Энуэмент

Пузатые колбы выстроились в шеренгу на каждой полке, отчего у первокурсников по обыкновению рябило в глазах от разноцветных зелий. В кабинете Снейпа тишина не нарушалась даже на занятиях, а в вечернее время покой сохранялся и подавно. В таких случаях часто говорят, будто можно услышать тиканье часов или трепетанье крыльев какого-нибудь насекомого. Драко же думал, что безмолвие было чрезвычайным, и если бы кто-то отломил ломоть хлеба, то это было бы слышно всем. Тусклый свет обличал пыль, повисшую в воздухе, но на полках ее никогда не было, словно Снейп запрещал ей садиться на них без его ведома. Подумав об этом, Малфой тихо выдохнул воздух, издавая подобие смешка. — Присаживайтесь, мистер Малфой, — Северус говорил вкрадчиво и спокойно, его голос срезал пласты тишины. Малфой сел на стул напротив стола преподавателя, озираясь вокруг, — я очень много думал о вашей проблеме, — он никак не выделил последнего слова, не растянул его в привычной манере, словно говорил о чем-то обыденном, вроде зачета по зельеварению, — и у меня уже готов план действий. Драко заерзал на стуле, в горле запершило. — Вашу проблему решу я. Не спрашивайте, почему и как, вам не надо об этом знать. Нам лишь надо пригласить в Хогвартс наших общих знакомых. Для этого вы должны починить исчезательный шкаф в Выручай-комнате, — Снейп достал лист бумаги и начал рисовать, — вот этот шкаф находится в нашей школе, а второй в «Горбин и Бэркес», между ними коридор, — он провел ломанную линию, соединяющую два шкафа. Драко внимательно следил за каждым движением профессора, не в силах выдавить ни звука, — знакомые попадут в Хогвартс через этот коридор в ту ночь, когда все произойдет. Однако нам надо создать видимость того, что вы пытаетесь решить вашу задачу самостоятельно, — Снейп встал и вышел в подсобное помещение, расположенное в углу кабинета. Драко знал, что там располагался склад ингредиентов и виварий, в котором профессор выращивал животных для опытов. Через несколько секунд Снейп вышел, держа в руках бархатную коробку. — Что это, профессор? — наконец Драко изловчился и совладал со своими голосовыми связками. — Это проклятое ожерелье. Вы заколдуете одну из учениц так, чтобы она отнесла его Дамблдору. Внутри коробки есть бумажка с заклинанием. Оно достаточно слабое, так что у вас ничего не получится, но будет очевидно, что вы попытались. Я думаю, что мы можем задействовать еще и яд, — задумчиво бормотал Северус, медленно скользя возле полок с зельями, — я найду такой, который не будет уж слишком прост, но и не убьет никого, чтобы снова вышла неудача. — Думаете, что двух попыток будет достаточно? — Драко приподнял одну бровь в недоумении. Снейп стоял к нему спиной, но Малфой увидел, как двинулся его затылок в кивке. — Драко, нам надо, чтобы этот разговор остался в тайне. — Само собой, профессор, — Малфой не понимал, зачем было говорить это. Естественно, он не собирался на каждом углу трубить о том, что ему поручил Темный Лорд, — я не стану никому говорить об этом. — Вы не поняли, что я имею в виду, — наконец он повернулся, — вы должны овладеть легилименцией, дисциплинировать ваш ум, выстроить барьеры на сознании. Темный Лорд не должен проникнуть вам в голову. Драко потупил взгляд и сжал руки на коленях. — Вы будете приходить сюда каждый день в семь вечера. Будем заниматься до тех пор, пока не получится. — А что, если не получится? — вдруг резко выдохнул Драко, отчего вопрос прозвучал в обвинительной манере. — Мы умрем. Снейп сказал именно то, что Малфой так отчаянно боялся услышать. — До свидания, профессор. — Доброй ночи, мистер Малфой, — ночь не могла быть доброй. Северус снова ушел в подсобку, оставив Драко наедине с проклятым ожерельем. Драко взял коробку, ощутив приятное прикосновение бархата. Слизеринец направился к выходу. Возле дверей висел стенд, на котором ровным снейповским почерком извивалась надпись «График отработок». Драко метнул взгляд и наткнулся на фамилию Девис. «Плевать!» — подумал он и с силой рванул дверь на себя. Юноша спрятал коробку под пиджак и быстро пошел прочь. Шаги его были размашистыми и частыми. Через какое-то время он перешел на бег. — Куда мчишь? А еще аристократ! — злобно выкрикнул вслед ему портрет какого-то мага. Малфой не обратил внимания. Спустившись в подземелье, он увидел, что в гостиной никого не было, кроме Панси и Гойла. — Драко, где ты был? Мы повсюду тебя искали, — заботливо