Расколотая душа

А иногда мне казалось, что я слишком многое на себя беру и мне надо бы сбавить обороты… - Странно, эта семейство только появилась в городе в полном составе, как уже устраивает помпезный бал в своем огромном особняке, - растеряно говорила Елена, рассказывая Бонни и Керолайн о приглашении на бал, которое она получила сегодня утром от семьи Майклсон. - Меня, к счастью, туда не приглашали, - с облегчением заявила Бонни, а Керолайн устало проговорила: - Елена, не знаю, что тебе на это сказать. У меня сейчас голова забита совершенно другими вещами… За этим разговором девушки неспешно вошли в класс литературы и разом остановились на месте: на столе, за которым обычно сидела Керолайн, лежала довольно-таки большая бордовая коробка с огромным броским бантом, которая всем своим видом кричала в нее заглянуть. Сверху лежал аккуратный конверт из дорогой бумаги, адресованный на имя Керолайн Форбс. Вскрыв его, блондинка увидела приглашение на бал, на обратной стороне которого аккуратным подчерком было выведено послание: «За разбитое зеркало вы расплатитесь со мной танцем. Жду вас в 19:00 в своем особняке. С нежностью, Клаус». - Я! Ни за что! Туда! Не пойду!Ни за что не одену это платье! И тем более не стану танцевать с этим человеком! – громко возмущалась Керолайн на весь «Мистик Гриль», куда подруги направились после уроков. Керолайн не часто можно было увидеть в таком состоянии. Девушка излучала испепеляющий взгляд и сжимала руки в кулачки, сотрясаясь от возмущения. Елена и Бонни молча слушали ее, не решаясь что-либо сказать. - Как он посмел прислать мне в школу платье! Как на меня будут после этого смотреть?! И вообще у меня есть дела по-важнее. Из-за этого дурацкого помпезного бала может сорваться мой завтрашний вечер танцев в «Мистик Гриль!» Но ее взрывные настроения еще больше усугубил подошедший к девушкам Мет: - Керолайн, надеюсь, ты понимаешь, что «Бал в особняке Майклсонов» звучит куда интереснее для жителей города, чем «Благотворительный вечер танцев в Мистик Гриль по сбору средств для общества слепых и слабовидящих людей штата Вирджиния». Надо же, я запомнил полное название! Ну и, конечно же, все захотят посетить особняк Майклсонов и познакомиться с этими загадочными ээ… людьми. Девушка видела в глазах друзей сомнения по поводу ее благотворительного вечера. Они-то знали, если семейка Майклсон была такой же упертой и непоколебимой в достижении своих целей, как небезызвестный Клаус, то Керолайн уж точно не сможет соперничать с ними в масштабности и оригинальности мероприятия. Но блондинка во что бы то ни стало собиралась претворить свою очень скользкую и весьма рискованную идею в жизнь и гордо заявила, обретая прежнюю уверенность: - Ну нет. Я так просто не сдамся! Мое мероприятие непременно состоится! Тем более, я приготовила необычайный танцевальный конкурс, который станет вершиной и изюминкой вечера и который здешние жители точно не видели и никогда не забудут. А на этот бал идите сами. Мне там делать нечего… Помещение «Мистик Гриль» было частично очищено от мебели и полностью изолировано от источников света. Гостям на входе выдавали приборы ночного видения, чтобы они могли видеть друг друга в абсолютной темноте. Публика была в восторге от возможности попридуряться и поучаствовать во всевозможных конкурсах, в которых использовалось преимущество кромешной тьмы. Гости смешно выглядели в огромных очках, похожих на бинокли, привязанные к голове. Это придавало вечеру легкость, веселье и непринужденный формат. Даже Клаус и Кол Майклсоны, которые просто пришли сюда выпить, охотно включились в радостную атмосферу, царившую вокруг. Людей пришло так много, что официанты и технический персонал еле справлялись, но им охотно помогала Керолайн Форбс, которая в этот вечер следила за порядком в зале, периодически поправляла декор, помогала на кухне, давала указания персоналу, занималась мелкой уборкой и при этом старалась быть незаметной для гостей. Клаус не сразу понял, что она здесь, услышав среди шума толпы ее