Истинный директор

Я, десяток магозоологов и змееуст из Индии шли по пустым коридорам школы. Летние каникулы начались неделю назад, все ученики разъехались, так что я решил действовать. Дневник Тома Реддла под действием Империо рассказал, как позвать василиска, а мои старые друзья, забравшие себе акромантулов в прошлом году, впали в экстаз от известия о василиске и пообещали организовать ему переезд из школы в уютный заповедник, находящийся в пустыне Сахара. Огромный оазис был скрыт от людей даже лучше Хогвартса и являлся пристанищем последних пяти представителей василисков. Меня даже заверили, что школе будут перечисляться пятнадцать процентов от дохода, который принесет хогвартский змей. Оказывается, сброшенные шкуры и яд этих существ являются одними из самых дорогих ингредиентов в мире. Такими темпами школьный бюджет станет просто ужасающе большим. Мало того, что вещи из Выручай-комнаты ещё даже не все идентифицировали, а то, что опознали — за огромные деньги продали на аукционах. За два года в школьный бюджет поступило 103 000 галлеонов, так теперь это! Главный из магозоологов, Юрий Боворский, признался по секрету, что один василиск приносит в год доход в 7000 галлеонов. Пятнадцать процентов от этой суммы — 1050 галлеонов. За эти деньги я могу приглашать знаменитых ученых вести лекции, увеличить количество факультативов и школьных кружков, организовывать выездные экскурсии… Это повысит рейтинг школы, и сюда могут начать приезжать учиться студенты из-за границы. Из мира грёз меня вывели вопросом о местонахождении входа в Тайную комнату. Я указал на раковину. Змееуст издал шипящие звуки, и на моих глазах раковина отъехала в сторону, явив нам вход в легендарную комнату в виде… дыры. — Сейчас все будет, — успокоил я озадаченных магозоологов. — Лолли, приди сюда и прихвати ещё десяток эльфов, — сказал я в пустоту, и через секунду одиннадцать моих верных эльфов с хлопком появились в туалете. — Нам нужно попасть туда, — я указал на вход. — Можете перенести сразу в Тайную комнату? — Только если мы туда сначала сами пойдём, — сказал один из ушастых. — Ну тогда вперёд, — кивнул я. Через пару минут эльфы перенесли нас в катакомбы. Было сыро и жутко воняло. Я брезгливо старался ходить так, чтобы ничего не касаться, и вскоре мы дошли до стены, как и рассказывал крестраж. Индус опять пошипел, и стена разъехалась. Тайная комната поражала своими размерами и интерьером. Бассейн с протухшей водой смердел, и я приказал эльфам очистить его и воздух. Магозоологи после получаса всяких подготовлений, в процессе которых огромный агрегат выпрыскивал в воздух пар, сделанный на основе какого-то усыпляющего зелья, попросили змееуста открыть двери, и эльфы перенесли нас обратно в туалет. Индиец же закрыл вход. — Минут через сорок-пятьдесят можно забирать его, — заверил меня Юрий. Я облегченно выдохнул. — Это просто прекрасная новость! Уже провожая своих гостей, я облегченно выдохнул. Господь всемилостивый! Какой же этот василиск огромный! Я когда его увидел, честно скажу, у меня ноги подкосились. Магозоологи же были просто в диком восторге от такого «экземпляра». А когда они выяснили, что это самка, то чуть ли в пляс не пустились. Правда, лично я не понял, как можно радоваться при виде этого монстра. Каким же психом надо быть, чтобы добровольно контактировать с такими чудовищами… Как же прекрасно, что в Хогвартсе этой твари больше нет. Я приказал всем эльфам очистить катакомбы и Тайную комнату, а все, что связано с василиском (типа чешуи или сброшенной шкуры), — перенести в кладовую мистера Снейпа. Пусть у него с этими вещами голова болит. Правда, болеть она у него будет через месяц, когда он вернётся из Кореи. Он и Минерва, последняя взяла с собой мистера Поттера, отправились за информацией о крестражах. Макгонагалл и ее подопечный были в Египте, где, по словам Фрэнка, точно есть книги на нужную нам тему. Эх, везёт же моему заместителю… А точнее, везёт Гарри. Он спокойно себе сидит в четырёхзвёздочном отеле, кушает экзотические фрукты и овощи, ходит на экскурсии, а иногда они с Минервой посещают магические достопримечательности. Читая письма-отчеты от троих путешественников, я по-хорошему завидовал самому маленькому. Я же разбирался с бухгалтерией школы и переписывался с именитыми профессорами, пытаясь уговорить их посетить Хогвартс, прочитать пару лекций. В общем, лето у меня проходит «интересно».

