"Я от бабушки ушёл, я трёх демонов нашёл..."

— Эй, Урушихара, этот кролик похож на тебя! — С чего это? — отвлёкся я на Мао. Эти два идиота, Мао и Ашия, притащили из леса кролика, а теперь сидят и думают, что скажет управляющая, если они попросят оставить его… Чем они его кормить будут? Моей порцией бургеров? Кролик либо сдохнет, либо сам сбежит от такого обращения с собой. А ещё называет себя ответственным, вот же… — Он тоже сидит на заднице и смотрит на морковку, как в ноутбук! — хохотнул Мао. Смешная шутка. Оборжаться. — Хватит чморить меня! — взвыл я. — Ненавижу кроликов! Если решишь его оставить, я в первый же день отравлю его! — Изволю заметить, сие заявление не лишено здравого помысла, — наставительно пробубнил Ашия, очищая огурцы от кожуры. — Да!.. Ашия, а ты что этим хотел сказать?.. — А этим я хотел сказать, Урушихара, что… Ашия начал говорить одними губами. Звук куда-то испарился. — Ашия? Мао всё так же продолжал беспечно подкармливать крольчатину морковкой, несмотря на отсутствие звука. Любого. Я не слышал абсолютно ничего. Ни как говорит Ашия, ни как кролик грызёт морковь, ни как смеётся Мао. — Эй! Ребята! — Зато я слышал свой голос. — Ребя… Я схватился за горло — и в панике заорал! Проклятье! Что происходит? Что со мной? Что со всеми ними? ЭЙ! Да ответьте же кто-нибудь! Я не чувствую звуков, алло! И почему… почему так много изумрудного тумана вокруг?.. Что? Мои крылья? Сзади? Я же… не трансформировался… Как? Но… п… почему я не могу взлететь? Что произошло?! Крылья! Сломаны! Позже накатила боль. Как тысячи лошадиных копыт бью по костям снова и снова, заставляя каждый нерв вздрагивать от прикосновения. Я задёргался в стонах — и почувствовал некую ограниченность в движении. Ни вправо, ни влево. Я попытался встать — и меня швырнуло обратно, на пол. Перед собой я видел лишь потолок и ноутбук, за которым сидел. Но тогда, в тот момент, когда кролик с сосредоточением разглядывал морковь, он мне казался реальным. Сейчас произошло нечто, заставившее пошатнуться мой разум. Побудившее посеять сомнение. Я оглянулся на Мао. Он больше не подкармливал кроля, а смотрел на меня. На Ашию: его глаза просверливали меня насквозь. — Урушихара, что с тобой? — спросил Мао. — Со мной?.. Я и сам не понимал до конца, что происходит со мной. Смотрел на опущенные крылья, бездушной тканиной опустившиеся на пол, и… припоминал, что со мной это вроде случалось. — Урушихара? Только вот не только со мной… — Эй, Люцифер, что с тобой? Был ещё кто-то… Кто-то важный, и я… Не помню… Но… Тот, кто сделал это с моими крыльями, тоже звал меня Люцифером… — Люцифер, очнись. Чихо! Картина резко изменилась. Исчезли Мао, Ашия и кролик. Теперь я вспомнил! Это было три месяца назад. Мао решил наведаться в лес за грибами, а Ашия так истерил, что не отпустил его одного! А за мной снова оставили приглядывать Эми, незадача какая. И вернусь те двое с кроликом, потому как тот попал в капкан. Чёрт, как я мог во сне не понять, что сплю?.. Но радовался я недолго. Я сразу почувствовал знакомое ощущение скованности из своего сна, оцепившее всё тело. Чуть набрав воздуха больше, мне вспомнилась старая могильная сырость, окружавшая нас с Мао и Ашией в Цитадели на Энтэ-Исла. Руки были вытянуты вверх и затянуты на длинной ржавой цепи — для пыток или нет, мне предстояло ещё выяснить. Как я понял, ноги висели над землёй. Невысоко, правда, но никак не слететь вниз. Темнота не позволяла видеть впереди и рядом с собой. Или даже определить, где находишься, в каком затхлом подвале, в какой каморке у какого извращенца. Только главная «достопримечательность» — колодец с кристально изумрудной