мелодичный голос, который что-то кому-то объяснял. Вчера она не пришла на бал в его семейном особняке, а он ведь ждал ее весь вечер. Он даже надел свой самый лучший смокинг. Хоть он и знал, что она не ходит на публичные мероприятия, но то, что она отклонила его приглашение, задело его самолюбие. Вечер проводила мер Керол Локвуд, голова которой все еще трещала после бала. Ее взгляд упал на братьев Майклсон, а точнее, на Кола, который вчера произвел на нее впечатление как на женщину. Вчера он был такой галантный, немного дерзкий и по-юношески порывистый. С виду - мальчишка, а на деле – тысячелетний, умудренный опытом мужчина. «О Боже, Керол Локвуд! Прекрати о таком думать!» - женщина прогнала от себя не прошенные мысли и продолжила непринужденно приветствовать публику. Участникам танцевального конкурса предстояло танцевать вальс в абсолютной темноте без приборов ночного видения. Пара, в которой один или оба участника упадут три раза или трижды столкнутся с другими парами – выбывает из конкурса, который продолжается до тех пор, пока на танцполе не окажется одна единственная пара – победитель. Девушки должны были танцевать без каблуков, чтобы снизить риск получить травму. - Уважаемые гости, прошу минуту вашего внимания, - раздался в микрофон веселый голос Керол Локвуд, - Сейчас мы проведем необычный танцевальный конкурс, о котором вы все уже наслышаны. Но мы решили внести в него небольшое дополнение. Хочу обратиться к кавалерам, которые уже готовы ринуться на танцпол со своими дамами. Чтобы пригласить свою даму, вам нужно будет заплатить за танец. Сумму вы можете выбрать любую: от одного доллара и выше, по вашему усмотрению. Эти средства также пойдут в наш фонд, как и те, что вы уже сегодня пожертвовали. Разгоряченная алкоголем публика с готовностью принялась занимать места по периметру танцпола и мужчины без долгих размышлений стали выкрикивать суммы. «Двадцать долларов за Люси». «Сто долларов за мою прекрасную Реджину». «Пятьдесят долларов за Деметрию!». За какую-то из девушек даже боролись двое, доведя сумму до трехсот долларов. Девушки, чьи имя называли, снимали с себя очки и на ощупь продвигались к танцполу, согласно правилам конкурса. Их партнеры также должны были снять очки после того, как клали на специальный поднос озвученную сумму денег. - Десять тысяч долларов! – прорвался сквозь шум голос Клауса Майклсона, заставляя весь зал замолчать и устремить на мужчину взгляды, полные любопытства и удивления. По спине Керолайн пробежал холодок от странного чувства тревожности внутри. Ее интуиция настоятельно порекомендовала ей побыстрее покинуть зал и заняться другими делами, потому она стала протискиваться сквозь толпу в сторону кухни. - И кто же станет счастливицей, за танец с которой вы готовы выложить такую сумму? - с любопытством спросила мер Локвуд в свой микрофон. Клаус заулыбался как черт, который только что прикупил пару новеньких душ, ощущая, как Керолайн с каким-то пылким отчаянием пытается быстрее убраться из зала, поэтому поспешил с ответом: - Мисс Керолайн Форбс. Девушка замерла на месте, проклиная себя за то, что не побежала со всех ног, как только услышала его голос в «Мистик Гриль». Она закрыла глаза, понимая, что попала. - Сволочь! - шепотом произнесла девушка, думая, что ее никто не слышит, но вампирский слух Клауса прекрасно различил ее слова и в результате его победная улыбка стала еще шире. - Я буду танцевать только с ней. Я уверен, она не откажется от этих средств, чтобы помочь тем, кто в этом нуждается. Этой суммой я хочу вознаградить ее и фонд в целом за старания по организации вечера. Будет несправедливо, если организатор этого вечера не покажет пример конкурсантам. В его голосе Керолайн слышала явную издевку и теперь она уж никак не сможет отвертеться от танца с ним. Девушка сняла с себя очки, развернулась и медленно пошла по направлению к танцполу сквозь толпу людей, которые разглядывали ее с ног до головы. Она была в рабочей одежде, совершенно не соответствовавшей формату мероприятия, ведь