Бог-принц и принцесса-полукровка

      …Диана встала рано утром. Она нехотя выбралась из объятий Тора, и направилась в ванную комнату. Закрывая за собой дверь, Принс бросила взгляд на Одинсона. Мужчина крепко спал. Ночью его женщина, его царица делала с ним все, что было ей угодно. И теперь Бог Грома восстанавливал силы.       Богиня довольно улыбнулась, вспомнив, как муж называл ее своей царицей. Как целовал, обнимал, ласкал… Она вздохнула от досады, и включила душ. Диане нужно было встретиться с Брюсом Уэйном, чтобы обсудить одно дело. Женщина еще вчера предупредила об этом своего мужа, после чего услышала недовольное ворчание. Что ж, с недовольством и ревностью Громовержца дочь Зевса легко справилась с помощью ласки. Воспоминания о прошедшей ночи навеивали ей мысли о том, что лучше бы она осталась в постели с Тором.       Наскоро приняв душ, Принс надела нижнее белье, завязала конский хвост, и вышла из ванной. Одинсон по-прежнему спал. Поэтому женщина решила прибегнуть к своему любимому занятию. Ей нравилось приставать к сонному мужу по несколько раз за время, что она собиралась. Вот и сейчас Богине представился удобный случай. Быстро подойдя к постели, Диана забралась на Громовержца, и принялась хаотично целовать его лицо и тискать его мускулы.       Мужчина, как обычно с ним это и бывало в такие моменты, не оказывал никакого сопротивления. Он промычал что-то нечленораздельное, и попытался обнять свою жену. Но руки его не особо-то и слушались.       Ох, как же Принс это нравилось! Тор, такой мягкий, податливый, теплый... Ей хотелось затискать его до изнеможения. Но, увы, Богине нужно было продолжать собираться. Она нехотя отстранилась, и, соскочив с мужа, принялась дальше одеваться. Одинсон же тут же отключился, словно его никто и не будил.       Надев на себя красную борцовку и черные джинсы, Диана, не удержавшись, снова запрыгнула на Тора. Женщина потерлась о лицо мужа своим. Несколько раз поцеловала его в шею. Снова погладила рельефные мышцы.       - М-м-м… хорошо… - выдавил из себя Одинсон, прежде чем Принс снова оставила его в покое.       На этот раз Богиня спустилась вниз, чтобы сделать себе кофе, а заодно проверить, что делают их с Богом Грома дети. Внизу она увидела Лекса и Джей, что, собственно, ее не удивило. Все дети просыпались достаточно рано. К тому же, старшие умели делать бутерброды, жарить и варить яйца. Ну, и закипятить воду в чайнике для них тоже не составляло особого труда. Их научил этому отец. И это, на самом деле, было очень удобно. К тому же, двойняшки очень гордились тем, что могут покормить себя сами.       «Мы уже не маленькие», - постоянно повторяли юные Боги, чем смешили своих родителей.       Вот и сейчас двойняшки суетились на кухне, пытаясь сообразить себе завтрак.       - Мам, ты куда-то уходишь? – спросила Джей, увидев, что Диана зашла на кухню.       Она как раз складывала очередной бутерброд – хлеб, колбаса, сыр и салат. А ее брат наливал кипяток в кружки.       - Да, птичка, - Принс наклонилась и поцеловала сначала девочку, а потом и мальчика. – Я ненадолго. Присмотрите за папой и Рейн? – женщина несильно потрепала сына по волосам, и, сделав шаг к кофеварке, принялась готовить себе кофе.       - Ох, - как-то немного по-стариковски вздохнул Алекс. – Это ж придется за малой бегать по всему дому, - он покачал головой.       - Да ладно тебе, - махнула на него рукой Джастис, - папа встанет, и будет бегать. Им, по-моему, вдвоем не скучно. Вон йогурт ей дадим, пока папа спит, и мультики включим.       «Это точно, не скучно», - мысленно согласилась дочь Зевса. – «Потому что папа у нас большой ребенок».       - Что ж вы так сестренку то не любите? – с укором спросила Богиня у детей, ожидая, пока сварится кофе. – Она ж маленькая совсем. Вот и играет, как умеет.       На самом деле женщина знала, что двойняшки любят свою сестричку, а просто выделываются, как и все дети, перед своей матерью.       - Она все время все поджигает, - проворчал мальчик, жуя один из бутербродов.       - Прямо-таки и все? – недоверчиво прищурилась Богиня, хотя прекрасно знала, что так оно и есть.       Лекс и Джей синхронно покачали головами, что вызвало у женщины улыбку. Эффект близнецов, так они с Тором это называли. Дочь Зевса присела перед детьми на корточки, и раскрыла объятия. Двойняшки охотно прижались к своей матери, а та обхватила их руками.       - Ладно вам, - Принс несколько раз поцеловала обоих детей, и отпустила. – Как приду, сходим в парк, поедим мороженое, - она поднялась на ноги. – Последите за моим кофе, я пойду, посмотрю, не проснулся ли ваш папа.       Услышав заветное слово (мороженое), двойняшки довольно заулыбались. Последнее время они строили из себя слишком взрослых. Но от сладостей не могли отказаться, и снова становились обычными (ну, или не совсем обычными, учитывая их происхождение) детьми.       Оставив Лекса и Джастис дежурными по кухне, Богиня снова оказалась в спальне. Мгновение, и женщина опять забралась на своего мужа, и принялась за свои обычные утренние «экзекуции» - поцелуи и поглаживания. Беспомощность Тора будила в женщине сексуальные инстинкты охотницы. Но, когда Принс собралась, наконец, оставить Одинсона в покое, его сильные руки крепко прижали женщину к себе.       - Думала уйти безнаказанной? – еще не окрепшим ото сна голосом проговорил Бог Грома. – Ты получила, что хотела, теперь моя очередь, - он усмехнулся, и принялся поглаживать округлости жены.       - Ну, Тор, мне нужно идти, - чуть ли не мурлыча от удовольствия, произнесла Богиня, когда ладони мужа оказались у нее на ягодицах.       - Опоздаешь, - он сжал выпуклости женщины, и немного подтолкнул ее вверх. – Мне нужен твой поцелуй, - пояснил Бог Грома своей Богине.       - Ох, милый, я так от тебя никогда не уйду, - Диана приподнялась на локтях, и нависла над Тором.       - Так не уходи, - ладонь мужчины легла жене на щеку, и притянула ее лицо к его лицу.       - Макияж испортишь… - только и успела прошептать женщина, прежде чем губы супруга сжали ее губы.       Но насладиться поцелуем Богам не удалось.       - Пи-ка-пи-ка-чу-у-у! – раздался громкий возглас их младшей дочери, то ли из ее комнаты, то ли из коридора, который тянулся вдоль спален.       - Ну, вот, - недовольно поморщилась Диана. – Давай вставай, и иди, успокой своего Пикачу.       Принс нехотя высвободилась из объятий Одинсона. Женщина подошла к зеркалу, чтобы поправить макияж. А ее обнаженный муж встал сзади, накрыл ладонями ее груди, несколько раз стиснул их, и принялся целовать шею Богини. Потом его руки спустились ниже, обняли дочь Зевса и прижали к себе. От чего у обоих закатились глаза.       - Тебе вчера видимо было мало, - Диана положила свои руки поверх рук мужа, и, немного откинув голову, уперлась в его предплечье.       - Мне всегда мало, - Тор снова поцеловал жену в шею, попутно наслаждаясь запахом духов своей супруги.       - Хороший мой, ну отпусти, - попросила Богиня Громовержца. – Мне самой уходить не хочется, но нужно, - она развернулась в его объятиях. – Приду, пойдем в парк и погуляем, - женщина поцеловала мужчину под подбородок, опасаясь, что если поцелует в губы, то точно не уйдет.       Она мягко высвободилась из объятий Бога Грома.       - Думаю, вам без меня не будет скучно, - улыбнувшись, добавила дочь Зевса, услышав очередной возглас «пи-ка-чу». – Следи, чтобы она не сожгла дом.       - Да, моя царица, - Тор взял под козырек, чем заставил Принс закатить глаза.       Выходя из комнаты, женщина немного задержалась, бесцеремонно рассматривая своего обнаженного мужа.       - Мне попозировать? – заметив взгляд жены, довольно спросил мужчина, и специально согнул руку в локте и напряг бицепсы.       - Вечером попозируешь, - Богиня закусила губу, предвкушая жаркую ночь.       Громовержец улыбнулся, и проговорил:       - Тогда я перестелю постель.       - Я уже не хочу ни на встречу, ни в парк, - проворчала себе под нос Диана, спускаясь по лестнице и думая о рельефах своего мужа.       Женщина быстро проскочила мимо зала, в котором сидели все ее дети, зная, что если заглянет, то малышка начнет ластиться и просить отнести ее к папе. Как и обещала Джей, они дала Рейн йогурт, который та ела маленькой ложечкой. А на экране в данный момент шел фильм «Кристофер Робин».       - Я тоже хочу такого мишку, - донеслось до слуха Богини, пока та пила обжигающий кофе.       «Надо будет обязательно поискать и купить», - подумала про себя Принс. – «Может, наконец-то, перестанет все вокруг себя поджигать».       Выйдя из дома, Богиня оглянулась, и посмотрела в окна. Наверху Тор, видимо, будучи после душа, поигрывая мускулами, расхаживал по спальне в одном полотенце. А внизу было видно макушки старших детей из-за дивана. Женщина улыбнулась, осознав, что ей хочется побыстрее вернуться. Чтобы замечательно утро стало таким же замечательным днем. А потом и замечательным вечером. И не менее прекрасной ночью…