водой, светящейся ярким зелёным светом, был лучиком света во тьме. Худшее из всего, так это то, что часть сна оказалась правдой, и мои крылья действительно были выломаны. С треском и с мясом. А боль от них была настолько ужасной, что-либо визжи, либо умри. Чёрт возьми, Мао, куда я попал из-за тебя?! — Очнулся, Люцифер? В свете изумрудов проступили очертания лица в маске, укрытого тёмным капюшоном. В голове зашевелились воспоминания, и… И я сразу же подавил свои волнительные позывы поистерить. Чихо! Вот же чёрт, куда Малакода её дел?! Он не смел её тронуть! — А, это ты, Малакода, — скрыл за голосом тревогу я. — А я так хорошо спал… — И не удивительно. Ничего не хочешь спросить у меня? Иллюзионист проклятый! Вечно он свои штучки применяет, чтобы мысли прочесть! А я знаю, что он ждёт моего вопроса! И даже нескольких! А потом будет допрашивать по своему усмотрению! Ну уж нет, генерал Люцифер не доставит такого удовольствия ему! Крылья у него отобрали, однако гордость у него осталась! — Хочу. Когда ты и твой рогатый приятель обзавелись новыми фокусами? И, ах да, какой дьявол вас укусил, что вы на нас нападаете? Малакода никогда не смеялся. В отличие от своего тупоголового дружка. Ну да, это ж у него было сотрясение мозга! Его вынесли прямо за мной! — А как мы выжили, спросить не хочешь? — Не-а, зачем? Трупы не говорят! — Это ты о себе? Между нами повисла неловкая пауза. Я немного сболтнул лишнего, и это лишнее — не такое уж и неважное. Я продолжал давить гаденькую ухмылку, про себя думая, когда же Малакода сделает первый шаг и проткнёт меня своими сферами. — Ошибаешься, я тебя не убью, — услышал я. — Но если будешь вести себя, как сейчас, сдохнешь быстро. В духе Малакоды. Нет сомнений, что передо мной именно он. Но спросить в лоб о его воскрешении я не могу! — Мне твои подачки не нужны, — хмыкнул я. — У меня к тебе серьёзный разговор, Люцифер. Как со старым боевым товарищем. — А старому боевому товарищу не выламывают крылья! — В противном случае мы бы тебя не поймали, — повысил голос Малакода. — Без крыльев со своей самой сильной магией ты — ничто. Скажи «спасибо», что мы тебя не убили. — Спасибо! Спасибо, милые друзья, боевые товарищи, что оставили в живых меня!.. А вот куда вы дели Сасаки?! — Кого? — Я ввёл Малакоду в ступор. — Сасаки Чихо! Девчонка, что была со мной! Где она?! Отвечай, живо!!! Чёрт, я сорвался! Я перестал себя контролировать! Рвался, как свинья, с креплений и грозился Малакоде сделать с ним всё самое худшее, что может случиться с генералами Армии Тьмы! Если не вернёт Чихо, я ему его же сферой запущу в голову! И меня не интересует, как он воскрес! На этот раз сдохнет навсегда! — Та девушка? Тебя это интересует? Грх!!! Я выкинул финт ногой, но с моей физической силой и, к тому же, ранениями смог только легонько рассечь воздух. Чёрт возьми, как же больно! — Не думал, что когда-нибудь генерала Люцифера начнёт интересовать человеческая душонка, — задумчиво проговорил Малакода. — Она для тебя что-то значит? — Нет! Совсем ничего! — Ничего? А почему, в таком случае, тебя интересует её жизнь? Как знать, а вдруг она мертва? — Не-е сме-е-ей!!! — возопил я, а мой голос, словно бравадный клич, отразился по стенкам камеры. В лицо дохнуло чем-то мрачным — маска Малакоды оказалось у меня перед глазами. Он остановился в двух шагах от меня… и его глаза засветились изумрудами. Снова повеяло знакомой слабостью. — Люцифер. — Голос доносился как будто из мрака. — Генерал Западного Континента Энтэ-Исла… Как ты уподобился человеку? Стал бескрылым созданием, понимающим чувства и не помнящим хаос и разрушения. Скажи, Люцифер, ты помнишь, как мы захватили