проворковала Паркинсон. Он проигнорировал этот вопрос, направившись прямиком в свою спальню. Очевидно, слизеринцы где-то развлекались, потому что комната была пуста. В этот момент Драко понял, что она была бы пустой для него, даже если бы в ней было много людей. Как никогда не хватало Блейза, который сейчас небось нежился в своей постели в отдельной комнате для старост. Малфой уже забыл, когда в последний раз крепко спал. Не было привычного кряхтения Гойла, не было скрипа пружин, не было тихих звуков шагов, заглушаемых ковром, не было взрывов смеха за дверью. Была только тишина, как будто он и не выходил из кабинета Снейпа, а так и остался сидеть там, так и смотрел на спину профессора. Первое занятие легилименцией вызвало еще больший страх. Это склизкое ощущение, когда кто-то заходит в твой разум с черного входа, самое противное, что Драко испытывал. Он бы с большим удовольствием поцеловал грязнокровку, чем ощутил на себе это снова. Занятия продолжались уже несколько дней, а результата все не было. Снейп заверял, что это нормально, но Драко не верил ему. Ничего не было нормально. Это был четверг. Он пришел на двадцать минут раньше обычного, ведь сидеть на кровати, под которой было это проклятое (в прямом и переносном смысле) ожерелье было невыносимо. Зайдя в класс, Малфой увидел Еву Девис, которая методично вытирала одну склянку за другой. — Добрый вечер, Драко, — она сказала это, продолжая водить тряпкой по стеклу. Слизеринец кивнул. На какое-то время он задержался у выхода, глядя на график отработок. «Значит, сегодня. В шесть вечера. В остальные дни в пять. Понятно.» Эта зеленоглазая простушка была для него сейчас, как глоток свежего воздуха посреди адского пожара. Драко вспомнил, как на прошлой неделе Акерли испуганно смотрел на него, рассказывая о новенькой. Мысль о том, чтобы отвлечься от предстоящего занятия со Снейпом, назойливо витала у него в голове. Малфой не стал ее прогонять. Он прошел между рядами и развалился на стуле. Было приятно так сидеть, наблюдая за девчонкой, будто ничего не было. Парень вспомнил, как они подглядывали за сокурсницами в душе годом ранее. Хотя чары и мешали им это сделать, сама попытка уже вызывала волну внутреннего трепета. Малфой принялся разглядывать ее. В первую очередь взгляд задерживался на ногах. Темные колготки, слегка прозрачные, оттеняли ее бледность. Плавная округлость икр переходила в остроту коленей и снова возвращалась к женственности бедер. Ева потянулась за колбой на верхней полке и край ее свитера пополз вверх, обнажая белую рубашку. Драко пожалел о том, что она была на ней, иначе бы можно было увидеть полоску ее молочной кожи. Колба с верхней полки мягко приземлилась во впадину у неё на ладони, тонкие пальцы обхватили стекло изящным жестом. Из открытого окна ворвался поток воздуха, обогнул тонкий силуэт и принёс Драко запах какого-то девчоночьего крема. Пахло приятно и ненавязчиво, как будто нежностью. Малфой отметил про себя, что аристократические повадки имели место быть. Тишина снейповского кабинета вдруг грузно навалилась на барабанные перепонки. Ее прерывал только звук переставляемых колб, изредка выдергивая слизеринца из воспоминаний о предыдущем занятии. Драко ощутил острую потребность в том, чтобы сейчас прервать эту чёртову тишину, говорить о чем угодно, хоть о прическе Грейнджер или отвратительном смехе Крэбба, лишь бы только не думать про то, как все было кошмарно. Он подошёл к Еве, которую пристальный взгляд юноши не смущал совершенно. Она вела себя так, будто отрабатывать свои промахи — дело всей ее жизни. Драко взял в руки колбу, которая все ещё хранила тепло ее ладони. — За что ты здесь? — тихо спросил он. — Я полный профан в зельеварении. Завалила тест, — не поднимая глаз ответила девушка. Тишина снова вернулась и Драко поморщился. Это не скрылось от Евы. — Голова болит? Погода сегодня ужасная. — И вправду. «Поговори о чем угодно, пожалуйста, не молчи, ведь это невыносимо.» — А что ты тут делаешь? — она вдруг странно распахнула глаза, отчего Драко замер. — У меня дополнительные занятия со Снейпом, — Малфой присел на парту, продолжая смотреть за движениями девушки, — он сказал, что мои способности надо развивать, — нельзя было упустить возможности соврать и покрасоваться. — Вот как, — Ева по-доброму усмехнулась, — ты у нас, значит, спец в зельеварении. Драко гордо расправил плечи. Он и вправду был хорош в этом предмете, так что это