Should it be this difficult?/Это должно быть сложно?

День 18 Энди, Миранда и близняшки находились в коридоре. Девочки собирались отправиться к отцу почти неделю. Их отец согласился, вернуть детей в следующий четверг, чтобы они увидели Андреа, прежде чем она уедет. Девочки обняли мать, а затем по очереди обняли Энди. Они вышли на улицу и близняшки подошли к машине. «Увидимся на следующей неделе», — помахала им Энди, улыбаясь. «Пока Энди, пока мама!» — сказали они в унисон. Они закрыли двери машины и водитель тронулся. Когда Энди и Миранда вернулись в дом, та небрежно спросила: «Итак, теперь поскольку шеф-повара не будет, мы должны готовить или заказывать?» «Заказывать? Ты всегда заказываешь еду?» — Энди с удивлением посмотрела на Миранду. «Иногда я задаюсь вопросом, за кого ты меня принимаешь, — Миранда ухмыльнулась и скрестила руки на груди: — Идея о том, что я заказываю еду, не должна так сильно ужасать». Энди засмеялась: «Ну, Вам, вероятно, придется купить книгу Майкла, чтобы узнать. Или я полагаю, он должен отправить ее Вам». «Не могу дождаться, — Миранда закатила глаза. — Но теперь, похоже, нам нужно заказать доставку. Так как у меня осталось мало времени, чтобы доказать тебе, что ничто человеческое мне не чуждо».

***

Конечно, Миранда выбрала высококлассный ресторан, ранее неизвестный Энди. А салат, который она порекомендовала, оказался одним из вкуснейших блюд, которые когда-либо ела девушка. Они закончили свой обед, но все еще сидели вместе в столовой. «Итак, я должна спросить», — сказала Энди. Миранда с любопытством посмотрела на нее: «Да?» Энди скрестила руки на столе и наклонилась вперед: «Как Майкл справился с этим? Как он заставил Вас согласиться на это?» Губы Миранды искривились: «Хм… Значит, ты не знаешь?» «Нет, Майкл не рассказывал». «Но у тебя наверно есть предположения?» «Конечно, но… Это кажется маловероятным». Миранда приложила пальцы к подбородку и ухмыльнулась. «Единственное, что мне приходит в голову, это то, что он шантажирует Вас чем-то», — Миранда закрыла рот рукой, поджимающей подбородок, а Энди увидела смех в ее глазах. «Но это не похоже на Майкла, я знаю, — быстро сказала Энди, глядя на Миранду, которая больше не могла сдерживать смех. — Поэтому, я думаю, это не так». Миранда прикусила нижнюю губу: «Нет, это был не шантаж». Затем она слегка покачала головой. «Вы не скажите мне, не так ли?» — спросила Энди, сузив глаза. «Я думаю… Скажем так, мы много лет назад встречались, и кое-что произошло, за что я стала обязана ему, и это был своеобразный путь спросить с меня мой долг», — загадочно сказала Миранда. Энди задумалась, что это за история случилась между Майклом и Мирандой. Миранда была на десять лет моложе Майкла, и Энди могла представить, что Майкл в то время был настоящим похитителем женских сердец. Но также он уже был навечно женат на Эллен, и она не могла поверить, что он посмел бы обманывать Эллен, но разве в этом можно быть уверенной на сто процентов? Идея, что Майкл и Миранда были любовниками, заставила Энди почувствовать некую неловкость. «Хорошо, принято, — Энди возвела глаза к потолку: — Тогда другой вопрос». «Продолжай», — Миранда ухмыльнулась, а Энди подумала, возможно ли вообще что-то вытянуть из этой ухмыляющейся женщины, сидящей перед ней. «Что Вы прошептали Кэролайн в среду, после того, как нашли выход?» — спросила Энди, слегка волнуясь. Миранда откинулась на спинку стула, и улыбаясь, осторожно начала: «Кэролайн… очень чувствительный ребенок. Кажется, она беспокоится обо мне больше, чем должна. Особенно в ее возрасте». «Беспокоится за Вас? — спросила Энди с недоумением, но потом вспомнила: — Да, точно, когда я рассмеялась, что Вы — Урсула, она выглядела немного… потрясенной». Губы Миранды искривились: «Значит, ты заметила? Да, она беспокоится, что ты причиняешь мне боль». Миранда улыбнулась: «Но я сказала ей не беспокоиться, я была…» Миранда замолчала на пол фразе, когда они услышали, как открылась парадная дверь. «Это был прекрасный ужин, Андреа. Но теперь я должна работать». «Вы были… что?» — быстро спросила Энди, когда Миранда встала и победоносно направилась прочь. «В другой раз», — бросила Миранда ей проходя мимо. Энди ударилась лбом об стол. Эта женщина станет моей смертью.