в этот вечер собиралась помогать обслуживать гостей. Ей было стыдно. Керолайн протянула руки, чтобы не наткнуться на какое-нибудь препятствие, пока не почувствовала, что Клаус стоит прямо перед ней. Клаус также снял с себя очки, затем небрежно кинул на поднос для пожертвований свою кредитку. Керолайн чувствовала на себе его бесстыдный, откровенно насмешливый взгляд, несмотря на то, что он никак не мог ее видеть. Зрение вампиров хоть и было острее человеческого, но в такой кромешной тьме, которую организовала Керолайн в «Мистик Гриль», вампиры могли видеть лишь очертания фигур, в остальном полагаясь на другие чувства. Клаус очень хорошо ощущал ее недовольство. Ему наконец-таки удалось задеть ее, расшатать ее непоколебимое спокойствие. Он получал удовольствие от своей маленькой победы над ней, от того, что загнал ее в угол. - Можно вашу прелестную ручку, мисс, - мягким успокаивающим голосом произнес мужчина. Когда пара сделала несколько шагов по танцполу полагая, что они оказались на его середине, им пришлось увернуться от нескольких участников которые все еще выстраивались на танцполе, постоянно натыкаясь друг на друга или цепляясь за ноги друг друга. Он деликатно, но в то же время как-то по-хозяйски положил свою руку на талию Керолайн, обозначая свое главенствующее положение. Заиграла красивая мелодичная музыка, увлекая пары в экстремальный танец в темноте. Поначалу девушка боялась потерять равновесие и делала осторожные, неуверенные движения. Заметив ее опасения, Клаус медленно нагнулся к ее уху и с долей издевки прошептал: - Сегодня не твой день, а мой. Доверься мне. Обещаю, ты не упадешь. - Ты нарушаешь все нормы приличия, - сквозь зубы проговорила Керолайн, уже не скрывая своего раздражения. - Я признаю только свои правила. - Что ж, в этом мы с тобой схожи. Керолайн попыталась высвободиться из его объятий, но он остановил ее, сильнее прижимая к себе рукой, продолжая свою речь: - А еще тебе нравится побеждать, как и мне, так что давай не будем обижаться друг на друга и просто выиграем этот конкурс. Керолайн закусила губу, понимая, что Клаус был абсолютно прав, она действительно хотела победить, раз уж пришлось участвовать, и вместе они действительно могли легко это сделать. Девушка обреченно выдохнула, явно не довольная тем, что в этот вечер оказалась ведомой игрушкой и попыталась успокоиться. Она понимала, что он развлекается таким образом, искушенный богатством, женщинами, властью. Правила, которые она установила для этого вечера обернулись против нее и сейчас Майклсон вел ее далеко не только в танце. - Почему ты пригласил именно меня? – спросила девушка, прерывая затянувшееся молчание, - Я организатор вечера, а не его участник и выгляжу я совсем не по случаю. Вокруг столько прелестных дам, жаждущих твоего внимания. На что Клаус ответил с какой-то отчаянной искренностью: - Ты – леди, а они в большинстве своем – нет. Но его следующая фраза привела ее в негодование. - К тому же, ты не пришла вчера на бал в моем доме, тем самым отклонила мое приглашение на танец и не заплатила за разбитое зеркало, так что сегодня я решил воспользоваться ситуацией и забрать свой долг. - Ты – жестокий человек! Ты решил мне отомстить! Ты специально «купил» этот танец, чтобы выставить меня на всеобщее обозрение и обсуждение, поскольку я единственная, кто выглядит совершенно не по случаю. - Думай, как пожелаешь, но знай, я всегда получаю, что хочу, а твой вид мне не важен. Пусть тебя утешит мысль о том, что с одного танца со мной ваш фонд получит десять тысяч долларов, а это не мало. Смех и подбадривающие аплодисменты разносились по всему залу, когда кто-нибудь врезался в стену иди друг в друга, валился с ног или нечаянно натыкался на толпу зрителей. Керолайн какое-то время прислушивалась к происходящему в зале, окончательно успокаиваясь и вскоре добавила: - Эта ситуация напоминает мне танец Скарлетт О’Хара и Рета Батлера на благотворительном балу, разве что пары на нем не падали с таким грохотом. - Верно, - шепот Клауса все