Подняться с колен. Исповедь Сиуна

      Море, ради которого Бригада съехалась в Рубеж, мне совсем не понравилось. В Чертограде все говорили о нём со священным придыханием, и я терялся в догадках, какое же оно, это море. На картинах и фотографиях синие, зелёные, голубые поля в обрамлении гор и песка смотрелись потрясающе, завораживающе, слишком необычно для моего ограниченного сознания – но я, подчиняясь всеобщему настроению, всё равно жаждал увидеть это великолепие своими глазами.       Но когда это, наконец, произошло, моя душа ушла в пятки.       Тот очевидный факт, что я как будто намерено не пускал в своё сознание, обрушился на меня, как лавина посреди поля: без ореола романтики море, на самом деле, представляло собой всего лишь гигантский бассейн С ВОДОЙ. Впервые оказавшись на берегу, я увидел совсем не ту фантастическую картину, что рисовал в голове под воздействием чужих пейзажей: я видел кругом лишь воду, воду, ничего, кроме воды… В горле пересохло и ноги подламывались, как назло, разом заныли от боли ожоги на запястьях, затянувшиеся ещё в начале лета. Не помню даже, как мне удалось покинуть это место в тот раз, но после я всеми силами, под разными предлогами старался остаться дома, когда Бригада всей своей большой компанией отправлялась на пляж.       На утренних тренировках с Валкот-римом и Некрой-тан мы порой забегали на побережье, но там я неизменно притворялся мёртвым, валяясь без сил на песке, пока сэнсеи, махнув на меня рукой, ныряли в зеленоватую воду освежиться.       Пару раз господину Верделету на ночь глядя приходила в голову безумная идея сводить меня на пляж без свидетелей. В любом другом вопросе я и не подумал бы ему перечить, но здесь пускал в ход все средства, всю хитрость, на которую был способен, лишь бы снова не оказаться в водной ловушке на грани жизни и смерти.       Но как бы ненавязчивы ни были мои попытки отсидеться в стороне, в конце концов, это заметили. Когда нашу компанию покинули жаждущие вернуться в Чертоград, к работе, Асура-тан, доктор Иллад и господин Чернильница и бреши в рядах стали бросаться в глаза, Герцог нахмурился в ответ на мой уклончивый лепет отрезал: «Ты идёшь». Сами понимаете, деваться было некуда.       Море в тот день было особенно неспокойным. Ветер свистел в ушах, как плеть, и невольно заставлял вздрагивать и вжимать голову в плечи каждый раз, едва, забывшись, я улавливал это сходство. Гладь воды вообще не предвещала ничего хорошего – её и гладью-то назвать мог только я со своим скудным словарным запасом. Пена в морском бассейне возникла отнюдь не из-за шампуня с ароматом лаванды – до самого горизонта водная поверхность, которая теперь казалась антрацитово-чёрной, бурлила неизвестностью. Ошеломительно высокие валы тоннами пенной воды обрушивались один за другим и таким образом надвигались к берегу – пугающие своей безразличной неотвратимостью. Желающих купаться в таком море среди других туристов на пляже я не заметил и про себя выдохнул с облегчением.       По заранее заготовленному плану, я тихонько укрылся в тени скалы, в расчёте не привлекать к себе внимания до самого конца. Но спрятаться от вещего зелёного ока было пустой надеждой. Также напрасно было думать, будто Герцог VII и его адепты Хаоса отступят перед стихией, которую по умолчанию воспринимают как свою. Валкот-рим отправился на сражение с бурей первым. Некра-тан, не желая отставать, спешно переодевалась в купальный костюм. Герцог Вран задержался, чтобы выкурить сигарету, но в его взгляде на бушующую стихию читалось такое томление, сравнить которое я мог только с миртанской песней о жажде битвы.       – А ты чего расселся? – говорит Герцог строго. – Не собираешься идти?       Я судорожно сглотнул, но вымолвить ни слова в ответ не смог. И только потом понял, что упрёк адресован не мне, а моему хозяину, сидящему рядом.       – Я жду вас, Повелитель.       – Ага, понятно, – коротко и безразлично ответил тот и снова затянулся.       Пугающее молчание между ними нарушила подбежавшая Некра-тан.       – Я готова! Ну что, идём? – Бодрости ей, как всегда, было не занимать. Даже вялая реакция компании ничуть не смутила богиню. – Сиун, а ты чего тут киснешь? Айда с нами!       – Я… – начал было я свои заученные оправдания, но осёкся. Не только потому что Некра-тан не терпела оправданий – в первую очередь потому, что от волнения невольно выдал себя.       – Сиун? – немедленно заинтересовался Герцог. – Это ещё откуда?       – Да так, из книжки одной, – отмахнулась Некра-тан. – Похожий персонаж недавно попался.       – Настолько похожий, что наш Лайонел даже откликаться стал? – Пока Герцог говорил, я на грани паники следил за реакцией хозяина. Господин Верделет выглядел спокойным, словно его дело ничуть не касалось. Про прозвище, которым меня окрестили сэнсеи, при хозяине я никогда не упоминал, знал, что он не будет рад секретам, которые завелись между мной и его конкурентом в Бригаде.       – По характеру весьма похожий, – зачем-то уточнила Некра-тан. – Ну так что, продолжаем сидеть на хвосте, господа демоны?       – Нет, – отвечает Герцог Вран, туша окурок в песке и поднимаясь на ноги. – Мы идём.       Они с названой сестрой удалились к границе владений морской стихии, и только тогда господин Верделет изволил посмотреть на меня так, как я от него и ожидал: свысока и с затаённым раздражением.       – Сиун, значит? Что ж. Видимо, стоит напомнить этому мерзавцу Валкоту, что раздавать имена чужим питомцам – верх неприличия.       По этикету Авилона – да, но сейчас мы живём в Подлунном мире, где верхом неприличия считается как раз то, что связывает меня с господином Верделетом.       Я и сам не понял, осмелился ли я сказать это вслух или он просто прочёл мои мысли. В любом случае, хозяин без долгих раздумий закатил мне хлёсткую пощёчину.       – Изволь, наконец, раздеться и спускайся к берегу, – велел он непререкаемым тоном. Но во мне вдруг проснулся неведомый бес упрямства:       – Нет, – прошептал я тихо, держась за горящую щёку. Пряча глаза, я думал, что ветер, завывающий всё свирепее, сгладит мои слова, – я всё ещё надеялся отсидеться в стороне от бури, которая надвигалась на меня со страшной неотвратимостью. – Я не пойду…       – Что ты сейчас сказал? – Тон господина Верделета прозвучал ничуть не менее свирепо. Но хозяин сумел сдержаться на этот раз: – Ладно, прекращай капризничать. Из-за сегодняшней погоды я бы не стал настаивать, но ты сам слышал, что сказал Повелитель, верно? Мы все идём за ним – и ты тоже. Шторм не так уж страшен, как кажется со стороны. Держись рядом со мной, и всё будет хорошо. Ты понял, Лайонел?       Паника охватила всё моё существо, я пытался поверить словам своего хозяина, но тело, едва не утонувшее однажды, желало жить и больше никогда не подвергаться такой опасности. Я не мог самостоятельно заставить себя переступить этот порог, поэтому хозяин, стремительно терявший терпение, схватил меня за локоть и поволок к берегу силой. Так оказалось намного легче, потому что не подчиниться силе, сжимающей мою руку, я не мог, а кроме того, в этой хватке я почувствовал поддержку – как в ночь нашего побега из горящего Авилона – и самую малость успокоился.       Но лишь до тех пор, пока первая пенная волна не захлестнула меня с головой. На миг показалось, что я потерял сознание, потому что в бездне, в которой я оказался, больше не было ни господина Верделета: ни его гнева, ни его поддержки, – не было вообще ничего, кроме пузырящегося Хаоса и меня. Когда я вынырнул на поверхность, уже не ожидая найти себя живым, рядом со мной был вовсе не хозяин, а сам Герцог Вран.       – Будем считать, что с этим порогом ты справился, Сиун. Прислушайся к себе. Всё ещё страшно?       Я хотел последовать совету, но на нас надвигалась очередная волна, и я не имел представления, как с ней справляться.       – Прыгай! – скомандовал Герцог, и я прыгнул так высоко, как смог. Пугающий колоссальный пенный вал прошел мимо нас, даже не задев. А я не мог поверить, что всё так просто:       – И это всё? – только и смог выдавить от изумления.       Герцог в ответ захохотал – в этом он неуловимо напомнил мне Валкот-рима, - и скрылся в гребне следующей волны. А я снова остался наедине с морем – и с собой, с тех пор дышавшим под именем «Сиун».