Should it be this difficult?/Это должно быть сложно?

День 99 Энди только что проснулась и сидела на краю кровати Анны, на которой она спала прошлой ночью. Она слышала, как из спальни Анны доносилось постоянное бормотание, что свидетельствовало о том, что Анна давно встала. Обычно в это время Анна уже была на работе как минимум три часа, но сегодня она взяла отпуск на неопределенный срок. Вчера, когда Энди приехала в больницу, ей сказали, что у Анны были «схватки Брэкстона Хикса». На самом деле, всю прошлую неделю Анна чувствовала постоянную тошноту и усталость, но продолжала игнорировать эти симптомы до вчерашнего дня. Она почти упала в обморок на работе и вынуждена была признать, что пришло время отправиться в больницу. Там ее врач сразу заподозрил, что у Анны была преэклампсия (осложнения нормальной беременности, возникающие во втором-третьем триместре), и через пару часов он подтвердил свой первоначальный диагноз. Это означало, что Анна должна была в обязательном порядке соблюдать постельный режим, вплоть до родов. Женщина сетовала на такие крайности, но на самом деле, она уже не могла многое делать, а пренебрегать рекомендациям врача было, по меньшей мере, глупо, потому что это могло нанести вред ей и ребенку. Энди пообещала, что останется жить с Анной, пока Кевин не вернется. Но как ей рассказать об этом Миранде, она понятия не имела. Возможно, Миранда даже поймет, но то, что женщине это не понравится, было ясно как день. «Энди! Думаю, тебе нужно это увидеть. Энди!» — позвала Анна. Энди вскочила и бросилась в спальню к Анны: «Что?! Ты в порядке?! Что мне сделать?.. Я. мы идем… мы должны… в больницу?» Анна махнула рукой: «Нет, успокойся. Я в порядке… но посмотри на это. Анна протянула ей планшет, который она читала. «Кто-то позвонил на мою работу, чтобы спросить, не хочу ли я прокомментировать «смешной слух». «Что…» — сказала Энди, глядя на пару фотографий, сделанных перед больницей. На одной она стояла рядом с Анной, которая смотрела в свой телефон, а на второй, Анна прислонилась к плечу Энди, а Энди приобняв ее, поддерживала. Во время прочтения пояснительной заметки под фотографиями Энди начала задыхаться от нарастающей ярости. «Местная радиоведущая Анна Дейтон на снимке с некой женщиной, идентифицируемой источником, как новая любовница Миранды Пристли. Беременная Дейтон, ожидает своего первенца в отсутствии своего мужа, которого она не видела в течение нескольких месяцев… Две женщины ищут утешения в объятьях друг друга». Энди сидела неподвижно, продолжая читать. Дальше приводились ставшие когда-то публичными отношения Анны, много лет назад, с какой-то светской брюнеткой, сходство с которой автор хотел приписать Энди. «Прия. Эта чертова змея». «Ты не можешь быть уверена, что это действительно она». «Как, черт возьми, я не могу», — стиснула зубы Энди. «Энди. В это никто не поверит. И ни один здравомыслящий человек не придаст этому значение». Энди протянула планшет обратно Анне и сделала глубокий вдох, но успокоиться ей не удалось: «Да. Особенно Миранда. Определенно, абсолютно и полностью — она воспримет это великолепно прекрасно». «Она увидит в этом грязные интриги Прии», — спокойно сказала Анна. «Скорее, надерет мне задницу», — простонала Энди. «И если ты помнишь, Миранда давно точит на тебя зуб. И теперь я должна опровергать эти сплетни, одновременно говоря ей, что я остаюсь жить с тобой», — Энди откинулась с размаху на спину и закрыла лицо руками. «Я должна уничтожить Прию, пока Миранда спит». «И как именно ты собираешься ее уничтожить?» «Без понятия. Экзорцизм?» Анна фыркнула: «Удивительный план». «Ну да, да. У меня все еще есть несколько часов, чтобы придумать лучший, прежде чем Миранда на самом деле проснется в своем Нью-Йорке». «Энди», — тон Анны стал намного серьезнее. «Что?» «Одна мутная газета, придумавшая абсурдную историю, ничего не значит. Миранда уж точно знает, как это происходит. Полагаю, всего одна из десяти статей, написанных о ней, основывается на правде». «Я знаю, знаю», — вздохнула Энди, а затем через