***

Энди вышла из столовой за Мирандой и пошла в гостиную. Она плюхнулась на кровать, и вскоре снова услышала, как открылась парадная дверь. Некоторое время она задавалась вопросом, кто это может быть, пока любопытство не пересилило, и побежала выяснять это. Энди выскочила на лестницу и крикнула так громко, насколько это было возможно, чтобы не потревожить Миранду, которая ушла работать в свой кабинет: «Райн!» «Гм… Да?» — донесся его ответ. «Подожди, я сейчас спущусь». Райн приходил каждый день два раза выгуливать собаку. Энди решила, что ей необходима порция свежего воздуха и неплохо будет прогуляться с ним по окрестностям Миранды. «Не возражаешь, если я пойду с тобой?» — спросила она, когда преодолела кучу ступенек лестницы. «Гм… Хорошо», — сказал Райн. Он такой «болтливый», подумала Энди, но, впрочем, она и не искала никого, с кем можно было поговорить. Ей просто нужен был свежий воздух. Райн, был моложе Энди, и к ее досаде был очень симпатичным. Он был из тех, кто выглядят хорошо даже у дантиста, выдергивая зубы. Они гуляли около часа, иногда разговаривая. Энди узнала, что Райн хотел стать «стэнд-ап» комиком и почти фыркнула после того, как он сообщил ей о своих планах, но сразу же опомнилась. Может быть он был забавным, а может быть глупым, что могло кому-то показаться смешным. Но не Энди, нет, извольте. Он сказал ей, что он подрабатывает выгульщиком собак и как бариста в соседнем кафе. Он не давал много информации, но Энди и раньше брала интервью у неразговорчивых людей, поэтому для нее это стало хорошей психологической тренировкой, чтобы попытаться раскрыть его. Они вернулись к таунхаусу, и как только зашли внутрь, Миранда появилась наверху на лестнице. «Понятно», — сердито посмотрела она на них, а Энди подумала, что если это было сюжетом фильма, то вокруг Миранды определенно должен был быть ледник, из-за которого вся теплота из комнаты мгновенно испарилась. Миранда обернулась и вернулась в кабинет. Энди почувствовала, как дрожь пробежала по ее спине. Попрощавшись с Райном, Энди стояла в коридоре, глядя на верхнюю часть лестницы. Она должна пойти к Миранде, вдруг та решила, что Энди пересекла линию с ее сотрудником? Ведь люди, работающие на Миранду, должны были придерживаться строгих правил поведения, и это касалось Райна, в том числе. Энди застонала. Она поняла, что ей нужно подняться и извиниться, ведь она не хотела, чтобы Райна уволили. Она подошла к кабинету Миранды, дверь была приоткрыта, но она все равно решила постучать. «Да?» — Миранда каким-то образом сделала это одно слово оружием, даже не подняв глаз от Книги. «Простите, я не должна была…» Миранда стиснула зубы и перебила Энди, повернувшись к ней: «Меня не беспокоит, с кем ты решила болтаться, вы оба молодые привлекательные люди, я понимаю этот порыв, — Миранда сказала, и ее глаза вспыхнули так, что Энди задохнулась: — Но если я ожидала, что ты будешь дома, в чем была сложность мне сообщить, что ты собралась выйти». Энди почувствовала смущение, она уставилась на Миранду, которая все еще смотрела на нее. «Я… я… меня не интересует он… — и смогла лишь добавить: — На будущее я буду знать, что надо говорить Вам…» «Прекрасно», — заявила Миранда и отвернулась. Энди начала выходить из комнаты, но решила еще раз сделать акцент, на, как казалось, важном: «Я хотела дать Вам знать, Миранда, меня он не интересует». Миранда не отреагировала, и Энди вышла из кабинета. Энди вошла в свою комнату, встала перед кроватью, а затем упала лицом в нее. Спустя пару минут, она перевернулась и уставилась