5
19 августа 2018 г., 06:28
— Привет, Уилл, — говорит Алана Блум, алый мейстер, причиняющая благо.
— Привет, — говорит Уилл, одновременно откидывая огрызок ствола, который Джинджер приволакивала уже ровно двадцать два раза. И пошла в двадцать третий. Бакстеру было не до глупостей. Копал под дерево.
— Мама одолела, — говорит Алана.
— Твоя может.
— Она полюбила тебя со времён каникул на Онтарио. С тех пор живо принимает участие в твоей судьбе.
— Когда это было? В шестом классе? Передай миссис Блум, что я в порядке.
— Она иного мнения. Просила спросить, не рехнулся ли ты, побросав преподавание и рванув к Кроуфорду?
Уилл хмыкнул, что с позиции его эмоциональности было щедрым смехом.
— А всё же как дела? — Алана опустила руки в карманы пальто, вынула, снова опустила. Улыбнулась.
— Алана, чего надо? — Уилл забросил кусок дерева в двадцать четвёртый раз.
Становилось прохладнее. Солнце спускалось. Бакстер копал под дерево.
— Что произошло в доме Хоббсов?
— Ты не знаешь? Гаррет Джейкоб Хоббс словил порфирию. Стал вампиром. Инфицировал жену. Дочь не трогал, чтобы она могла приводить девушек…
— Я не об этом, Уилл. Я о том, каким тебя видели Беверли, Джек… Твоя одежда…
— Я сам виноват. Я вовремя не сделал защиты, и Хоббс, как вышло, меня почти укусил. Доктор Лектер был в ярости.
— Он что-нибудь тебе сделал?
— Напугал до полусмерти, — кусок дерева в двадцать пятый раз взлетел. Выше и дальше. И на дольше, как надеялся Уилл.
— А теперь? Ты поставил защиту?
— Да. Лектер дал нужные обереги.
— Уилл, обереги сотрудникам подбирает Мириам Ласс. Не Лектер.
Уилл смотрел на Алану в лиловеющих сентябрьских сумерках.
— Позволь, я посмотрю на них, Уилл.
— Нет, — быстро ответил он.
— Уилл, ты что? Мы дружим с трёх лет. Я видела тебя…
— Я сказал — нет, Алана.
Причиняющая благо внимательно посмотрела Уиллу прямо в глаза, сосредоточилась на его переносице.
Уилл не мешал.
— Блядство, — сказала Алана, резко отвернулась.
Двадцать шестой бросок. Бакстер копал под дерево. Оно кренилось.
Алана обкусала нижнюю губу и снова повернулась лицом.
— Уилл. Я не знаю, в чём дело. Но интерес Лектера к тебе очевиден.
— Всем.
— Всем.
— Ну, я чертовски хорош собою.
Алана натянуто улыбнулась.
— Только не думай, что он влюблён.
— А разве это не самое логичное объяснение?
Двадцать семь.
— Самое. Но не в вашем случае. То, что он готов отжать тебя где…
— Алана.
— Прости. Уилл, будь внимателен. Следи за собою.
— Как за зеницей.
— Знаешь, Зеллер и Прайс организовали тотализатор.
Уилл неверяще и пришалев уставился на алого мейстера, причиняющую благо.
— Да, — Алана сделала глазами «представь себе».
Уилл вдруг увидел, как мейстера вытеснила тринадцатилетняя сплетница.
Двадцать восемь.
— Что на кону?
— Дашь ты Лектеру до новогоднего сочельника или…
— Или нет?
— …или же после него, — забила в крышку гроба собственного достоинства Уилла Грэма последний гвоздь причиняющая благо.
— А ты держишь ставки?
— Нет, что ты, — дёрнула плечами Алана. — Мы дружим с трёх лет.
— Алана, это отвратительно.
— Это дело принципов. Я мейстер, причиняющая благо, — подбородок Аланы Блум обиженно пошёл вверх.
— Попрощайся со своими деньгами, — резко сказал Уилл.
Дерево рухнуло. Бакстер истерично взвыл. Помимо него вопил кто-то ещё, ничуть не хуже циркулярной пилы.
— Что за чёрт? — Уилл бросился к собаке.
— Уилл, это мандрагора, — выдохнула Алана, припустив рядом. — Святые… это же настоящая мандрагора. Ты знаешь, сколько за неё отвалит Беделия Дю Морье? Прорву чёртовых талеров! Будь благословен твой пёс!
Уилл подумал, что ведьм не исправишь, как их ни называй.