также близко раздался над ее ухом, - только ты совсем не Скарлетт, да, у тебя ее решимость, дерзость, упрямство, но ты гораздо больше похожа на ее подругу Мелани Уилкс своей добротой, альтруизмом, умением поддержать, умением сплачивать людей вокруг себя. Ты совсем не эгоистка, и хотя в тебе порой проскальзывает напускная стервозность, ты полна света, но пока в силу возраста ты этого не замечаешь и я очень надеюсь, точнее, я уверен, что ты не растеряешь это. Клаус сделал паузу, давая время себе и ей обдумать его слова, после чего добавил: - У тебя огромный потенциал. Я очень редко кому это говорю. Твои старательные попытки избегать людского внимания удивляют меня, хотя меня трудно уже чем-либо удивить. Но это не ты. Будь осторожна: ты надеваешь маску и хочешь, чтобы люди верили в образ, но чем дольше ты ее носишь, тем сильнее срастаешься с образом, до тех пор, пока не начинаешь жить и действовать по принципу маски, тем самым переставая быть настоящей. Взращивай в себе все лучшее, что есть в тебе и не перенимай то, что может тебя погубить. - С чего вдруг ты решил поделиться со мной своим жизненным опытом? - Порой некоторые люди напоминают нам, кем мы были когда-то. - А что мешает тебе вернуться к истокам? - Я все еще пытаюсь это сделать…Кстати, ты отлично танцуешь, похоже, ты не забыла, что занималась когда-то танцами. Осведомленность Клауса деталями из ее жизни совсем не удивила Керолайн. Многие в этом городе пытались узнать о ней, но натыкались на хорошо продуманную ложь, которую Керолайн знала на зубок и могла подтвердить вымышленными фактами. - Керолайн, сними этот капюшон. - Зачем? Но вместо ответа Клаус осторожно положил свою ладонь ей на голову и снял с нее капюшон, при этом как бы случайно погладив ее по волосам. Для Керолайн это было неожиданно и вместе с тем очень приятно. Она даже не стала возмущаться. - А знаешь, я ни разу не видела твоего лица, - прошептала блондинка. - Как и я твоего тоже не видел. Они оба заулыбались, уверенно кружась в танце под музыку старинного вальса Иоганна Штрауса. Но женское любопытство не давало девушке покоя, заставляя ее спросить: - Раз уж ты интересуешься моей жизнью, неужели ты даже не посмотрел на мои фотографии? - Нет. Я решил, что глазами увижу тебя, когда придет время, а сейчас мне достаточно видеть твою душу. Керолайн чуть было не споткнулась от этих слов, всем своим существом ощущая их искренность. Но Клаус мгновенно среагировал и удержал ее за талию, слегка приподнимая в воздухе. - Я тебя держу. Весь остальной танец Клауса с Керолай прошел как по маслу. Керолайн ни разу не упала и ни разу не наступила своему партнеру на ноги. Когда последняя пара их конкурентов свалилась, запнувшись буквально на ровном месте, музыка прекратилась и зал взорвался аплодисментами в честь пары-победительницы. Клаус, чье самолюбие и гордость были удовлетворены сполна очередной победой, с лукавой улыбкой на устах бережно взял руку Керолайн в свою ладонь и мягко поцеловал, передавая коже приятное тепло своих губ. Керолайн в свою очередь сияла от радости, одаривая невидимых взгляду гостей и своего партнера по танцу фантастической по красоте улыбкой. Гости стали постепенно заполнять танцпол, растекаться по обширному пространство зала, как это было в самом начале вечера, и вновь вокруг воцарилась атмосфера непринужденного веселья. Керолайн была довольна, что ее весьма рискованная идея с очками ночного видения и необычными конкурсами пришлась по вкусу местным жителям. Но неожиданно девушка поймала себя на мысли, что Клаус все еще держит ее за руку и даже не думает отпускать. Эта самая рука вдруг потянула ее куда-то в сторону, подальше от шума и лавины поздравлений. Мужчина явно хотел с ней поговорить без посторонних наблюдателей. Правда, далеко они уйти не успели: Керолайн ощутила, что Клаус весь напрягся и стал жадно глотать воздух, теряя над собой контроль. - Что случилось? Тебе плохо? - Кол – единственное слово, которое вырвалось из уст мужчины, прежде, чем он вдруг резко покинул девушку.