в потолок. Путаница не исчезла, Миранда явно злилась, но до сих пор Энди была уверена, что женщина просто флиртует с ней, чтобы смутить. Но теперь это выглядело несколько иначе. Последние крупицы сомнения, что это было частью притворства, начали исчезать из сознания Энди. «Но я не гей», — Энди закрыла лицо руками. Правда? День 19 Миранда вздохнула и поняла, что за последнее время с ней много чего случилось. Прошлой ночью… Она не была уверена, что случилось прошлой ночью. Кого я смешу, конечно, знаю. Миранда всячески избегала слова, приходящего на ум, «ревность». Да, она ревновала к Райну, когда увидела его рядом с Андреа, тогда в коридоре с собакой. Миранда постучала пальцами по столу, взглянула на свой телефон и подумала, как сильно она хочет сейчас уволить этого «выгульщика собак». В конце концов, она решила отказаться от этой идеи. Мальчишка не раздражал ее ни разу прежде за шесть месяцев, ровно столько он выгуливал Патрицию, а руководствоваться чувством ревности было не в ее правилах. Ревность определенно не входила в первоначальный план Миранды по отношению к Андреа, также как и в обновленный план. Кого она позабавила, полагая, что сможет просто повеселиться, подшучивая над Андреа, наслаждаясь ее компанией? Такое чувство, что кто-то не «просто немного очарован». Когда она подумала об Андреа, то мягко коснулась своих губ, но как только осознала свое бессознательное движение руки, она крепко сжала кулак. Боже правый! Миранда, взяла себя в руки. Андреа была на двадцать лет моложе, она жила в Лондоне и улетала через неделю. Несомненно, многое могло случиться до этого момента, учитывая тот факт, что она уже начала раздражаться от своей ревности за три недели. Вероятно, они могли начать встречаться и расстаться к тому времени, когда Андреа уедет. Миранда закрыла глаза. Расстояние и время, которое у них еще было, были преодолимы, но разница в возрасте, вот в чем Миранда не была уверена. Андреа сказала тогда, что «не интересуется им», акцент был очевиден, но может ли это означать, что Миранда была единственной, кем интересовалась Андреа? У меня нет времени на это… быть тоскливой, как 14-летняя девочка в разгар ее первой любви. Если бы Миранда была из тех, кто использовал крепкие словечки, она бы сказала себе: «Черт возьми, я Миранда Пристли» (прим.: не желаю переводить это дословно, вот цитата «Fuck this, I’m Miranda fucking Priestly»). В итоге она пришла к тому же умозаключению, но без такого отвратительного языка. Миранда приняла решение, что поговорит с Андреа сегодня, после благотворительного аукциона, на котором она должна была присутствовать. Неопределенность — это не то состояние, в котором она собиралась прибывать дальше. Миранда вернулась к реальности, когда услышала голос Андреа: «Эй, Эм, как думаешь, мы могли быть уже несколько ближе, если бы я начала работать здесь три года назад?» — Андреа снова обедала с Найджелом и теперь вернулась. «Уйди», — донеслось до Миранды, как ее первая помощница отрезала резко. «О, Эмили, ты разбиваешь мне сердце», — Андреа комедийно держалась за сердце, когда вошла в кабинет Миранды. Найджел не делал ситуацию легче, подумала Миранда, окинув Андреа оценивающим взглядом. С момента, как она доверила Найджелу одевать девушку, он явно издевался, отправляя ее обратно в одежде, которая могла непременно понравиться Миранде. Сегодня не стало исключением, Миранда едва смогла оторвать взгляд от Андреа и вернуться к «цветовым решениям» перед собой. Ничего, у них будет на это время позже, сказала она себе и ухмыльнулась.

