Slam Dunk

      — Кажется, что-то пошло не так, — тихо проговорил Арсен, быстрыми движениями вытирая губы рукавом. Перед тем как он посмотрел на Пашу, который тоже тщательно вытирал губы, из уст парня вырвался нервный смешок. — Забудем.       — Угу, — только лишь и мог ответить в данной ситуации зачинщик всего этого беспредела. «Да ладно, подумаешь — выпили по бутылке, вот и ударил хмель в дурную голову», — ври себе больше, Паш, ведь твой разум был чище стеклышка.       Задумчивые рассуждения о произошедшем прервали какие-то женские крики снизу. Разглядеть что-то было сложно, но разобрать фразы «А ну быстро слезли оттуда!», «Я сейчас полицию вызову!» и «Что за аморальная молодежь пошла!» было довольно легко. Юрова сразу же насторожила эта дама, но Арсен рядом наблюдал за ней с улыбкой на лице, так что парень решил, что и ему нет причин переживать — юноша рядом явно лучше знает, что делать в такой ситуации. Но когда снизу послышались отчетливые фразы диктующие адрес где, по-видимому, располагалась данная заброшка, Арсен хлопнул друга по плечу с необъяснимым азартом в глазах.       — Я же думаю бегать быстро ты умеешь? — на данный вопрос Паша лишь закатил глаза и, быстро перекинув ноги через парапет, уже собирался продемонстрировать свое умение бегать, но вот незадача — толстовка Арсена зацепилась за острый край парапета, и зацепилась прям намертво.       — Арсен? Мне кажется или ты намекал на то, что нам пора дать по съебам? — Юров не заметил причины по которой парень завис на месте, поэтому в его глазах это выглядело так, словно Арсен решил просто по-идиотски подшутить.       — Да, пора, — когда парень резко дернулся, Паша услышал громкий звук, словно что-то порвалось, разошлось по швам. Но подумать об этом не дают уже более громкие крики снизу, которых, по ощущениям, стало еще больше.       — И почему людям так не похуй на эту заброшку? — в быстром темпе передвигаясь с одной ветхой лестницы до другой, Паша еле поспевал за Арсеном — и дело было не в том, что юноша был быстрее, а в том, что Юров просто не знал плана здания, и еле успевал ориентироваться на голос за своим новым другом.       — Да людям то на здание похуй, — звучит откуда-то слева голос парня, и Паша бежит на звук. — Они просто вредные до пизды — видят, что кто-то отдыхает, значит надо испортить им жизнь. Хочешь сказать никогда с таким не сталкивался?       Парень промолчал — нет, не сталкивался. Когда твое расписание состоит из работа — тренировки — сон, сложно попасть в такую ситуацию, а уж тем более сложно попасть в ситуацию, когда приходится беспокоиться о том, чтобы защитники порядка не приехали по твою душу и уж тем более не забрали тебя с собой. Хотя, некоторые из его сокомандников, конечно, рассказывали подобного рода истории — каждый раз удивляя Юрова тем, откуда они берут на это столько свободного времени.        Когда парень наконец-то смог разобраться в лабиринте комнат здания (который и не был лабиринтом, просто в уже приближавшихся сумерках было сложно различить очертания дверных арок) и наконец-то увидел Арсена, тот помахал ему рукой, кивнув на пустую оконную раму, намекая, вероятно, что нужно вылезти через нее. Юров прикинул, что расстояние отсюда до земли было, наверно, где-то метра два-два с половиной, а с больной рукой его друг приземлится и больше не встанет.       — Ну и че стоим? Баскетболисты вперед, уступаю, — криво усмехнулся Арсен, тихо фыркая от боли в руке, которая появилась из-за вот такого небольшого марафона, да и он постоянно недовольно поглядывал куда-то на свою кофту.       — Я конечно понимаю, что ты у нас безбашенный, — проговорил Паша уже свешивая ноги с подоконника. — Но ты представляешь, как ты сам отсюда спрыгнешь?       