Энуэмент

Драко толкнул дверь и ее золоченые узоры лезвием света полоснули его по глазам. В зале было множество людей и все они затихли, отчего мраморный пол под его ногами зазвучал отчетливее. — Это он? — неподалеку от себя Малфой услышал сухой надтреснутый голос жилистого старика, ткнувшего в него своим мозолистым пальцем. Стоящая рядом с ним пожилая дама лишь рвано выдохнула, что, по всей видимости, можно было считать утвердительным ответом. Драко вызывал ощущение благоговение с того самого майского дня. Ему не нужно было прикрывать глаза или же останавливать бурный поток мыслей, чтобы вспомнить. Он шел к гоблину, статно сидящему в кресле с видом зажиточного чиновника, но был не здесь. Ее тонкая рука обхватила рукоятку клинка, а Поттер — белоснежный, как человеческие кости — силился вздохнуть. Багряная струйка крови с кашлем сорвалась с его губ и, Драко был готов поспорить, полетела каплями Еве на щеку. Удар пришелся точно ему под ребро, Девис слышала, как со звуком, подобным треску ткани, порвались мышцы Гарри. Поистине, ощущения упругого сопротивления и скрежет лезвия о кость — худшее, что она ощущала за всю свою жизнь. Она смотрела прямо в его глаза и не понимала, отчего картинка содрогается. Оттого ли, что ее всю трясло, или же земля разверзлась прямо под их ногами и вызвала разрушительную встряску? Оказалось, что постоянное ощущение неотвратимости приближения собственной смерти не менее отвратительно, чем наблюдение за чужой кончиной. Поттер рухнул на колени, потащив ее за собой, словно утопленник. Они вдвоем вцепились друг в друга, не силясь отпустить, хватка парня была столь сильна, что из ее плеч полилась кровь. Блейза и Драко буквально пригвоздило к земле то, что они увидели. Малфой лишь чувствовал губами, как в его распахнутый рот проникает воздух — и больше ничего. Он не мог ощутить ни своей руки, ни напряженного лица. Только ошарашенное остервенелое дыхание. Если бы они знали, что ждало их потом в тот момент, Драко бы сорвался с места и накрыл ее собой. — Чем могу быть полезен, мистер Малфой? — сотрудник банка протянул руку со вздувшимися венами и коричневыми пятнами — отпечатками старости. Вопрос отрезвил Драко, поэтому он протянул ему желтый конверт, туго забитый деньгами. — Новый перевод для поисковой команды, — бесцветно обронил он и не стал задерживаться. Прощание сотрудника банка отлетело от его слуха, как квоффл от руки умелого игрока. Сквозь серое мягкое облако прорезались фиолетовые лучи. На них в одно мгновение обрушился шквальный ветер, отчего только распустившаяся после холодной весны листва заиграла единую зловещую симфонию. И вдруг высоко в небе раздался отдаленный хлопок, разметавший ошметки облаков в один миг. Драко задрал голову насколько мог. То, что он увидел, напоминало шаровую молнию из чистого золота, окруженную фиолетовым свечением, будто обрамлявшим ее. Малфой сощурил глаза, не в силах оторваться от столь гипнотизирующего света, пока ветер мешал сделать полноценный вдох. Черные очертания птиц спешно удалялись подальше отсюда. — Ох, прошу прощения! — провизжала холеная пышнотелая дамочка прямо ему в ухо, стоило ей столкнуться с ним в дверях на выходе из банка. Драко гаркнул что-то невразумительное в ответ и спешно зашагал прочь. Его компания находилась в пяти минутах отсюда. Его собственная компания. Кто бы мог подумать. Строительство железной дороги завершилось раньше положенного срока и магические перевозки заструились по артериям этих путей. Учитывая, что пожиратели свергли министерство, а Темный Лорд наконец одержал сокрушительную победу, власть Драко на этом поприще была поистине безграничной. Его Властелину не нужна была Англия, бьющаяся в агональном приступе нищенства. Это должна была быть сильная держава, готовящаяся к нападению на другие государства. Темный Лорд мог навластвоваться всласть теперь, когда Поттер исчез. Шаровая молния затряслась, издавая истеричный гул, настолько отвратительный, что