***

Интересная выдалась неделя, подумала Энди, сидя на диване перед телевизором. Это стало ее любимым местом в доме, вероятно, потому, что она провела тут самое лучшее время вместе с кланом Пристли. Через неделю она улетит и непонятно, когда снова увидит кого-нибудь из них. Она вздохнула, а Патриция, лежавшая у ее ног, подняла голову. «Пац, ты помнишь, когда мы обсуждали, как ты переедешь в Лондон со мной? Уже скоро…» — Энди горько усмехнулась, и собака с любопытством посмотрела на нее. «Нет, я не могу забрать тебя у них», — она снова вздохнула. Дома не было никого, кроме нее, близнецы уехали накануне, а Миранда вроде «приносила пользу» на благотворительном аукционе. Энди на самом деле не вникала, когда Миранда говорила, куда она идет. Женщина выглядела слишком ошеломительно, чтобы Энди могла одновременно обрабатывать и визуальную, и вербальную информацию. Может быть, это было и хорошо, что близняшки вернуться в четверг, у них с Мирандой будет немного больше личного времени. Она все еще не могла понять эту женщину. Определенно Миранда флиртовала с ней, это не вызывало сомнений. Энди в шоке покачала головой; нет, разве могло случиться, что Миранда Пристли заинтересовалась женщиной на двадцать лет моложе? Энди предупредила себя, что не надо обольщаться. Что эта женщина делает со мной? Я даже никогда не представляла себя с женщиной. Она схватила подушку и уткнулась в нее. Стоп. Сказала девушка себе, и рассталась с подушкой, чтобы встать, а потом опять плюхнуться на диван. Серьезно? Она поняла, что каждая знаменитость, от которой она когда-либо фанатела, всегда были женщины. Она пыталась вспомнить хоть одного мужчину, но не могла. Перед глазами пронеслись все взаимодействия с Мирандой, и она не могла больше винить ту, в своем смятении и заикании при ней, надо быть честной с собой. Вот Дерьмо! Я гей. Энди уставилась на телевизор, и до нее стало медленно доходить то, что она только что поняла. Она никогда не думала об этом или не позволяла думать об этом, ее семья была вроде как консервативной в некоторых вещах, и сексуальность была одной из таких вещей, которая не обсуждалась внутри семьи. Энди осознала, что никогда не причисляла себя к геям, но обвиняла в этом большинство людей, которые ей казались скучными, или немыми, или наоборот слишком общительными или еще какими-то. Несколько парней, с которыми она встречалась, были неким образом интересны для нее, но не сексуально. Они никогда ее не привлекали в этом смысле. «Пац. Пэтси», — Энди опустилась на колени на пол и протянула руку, чтобы коснуться собаки. «Я думаю, что я гей», — сказала она собаке, которая просто взглянула на Энди, а затем потянулась. Очевидно, это не было сюрпризом для Патриции. Энди не была уверена, что выживет на этой неделе, из-за этого прозрения, снизошедшего на нее только что. Куда проще было жить рядом с Мирандой, думая о том, что та просто забавляется, заставляя ее нервничать и смущаться. В один момент Энди поняла, что ей нужно заставить Миранду увидеть, что она не возражает против идеи «быть вместе», а если Энди должна просто уйти, не имея никаких шансов, она будет сожалеть об этом. Она все еще была в глубоком размышлении, когда ее телефон начал вибрировать где-то на диване. Дерьмо. Где он? Перевернув несколько подушек, она нашла его и была удивлена, что ее вызывает Эллен. Почему Эллен звонит мне? «Эллен? Все хор…» «Энди! О, Энди. Это Майкл. Он… его положили в больницу», — Эллен плакала. «Что? Когда? Почему?» — закричала Энди, чувствуя, как внутри нее нарастает паника. «Они думают, что это рак. Легких. Это… я…» «Нет. Нет. Нет. Нет Эллен. Нет, — Энди не могла перестать повторять слово «нет» и воскликнула: — Я иду домой. Ближайшим же рейсом, Эллен. Я еду». «Спасибо, Энди, спасибо». Энди открыла свой ноутбук и нашла следующий рейс. 21:30. У нее был час, чтобы добраться до аэропорта, и час, чтобы пройти регистрацию. Она закрыла компьютер и бросилась в гостиную. Вызвав такси и побросав свои вещи в чемодан, надеясь, что большую часть из них, по крайней мере. Паника, заставила забыть про каждую мысль, о чем она думала пятнадцать минут назад, и отступить. Она чувствовала только панику, наполняющую ее изнутри, у нее не было выбора; ей нужно было вернуться домой. Такси подъехало. Пришлось оставить записку Миранде. Боже, почему у меня нет ее номера?! Энди вырвала страничку из своей записной книжки и написала: «Мне очень жаль, мне нужно домой. Чрезвычайная ситуация. Я позвоню, когда смогу». Энди Потом добавила свой номер телефона и оставила записку на столике с цветами в коридоре. Она не могла заставить себя написать, что у Майкла рак, это не может быть правдой. Возможно, Эллен что-то неправильно поняла. Да, определенно. Этого не могло быть правдой. Она почувствовала, как по щеке скатилась слеза. Энди вышла из таунхауса, и, прыгнув в такси, бросилась в аэропорт.