***

Двадцатого июня, читая газету за завтраком, я мрачнел все больше и больше. Из Азкабана, впервые за всю историю его существования, сбежал заключенный. Сириус Блэк обвинялся в предательстве Поттеров и пособничестве Волдеморту. Прочитав об этом, я уже желал видеть в гостях Корнелиуса. Долго ждать не пришлось. Обмахиваясь газетой, он беспомощно смотрел на меня, как маленький ребенок смотрит на родителей, испугавшись ночью шороха. К моему огромнейшему счастью, из камина вышли и Руфус с Фрэнком. Последний нёс в руках бутылку огневиски. Эльфы принесли закуску и стаканы, а я подумал, что такими темпами стану алкоголиком. Мы выпили по два пальца прекрасного огневиски, закусили салями и овощами и начали разговор. Разумеется, с министром мы снова поругались. Ну как не орать на человека, который думает, что дементоры — отличная защита от сбежавшего преступника? — Ты хоть соображаешь, что несёшь?! В школе больше трёхсот детей! Детей, мать твою! Беззащитных детей! От дементоров даже взрослые обученные волшебники спастись не могут! — Но Сириус Блэк опасен! От него будет больше вреда… Руфус не выдержал: — Да он в таком состоянии был, что его даже моя племянница побить может. Что он детям сделает без палочки? В Хогвартс пробраться никто не сможет… — Мы тоже думали, что из Азкабана выбраться никто не может, — перебил его Фрэнк, — но оказалось, что ничего невозможного нет. Фадж активно закивал. — Вот-вот! Этот Пожиратель смерти может натворить что угодно! — неожиданно министр побледнел и взглядом побитой собаки посмотрел на меня. — А что если он сбежал, — начал он говорить шёпотом, — чтобы возродить Того самого… У меня внутри все похолодело. Фрэнк и Руфус посерели, переглянувшись. Думаю, мысли у нас с ними были одинаковые: что, если Блэк знает о местонахождении ещё одного крестража и действительно попытается воскресить своего Лорда? Я налил себе ещё алкоголя. — Это вполне возможно. Мерлин, да что за года такие пошли! Жили же спокойно десять лет, все прекрасно было… — Фрэнк тоже выпил. После слов главы Отдела тайн Корнелиус был на грани обморока. — Я-я ухожу с поста! Я подаю на отставку и уезжаю из страны! — взвизгнул он. — У меня семья! У меня дети! Нет, я точно уезжаю отсюда! Мы даже сделать ничего не успели, а истерящий министр пропал в изумрудных языках пламени. — Ладно, истеричка ушла, теперь можно поговорить, — серьезно сказал Руфус. — Мой давний друг из Украины по моей просьбе поискал информацию о крестражах, — мы с Фрэнком внимательно слушали главного аврора. — Нашел он не много, тема больше упоминалась вскользь, но в тексте были упоминания некоторых книг, которые, как Святослав утверждает, должны быть в Бразильской международной магической библиотеке. — Тогда в чем дело? — спросил я. — Почему мы сейчас не мчимся туда со всех ног? — Потому что, директор, эти книги находятся в Запретной секции и доступ к ним строго ограничен. Фрэнк хлопнул себя по лбу — этот неожиданный звук заставил меня вздрогнуть. Я и Руфус озадаченно смотрели на матерящегося главу Отдела тайн. — Мы полные кретины! — заявил он. — Мы не посмотрели книги в Запретной секции Хогвартской библиотеки! После его слов по лбу хотел хлопнуть и я. Черт, у меня под носом одна из самых больших и древних библиотек страны, а я не знаю, где найти книги! Какой же я придурок. Ещё нужно обязательно посмотреть книги у себя в комнате. Мало ли, вдруг Дамблдор тоже интересовался идеей создания крестража. Я предложил начать именно со своих книг, сказав, что большую их часть получил в наследство от прошлых директоров и многие не читал. В общем, мы часа два искали книги с ужасными названиями или хотя бы чем-то связанными с тёмными искусствами. Мы уже собирались перейти в библиотеку, как я вспомнил, что домовики ещё часть книг спрятали в сундуке под кроватью. Достав несчастный сундук, я открыл его и чуть не бросился танцевать от радости. — Есть! Тут книги с омерзительным и запрещённым содержанием, — сказал я своим друзьям, беря в руки томик в красном потёртом переплете. «Темнейшие ритуалы в истории» - гласило название книги. — Сделаю вид, будто ничего не слышал и не видел, — сказал Руфус и подошёл