его нельзя было даже сравнить с воплем тысяч мандрагор. Драко попытался поднести ладони к ушам, но руки отяжелели и не слушались. Гигантский золотой шар в следующую секунду разорвался во взрыве, обнажая свое фиолетовое ядро. Удар воздуха снес их с Блейзом с возвышения и кувырком помчал со склона, в этой нескончаемой круговерти Драко видел, как с хрустом ломаются стволы деревьев, пригибаемые воздухом. На секунду глаз его выхватил картину неба и миг этот стал вечностью. Облака разверзлись, обнажая фиолетово-золотую дымку, а в центре блестел чистый свет, ярче солнца. И затем, снова, его остервенело захлестали оторванные ветки, он скатывался, ощущая жесткую траву попеременно с остатками снега, а затем завяз в грязи. Быть может, это его и спасло. Очнулся он тогда в палате у старой Помфри. Открыв глаза, Драко увидел Темного Лорда и понял — Поттера больше нет, раз он пришел в Хогвартс. Но где же Ева? — Мы нашли там Блейза Забини. Его голову размозжило об камень, — Лорд сказал это с оттенком сожаления, — а ведь он мог бы нам пригодиться. Но я безмерно рад, Драко, что ты остался жив. Малфой открыл рот, но не смог издать ничего, кроме глухого сипения. — А Поттер и его спутница исчезли. Та ночь в палате была густой и мерзопакостной. Слизеринец метался по постели, извивался на вымокшей от пота подушке, однако при этом его бил озноб. Челюсть его неистово сжималась и он не мог это контролировать. Юноша зарычал, когда прокусил себе щеку и почувствовал привкус крови во рту. Драко перекинулся через край кровати и сплюнул на пол. Кровавые ошметки слизистой его щеки лежали на полу, это выглядело омерзительно, поэтому его стошнило пеной, и тут же рану адски запекло. Его нога пульсировала и с каждой новой волной он ощущал ее движение, лодыжка была надрезана и перебинтована, а из-под повязки сочился гной. Видимо, Помфри постаралась, чтобы рана прорвала и затянулась быстрее, поэтому смазала ее чем-то зловонным. Драко сел на постели. «Блейза больше нет и это ты виноват. Ты позвал его с собой.» Юноша стал растерянно и пространно шарить по простыни руками, пытаясь успокоить себя, ощутив мягкую материю. «Все очень-очень плохо. Твоего друга больше нет.» Мерлин, тот взрыв был такой силы, что снес Астрономическую башню. Благо все студенты сидели в зале и никто не пострадал. Но это свечение, эта волна, этот удар — все было таким ужасающе страшным, таким нереальным. Малфой не знал, что это было, но молился, чтобы подобный катаклизм был частью плана Темного Лорда, а не какой-либо третьей стороны. Ведь сила была одуряющей, беспощадной. «Это явно связано с ней, с тем, что она сделала.» Драко дошел до агонии, размышляя о том, почему Ева пошла за Поттером, а затем убила его. — Какого черта?! Я не понимаю, какого черта?! — его глотку терзала боль и адское пламя, но его внутренний страх не находил другого выхода, кроме оглушающего вопля. — Мистер Малфой, к вам посетитель, — его секретарша окликнула юношу практически у входа в его кабинет, — он уже сидит у вас. Простите, я говорила, что к вам нельзя, но он так бесцеремонно прошел… На лице этой женщины отразилось множество эмоций, отчего она напомнила Драко его домовиков, которые, провинившись, тут же приходили каяться. Профессор Снейп предстал перед Малфоем таким же, как и всегда, словно это был его кабинет зельеварений, а не Драко. — Добрый день, мистер Малфой. — Чем обязан столь неожиданному визиту, профессор? Драко присел в кресло, приглашая жестом мужчину сесть напротив. Профессор Снейп стал директором школы и юноша знал, что реконструкцию Хогвартса сейчас активно спонсировали все, кому не лень. Северус явно отличался от остальных посетителей, которые приходили к нему в кабинет — он пришел не из-за денег. — Мистер Малфой, я не устрашился зайти к вам лишь из-за того, что знаю о ваших выдающихся способностях к окклюменции. Я бы хотел, чтобы все, что я вам скажу, осталось в тайне даже от Темного Лорда. — Я предан Лорду и если