***

После того, как она прошла регистрацию, Энди снова извлекла свой телефон и написала Эллен, когда ее рейс прилетит в Лондон. Она присела на скамейку и проверила время, которое оставалось до посадки. Пятнадцать минут. А затем уставилась на телефон, думая, не должна ли она выключить его. Энди огляделась, пытаясь найти что-то, на чем можно было сосредоточиться, и уйти от размышлений о Майкле. Но, не вышло, потому что аэропорт, был как раз тем местом, где они познакомились. Мужчина проводил собеседование с ней именно в аэропорту, весной, два года назад. Он сказал тогда, что подобное место хороший шанс оценить личностные качества человека. Люди в аэропорту обычно неуклюжие, расстроенные, голодные или сердитые, поэтому он хотел увидеть своего нового помощника с ее худшей стороны. Энди усмехнулась от воспоминаний и с трудом поборола комок в горле. Ее мысли были прерваны посадкой. Энди встала и направилась к своему выходу, когда зазвонил телефон. Номер был неизвестный, но она сразу поняла, кто это. Промелькнула мысль, что уже нет возможности отвечать, но ей так хотелось услышать голос Миранды, прежде чем улетит. «Andréa!» «Привет, Миранда, я не могу сейчас говорить, я…» «Что происходит? Какая чрезвычайная ситуация?» «Майкл… Но сейчас я должна сесть в самолет. Я позвоню, когда вернусь в Лондон». Энди хотела, как можно быстрее завершить звонок, потому что боялась расплакаться. «Andréa», — голос Миранды был настолько мягким, что сердце сжалось. Энди почувствовала, как комок в горле, подступает вновь, и быстро сказала: «Я позвоню».

***

Энди повесила трубку, выключила телефон и вытерла еще одну предательскую слезу, катящуюся по ее щеке. Так не должно было случиться. Она сглотнула и громко вздохнула, и направилась к своим воротам, а затем в Лондон.