поближе. — Ого, а коллекция у вас неплохая, Альбус. На пожизненное точно тянет. Я отмахнулся и начал перебирать книги. Названия были одно другого страшнее. Мы втроём потратили часов пять, быстро пролистывая книги в надежде увидеть нужное слово. Повезло Фрэнку. В милой объёмистой книжке «Тайны наитемнейшего искусства» был подробно описан процесс создания крестража, его характеристики, история создания и тому подобное. Автор книги явно писал о том, что хорошо знает. Так, прочитав про крестраж, мы выяснили, что впервые он был создан ещё до нашей эры греком Герпием Злостным. Помимо описания самого процесса создания крестража, в книге особо ни о чем больше не говорилось, кроме того, что воссоединить душу возможно, но только если создатель крестража искренне покается в своих грехах и всем сердцем пожелает исправить свою ошибку. — Я очень сомневаюсь, что Волдеморт захочет соединить душу, — сказал Руфус. — Информации мало, но зато мы знаем, где нужно копать. Могут Минерва и Северус поехать туда? Я захлопнул книгу и положил её обратно в сундук. — Да они с удовольствием туда поедут, — фыркнул я. — Но давайте сначала прочитаем оставшиеся книги. Они все про тёмную магию, так что вполне возможно, что на какую-нибудь информацию мы наткнёмся. Со мной согласились, так что читали мы «увлекательную» литературу до самого вечера, пока голод не взял верх. — Я продолжу после ужина, а вам нужно домой, — сказал я. — Время у нас есть, торопиться некуда, поэтому не стоит паниковать и пытаться объять необъятное. — Ты прав, Альбус, — разминая затёкшую шею, согласился Фрэнк. — Тогда мы пойдём. Завтра после шести я свободен, так что жди меня к ужину. — А у меня завтра до полуночи все распланировано, так что не жди меня, — хмыкнул Руфус. Я проводил гостей и продолжил изучать содержимое книг. Более мерзкой литературы я в жизни не читал. Подумать только, кому в голову взбредёт создать химеру, впитывающую жизнь из всего, что окружает её? Как же хорошо, что такая магия и эти знания сейчас под запретом! Вот уничтожили бы эти книги лет сто назад, и мы сейчас не мучились бы с этими крестражами. Всё, дочитаем это, и я уничтожу книги. Нельзя, чтобы их прочёл кто-то с отсутствием ограничений и моральных норм, а то с такими знаниями и равнодушием к окружающим человек может совершить непоправимое. Один Волдеморт чего стоит! Это отличный пример того, что не все знания должны быть доступны людям. Очень жаль, что не все это понимают, очень жаль…

***

К концу июля Минерва и Северус почти одновременно прислали письма с очень хорошими новостями. Северус каким-то неведомым образом смог попасть к одному из самых старых магов в мире — китайскому 423-летнему мудрецу Гоушен Фэй, который когда-то создал крестраж и смог воссоединить душу. Этот достопочтенный маг сказал, что существует способ притянуть к крестражу «заблудшую душу». Сам мистер Фэй не знает, что это за способ, потому что после осознания своих деяний он раскаялся и поклялся самому себе никогда более не притрагиваться к «проклятым знаниям, развращающим душу и ум». Северус же никаких клятв не давал, поэтому информацию смог найти в библиотеке какого-то древнейшего храма. Оказалось, что этот способ — зелье. Нужно окунуть в зелье крестраж и прочесть длинное заклинание, которое и призовёт душу к осколку. Но рецепт зелья и заклинание есть только во втором свитке этого автора. Тут уже повезло Минерве. Она нашла рецепт того самого зелья, но заклинания там не было, хотя и упоминалось. Книга, кстати, была не такая древняя, как свиток, найденный Северусом, так что вполне возможно, что информация оттуда из того самого свитка, который нам нужен. Больше никакой информации найти не удалось, поэтому Северус отправился в Бразилию. Путём долгих споров с Корнелиусом, который, кстати, действительно собрался сбежать из страны, мне удалось выбить разрешение Снейпу посетить запретную секцию бразильской библиотеки, а для Минервы я выбил разрешение на посещение греческой. Сколько я спорил с этим упрямым Фаджем, убеждая его не оставлять пост и помочь нам достать информацию, — страшно вспомнить! Там в ход пошли и угрозы, и лесть, и обещания, что я буду