Наверняка очень остроумную мысль прервали звуки открывающейся входной двери, и Арсен просто вытолкал Пашу из окна, видимо надеясь, что тот, как кошка, приземлится на четыре лапы. Ну или на крайняк потратит одну из оставшихся семи жизней. И по ощущениям Юров явно распрощался с одной из своих жизней — ведь парень, выпрыгивая вслед за другом, совсем не рассчитывал траекторию и приземлился прям на Пашу. А он, скажем так, был далеко не пушинкой.       — Бля-я-ять, Арсен, я твой рот ебал, — сталкивая с себя юношу, Юров прижал к себе колено, которое вот только-только начало заживать, но сейчас начало болеть с новой силой. — Ты и меня угробить хочешь? С-сука, как же больно.       — Ай, блять… да ладно тебе, — морщась от ужасной боли в ладони, Арсен пытался вслушаться что там происходило в здании. — Бля, Паш, да не смотри так на меня, она не ментуру вызвала, а наверняка тех уебанов, что в прошлый раз.       — Кого? — когда боль в колене чуть поутихла, Паша достал из заднего кармана телефон, который взял на себя часть падения. Как же больно было смотреть на две огромные трещины на экране. И еще кнопка разблокировки запала и плохо нажималась. Ебанный Арсен. — И если это не менты, нахуй надо было так меня толкать? Арсен, бля, ты должен мне теперь телефон.       — Ну если должен — куплю, я человек слово, знаешь ли, дагестанская кровь, — попытался разрядить ситуацию шуткой парень, и у него даже почти получилось, хотя взгляд юноши напротив все еще был не самым дружелюбным. — Да я сам не знаю, что это за парни. Мы с Лизой сидели как-то раз на том же месте… да даже не раз, насколько помню. Ну и, короче, эта бабка кому-то позвонила, ну мы и внимания не обратили, сидели там, занятые, понимаешь, — прям как мы сейчас, не так ли? — А очнулись лишь когда уже трое ебланов просто завалились к нам на крышу, понимаешь? Мы сидим такие ну нихуя себе, а какой-то самый пидорковатый и говорит, бла-бла, чтоб это было в последний раз.       — И, я так понимаю, в остальные раз вы съебывали таким образом? — Арсен кивнул и принялся отряхивать толстовку от пыли. Паша же лишь для вида поводил руками по джинсам и попытался встать — едва не упал из-за резкой боли в колене. — А еще ты должен мне до тридцать первого новую ногу, слышишь, дагестанская кровь.       — Без проблем, Пашкет, будешь как новый — Арсен сумел встать раньше Юрова и протянул второму руку, чтобы помочь встать.        Но первая попытка потерпела фиаско — еще недостаточно парень сумел восстановить свое равновесия, так что в конечном итоге опять свалился на друга. Упал очень неудачно — едва ли не полностью лег на Пашу и чувствовал его дыхание у себя на макушке. После просьбы больше никогда не дышать, произошла вторая попытка подняться обоим парням. Это уже получилось более успешно, и, отряхнувшись в очередной раз, Арсен достал из кармана свой телефон — Юров заметил, что его аппарат тоже был далеко не в состоянии «с завода».       — Ебать, уже почти десять. Тебя не убьют, если узнают, что ты не в отеле? — направляясь, предположительно, в сторону дворца спорта, поинтересовался парень. Но у угла он приостановился и аккуратно выглянул за него — никого, ну и славно.       — Юрьич меня расчленит и закопает, а потом откопает и заставит все выходные тренироваться без перерывов. В принципе да, не убьют, — поправляя рюкзак на плечах, Паша отшутился, сам же на самом деле думая, что если не тренер, то родители точно столько нотаций прочитают — хотя их сын уже несколько лет как самостоятельная личность, но кого это остановит? — Тебя-то родители не похоронят?       — Ммм… Ну, я думаю отец все еще на работе сидит, а мама вообще у бабушки сейчас, а это аж в Южной Осетии, — юноша показал рукой «ок» и слегка ускорил шаг, не подумав о том, что его другу очень сложно за ним поспевать по известной причине.       