была не совсем ложь. — Почему ваш факультет так относится к профессору Трелони? — Она у нас нечто вроде местной сумасшедшей, — со знанием дела констатировал Драко. Было приятно ощущать себя более опытным, особенно в этом кабинете, — ее предсказаниям никто не верит. — Быть может, будущее она и не умеет предсказывать, но прошлое она точно видит, — это было сказано как-то грустно, что не соответствовало настроению беседы. Драко уставился на девушку с недоверием. — Что ты имеешь в виду? — Ничего, забудь об этом. Не так важно, на самом-то деле. — Я слышал о том, что ты чем-то не понравилась Панси и она разбушевалась, — вдруг вспомнил Драко о том, что ему рассказал Блейз. — Я не хочу обсуждать человека с кем-то другим, — довольно жестко отрезала Ева. Это было довольно странно, обычно словоохотливые сокурсницы с большим энтузиазмом поддерживали сплетни. — Ох, черт, эта треснутая, — констатировала девушка, отдергивая кровоточащий палец. — Я знаю заживляющие чары, — Драко мысленно прибавил себе пару очков за то, что когда-то лишние полчаса посидел в библиотеке. Он обхватил кисть Евы и поднёс палочку к ее указательному пальцу. Про себя Драко отметил, что девчонка при близком рассмотрении была довольно симпатичной, хотя на первый взгляд она ему таковой не показалась. Поэтому он ждал от этого прикосновения чего-то большего. Не было ничего. Ни разряда электрического тока, о котором пишут в сальных романах для подростков, ни томного волнения где-то в животе. Парень лишь отметил, что предплечье ее было очень тонким, отчего вдруг захотелось обхватить его и сжать, наблюдая за тем, как краснеет кожа. — Я видел, что недавно у тебя была перебинтована рука. Что случилось? — Ошпарилась, пока готовила зелье. Теперь все хорошо. Благодарю за беспокойство. — Так я и думал. И снова тишина. На душе вдруг снова стало тяжело, возникло чувство, задергалось, завозилось, как издыхающая крыса в углу сарая. — Ожог был сильный, да? — надо было что-то говорить, надо было заполнить чем-то дыру в звуке. — Нет, вовсе нет, — она обдала его теплом взгляда. — Надеюсь, шрама не будет. Девушкам не идут шрамы, — Драко заметил, как она вздрогнула, но не придал этому значения. — Драко. — Что? — Может, уже отпустишь мою руку? Только тут он заметил, что все ещё нелепо держал ее кисть. Странно было, Драко не почувствовал ничего, когда взял ее за руку, но вдруг всем своим нутром ощутил отстутствие ее ладони в своей. Стало ещё более одиноко. Малфой стал цепляться за мысль о тайной связи между ней и его матерью. Это было все равно что пытаться вылезти из болота, хватаясь за швейную нить. Как же спросить, чтобы это было не столь явственно? А, может, отбросить всю свою слизеринскую изворотливость и спросить по-гриффиндорски в лоб? Вдруг луч закатного солнца скользнул на лицо Драко, отчего он слегка зажмурил глаза. — Ты никогда не замечал, что серо-голубые глаза на солнце имеют фиолетовый оттенок? — вдруг непонятно к чему спросила она, но Драко обрадовался даже этому нелепому замечанию. — Может быть, я не разглядываю себя в зеркале, как пигалица. На это девушка лишь улыбнулась. — Умение замечать детали в жизни может очень пригодиться. — Не могу не согласиться с тобой. Он все не знал, как же вывести поток их разговора в нужное течение, как же совладать с тем чувством ужаса, которое находило на него в моменты тишины. — Я не знаю, какие твои глаза на солнце. Ты все время смотришь в пол, — Драко надеялся подловить Еву. — Вот видишь, ты тоже можешь быть внимательным к деталям, — как всегда не удалось застигнуть ее врасплох. В этот момент дверь распахнулась и в проеме показался профессор Снейп вместе с каким-то учеником. — Мисс Девис, вы можете быть свободны на сегодня. Мистер Малфой, мы скоро начнём наши занятия, я только отдам материалы для доклада мистеру Пиксу. Гриффиндорец и Северус проследовали в подсобное помещение. — Я всегда была внимательна к деталям, Драко, — Ева вдруг стала серьезной и спокойной, отчего Малфой почувствовал себя ещё более напряженным, — ты ведь не из вежливости начал этот разговор. Она посмотрела на него. Луч солнца придал коже на ее лице персиковый оттенок. — Ты хочешь узнать, что твоя мать написала мне в письме. — Смекалки тебе не занимать, Девис. Все-таки не зря тебя зачислили в Когтевран. — Она написала мне о твоём задании. Впервые за вечер Драко захотел, чтобы вместо ее слов звучала лишь привычная для кабинета Снейпа тишина.