некоторое время повернулась набок, положив голову на ладонь. «Я… Мы договорились, что я переезжаю к ней. К ним». «Ох» — брови Анны поднялись с искренним удивлением. «Поздравляю!» — добавила она, внимательно изучая Энди. Энди рассмеялась: «Не волнуйся. Это было не под дулом пистолета. Я сама захотела. Я хочу переехать». Брови Анны сошлись вместе: «Но?» «Я просто… я думаю… Должна ли я действительно переезжать? Или просто… уезжать. Я чувствую, что вселенная посылает мне сигналы. Всем этим. Майкл заболел, и теперь ты… И Прия просто… существует. Мои родители сходят с ума. Может, я не должна покидать Лондон. Ведь годы проведенные здесь, вероятно, были самыми счастливыми в моей жизни». «Вздор», — заявила Анна. «Вселенная ни черта не говорит тебе. Это произошло бы с тобой или без тебя». Энди вздохнула: «Рационально… я знаю это». «Итак, реальный вопрос по-прежнему заключается в том, хочешь ли ты переехать к ней?» Энди перекатилась на спину и задумалась над вопросом Анны. Сердцем она чувствовала, что хочет, но разумом… «Да. Но…» «Но ты не уверена, что достойна», — решительно закончила Анна. «Если честно, дело уже не в этом. Веришь или нет, я начинаю полагать, что со мной что-то не так». «Нет ничего плохого в тебе, детка». Энди рассмеялась над поддержкой подруги: «Хорошо, все со мной так, но у меня не хватает определенных вещей». Таких как, например, работа, пронеслось у нее в голове, когда она села. «Но это больше связано с моим ощущением, что она дает мне все, и я не могу ничего дать ей в ответ». «О чем она еще просит тебя, а что ты? Ты ожидаешь, что она тебе что-то даст помимо самой себя?» — спросила Анна. «Нет. Конечно, нет». «Итак, что именно ты должна ей дать?» Энди вздохнула: «Я… Э-э… я не знаю. Но переезд это как-то очень рано, не так ли?» Анна пожала плечами: «Мы с Кевом поженились через четыре месяца после того, как впервые встретились, поэтому, кто знает когда рано, а когда нет. Ты не узнаешь это даже через двадцать лет. «Наверное, но это твоя точка зрения. Я просто хочу быть уверенной на сто процентов, понимаешь? Потому что я действительно хочу, чтобы все получилось, а если я просто буду зависать в ее доме, ничего не делая, ничего определенно не получится», — сказала Энди и соскользнула с кровати. «Ты всегда можешь стать настоящей домохозяйкой, если ничего не получится», — усмехнулась Анна. «Еще один отличный запасной план из списка возможных идей работы для меня», — фыркнула Энди. «Но теперь я собираюсь завтракать, а потом… Потом я буду кричать на Прию». * * * Несколько часов спустя Энди сидела за кухонным столом, растирая виски, когда Анна вошла в комнату. «Разве ты не должна отдыхать?» — сказала Энди и повернулась, чтобы посмотреть на женщину. «Я беременна, и провожу около 18 часов в день, просто мочась. И это не похоже на то, что мне не позволено двигаться», — сказала Анна и села. «Как прошел звонок?» «Она отрицает», — вздохнула Энди. «Ты ей веришь?» — спросила Анна. «Нет. Хотя я не знаю. Прия сказала, что эта статья не выгодна для ее целей. А если бы она так поступила, то определенно дала бы им свое имя. Полагаю, возможно, так и есть, потому что это сделало бы невозможной реализацию ее навязчивой идеи продавать нас, как «историю любви» века». «Что ты собираешься с ней делать?» «Ничего. Я передам ей окончательную версию на следующей неделе, и на этом для меня всё. Я не могу доказать, что она пересекла черту, но я довольно доходчиво дала понять, что ей не удастся заставить меня участвовать в чем-либо после этого», — сказала Энди. «Думаю, это можно считать победой. Ты уже звонила папе?» Энди нахмурилась: «Да, да. Прежде, чем я позвонила Прие. Он был не так категоричен на ее счет, как я, но согласился, что мне нужно поговорить с ней об этом». «О, а я передала на свою радиостанцию, что если потребуются комментарии, чтобы они просто сказали, что ты моя подруга. И игнорировали любые вопросы по поводу связи с Мирандой». «Спасибо», — Энди выпрямила спину и глубоко вздохнула. «Теперь мне просто нужно позвонить ей». «Ты справишься. А я