Почти весь путь до самого здания дворца парни прошли молча. Каждый смотрел по сторонам — город ведь так преображается, когда опускается солнце. Паша даже позволял себе слегка замечтаться, посмотрев на звездное небо. «Тоже буду такой звездой, только на земле, — даже с какой-то забавной уверенностью произнес парень. Сегодняшняя победа, пожалуй, дала ему достаточно веры в себя, чтобы думать о подобном. — Если меня, конечно, ночью не задушит Тимур.» Что творилось в этот момент в голове у юноши, что шел чуть впереди — неизвестно. Но тишину все же нарушил вопрос Паши, который был в голове еще с того случая на крыше:       — Арс, а ведь это… ну, на крыше… оно же ничего, да? Мы же можем просто… забыть, что произошло? Оно ведь нам не помешает эээ… дружить? — парень просто быстро говорил слово за словом, запинаясь и нервно поправляя каждую секунду пряди волос. — Просто я… эээ… Не хотел бы все испортить…       — Ты испортишь если не заткнешься, — возможно Юрову послышалось, но голос казался раздраженным — хотя, когда он повернулся, на лице Арсена была такая хитренькая ухмылочка. — Считай, что я тебя так странно поздравил с победой, — сказал первое, что пришло в голову, однозначно. — Просто забудь.       — А если я… выиграю еще раз? — не понимая даже, какой ответ он хотел бы услышать, Паша выпалил это и, нервно прикусив нижнюю губу, ждал, что же скажет парень рядом.       Арсен стоял и молча смотрел на юношу, возможно он пытался придумать, что сказать. Постояв пару минут в позе мыслителя, он подошел к Паше поближе. Это да? Что он делает? Мне стоять или убежать отсюда? Положив руки Юрову на плечи, парень постоял еще секунд десять с задумчивым лицом и сказал:       — Паш, уж извиняй, я не знал, что ты гей, — удивленное лицо юноши нужно было видеть. Удивленно-возмущенное даже пожалуй. Кто гей? Паша гей? Да он в натуральности победит даже Рому, у которого девушки дольше чем на неделю в жизни не задерживаются. — Но я эээ… не из этих, так что считай, что тебе вот так повезло.       — Кто гей? Я? Арс, ты че, ебанулся? — мимо них прошла какая-то парочка, которая тихо засмеялась с данной картины, ведь Арсен все еще не убрал своих рук с плечей друга, и это громкое возмущение Юрова казалось очень неуместным.       — Бля, тогда что за вопросы? Естественно то, что случилось на крыше — чистая случайность, которой даже значения придавать нет никакого смысла, — выражение лица у парня стало раздраженным, даже наверно разозленным, а пальцы крепче сжали плечи Паши. — Зачем ты продолжаешь мусолить эту тему, братан?       — А я ебу? — парень дернул плечами и подался вперед, из-за чего Арсен оказался слегка прижат к фонарному столбу; хотя, даже не прижат — он касался столба спиной. Парень моментально убрал руки с плеч Юрова и посмотрел в его глаза, ожидая продолжения ответа. — Вокруг так много девушек, чуть ли не каждая ноги раздвинуть готова, а мне ужасно хочется, чтобы меня поцеловал какой-то случайный пацан, которого я знаю пару дней от силы. Не подскажешь, что за хуйня? М?       В повисшей тишине было лишь слышно неровное дыхание обоих ребят, которые пристально смотрели друг другу в глаза, даже практически не моргая. Арсен не понимал, почему он просто не уйдет — его ничто здесь не держит, кроме пристального взгляда Паши; но вот сзади фонарь — словно назад пути нет совсем, ведь средней толщины железный столб перекрыл все дороги к отступлению.       Оттолкни и уйди. Оттолкни и уйди. Оттолкни и…       Ай, к черту.       Правой рукой крепко сжав футболку Юрова, парень притянул его к себе максимально близко, сразу же касаясь чертовых мягких губ, которые так приятно было покусывать еще там, на крыше. Пальцы Паши перебирали пряди черных мягких волос, пока он сам пытался неловко углубить поцелуй. Два раза за один чертов вечер Юров доказал то, от чего отнекивался последнюю пару лет — парни привлекают его на одном уровне с девушками, даже сильнее. И к этому московскому пареньку он испытывал что-то… что-то странное, что сложно описать одним словом.       — Постой, — произносит пытаясь отдышаться, — а Лиза?       — Да заткнись ты, — и вновь дерзкий поцелуй, пока в кармане тихо вибрирует разбитый телефон. Подождут, не так ли?