вы собираетесь вовлекать меня в какую-либо авантюру, то я даю вам один шанс на то, чтобы покинуть кабинет. Лишь из уважения к вам, как к моему бывшему наставнику, сэр, — резко оборвал его Малфой. С чего бы Северусу просить его скрывать от Лорда что-либо? — Я предвидел такое развитие событий, — медленно протянул мужчина и поудобнее откинулся в кресле, явно собираясь остаться в кабинете, — тогда вас, возможно, заинтересует тот факт, что говорить мы будем мисс Девис. Снейпу показалось, что его бывший ученик весь обратился во внимание и даже перестал дышать. — Взамен, вы должны пообещать мне, что никому не расскажете о том, во что я собираюсь вас посвятить. — Разумеется, профессор, вы можете мне… — Дайте непреложный обет, — перебил его Северус, — вы можете попросить о помощи свою сотрудницу, а затем я сотру это воспоминание из ее памяти. И пока Драко давал обещание Снейпу, он думал, насколько же пугающе серьезно все было, чувствовал пульсацию собственной вытянутой руки, пока золотые нити окутывали их запястья. Как только секретарша вышла, оба вернулись в свои кресла. — И что же теперь? — блондин заерзал в кресле в нетерпении. — Думаю, мне стоит рассказать историю мисс Девис с самого начала, чтобы у вас не было вопросов. Насколько мне известно, вы неоднократно пытались узнать у нее лично, но она вам так ничего и не рассказала. Она просто не могла. — Она тоже дала обет? — хрипло спросил Драко. — Нет, ей мешал страх. Она боялась фулгурцев, — Северус увидел немой вопрос на лице у своего ученика, но тот не стал озвучивать его вслух, чтобы не мешать повествованию, — это люди, верящие в могущество языческого бога Молнии — Фулгура. Они столетиями получали энергию и подпитывались магической силой невинных, а также приносили множество жертв своему богу. Фулгурцы верили, что однажды на земле родится избранный, который даст им столько силы, сколько потребуется для возвращения их бога. Они похищали детей, многих детей, и питались их болью и страхом, творили с ними ужасные вещи, доказывая, что Мерлина не существует, иначе он бы не допустил такого. Драко почувствовал, как капля пота стекает с его лба на висок и нервно прошелся по нему ладонью. — Фулгурцы похитили Темного Лорда, когда он был ребенком. — Что?! — Драко подскочил с кресла и ошарашено уставился на профессора. — Они чувствовали его силу, но не совладали с ней и он смог сбежать. Всю свою жизнь он жаждал отмщения и точно так же, как и фулгурцы, ждал появления избранного. Он собрал всех вас — Пожирателей смерти — чтобы в тот день и час, когда избранный появится на свет, появиться там и выведать у них, где находится главный храм Фулгура, чтобы уничтожить его. И избранный родился… — Поттер, — выдохнул Драко и побелел. — Именно. В тот день в Годриковой впадине он явился, чтобы убить их, но не смог. И тогда Темный Лорд предпринял единственное правильное решение. Дело в том, что фулгурцам нужна невинная и, главное, чистая душа — душа младенца, ребенка. Он сделал Гарри Поттера своим крестражем, поместил в него часть своей души, сделав этого ребенка грязным. Они не смогли бы забрать его, покуда в нем душа Лорда. Мы ничего не слышали о них несколько лет, пока дети вновь не начали пропадать. Среди них была мисс Девис. Драко обхватил себя руками и стал ходить по кабинету, не в силах вымолвить ни слова. — Тот человек, который ее похитил, должен был убить ее. Но мисс Девис была достаточно особенным и удачливым ребенком — тому волшебнику показали ее пророчество. И в нем было сказано, что Ева — это единственный ребенок, который может привести Гарри Поттера к фулгурцам. — И они отпустили ее, чтобы она выполнила их… задание. — Именно так, мистер Малфой, вы правы. Хуже всего ей стало в тот момент, когда ее вызвал к себе профессор Дамблдор. Он все знал и мисс Девис надеялась, что он сможет помочь ей, но директор сказал выполнять указания фулгурцев. — Но почему?! — опешил Драко. — Потому что у Евы была способность