пойду найду что-нибудь, и устрою пиршество за просмотром какого-нибудь шоу, потому что у меня появилось слишком много свободного времени. Удачи, детка», — сказала Анна и вышла из комнаты, оставив Энди в одиночестве, чтобы та могла позвонить Миранде. «Добрый день, Андреа». «Доброе утро», — ответила Энди сладким голосом, улыбаясь, но потом вспомнила, что ее новости не слишком приятные: «Э-э… ты все еще дома?» «Да. Мне еще предстоит разбудить девочек». «Хорошо. Я думаю… Мне нужно что-то сказать тебе», — произнесла Энди и подумала, что, возможно, это был не лучший способ это сделать, но она уже начала. Миранда насторожилась в ожидании, а Энди окончательно поняла, что это был совсем не лучший способ. «Ничего серьезного. Ммм… Есть несколько фотографий меня с Анной на сайте сплетен, и прилагаемая к ним глупая статья», — Энди попыталась говорить как можно небрежнее. «Понятно», — медленно произнесла Миранда, точно взвешивая слова Энди. «Вчера я забирала Анну из больницы, и кто-то нас фотографировал. Они связали меня с тобой и намекнули, что брак Анны находится на грани, и, может быть, у нас с Анной что-то происходит». Миранда снова замолчала, но потом спросила: «Что-то случилось с Анной?» «Э-э… да. Врачи сказали, что у нее преэклампсия, и она должна быть на постельном режиме всю оставшуюся беременность», — сказала Энди, а затем откашлялась, чтобы добавить: «Это подводит меня к следующему, что мне нужно тебе сказать». «Просвети меня». «Я собираюсь остаться с ней, пока Кевин не вернется». Миранда издевательски рассмеялась: «Нет, нет. Ни за что». «Миранда». «Нет. У нее определенно есть средства, чтобы нанять кого-то, кто присмотрит за ней». «Это…» — Энди издала расстроенный вздох. Создавалось впечатление, что Миранда просто отказывается понимать очевидные вещи. «Да, я полагаю, у нее есть. Но Анна — моя подруга, и я хочу быть здесь с ней». «У нее также есть муж, который должен быть там с ней. Ты не жената на ней». «Конечно, нет. Но Кевин сейчас отсутствует, и родители Анны не могут…» — прежде чем Энди успела закончить предложение, ее прервали. «Нет», — усмехнулась Миранда и повесила трубку. Энди положила телефон на стол, и уже было собралась плюхнуться на кровать, когда ее телефон снова зазвонил и она остановилась на полпути от этого. Не глядя, она схватила трубку: «Миранда?» Человек рассмеялся: «Ах, нет. Но я предполагаю, что это была твоя фотография с ней». Энди вздохнула: «Кристиан. Что тебе надо?» «Эй, следи за тоном», — усмехнулся он. «Я предлагаю заключить мир. И честно говоря, если бы ты предупредила заранее о вас, я бы никогда не сказал ничего подобного». Энди коснулась лба пальцами: «Я совершенно уверена, что твоя глупость также раздражала бы меня, даже если бы ситуация была иной». Кристиан снова засмеялся. «Как бы то ни было, но у меня есть работа для тебя. Хотя на самом деле это пока собеседование, но я думаю, что это просто формальность», — весело сказал он. «Что? Ты серьезно? И почему я?» «Потому что я думаю, что ты отлично подойдешь. Все просто». «Предположим, я заинтригована. Какая работа?» «Это будет новостной веб-сайт, с офисом в Нью-Йорке, что при данных обстоятельствах для тебя прекрасно». Энди предпочла проигнорировать его очевидный подтекст и спросила: «Когда?» «Запуск в феврале. И ты будешь проходить собеседование на должность в их политическом отделе, как репортер. Достаточно высоко для тебя?» — он рассмеялся над своим остроумием. «В чем подвох? Сайт будет чем-то вроде кликбейта*, например «Узнай, какой из тебя получится отец?». Кристиан весело рассмеялся: «Нет. Я обещаю, что это будет честный журналистский материал». «Ага. Итак, какое ты имеешь отношение к этому?» — скептически спросила Энди. «Я знаю главного редактора, мы встречались с ней несколько лет назад», — сказал он равнодушно, а Энди покачала головой в полной уверенности, что эта женщина была одной из побед Кристиана. «А мне предложили место старшего репортера по культуре». «Больше нет никакой удаленной работы для тебя?» «Есть, но я отказался. Думаю, что это