поддерживать его кандидатуру на следующих выборах… Досталось не только мне, но и Руфусу с Фрэнком! Они обещали предоставить лучших людей для защиты нашего министра и его семьи, так что Корнелиус обзавёлся охраной в количестве шести человек! Трусливее его я в жизни никого не встречал. И как он до стольких лет дожил, пугаясь каждого шороха? А ведь до последнего хотел дементоров к школе приставить. Отказался он от этой идеи только тогда, когда Фрэнк заметил, что в случае отправки дементоров к Хогвартсу стража Азкабана уменьшится, и тогда смогут сбежать ещё преступники. Например, Беллатрикс Лестрейндж. Фадж внял, испугался и усилил охрану тюрьмы, отправив туда двадцать авроров. Как Руфус орал, пытаясь отговорить его! Ну кто в здравом уме отправляет людей к дементорам? Тут я уже молчал — лучше уж обученные волшебники, чем дети. В общем, своего я добился и теперь спокойно занимался школой. Трое волшебников уже приняли приглашение прочитать пару лекций школьникам, осталось уговорить ещё шестерых. Приглашённые мастера разных дисциплин со всего мира расширят кругозор подростков, и вполне возможно, что ребята изменят свои планы относительно профессии, выбрав что-то интереснее. В магическом мире много удивительных мест, вещей и профессий, но найти по ним информацию довольно сложно. Книги в библиотеках могут устареть, а в газетах пишут про другое. Родители сами зачастую предлагают своим детям те профессии, где точно смогут устроить своё чадо на работу, а наивные подростки лет семнадцати доверяют им и послушно идут туда, куда хотят их отцы и матери. Но подходит ли этот вид деятельности их чаду, интересуется ли он этим — родителей не волнует, а дети, за редким исключением, сами не знают чего хотят, поэтому и не бунтуют. Я придерживаюсь мнения, что у каждого человека должен быть выбор и право голоса, поэтому хочу, чтобы выпускники моей школы знали об окружающем их мире больше. Чтобы они знали, что волшебный мир не ограничен Косой аллеей и Хогвартсом, а также есть более интересные профессии, чем министерский чиновник, аврор и колдомедик. Думаю, осознай я в пятнадцать лет поражающую многогранность магического мира, то не стал бы обрывать все контакты с ним и сжигать свою волшебную палочку, которая напоминала мне только о безразличии и издевательствах. Сейчас же волшебная палочка для меня — символ силы и уважения. Хотя, наверное, это потому, что сейчас меня знают как Альбуса Дамблдора — великого волшебника, победителя Геллерта Гриндевальда, бывшего президента МКМ и верховного мага Визенгамота, директора Хогвартса. Тогда же я был прыщавым тощим подростком с кривыми зубами, презирающим весь белый свет за одиночество. Мой язык всегда был моим врагом, я лез куда не следовало, страдал юношеским максимализмом и думал, что мне все должны. За что надо мной и издевались. Тогда учителям были безразличны взаимоотношения студентов, лишь бы успеваемость была хорошая, а она у меня была неплохая. Получается, что я сейчас пользуюсь тем, что сделал Дамблдор. Я пользуюсь его репутацией умного и сильного волшебника, мудрого директора, стоящего на страже порядка, сражающегося со злом в первых рядах. Но раз уж я очнулся в теле Альбуса Дамблдора, то значит кому-то это нужно было, не так ли? Мне порой кажется, что я просто сошёл с ума ещё тогда, в пятнадцать лет, и все, что происходило и происходит со мной — выверты больного мозга. Я так хотел, чтобы меня признали, со мной советовались, чтобы я был сильным и важным человеком, незаменимым. Может, сбывшаяся мечта пятнадцатилетнего парня — всего лишь психологическая болезнь? Не знаю. Я уже ничего не знаю… И честно скажу, мне все равно. Мне нравится моя жизнь. Мне нравится, что я жив. Пусть даже это все моё воображение, а на самом деле я прикован к кровати где-нибудь в психушке. Если я не в силах что-то изменить, то зачем страдать из-за этого? Сейчас я в силах остановить Волдеморта, спасти людей, улучшить школу и помочь студентам понять себя. И я буду это делать. Потому что могу. Хех, а в чем-то мы с Альбусом действительно похожи. Нам обоим не чужды тщеславие и, как это ни парадоксально, желание помочь окружающим, сделать мир лучше.