к, своего рода, прорицаниям. Она могла чувствовать тех людей, которые были у них в плену, но не могла бы сказать точно, где именно они находятся. На это ей необходимо очень много времени. Ева — наш единственный способ найти Гарри Поттера и не дать им возродить их бога. Именно она отправила его туда, убив специальным ножом часть души Темного Лорда в нем. Теперь она ищет Поттера. — Она жива? — Драко опустился в кресло и вцепился в его ручки. — Дамблдор ее спрятал. Это была часть его плана. Он лишь дал мне заколдованное зеркало, через которое я могу видеть, в безопасности ли она. Малфой съежился. Вот, откуда у нее столько шрамов, почему она всегда выглядела такой истощенной и запуганной, почему пила столько таблеток. Они держали ее в страхе, они знали, где она была и в любой момент могли бы убить ее. — За то время, пока я искал ее, я нашел в старых отцовских бумагах документы об одном благотворительном фонде. Наша семья регулярно делала в него переводы на имя Евы. Мои родители знали о том, что с ней случилось? — Да, знали, мистер Малфой. Они взяли ее под опеку. — Теперь понятно, почему они переписывались. Но почему вы решили рассказать мне об этом именно сейчас? — Драко нахмурился и с вопрошающе пронзил Северуса глазами. — Вы нанимаете поисковые отряды для того, чтобы найти мисс Девис. Недавно зеркало показало, что ваши наемники подобрались очень близко. Они могут скоро найти ее. Я бы не стал вам говорить об этом, если бы не тот факт, что вы можете помешать мисс Девис найти Поттера. — Я не понимаю, погодите, — Малфой скрестил руки на груди, — почему же плохо, если мы найдем Еву? Пусть продолжает поиски уже под руководством Темного Лорда! И мы сможем уничтожить фулгурцев! — Но тогда Лорд убьет и Поттера и вся власть перейдет к нему. — И вы предлагаете мне остановить поисковые группы, когда я в шаге от того, чтобы помочь своему Лорду и вернуть свою любовь? — Драко расхохотался. Он надменно взглянул на Снейпа и с вызовом ожидал его ответа. — Да именно так. — Не смешите меня, профессор. Я не стану этого делать. — Тогда о мисс Девис вы можете забыть, — Северус сказал это максимально грозно, слова его сочились ядом. — С чего бы это?! — взревел Драко и подскочил.- Посмеете мне помешать? — В ваших же интересах помочь Поттеру, чтобы она могла не испытывать страх при виде вас.  — Она не будет испытывать при мне страх, то, что я Пожиратель смерти, не означает, что я угрожаю… — О, нет, дело вовсе не в этом. — А в чем же тогда? — Вы лучше успокойтесь, мистер Малфой, — сказав это, Снейп плавным движением достал из кармана мантии крохотную пробирку с аккуратной пробкой. В нем серебристым свечением извивалось маленькое облако. Безусловно, Драко узнал эту вещь. Это было воспоминание. Без лишних слов Драко трансфигурировал из соседнего кресла омут памяти и выхватил пробирку из широкой ладони Снейпа. Воспоминание встретило его пожаром. Пламя охватило целый дом и подсвечивало оранжевым ночную гладь неба. Из окна второго этажа выпрыгнул маленьких силуэт и ринулся прямо по направлению к Драко. Чем ближе он приближался, тем отчетливее Малфой слышал безудержный детский рев, наполненный отчаянием. Наконец юноша смог разглядеть, что это была Девис. «Это день похищения.» — вдруг осознал он. За ней несся огромный мужчина в темной мантии и маске и с каждым мигом становился ближе и ближе. И хотя Драко знал, что он поймает ее, все же молил Мерлина, чтобы этого не произошло. Ева зацепилась за корень дерева и на секунду замедлилась, преследователь схватил ее за руку. Девчушка из последних сил взревела и наотмашь ударила мужчину по лицу. Тот отвернулся, маска его слетела в сторону. Ева лежала на земле, отползая на локтях назад. Она повредила ногу. Драко, забыв, что это воспоминание, ринулся на помощь, вытащив палочку, когда мужчина наконец повернулся, стирая с подбородка дорожку крови. Настал ад. Перед распластанной в грязи и траве Евой стоял его собственный отец — Люциус Малфой.