будет отличной возможностью для тебя». Энди была согласна, что предложение заманчивое, но она не хотела в этом признаваться Кристиану. Еще меньше она хотела быть в долгу перед ним, но отказываться из-за простой мелочности было глупо. «Да, хорошо. Я все еще заинтригована». «Потрясающие! Я пришлю тебе контактные данные». «Полагаю, я должна сказать тебе «спасибо»?». «Это было не совсем спасибо, но я возьму его», — засмеялся он. Вскоре после разговора Кристиан отправил ей обещанную информацию, а Энди раздраженно размышляла об этом неожиданном повороте событий. Вероятно, Анна была права, когда говорила, что вселенная не посылает ей никаких сообщений. А если и посылала, то по меньшей мере очень запутанные, как сама Энди. * * * Поднимаясь на лифте до этажа офиса, Миранда нервно стучала ногой по полу. Ее утро не было добрым. Она пыталась скрыть свое раздражение на ситуацию с Андреа от своих детей, но, по всей видимости, ей это не удалось. Папарацци преследовали ее, пытаясь получить подтверждение тому, что девушка, на фото в Лондоне, была той же персоной, с кем Миранда виделась в Париже. Миранда игнорировала их, как обычно, не в ее стиле было давать какие бы то ни было комментарии журналистам. Будучи подвергнутой бомбардировке вопросами назойливых людей у своего дома, а также у здания Элиас-Кларк, ничто не способствовало улучшению настроения. Это ни на минуту не давало забыть, что Андреа переезжает жить к Анне почти на месяц, не смотря на то, что она вовсе не обязана. Дело было даже не в том, что Миранда не понимала, почему Андреа хочет помочь своей подруге, конечно же, она понимала. Бесило то, что у Анны был муж, и это была его ответственность. Наконец, лифт поднялся на нужный этаж, и когда двери открылись, Миранда увидела, что Эмили спешит на встречу, неся гору папок. Как только Миранда вышла из лифта, Эмили протянула ей первую папку, и Миранда открыла ее. «Я подтвердила Вашу встречу…» «Мне нужно, чтобы ты нашла статью с Андреа, появившуюся сегодня утром. А потом узнай, на кого работает муж Анны», — сказала Миранда, продолжая идти к своему офису. «Анны Винтур?» — осторожно поинтересовалась Эмили. «Конечно, нет. Подруги Андреа», — зло ответила Миранда. В самом деле, Анна была самой большой головной болью Миранды. «Да, Миранда», — сказала Эмили, и Миранда протянула ей обратно папку. При входе в офис Миранда бросила вещи на стол младшей ассистентки и зашла в свой кабинет. Она садилась за стол, когда, «вторая Эмили» вошла и протянула ей кофе. Миранда сделала жест рукой, и девушка исчезла, поспешив повесить пальто Миранды. Вскоре появилась настоящая Эмили: «Я отправила Вам ссылку на эту статью». «Работодатель?» — спросила Миранда, не поднимая глаз от компьютера, где она уже открыла ссылку, которую Эмили послала ей. «Я все еще работаю над этим», — сказала Эмили. «Тогда скажи, почему ты все еще здесь?» — раздраженно произнесла Миранда, и Эмили мгновенно покинула ее кабинет. Миранда посмотрела на фотографии. Это была довольно неудачная попытка показать, что Андреа и Анна вместе, но редко когда эти притянутые за уши истории бывали лучше. В данной ситуации не было ничего, что могло бы указать на то, что было написано о них. Андреа выглядела обеспокоенной, а Анна уставшей. На втором фото, возможно, все было немного трогательнее, чем Миранда хотела бы видеть, но в остальном ничего особенного. Потребовалось двадцать минут, чтобы Эмили вернулась к ней с именем: «Это было не так просто, потому что он сейчас не работает на своего настоящего работодателя, а выполняет задание для другого журнала…» Миранда протянула руку Эмили: «Уверена, что есть другие люди, которые хотят послушать, как ты объясняешь свои сложности, — сказала Миранда, и Эмили передала ей листок бумаги: — Это все». Миранда посмотрела на записку с именем, и постучала пальцами по столу, размышляя. Она не знала этого человека лично, но знала журнал и знала его генерального директора. Миранда прокрутила список своих контактов и остановилась на нужном имени. Пришло время Кевину вернуться домой.