Энтэ-Исла? — А «мы» — это кто? — уточнил я. — Я, Адрамелех, Альсиэль и, конечно же, ты. — А Мао? — не сложилась мозаика у меня. — То есть, наш Господин? — Господин ничего не сделал для того, чтобы захватить всё Энтэ-Исла! Его беспринципность и беспечность и послужила началу деятельности Церкви и Рыцарей. Лишь мы продолжали служить нашим идеям и играли каждый сам за себя, захватывая территории. Мы были глупы, что верили Владыке Тьмы. Он так же наивен, как малое дитя, и именно потому потерпел поражение. Изверг, лицемер… а прав. Ни слова лишнего же! Мао, дубина, как докатилось до того, что свои же подчинённые тебя оскорбляют и посылают?! Причём, и я в том числе! — Без нас Владыка Тьмы — ничтожество, — гнул Малакода. — Я — его слух. Адрамелех — его оружие. Ты — его зрение. А Альсиэль всегда был его услужливой собачонкой. Он — его сознание. Теперь понимаешь, что, не будь нас, он бы давно умер? — Ты чепуху несёшь, — отчеканил я. — Владыка Тьмы заботится о своих генералах! И не такой уж он и беспомощный. — Очнись, Люцифер! Он никогда о нас не заботился! Вспомни, как он бросил нас на поле боя! Мы сражались одни, а он ни разу не вылез из Цитадели, и лишь позже узнал я, что он сбежал, как трус, из Энтэ-Исла, когда Герой отрубил ему рог и загнал в угол! А вместе с ним и Альсиэль. Но, правда, по моим данным, ты должен быть мёртв. — По моим — ты тоже, — саркастически улыбнулся я. — Мы с Адрамелехом помним себя несколько недель назад. И уже за это время поняли, что нас считают мёртвыми, а вас — исчезнувшими. Герой отправился на их поиски, а Главный Инквизитор Церкви — на поиски всех троих. Но ни от одного нет вестей. Энтэ-Исла процветает, началась новая жизнь. И это — новая почва для разрушений. Разве ты не любишь разрушать, Люцифер? Тебе должно быть выгодно моё предложение. Я углубился в воспоминания. Вспомнил себя. Тот день, когда я очнулся, похороненный в лесу под завалом пепла и трупов, а надо мной чертил небесные Пентаграммы Орбо. С той поры поклялся, что стану лучше Мао и любой ценой заставлю его сердце остановиться, где бы он ни был. Во имя мести за мою смерть! А потом вспомнил, как он дал мне новое имя, как вместе с Ашией помог скрываться от властей и простил мои деяния… И даже Эми на меня зла не держала — во всяком случае, сразу не убивала. Белл и вовсе молотом ни разу не шандарахнула… Новая жизнь у меня появилась лишь благодаря Мао Садао. Не Владыке Тьмы. Вместе с именем он обратил нашу прошлую жизнь вспять. «У меня перед каждым из вас ответственность! И даже перед тобой, Урушихара!» — Я отошёл от дел, Малакода. Уж извини, но нет. — И оскалился. — Ты стал таким же беспомощным, как люди?! — Нет. Просто я многому научился у Мао. Малакода громыхнул и схватил меня за горло. В его костлявых лапах хватка оказалась особо жестокой. Кха, сейчас задохнусь! — Значит, ты выбираешь Владыку Тьмы? А не наше будущее? — Я выбираю себя и нашу безопасность! — поскрипел я, задыхаясь. — Где Чихо, тупоголовая тварь?! — Ничтожная бескрылая птица, — процедил Малакода и, схватив за цепи, потащил меня к колодцу. — Скоро ты переродишься. — Ничего я не хочу перерождаться! — кувыркался в железе я. — Отпусти меня, чучело! — Ты не пожалеешь об этом выборе, — спокойно диктовал Малакода на ухо, светя глазами. — Мы будем сражаться бок о бок, как только к нам присоединится Альсиэль. Станем непобедимой командой, и не будет нам равных на всём Энтэ-Исла. А до тех пор мы не пробудимся из спячки. Малакода легко подкинул меня в воздух — и швырнул в колодец. Я плюхнулся в желейную воду, как камень… и тут же ощутил, как начал тонуть. Вода была холодна, как снег, а на коже ощущалась, как