщинам Магической Британии. Она — успешный колдомедик, любящая жена, мать, и замечательная хозяйка. Мой старший брат — Джеймс Сириус, наследник, гений в зельеварении. Мерлин, Гриффиндорец Поттер — гений зельеварения. Ты только прислушайся. Это попахивает сюрреализмом, но нет, это факт. Его любят в семье, он смелый, забавный, умный и успешный. Мой второй брат — Альбус Северус Поттер. Он назван в честь в двух героев и гениальных людей своего времени. Альбус гордо носит это имя. Он один из самых умных волшебников нашего времени. Альбус молод и силен. Он самая узнаваемая в Европе личность после отца и Министра. А ведь ему всего лишь в двадцать восемь. Я… Я же тень своего брата и своей семьи. Занимаюсь ненужной наукой, тратила время в маггловском университете. Я тоже несу бремя короны фамилии Поттер. Все сообщество Магической Британии ждало от меня не меньших свершений, чем от моих братьев. Я не оправдала их ожиданий. Мне двадцать три, и я не знаю в чем цель моего существования. Мерлин, я элементарно не знаю, люблю ли я свою работу…