зубы гоблина, вцепившиеся в тебя мёртвой хваткой, да к тому же и обслюнявившие. Холод сковал движения. Все внутренние органы сжались. Вода подбиралась к груди. — Эй, вытащи меня отсюда! — завопил я, ища глазами Малакоду. — Я не собираюсь перерождаться! Мне хватило побыть Ангелом, а потом рухнуть с Небес с этим чёртовым Ритуалом Перерождения! — Малакода не отвечал. — Эй, Малакода! Тварь мерзкая! Ты слышишь меня?! — Перерождение будет недолгим. Ты не сможешь противиться зову Тьмы. Я верну прежнего тебя, и вместе мы покорим наш дом. Наше законное по праву Энтэ-Исла. — Нет! Не хочу! Мао с Ашией обязательно спасут меня! А Эми с Судзуно наваляют тебе так, что сдохнешь второй раз! — Насчёт Героя не беспокойся, его я нейтрализовал. А твои друзья скоро умрут так же, как и та девчонка. Вода подобралась к горлу. Как я ни старался всплыть наверх, жидкость была настолько вязкая, что засасывала ещё больше. Так что, принять всё, как есть?! — Сасаки жива! — ревел я. — Думай, как хочешь, всё равно скоро тебя это перестанет интересовать. Постепенно болото изумрудов заглатывало меня, а гипнотическое сияние наводило вечный сон и слепило глаза. Но я, не переставая мигать, смотрел вверх, силясь увидеть Малакоду. Но его и след простыл. — Что ты сделаешь с Владыкой?! — в последний раз крикнул я, пока жидкость не заполнила горло. — Как только наша команда соберётся вся, а Энтэ-Исла будет покорён, мы заставим Владыку Тьмы признать его поражение и назначим себя Четырьмя Новыми Властелинами Тьмы. А затем, — после недолгой паузы добавил Малакода, — мы уничтожим его. Только не так! Мао, лучше сиди в своей норе, я спасу Чихо сам, я попытаюсь! — Если Владыка Тьмы так дорожит товарищами, он вернётся за тобой сюда. И здесь же примет свой конец. Всё. Времени больше нет. Я набрал в лёгкие побольше воздуха, насколько вообще возможно, и пучина зелени заглотила меня… Прямо как хищник хотел заглотить того несчастного кролика, которого спас Мао от верной гибели. У колодца не было дна. Я продолжал тонуть, не видя, куда уносит меня зелёная муть. Изумрудная гладь надо мной исчезала стремительно, и вскоре я потерял её из виду. Надо мной оказывалась лишь цепь, сковывающая руки, и пузырьки воздуха, что я периодически выпускал. Но воздух должен был рано или поздно закончиться. Что мне сделать, чтобы спасти эту дурёху? Это я виноват, что мы вместе с ней попали в беду?.. Мао наверняка ненавидит меня… Мчится спасать не меня, а её. И, клянусь, прибьёт меня за то, что сунулся к Малакоде и Адрамелеху вместе с ней. И заставил пережить весь этот ужас. Если она ещё жива, конечно. Меня и самого пробирает дикий ужас… В жизни я не пугался так ещё никогда… Ни когда был ангелом, ни когда был демоном… Интересно, а что стало с тем кроликом?.. Малакода прав. Обычный трусливый человек. За которым глаз да глаз и везде спасать нужно. Спасать… Но спасать откуда? Стойте, стойте… Он сказал «вернётся». «Вернётся сюда». И примет свою смерть. Он собирался убить его уже после захвата Континентов… А вернуться… Вернуться он мог только… Мы что, на Энтэ-Исла?! Воздух заканчивался. Я выпустил почти весь кислород. Лёгкие жгло от постоянного давления, долго я терпеть этого не смогу. Ещё чуть-чуть — и окончательно утону. Мао… Он… не должен, не должен сюда возвращаться! Если появится на Энтэ-Исла, его сразу засекут, сразу найдут! Ашия… Хоть ты с головой, не дай ему… уйти… одному… Лёгкие наполнились очень быстро. Это было приятное ощущение, хотя было прохладно, словно изнутри морозило и щекотало одновременно. Я закрыл глаза: рябило невыносимо. Повсюду изумруды… Будь они прокляты… Чихо… Сасаки… Я должен её защитить… Должен…